Звезда востока и вечернее солнце запада

***

Ночь опустилась на лес тяжелым покрывалом, и только костер бросал золотистые блики на лица двоих путников. Фредрин сидел, прислонившись к дереву, обнажив торс: мощные плечи, рельефный пресс, кожа покрыта тонкой сетью светящихся кристаллических вен — наследие того самого осколка, что врос в его сердце. Серебристые волосы растрепались от боя, на лице — привычная дерзкая ухмылка, несмотря на рваную рану на боку, из которой всё ещё сочилась кровь. Напротив него, на коленях, склонился Эстес. Король лунных эльфов был воплощением неземной красоты: золотые волосы струились по плечам, как звездный свет, тонкие черты лица — высокие скулы, идеальный нос, полные губы, сейчас плотно сжатые. А глаза — яркие, зелено-золотые, сияют как звёзды в ночном небе — смотрели сосредоточенно. Мантия цвета полуночи слегка распахнулась, обнажая стройную шею и ключицы, кожу бледную, почти светящуюся. Эстес водил ладонями над раной, и магия текла мягким серебристым сиянием, затягивая плоть. Они были вместе уже недели — с той стычки в Засушливых землях, где Фредринн разогнал наёмников, окруживших эльфа. Эстес нанял его как телохранителя, не подозревая о герцогском происхождении. Фредрин же влюбился с первого взгляда в этого холодного, надменного красавца и следовал за ним с чистым, почти мальчишеским энтузиазмом. Он флиртовал без умолку: подмигивал, отпускал пошлые комплименты, называл «мой лунный бог» и «самое сладкое, что я пробовал бы на вкус». Эстес каждый раз закатывал глаза, фыркал саркастично и отмахивался: «Твои шутки ниже достоинства даже наёмника». Сегодня снова была заварушка с бандитами. Фредрин, как всегда, принял удар на себя. — Ты опять полез вперёд, идиот, — прошипел Эстес, голос холодный, как лунный ветер. — Когда-нибудь это тебя убьёт. — Только если ты не исцелишь, мой король, — усмехнулся Фредрин, но поморщился от боли. Магия угасла. Рана затянулась. Эстес не убрал руки сразу — пальцы задержались на горячей коже, чуть выше кристаллических вен, что пульсировали слабым светом. — Ты невыносим, Фредрин Вэнс, — сказал Эстес тихо, но с привычной вредностью и нахмуренными светлыми бровями. — Наглый, развязный, вечно лезешь не в своё дело. Твои приставания раздражают. Фредрин посмотрел на него пристально. Костёр отражался в нефритовых глазах эльфа. — Но ты всё равно меня лечишь. И позволяешь быть рядом. Эстес фыркнул, отводя взгляд. — Потому что ты полезен. Как инструмент. Не больше. Но голос дрогнул. Он не убрал руки. — Лжёшь, — прошептал Фредрин. — Я вижу, как ты смотришь иногда. Когда думаешь, что я не замечаю. Эстес резко поднял глаза — в них вспыхнул гнев. — Не смей приписывать мне свои фантазии, наёмник! Я король. Ты — никто. Но Фредрин уже не сдерживался. Он схватил эльфа за запястье, притянул ближе и поцеловал — жадно, настойчиво, впиваясь в губы. Эстес замер, потом попытался оттолкнуть — ладони упёрлись в грудь Фредрина. — Отпусти! Отпусти сейчас же! — прошипел он в поцелуй, но голос сорвался. Фредрин не отпустил. Он углубил поцелуй, язык скользнул внутрь, пробуя вкус — сладкий, как вино, что они пили недавно. Одна рука обхватила талию эльфа, вторая запуталась в золотистых волосах. Эстес сопротивлялся — кусал губы, вырывался, но тело предавало: дыхание сбилось, пальцы сжались на мускулистых плечах. — Ты сумасшедший, — выдохнул Эстес, когда Фредрин отстранился на миг. — Это ошибка. Я не... — Заткнись, мой король, — хрипло ответил Фредрин и снова поцеловал, толкая эльфа на спину, на разостланный плащ. Мантия Эстеса распахнулась полностью. Фредрин сорвал с него рубашку, обнажая идеальное тело — стройное, но сильное, гибкое, с гладкой бледной кожей, сосками, уже затвердевшими от прохладного воздуха и возбуждения. Он впился губами в шею эльфа, оставляя засосы, спускаясь ниже — к ключицам, груди, покусывая и посасывая. Эстес выгнулся, но всё ещё сопротивлялся: — Прекрати, я не хочу. Фредрин! — слабые протесты даже Эстесу казались чем-то глупым, он же хотел на самом деле. Но это все как-то будто бы легко и он все усложнял. — Животное озабоченное, — прошипел без энтузиазма. — Врёшь, — прорычал Фредрин, рука скользнула вниз, расстёгивая штаны эльфа, освобождая уже твёрдый член. — Смотри, как ты не хочешь, — усмехнулся Фредрин. Он беспрерывно с Эстесом, он любит его, изучает и несомненно читает по глазам — он блефует. Ему не хочется просто сдаваться, а хочется остаться непрогибаемым Королем и Вэнс подыграет. Эстес сдавленно застонал, пытаясь сжать бёдра, но Фредрин раздвинул их силой, прижимая коленом. Он обхватил член эльфа рукой, двигая медленно, дразняще, пока тот не начал подрагивать под ним глядя с желанием, которое не спешил проявлять больше никак. Оплот благочестия и невинности, но Вэнс уверен — если бы Эстес не хотел, то уже убил бы Фредрина, для эльфа это совсем не проблема. — Фредрин, ублюдок, — прошептал Эстес, голос дрожал от злости и желания. Фредрин усмехнулся, спускаясь ниже. Он взял член Эстеса в рот — горячо, влажно, глубоко, язык кружил по головке и стволу возбужденной плоти, пока Вэнс расслабив горло глотал чуть ли не до основания. Эстес вцепился в волосы, то ли отталкивая, то ли прижимая ближе, стоны вырывались против воли. Фредринн прервал ласки и перевернул его на живот, стягивая остатки одежды в процессе касаниями впервые изучая и лаская тело возлюбленного. Эстес пытался уползти: — Нет! Не смей, я не позволю. Но Фредринн прижал его бедра к земле, пальцы, смазанные слюной и ароматическим маслом вошли в его тело — сначала один, потом два, растягивая и находя чувствительную точку. Эстес задрожал, закусил губу до крови, но стоны стали громче, тело само подалось назад. — Проси, — прошептал Фредринн ему в ухо, голос грубый от желания. Его собственный член, толстый и твёрдый, тёрся о бедро эльфа. — Пошел к черту, — выдохнул Эстес и усмехнулся, но когда Фредринн вошёл — медленно, но неумолимо, заполняя полностью — эльф закричал, выгибаясь в пояснице шепча проклятия, но оставался на месте принимая ласковые поцелуи хаотично ложащиеся на плечи и шею. — Продолжай, — приказал Эстес не обернувшись, но медленно двинулся бедрами назад встречаясь с чужими. Дискомфорт прошел и теперь король был намерен получить удовольствие от их первого раза. Фредринн двигался в идеальном темпе, что бесило — явно опытен. Все происходит горячо и страстно — глубокие толчки, одна рука Вэнса сжимала бедро, оставляя синяки, вторая ласкала член Эстеса в такт фрикциям. Он кусал шею, плечо, шептал пошлости: — Ты такой тесный, — выдохнул наёмник целуя за ушком эльфа, — такой горячий. Ты мой... весь мой. Эстес внешне сопротивлялся до последнего — ругался тихо, пыталась оттолкнуться, но скоро сдался: тело дрожало, стоны стали беспомощными, он сам начал двигаться навстречу в процессе, впиваясь пальцами в землю. Он наконец ответил на поцелуй и Вэнс с ума сходит от этой страсти любовника. Они кончили бурно — Эстес первый, с стоном-криком, сжимаясь вокруг плоти Фредринна, тот — следом, вливаясь на бедро любимого, рыча от удовольствия. Оба лежали после тяжело дыша. Фредринн прижал Эстеса к себе, целуя вспотевший висок, золотистые волосы прилипли к лицу. — Я люблю тебя, — сказал он хрипло, серьёзно. — Как только увидел — влюбился. Эстес молчал долго, дыхание выравнивалось. Потом повернулся, посмотрел немного задумчиво, но в глазах — тепло. — Ты невыносимый шут, босяк и варвар, Фредринн Вэнс. Но ты мне нравишься, может даже слишком. Не смей радоваться сильно. Фредринн улыбнулся — широко, счастливо — и поцеловал его снова. — Как прикажешь, мой недоступный король.