Неверный гормон

Глава 1: Лабораторный инцидент Первый курс факультета биохимии был адом. Особенно для Руслана, шестнадцатилетнего омеги, который всеми силами старался не выделяться. Его черные волосы были всегда убраны под шапочку, а в кармане белого халата он постоянно носил ингибиторы, чтобы заглушить свой соблазнительный запах ванили и персика. Он был лаборантом при кафедре, и эта должность была его спасением и его проклятием одновременно. Именно в лаборатории он и встретил их обоих. Настя, акушерка с золотыми руками и светлыми, собранными в небрежный пучок волосами. За ее очками скрывался цепкий и невероятно добрый ум. Она была альфой, но не агрессивной, а спокойной и уверенной. Она опекала Руслана с первого дня, помогая с реактивами и конспектами. Ее запах — свежескошенной травы и дождя — действовал на Руслана умиротворяюще. Он ловил себя на том, что задерживается после пар, просто чтобы послушать ее рассуждения о физиологии. А потом был Влад. Влад, тоже альфа, был полной противоположностью Насти. Тощий, в больших очках, вечно со стопкой книг по квантовой физике. Но под этой оболочкой «ботаника» скрывалась первобытная, жесткая натура. Его запах — паленая резина и темный шоколад — сшибало с ног. Он был настойчив, резок и с первого взгляда положил глаз на Руслана. Все изменилось в тот роковой день, когда в лаборатории лопнула колба с экспериментальным феромонным катализатором. Трехметровое облако розовой взвеси накрыло всех троих, находившихся внутри. Эффект был мгновенным и сокрушительным. Ингибиторы Руслана растворились под воздействием катализатора. Его собственный запах, усиленный в сто раз, ударил в нос обоим альфам. Инстинкты взяли верх над разумом. Влад рыком оттеснил Настю, прижав Руслана к стойке с пробирками. В его глазах пылал не научный интерес, а чистейший, животный голод. Настя крикнула что-то, пытаясь оттащить его, но было поздно. Атмосфера была перенасыщена феромонами, смесью ванили, шоколада и дождя, создавая невыносимый и пьянящий коктейль. Последнее, что помнил Руслан перед тем, как сознание помутнело — это запах паленой резины, заполнивший все вокруг, и испуганные глаза Насти. Глава 2: Две полоски. Прошло шесть недель. Руслан чувствовал себя ужасно. Тошнота, головокружение, обострившееся обоняние. Он отчаянно надеялся на отравление, на стресс, на что угодно. Но когда он с дрожащими руками купил тест в аптеке на окраине города, две жирные красные полоски поставили крест на всех его надеждах. Он был беременен. В кабинете у Насти, куда он примчался в истерике, повисла гнетущая тишина. Она, как профессионал, провела осмотр. Ее пальцы были нежны, но лицо становилось все мрачнее. — Руслан, — тихо сказала она, снимая перчатки. — Ты на втором месяце. — От кого? — выдохнул он, уже зная ответ. — Феромонный всплеск того дня... Он спровоцировал спонтанную овуляцию и... — она замолчала, глядя в стол. — Анализы ДНК покажут точнее, но по гормональному фону... Это альфа с доминантным, агрессивным генотипом. Запах... шоколада и гари. Влад. В ту же ночь Влад нашел его у общежития. Он уже все знал. Слухи в их маленьком омега-альфа сообществе расползались мгновенно. — Ты мой, Руслан. — сказал он без предисловий. Его глаза за очками горели триумфом. — И мой ребенок будет моим. Брось эту Настю. Она слабая альфа. Она не сможет тебя защитить. А я — смогу. Руслан смотрел на него в ужасе. Этот человек, этот «ботаник», сломал его жизнь одним вечером и теперь требовал его в собственность. Глава 3: Разрыв Настя стала его опорой. Она водила его на осмотры, готовила правильную еду, читала лекции о пренатальном развитии. Она боролась за него, как тигрица. Ее спокойный запах дождя стал для Руслана единственным спасением от навязчивого аромата Влада, который, казалось, пропитал его навсегда. Он влюблялся в нее. В ее заботу, в ее тихую силу. И он видел, что она тоже к нему неравнодушна. Но между ними всегда висела тень того вечера и растущая жизнь внутри него.  Влад не отступал. Он преследовал Руслана, оставлял подарки, рычал на любого, кто приближался к нему. Его «забота» была удушающей. Он был уверен, что беременность навсегда привяжет к нему омегу.  Однажды вечером, когда Руслан и Настя сидели в ее квартире и смотрели фильм, раздался резкий стук в дверь. Это был Влад.   — Я знаю, что он здесь, — прорычал он, входя без приглашения. Его взгляд перешел с Руслана на Настю. — Хватит играть в счастливую семью. Он носит моего ребенка. Моего наследника.  — Ребенок не вещь, Влад! — встала Настя, подставляясь между ним и Русланом. — У Руслана есть право выбора.  — Какой выбор? — усмехнулся Влад. — Между тобой, фальшивой альфой, которая даже не смогла его защитить, и мной, его настоящим партнером? Он забеременел от меня! Это говорит о многом.  Эти слова попали в самую точку. Руслан видел, как Настя сжала кулаки. Боль и сомнение мелькнули в ее глазах. Она всегда винила себя за тот день.  — Уходи, Влад, — тихо сказал Руслан, вставая. Его голос дрожал, но в нем прозвучала сталь. — Я не хочу тебя видеть.  Влад замер. Триумф сменился холодной яростью. — Ты пожалеешь об этом, омега. Обо всем пожалеешь.  После его ухода в квартире повисло тяжелое молчание.  — Он прав, — прошептала Настя, не глядя на Руслана. — Я не смогла тебя защитить.  — Это не твоя вина, — сказал Руслан, но стена между ними уже выросла.    Глава 4: Финал. Через неделю Влад погиб. Говорили, не справился с управлением на мокрой дороге. Его гоночный мотоцикл, символ его дерзости, стал его гробом.  Руслан ожидал почувствовать облегчение. Но он чувствовал только пустоту и странную, давящую грусть. Влад был монстром, но монстром, которого он породил тем злополучным днем.  Роды принимала Настя. Это было долго, больно и страшно. Руслан кричал, сжимая ее руку, а она, вся в поту, с сосредоточенным лицом, руководила процессом, шепча слова поддержки.  Когда раздался первый крик их сына, Руслан расплакался. Настя положила крошечный, теплый сверток ему на грудь.  — Посмотри на него, — устало сказала она. — У него твои волосы.  Мальчик и правда был черноволосым. Но когда он открыл глаза, Руслан замер. Это были глаза Влада. Умные, цепкие, за стеклом невидимых очков.  Настя посмотрела на ребенка, и ее лицо исказилось от сложной гримасы — любви, боли и принятия. Она знала, что будет так. Она будет любить этого ребенка, потому что он часть Руслана. Но он всегда будет напоминанием о том, кого она не смогла победить.  Руслан смотрел на сына, на женщину, которую любил, и понимал, что их любовный треугольник не распался со смертью одного из углов. Он превратился в вечную трагедию, втроем. Он, Настя и вечный призрак Влада в глазах их ребенка.   Их история была не о том, кто победил. Она была о том, что иногда проигрывают все.