Оттепель для двоих

Саша не был хорошим человеком, никто не был таким, но разве можно было его назвать плохим? Да, можно. Употребление, укрывание от полиции, предательство друга.. Это было ужасно, для него самого и для людей вокруг. Ноги тяжело шагали по улице засыпанной белым снегом, неприятно скрепя под ногами, отдаваясь дрожью от каждого шага, чувствуя мокрые носки в старых кроссовках. Коленки продувало из-за штанов с дырками на них, а вверх не укрывало ничего теплого, что могло бы защитить в эту холодную зиму. Он шел и не понимал, зачем. Зачем сделал это все? Память в последнее время вспоминала слишком много, а организм не справлялся с вечным наплывом тревог и голодовок. Воспоминания бьют в голову сильнее любого оружия. Ноги трясутся, как и руки. От холода или ужасных чувств? Он не знал. Теплая рука мамы касается щеки, а вторая перебирали светлые волосы, смотря на чужое миловидное лицо и большие серые глаза. Руки ее были подобны самым мягким и вкусно пахнущим цветам. Они всегда казались нежными и мягкими, не взирая на огромное количество работы которую она брала на себя. – Обещай что будешь хранить его, когда мамы не станет? Женский голос для Саши был как музыка, ужасно волнующейся, но в то же время мягкий. Слова мамы заставили маленького мальчика вздрогнуть. Когда мамы не станет? Нет!! Такого не будет. Блондин хотел начать возмущаться, а на глаза желали навалится слезы от того, что она говорит такое, но мама начала говорить первее. – Храни его, – в руки Сашки попал небольшой ангел, сделанный из стекла, который ужасно красиво переливался на свету вечернего лета. Маленькие руки прижали его к собственной груди, активно начиная кивать маме со слезами на глазах. Треск. Снега или его сердца он так и не понял, но он ужасно больно отдавался в светлой макушке, заставляя тело дернуться. Маленький ангелок.. После пропажи мамы, Саша считал, что в стеклянной фигурке была запечатана душа его мамы, ведь он был таким же как она. Хрупкий и мягкий. Парень сидит на коленях, голова ужасно гудит от чужих криков вокруг, а глаза направленны на свои руки, в который были осколки от стекла. Грудь тяжело вздымалась, взгляд тупился и расплывал вид перед собой, тело предательски дрожит и потеет. Осколки стекла лишь отдаленно напоминают былого ангелка. Руки предательски дрожат от боли, осколки невыносимо вонзались в кожу, хуже любого ножа. На ладонях медленно проступали алые линии крови, а колени были полностью ей залиты, пачкая итак грязные штаны и пол вокруг. Пьяные крики раздавались где то за спиной, кровь брызгала по всей комнате, пока какой то мужик дубасил его дядю. Блять, блять, блять. Потеря этого ангела обозначало потерять свою маму второй раз. Слезы непроизвольно потекли из глаз, заставляя всë размыться еще больше. Теперь в них виделись лишь красные пятна и отблески стекла. Кажись, в этот момент Саша и поверил в Бога, молясь тому, что бы это все был сон. Руки сами тянутся в карман, доставая оттуда сверток. Нужно закурить. Ноги не держат, а руки ужасно дрожат. Мозг предательски продолжает вспоминать. Вспоминать когда начал находить отдушину этому кошмару. Серые глаза устремлений у чужие зеленые, которые были прищурены и слегка красными от слез подступивших к ним из-за долгого смеха, пока блондин лишь слегка усмехался. Антону было тяжело успокоиться, на после долгих попыток он смог это сделать, после чего начал дальше играть в игру на компьютер, пытаясь сосредоточиться на ней. Это была какая то глупая стрелялка, в которой Антон был очень плох и начинал оправдаться глупыми словами по типу "Да это тиммейты гандоны!!". На лице Саши сияла улыбка, пока он наблюдал за чужой игрой. Он повернул голову, глядя на профиль лица Антона. Смуглая кожа после проведения половины лета у бабушки, рассыпчатые веснушки на лице, ровный нос, слегка пухлые губы, которые не были свойственны для мальчиков их возраста, вечно завивающиеся и растрепанные волосы, которые на вид были ужасно мягкими. Сказать что Саша любовался чужим лицом это ничего не сказать. Он любил его. Любил до мозга костей, каждый взгляд на него заканчивался бесконечными мыслями о его чувствах к Антону, краснея от своих же тупых мыслей. Любовь это чувство субъективное, оно для всех было разным. Для Саши оно обозначало что-то глубже и скрытнее, чем обычное желание трахаться. Это чувство залегало где то внутри тела, прячась и возникая совершенно в разные моменты. Живот ужасно крутило, мозг желал сказать ему о своих бесконечных чувствах, выложить все что копилось так долго, руки желали прикоснуться к чужому телу, почувствовать его тепло и бесконечную любовь к нему. Нет.. Нет, нет. Саша хотел что бы к нему такое чувствовали. Он хотя бы раз в жизни хотел ощутить любовь другого человека. И это было ещё хуже. Лицо Антона поворачивается к Саше, смотря на розовые щеки, слишком сильно выделящиеся на бледном лице. – Чего смотришь, влюбился? – Антон шутил. Всегда шутил когда дело касалось любви, а у Саши разрывалось сердце, потому что хотелось ответить "Да". – Да тебя в темноте не видно, уж слишком ты черный, – с глупой улыбкой сказал Саша. Он сказал " Да", но Антон не понял, резко махнул рукой и сказав что это тупая шутка. Первая тяга, а за ней следует вторая и третья. Тело постепенно расслабляется, а мысли улетают куда то далеко, совсем не в то русло. Тоша.. Такой глупый, что вызывает бесконечную любовь и ненависть к нему. Руки слегка приподнимали свое тело на кровати, смотря на чужое лицо. Такое мирное и спокойное в этот момент. Приоткрытые губы, волосы расплескающиеся на подушке, а лицо выглядит милее чем в любой момент прямо сейчас. Лицо Саши искаженно, то ли в раздражение, то ли в радости. Тишина больно засела в голове, не хватало глупых слов от Антона, не хватало его смеха, не хватало его самого. Рука непроизвольно тянется к его волосам, почти невесомо поправляя непослушную прядку коричневых волос, которые на солнце обычно переливались карамельным светом. Лицо приближается к чужому. Губы трясутся от волнения, а щеки отливали ярким красным цветом. Как хорошо что никто не видел его сейчас. Тень сомнения прокатила на его лице, настолько яркая что тело глупо дернулось. И вот. Губы метнулись к чужим. Нежно, пытаясь не пробудить спящего рядом парня. Мир буквально остановился перед его глазами, которые сейчас были сомкнуты от напряжения, не в силах смотреть на лицо такого мягкого и нежного мальчика, которого Саша сейчас так грязно и дерзко целуя. Это была последняя капля для Саши, на глаза навернулись слезы, а губы снимались, сдерживая всхлипы которые так и хотели выбраться наружу. Он искренне ненавидел себя, до ужаса.