Твоё тепло

Руки Майка лезут под футболку, не церемонясь, царапая, оставляя красные следы. Холодные пальцы намеренно задевают затвердевшие соски, вынося куда-то дальше этого мира. Оттягивают их, доставляя Уиллу неимоверное удовольствие, в наличии которого тот, скорее всего, никогда не признается. Майк горячо дышит в шею, бормоча что-то нечленораздельное, ухмыляется. Кусает нежную кожу так, что искорки уже на пути к вылету из слезящихся глазок. Уилл боится вцепиться в его непослушные волосы, боится спугнуть, упустить долгожданный момент, хоть и порядком внезапный. Его ручка долго не может найти себе места, пока Майк не кусает достаточно сильно, вынуждая еле слышно вскрикнуть, притянуть ближе. Уилл замечает, как тот поднимает голову выше. Наверняка хочет проследить за его реакцией на происходящее, но он не может удостовериться в этом. Уилл просто не в силах взглянуть в ответ. Майк не останавливается на этом: быстро находит чужие губы, всасывая нижнюю, прижимает Уилла к кровати всем весом, преграждая пути к побегу. Но Уилл и так не убежит. И Майк знает. Лишь создает видимость своего "контроля". Зачем? Тот же и так полностью принадлежит ему, милому, даже когда он лишний раз ненароком берет его за руку слишком сильно, вызывая фиолетовые пятна после себя. Майк почти не отлипает, не набирает воздуха для нового поцелуя. Впечатывается в обмякшие губы, желая проникнуть глубже. Когда всё становится ужасно слюнявым и мокрым, Уиллу приходится попытаться немножко оттолкнуть любимого, конечно же, чтобы после уткнуться лицом в его плечо от смущения. Майку, он клянется, не очень это нравится, но негласное разрешение уже получено – тот останавливается на секунду, дыша в висок, и вроде бы слабо чмокает. Кофточка летит на пол первой, обнажая впалый живот. Уилл еле подрагивает от непривычной прохлады. Майк, разобравшись и со своим верхом тоже, незамедлительно возвращается к нижнему, соприкасаясь разгоряченной кожей. Уилл тянется за еще одной долей бесконечных поцелуев, пытаясь ответить на все. Чужая пронырливая рука в это время стягивает штаны, сжимает ягодицы, окончательно сокрушая сбитое дыхание. Пальцы касаются дырочки, но не входят, поглаживая мягкое место. Уилл сжимается от контраста температуры и хочет исчезнуть. Майк целует его в уголок губ еще пару раз прежде, чем приспустить свои джинсы и упирается возбужденным членом в проход. Решая оставить друга лицом к себе, он обхватывает его за талию, пристраиваясь между им же разведенными чужими ногами. Уилл вроде что-то мямлит себе под нос, но он уже входит в того, смочив это дело слюной, раздирая изнеженное. Ранки на и без того больных губах Уилла появляются новой волной, когда тот еле сдерживает вырывающийся вскрик. Его, бедного, пронзает словно тысяча молний в момент. Он сдавливает в руках простыню, случайно представляя, что это руки Майка. Тот прислоняется лбом к Уиллу, выдыхая с наслаждением. Вновь приподнимается, уже держа того за ляжки, входит снова, рывком. Еще раз. И еще. Кажется, Уилл начинает хныкать, будоража всю суть Майкла, заставляя взлететь в космос и приземлиться обратно. С его губ срывается сладкий всхлип, когда истязатель затыкает ему рот:       — Заткнись. Но грубость на этот раз обманчива: всё та же рука затем излюбленно стирает выступившие слезки. Обхватывает лицо Уилла за щеку, направляя в свою сторону.       — Просто смотри на меня всё это время, — приказывает Майк. И тот смотрит. Смазанно, пьяно, рассредоточенно. Так, как позволяет сознание. Сил и мотивации придает нежелание получить пощечину. Майк совершает еще ряд мучений, смотря на Уилла и только на него, прямо в глаза, затуманенным взглядом. Уилл замечает, как подрагивают уголки его губ в предвкушении. Почему-то хочется поцеловать милого еще разок, но тело не слушается, а движение рук уже давно пребывает безвольным. Последние два толчка ощущаются особенно болезненно, но все порванное изнутри смягчает теплая жидкость, разливающаяся по стенкам. Майк выходит с пошлым звуком. Безжизненный Уилл чувствует его тяжелое дыхание в шею, когда тот ложится рядом. Его обнимают. И остается только повернуться и сделать то же самое. Ведь Уилл так любит Майка.