Связанные

***

Уилл чувствовал всю боль Векны, каждую трещину, каждый разрыв. И по самой простой, жестокой логике — если Векна умрёт, он умрёт вместе с ним. Разве что… если Векна не умрёт вовсе. Уилл знал это. Знал с самого начала: если Векна погибнет — он не выживет. Но он также знал и другое: если Векну не убить, пострадают остальные. Мирные люди. Его друзья. Его семья. Весь Хоукинс — как минимум. Он боялся смерти. Очень. Но выбор был слишком простым, чтобы от него отвернуться: одна жертва — или сотни. Уилл прожил шестнадцать лет. Его жизнь никогда не была «в золоте». Джойс постоянно работала, чтобы прокормить их семью. Отец унижал и ломал. В школе делали то же самое. И всё же… он был счастлив. У него была лучшая мама — тревожная, выматывающая, но любящая так сильно, что этим можно было дышать. Был брат, который заслонял его от родительских ссор и отдавал ту ласку, в которой сам нуждался не меньше. Была новоиспечённая сестра, которую Уилл любил так же искренне, как родную. Он хотел быть для неё опорой. Показать, что мир бывает не только жестоким — что в нём есть свет. Но не сейчас. Не в этой жизни. Он был не готов уходить. Не хотел оставлять тех, кого любил. Не был готов оставить Майка. Да, он называл Майка своей «Тэмми», но это было неправдой. Майк не был костылём. Не был иллюзией. Он был тем самым Майком — тем, кто подошёл к нему в шесть лет и предложил дружить. Тем, кто искал его, когда он пропал. Кто до последнего не верил в его смерть. Кто спал на полу рядом, чтобы быть рядом, если станет хуже. Если приснится кошмар. Это была не просто влюблённость. Это была любовь. И Уилл не жалел о ней — несмотря ни на какую боль. Оди была в опасности. И Уилл помог ей. Он остановил руку Векны. Он больше не боится. Ни Векны. Ни Истязателя Разума. Ни самого себя. Когда он оторвал Векне руку, боль накрыла мгновенно — резкая, рвущая, такая, будто он отрывал собственную плоть. Фантомная, но реальная. Одинадцать отбросила Векну — прямо на острый штырь позади. Острая боль вспыхнула где то в животе. Но адреналин почти сразу её заглушил. Уилл знал: Векна ещё жив. Потому что он сам всё ещё стоял на ногах. Но это скоро закончится. Прижимая ладонь к животу, он пошёл вместе с Джойс к остальным. Ему было страшно. Он не знал, что делать дальше. Знал только одно — он должен поговорить с Майком. Закончить всё так, как должно быть. — Мам… — вырвалось раньше, чем он успел подумать. Джойс обернулась и остановилась. Уилл резко шагнул вперёд и обнял её. — Уилл? Что случилось? — тревога мгновенно отозвалась в её голосе. — Прости… Я просто рад, что это наконец закончилось. Она взъерошила ему волосы и улыбнулась — так, будто всё действительно закончилось. Они пошли дальше. Когда они нашли остальных, Уилл не стал тянуть время. Он сразу позвал Майка, кивнув в сторону выхода. Майк удивился, но пошёл. Уилл вдохнул — коротко, неровно. — Уилл? Что-то случилось? Мы вытаскиваем детей, это не может подождать? — Нет, Майк. Это не может подождать… Он прикусил губу, стараясь удержать голос. — Я должен тебе это сказать. Думаю… другой возможности уже не будет. — Что ты имеешь в виду?.. Тревога вспыхнула у Майка почти физически. — Просто… послушай меня, ладно? Не перебивай. Это всё так тяжело, чёрт… Руки у Уилла дрожали. Майк положил ладони ему на плечи — крепко. И кивнул. Уилл сглотнул. Несколько секунд он просто смотрел на него, будто запоминал — каждую черту, каждую мелочь. — Майк… когда я говорил о какой-то Тэмми, — он коротко выдохнул, — я имел в виду тебя. Майк замер. Он догадывался, но всё же услышать об этом прямо было неожиданно. — Я действительно любил тебя. Долго. Ты один из самых важных людей в моей жизни, и, честно… я не думаю, что смог бы найти кого-то ещё. Даже если бы захотел. Он говорил тихо, но слова ложились тяжело, будто каждое давалось с усилием. — Я не хочу, чтобы ты сейчас заставлял себя делать вид, что это взаимно. Я люблю Оди… и правда желаю вам счастья. Не обижай её, ладно? Она тебя действительно любит. Голос дрогнул. — Передай ребятам… передай всей нашей компании, что я их люблю. И скажи, что мне жаль. Мне жаль, что я не могу нормально попрощаться. На этом месте Уилл сломался. Слёзы сорвались сразу, горячие, неконтролируемые. Голос задрожал, слова стали рваться. Майк смотрел на него так, будто земля ушла из-под ног. Глаза расширились, руки начали дрожать. — Уилл… о чём ты вообще говоришь? — прошептал он. — Что ты имеешь в виду?.. В его глазах уже блестели слёзы. Уилл горько усмехнулся, вытирая лицо рукавом, но это не помогало. — Наша связь с Векной… — он покачал головой. — Если он умрёт — умру и я. Он судорожно вдохнул. — Чёрт, Майк, мне так страшно. Я… я не готов. Я хочу пожить ещё немного. Я готов снова пережить годы с Лонни, всё что угодно — только не это. Только не умирать. Майк не выдержал. Он резко шагнул вперёд и обнял Уилла, крепко, до боли, будто мог удержать его одним этим движением. Слёзы уже текли и по его щекам. — Но… — голос Майка сорвался, — неужели мы ничего не можем сделать? Уилл медленно покачал головой у него на плече. Молча. Майк крепко сжимал Уилла. Он точно не отпустит. Не сейчас. Слёзы текли по щекам, губы дрожали. — Чёрт, Уилл… не уходи, ладно? — голос надломился. — Я не справлюсь без тебя. Я не хочу снова это проживать… Он всхлипнул. — Не бросай меня, слышишь? Ты слишком важен для меня… — Майк… мне так жаль… — прошептал Уилл. Они стояли в тишине. Было слышно лишь рваное дыхание, сбитое слезами. Они обнимались так крепко, как не делали этого никогда — будто пытались удержать друг друга в этом мире. Где-то вдали раздался крик Джойс. Тело Уилла вдруг обмякло. Майк понял это не сразу — только когда вес стал слишком тяжёлым, будто Уилл больше не мог держаться сам. Майк рухнул на колени. Уилл оказался у него на руках. — Уилл, слышишь? — голос сорвался в истерику. — Не закрывай глаза, умоляю… Взгляд Уилла был устремлён куда-то вдаль. Губы дрогнули, складываясь в слабую улыбку. Из левого глаза — скатилась последняя слеза. — Спасибо… — голос дрожал. Уилл поднял пустой взгляд на Майка. — Спасибо, что подошёл тогда. Что предложил дружить. Это было лучшее событие в моей жизни. Он слабо усмехнулся. — Я люблю тебя, Майк… — Я тоже, слышишь? — всхлипнул Майк. — Я тоже тебя люблю. Мне так жаль… Уилл улыбнулся в последний раз. Пальцы, сжимавшие руку Майка, медленно разжались. Дыхания больше не было. Майк держал его до последнего. Пока их не нашли остальные. Пока сердце остальных не разбилось так же в дребезги.