Часть 1
8 января 2026 г., 03:22
Примечания:
Всем пис, это моя первая в жизни работа, поэтому она маленькая и с ошибками. Ну крч я умру и тд
Свет. Он слепит, заставляет жмуриться и думать. Резкая пульсирующая боль отдается в висках парня, лежащего в старой палате общей психиатрической больнице такого же старого городка, о котором не вспоминает даже сам мэр, предпочитая проводить время где-то под ослепляющими лучами солнца, пока тело расслабляется на горячем песке под шум моря и гул чаек. М, море. Сильный запах морской воды вперемешку с тем же песком под носом, словно впритык, дает телу расслабиться на секунду. Паренек с облегчением вздыхает, чувствуя также ласку прохладного одеяла. В его голове блекло всплывают воспоминания: мама... Мамочка расплывается в улыбке, нежно поглаживая русую макушку мальчика; они сидят на веранде, пьют сок и общаются, дожидаясь Джонатана – его старшего брата, пока глаза сужаются от насыщенной краски цветов, когда пахнет пеклом и речкой. В тот момент он мечтал о море. Фантосмия... Короткие прямые ресницы судорожно дергаются – веки поднимаются. И юноша моментально жалеет о содеянном, ибо видит врата рая, прикладывая кисть руки горизонтально к лицу, где переносица. Губы самовольно и медленно втягиваются под зубы. Теплый воздух томно выходит из ноздрей. Давление в груди рассеивает галлюцинации, возвращает в реальность.
Уилл Байерс давно лежит в этих стенах, на которых краска с каждым днем все больше и больше трескается, а персоналу лишь бы хны. Прошел месяц или чуть меньше с того самого дня, когда обеспокоенная мать снова загнала себя тревожными мыслями. Джойс всегда оказывалась рядом в плохую минуту, поддерживала, успокаивала, была лучшим другом после Джонатана. Но ее руки не позволяли отойти и на шаг. Наверное, поэтому у него не было друзей, а в мыслях поселились навязчивые грезы? Что ж, теперь он может обзавестись несколькими знакомыми... Кто не хочет себе в общение психически больного человека? Хотя за проведенное время здесь, этот малец не встретил кого-нибудь, кто бы смог произвести впечатление нормального.. Кроме девчонки, чьи локоны волос напоминали последний костер в лагере, пока в окружении играет какая-нибудь ретро песня. Он не заводил с ней диалог по нескольким причинам: во-первых девушка имела такой же диагноз или что-то в этом роде, так что, понимая "желание" с кем-то разговаривать, парень закидывал идею познакомиться в дальний угол шкафа; а во-вторых его пальцы трясутся, а лоб со спиной выделяет холодный пот, когда дело касается разговоров с незнакомцами. Если ходить по коридорам на процедуру, или в кабинет доктора, или за таблетками, да даже в ванную комнату – можно было хоть как-то заглушить страх существования перед людьми, то вести диалог, это уже этап со звездочкой, до которой при попытке дотянуться – падаешь кубарем вниз, разбивая по пути губу и нос. Уилл помнил тот день, как страшный сон, будто он был вчера. Его неловкая туша стоит в серой массе. Широкий взгляд, не отрываясь, смотрит в одну точку пола, даже не моргает. Его телефон разряжен, одноклассники далеко. Все эти люди рядом давят на него присутствием. Их речь нечленораздельна и проходит мимо пульсирующих ушей. В середине груди давно поселилась шаровая молния, что время от времени глушит сознание, ровное дыхание и спокойное сердцебиение. В тот момент она становилась больше. Время для него остановилось, а может и ускорилось. Байерс правда пытался взять себя в руки, помешать собственным чувствам. Раздражающая атмосфера сгущалась. Чертовы доски пола учреждения с какого-то фига двигались ближе к школьнику; или двигался он к ним? Страх парализовал его, давая возможность только плакать, и то Уилл подавлял это желания, заботясь о том, что на него кто-то смотрит. Звон в ушах достигал пика, пока не прозвенел звонок на урок.
«Блять, – на выдохе произнес парень, когда понял, что снова пролежал какое-то время, копаясь у себя в мыслях, – Мм..».
Наверное и завтрак прошел. Который час вообще? Он медленно приподнимается на локтях и пытается разглядеть комнату. В ней ни одной души, и слава Богу. Байерс удовлетворен одиночеством, потому что может заниматься здесь почти чем угодно абсолютно один, вовсе не тревожась о неловкости своего тела, действий и так далее.
Стопы холодных конечностей встают на поверхность ковра. Ему не хочется есть, и спать, и идти куда-то, а особенно объяснять медсестрам в тысячный раз свое состояние. Уилл знал о их работе, но тактика, конечно, не вызывала положительных эмоций. Его тело только от одной мысли о плане этого дня упало обратно на койку. Ладони протерли смугловатое лицо, на котором по бокам разбежались родинки. Родинки отвратительные.. Почему именно ему досталась куча мерзких родинок? Если теория места определения смерти по родинкам верна, то его либо расстреляли, либо сожгли, либо замучали хлыстом во времена крестьян.
Его дни в больнице не отличаются друг от друга: снова отдых, снова таблетки, снова разговоры с врачами ни о чем, снова телек в галокамере или, как называют проще, соляная пещера – единственная радость в этой дыре, да, к сожалению, выбор на просмотр фильма невелик. Но неважно. Уилл все-равно каждый раз засыпает в ней, а особенно вечером. Ей Богу... Лучше бы его отправили не в психушку для промывки мозгов, а в реабилитационный центр. Там бы он отдохнул хотя бы...
В темной пещере слышится сворливый голос медсестры: «Рота, подъем, Байерс. Каждый день одно и то же.. Я устала уже повторя-ять!», – последнее слово она растянула от заметного раздражения, хватаясь за переносицу.
Юноша не сразу, но нахмурился, когда в попытках сообразить, что от него хотят, тело подскочило на иголках. Руки робко поправили любимую кофту серого цвета в виде пижамы с глубоким вырезом.
«Да.. д-да, сейчас пойду к себе», – сонно произнес он как можно вежлевее, а затем направился к выходу, не смея выпрямлять сгорбленную спину от стыда. Возможно, парень действительно подумаем над тем, что бы не доставлять хлопот персоналу таким образом. Как же ему хочется спать.. Видимо его мешки под глазами собираются исчезнуть лишь в следующей жизни. Была бы воля – его сознание легко бы осталось в мире снов.
Зевая, Уилл выпил стакан воды прямо из кулера. Холодная вода прошлась по его горлу и разлилась по теплому желудку. Он поморщился пару секунд, выбрасывая в мусор пластик, а после обхватил ручку двери своей конуры. Уилл хотел уж вздохнуть с облегчением, так как расчитывал на продолжение сна или рисование, но, открывая дверь, его зрачки не расширились от темноты, которую он оставляет специально, чтобы в дальнейшем расслабиться. Черные, как смоль, шары сузулись из-за основного света, что находится в коридорах.
«Что за?, – не успел Байерс пожаловаться, сужая свои глаза, как вдруг чужой энергичный голос удачно перебивает его, – Васап, чувак».
Высокий незнакомец в широкой белой футболке, на которой красовался тусклый принт зеленой конопли с улыбающейся рожей (Эта футболка досталась ему с ярмарки еще в 13летнем возрасте, и с тех пор является самой любимой. Он носит ее буквально везде, если лень переодеваться), и в темно-синих шортах стоит перед ним с протянутой рукой. Его улыбка до ушей приветлива, но лжива по мнению другого подростка, чей взгляд скептически осматривал его.
«Я Майк, тип твой новый сосед, если, конечно, в этой помойке еще кто-то был помимо тебя, лол» – он убрал руку на свой пояс, также осматривая пришедшего.
В помойке.. А лучше слово не нашлось? И вообще это намек на то, что он мусор или че?
– Уилл, заметив, что его и чужой взгляд пересеклись, быстро посмотрел в сторону стены и пола с левой стороны: «Я Уилл. Уилл Байерс», – он прошел мимо него к своей ожидающей койке.
Прозвучал резкий шлепок. Юноша моментально схватился за свой зад, коротко вскрикивая, и развернулся к действительно больной персоне, то бишь новенькому. Майк ухмыльнулся с реакции, будто они знакомы всю жизнь, и это ничего не значило. Его локоть уткнулся несколько раз в плечо меньшего, у которого выражение лица было явно несчастливо.
«Да расслабься, че ты ты такой нервный??».
Уилл нахмурился еще сильнее, мысленно отвечая: «Действительно, почему!?». – Он отстранился от чудика, закатывая карие глаза: «Извини, но я не хочу общаться с психами» – и лег на постель в сторону стены.
«Пф, ты типа из тех, кто считает себя особенным? Чел, если ты тут, то у меня плохие новости для твоей самооценки», – Майк отвернулся, поняв, что диалог завершен, и стал продолжать разбирать чемодан. В нем лежали простые, но многообещающие предметы: сигареты, зажигалка, комиксы марвел, куча кофт темного оттенка, а также носок, какая-то погрызанная ручка, маленький блокнот, резиновая курица с открытым клювом, мужские духи и гель для душа.
Спустя пол часа расстановки вещей, будто у себя дома или по приезду на курорт, параллельного общения с медперсоналом, он, по совместительству Уиллер, оглядываясь по сторонам закрытой белой дверью комнаты, аккуратно проводит по карману штанов рукой с резинкой для волос на запястье. Майк улыбнулся шире, почувствовав маленькую металлическую коробочку там.
Примечания:
В моих планах история должна быть хорошо прописана, но, думаю, это нормально если окажется не так. Надеюсь на отзывы и ожидания. Это даст мотивацию писать больше трех страниц🍕
