Расследование на рождественской фабрике и... нечаянная любовь?

Что ж... Ин Хо работая на самого Санту Клауса – так старика называют люди и сами эльфы в том числе, уже много чего успел пройти и узнать. К примеру, что настоящее имя старика – О Иль Нам, и что у него две бороды: настоящая и накладная из ваты (хотя о последнем он и так догадывался). А ещё: старик не всегда ест предложенные ему детьми печенья – в каждом доме съедает лишь по одному, запивая стаканом молока, а остальное кладёт с собой в мешочек. Из этого же мешочка после праздников потихоньку ест или может угостить кого-то (кроме Ин Хо больше впихнуть некому), ну или же покормить этим лакомством своих оленей, которые никогда ещё от такого щедрого подарка не отказывались. Как так вышло, что Ин Хо стал левой рукой Санты Клауса? (Да-да, он левша, Иль Нам уже пробовал шутить по этому поводу – и после этого больше не пытался). Хван и сам не знает. Сначала он как и все остальные эльфы-помощники трудился на фабрике под номером 132. Потом... Потом Ин Хо в какой-то момент сто тридцать третий (с которым он даже и не пересекался толком) уговорил подменить его – надо было всего-лишь помочь ещё двум ребятам подготовить сани и оленей к скорому полёту. Хван тогда согласился, но не из-за уговоров 133 номера, в которых главным аргументом была помощь по-братски (Их номера ведь рядом идут! 132 и 133! Значит они совсем-совсем братья! Ну, и не может же тогда Хван бросить своего брата в беде!). Настоящей причиной согласия была лишь возможность смены обстановки – стоять дни напролёт у, казалось бы, бесконечной полосы конвейера и делать одну и ту же монотонную работу уже порядком осточертело. Хотелось хоть чего-то нового. А тут такой шанс! Да и само крыло, в котором ему предложили заместить на одну смену, было прохладнее (Ин Хо бывал там пару раз по мелким поручениям), не то что здесь – жарче чем в самой преисподне! Из-за чего многие, особенно те кто были ближе к середине, не носили кофты, а свои колпаки больше использовали как тряпку, чтобы очередной раз смахнуть пот со лба или же высморкаться. Естественно Ин Хо недолго думая согласился на столь заманчивое предложение! Конечно, такого рода махинации были запрещены, но... Хван пусть и не знает самих эльфов, которые такое уже проворачивали, зато точно знает, что такое вполне возможно и в целом довольно не редкое явление. Главное в этом деле – не спалиться. Именно поэтому обмен обычно проводили эльфы с номерами по-соседству. Куда беспалевней пробежать во время отбоя: на несколько этажей выше, обойдя несколько постов надзирателей в костюмах цвета яркой розовой карамели и не попасться при этом ни в один объектив камеры; или просто прошмыгнуть в соседнюю дверь? Ответ очевиден. Решив сильно не рисковать, Хван обменялся своей футболкой, кофтой и колпаком со сто тридцать третьим в туалете. После чего выйдя из кабинки уже под чужим номером и красно-зелёном колпаке, который, как и у всех остальных эльфов, был в полосочку и со свисающим на длинноватом кончике помпончиком, Ин Хо направился на своё новое, пускай и временное, рабочее место. Там он довольно быстро влился в сам рабочий процесс – если у сто тридцать третьего и были друзья, то они никаких вопросов всё-равно ему не задавали и довольно радушно приняли, за что им огромное спасибо. Быстро расправившись с проверкой на крепкость волшебных саней (Ин Хо ничего в механике не смыслил и просто делал, что велели) и поухаживав за, похоже, очень изголодавшимися оленями (Иначе как объяснить, что каждый из них в процессе кормления пытался заодно с морковкой откусить ему руку?), Хван подошёл ближе к деревянным воротам, сквозь мелкие щели которых поддувал прохладный ветер, и просто дал себе немного времени отдохнуть – их надзиратель покинул свой пост, наверное, уже как час назад и обратно, видимо, возвращаться совсем не спешил. Знал бы он, что в следующий момент служебная дверца в одной из двух громадных дверей, на которую Хван как раз-таки облокотился, распахнётся и на пороге появится сам Санта Клаус – он бы, не жалея себя, изо всех сил имитировал бы бурную деятельность. Но он этого не знал, и поэтому потеряв точку опоры неуклюже упал прямо на старика. Считал ли он себя в этот момент уже трупом? Нет, он считал, что теперь мгновенной смерти ему не видать как своих заострённых и покрасневших от мороза ушей. Почему он вообще подумал о собственной смерти? (Да-да, он всерьёз посчитал, что не быть ему уже в списке живых). Всё просто – за годы работы в полиции Ин Хо стал на подсознательном уровне отмечать любые мелкие детали, поэтому заметить, что в карманах розовых солдат лежит предмет, по очертаниям и размерам очень подходящий под пистолет, было легче лёгкого. К тому же, если бы всё было так просто, то тогда зачем нужны солдаты и главное: зачем им маски? Кто за ними скрывается? Такие же эльфы как они? Или... люди?.. Бывший детектив лишь пару раз видел как надзиратели куда-то уводят особо бунтующих или из рук плохо выполняющих свою работу эльфов, но одно он понял точно – он ни разу не видел, чтобы их возвращали. И вот Хван, пока застыв как заяц перед волком, лежал на пузе старика, уткнувшись лицом куда-то в ватную бороду (каким-то образом он умудрился перевернуться в полёте на живот, в надежде за что-нибудь ухватиться), успел мысленно прикинуть сколько кругов ада он сможет выдержать и остановился где-то между третьим и четвертым, когда его вдруг легонько похлопали по плечу и где-то рядом с ухом раздался скрипучий старческий голос со смешинкой: – Хо-хо-хо! Это ж как моих рабочих уморить-то надо, что они уже с ног от усталости валятся? В ответ мёртвая тишина. Слышно едва доносившиеся сюда звуки от соседнего крыла по производству подарков, да позвякивание бубенчиков на рогах и упряжке, заинтересовавшихся в происходящем оленей. Ин Хо не двигался. Он боялся не то чтобы шелохнуться – он боялся дышать. Старческая рука чуть сжала его плечо и попыталась приподнять свалившееся на хозяина тело, но Ин Хо никак на это не отреагировал. Казалось бы, ситуация патовая, и выбраться из неё сухим и живым не получится... – А! П-простите! Простите господин, эт-того пр-ридурка! Он это... Он уже вторые сутки не спит! Неудивительно, что уже третий раз в обморок бахнулся! – Хвана вдруг сзади резко подхватили под подмышки чьи-то руки, и судя по всему довольно крепкие, раз так легко подняли его на ноги. Раз уж решил играть роль человека в обмороке, то надо играть до конца – именно поэтому Ин Хо попытался расслабиться в чужих руках и навалился на держащего его эльфа. Уже намного позже он узнает, что того зовут Хи Сун. – Да-да! Вы видели его мешки под глазами?! Там же настоящие кратеры! – Обладатель второго голоса, если Хван правильно запомнил, номер 386, не теряя времени вместе с весьма неразговорчивый девушкой (это Хван понял по недовольному цыку, который по интонации мог принадлежать только одиннадцатой) уже помогал старику подняться. Точно также бывший детектив ещё позже узнает, что ту девушку зовут Но Ыль. Довольно забавно, что эти двое имели схожий трудный характер (такой Ин Хо замечал только у военно служащих и нескольких работников полиции, что подтолкнуло его на некоторые мысли...) и зеркальные номера – 011 и 110. Хван заметил это ещё во время рабочего процесса. Разве что теперь Хи Сун вёл себя совсем по-другому, когда появилось начальство. (Подлизывался что-ли?.. Или боялся что ему тоже внесут выговор?) Все трое, по предположению Хвана, являлись друзьями сто тридцать третьего – иначе зачем полезли выгораживать? (Особенно одиннадцатая и сто десятый). Не иначе как защитить зад товарища! Номер на груди Ин Хо ведь его! Ему же и достанется! Да и им самим тоже, если узнают про подмену, о которой те смолчали... – Ах, вон оно как! Хо-хо-хо! Да, я ж на него не серчаю! Наоборот запереживал за мальца! Это ведь мне старику-то жить всего-то осталось, а вот ему ещё ого-го! – Встав на ноги, Иль Нам, он же Санта Клаус, распался в благодарностях, не теряя своей улыбки: – Спасибо-спасибо! Хо-хо-хо! Что бы я без вас делал-то? В итоге всё обошлось. Старик, вроде как, ни сколько ни на кого не злился и был в весьма приподнятом настроении (какое-то время всё ещё сетуя на то, что нельзя так перетруждаться), сами ребята поспешили отвлечь Иль Нама рассказывая и показывая ему успехи в проделанной ими работе, а Ин Хо уложили на кучку сена рядом с загоном с оленями. Довольно неплохой вышел расклад событий, если так подумать... Всю ночь после этого Хван не спал. Он всё боялся, что вот-вот дверь в его каморку распахнётся и в неё выбежит целый отряд розовых солдат, которые тут же прижмут его к стенке – всё обычно так и происходило при вызове полицейского наряда, здесь же вряд-ли будет что-то другое. Хотя... Возможен ещё один вариант: придёт лишь один солдат с автоматом наперевес, ну, ладно – два (второй для подстраховки). От Ин Хо избавятся лишь одним выстрелом, а тело, к примеру, сожгут. Всё быстро, оперативно и без лишнего шума, да? Но вопреки всем ожиданиям, никто за ним так и не пришёл ни через час, ни через два, и даже к полуночи. На следующий день Ин Хо смог увидеть сто тридцать третьего во время утренней переклички. Тот как и все остальные эльфы стоял возле двери в свою комнатку. Вчера Ин Хо всё же нашёл в себе смелость и время на то, чтобы обменяться одеждой обратно, но ничего о произошедшем не рассказал. А зачем? Всё равно итак от приятелей узнает. В тот момент нужно было действовать быстро, ведь время поджимало – оставалось пять минут до отбоя, при этом надо ещё успеть добежать до своих комнат. В общем, прошлый день выдался насыщенным. Теперь же Ин Хо вновь стоял на своём рабочем месте с деревянными счётами в руках. Его работа – считать подарки. На каждой шпашке десять разноцветных бусин. Один проезжающий по ленте подарок – одна бусина. Всего шпашек десять. Когда все бусины переплавлены на другую сторону в маленький блокнот карандашом записывается сотка. И так по кругу. Под конец дня сотки складываются вместе и итоговая сумма озвучивается надзирателю. Ничего трудного, главное быть внимательным. Хотя... Было бы гораздо удобней будь у него стул или хотя бы табурет. Но увы... Все рабочие, за исключением информационного отдела, стояли весь день на своих двух и присесть отдохнуть можно было лишь во время обеда и ужина, которые длились по сорок минут каждый. Однако за далеко не первый день здесь, Ин Хо уже давно привык (даже к счётам, которые казались ему неудобными и громоздкими в первые недели). Усердно отработав до обеда, Хван уже спешил вместе со всеми пройти на заслуженный перекус, как вдруг на его плечо легла рука в чёрной перчатке. За спиной роботизированным голосом прозвучало: – Оставайтесь на месте. У Хвана земля ушла из под ног и он лишь чудом смог не свалиться на пол. Всё, приехали – конечная. Он не дожил даже до пятидесяти. Интересно, Чжун Хо с мачехой получат какую-нибудь денежную компенсацию? Или хотя бы письмо, чтобы знать что он умер, а не пропал без вести... Бывший детектив с тоской смотрел на последних выходящих из цеха рабочих. Некоторые смотрели на него с жалостью, некоторые с интересом, но большинству было всё-равно. Оно и понятно – здесь у него не было того же авторитета, что был в полицейском отделении. Здесь он был таким же безликим рабочим с порядковым номером на одежде. Солдат отпустил плечо Хвана, когда цех полностью опустел. Остальные надзиратели тоже покинули помещение для провождения толпы в столовую, поэтому абсолютно ничего не мешало розовому быстро с ним расправится. Но Ин Хо не думает, что тот бы стал смущаться присутствия своих товарищей. "Чем хоть стрелять будет? И знать бы ещё куда... В сердце или в голову? Надеюсь, в голову... Так быстрее." – Мысли были совсем не радостные. Ещё больше напрягало бездействие и молчание со стороны круга. Хотелось повернуться к нему лицом, а не стоять к врагу спиной, вот только страх, что это спровоцирует солдата к очевидным действиям, заставлял стоять как вкопанному. Он не знал, сколько прошло времени, но судя по тому, что остальные рабочие ещё не вернулись – не больше сорока минут. Возможно не прошло даже десяти, но для Хвана даже это казалось вечностью. Двери в помещение распахнулись слишком резко, слишком громко и слишком демонстративно, чтобы не поднять голову и не посмотреть на вошедших. Двое кругов встали по бокам держа двери, и в цех неспеша прошёл сам О Иль Нам. Конечно, тогда Ин Хо ещё не знал его имени, но даже так торжественности прихода это не убавило. За ним стояли два треугольника и один квадрат. Последнего Хван, как и все остальные эльфы, видел лишь в начале, середине и конце года на общем собрании. – Ну, что ж, внучок... Сегодня есть ещё силы держаться на ногах?