Неодолимая сила

      — Ну и? — немедленно потребовал Элиан, стоило только Леону войти в зал совета, — закончили?       — Что важнее, — перебил Персиваль, — Артур победил?       — Понятное дело, — возразил Гвейн, — выиграл Мерлин. Мне вот что интересно, в кого он превратил принцессу. И сколько у него стало бородавок?       — Никаких бородавок, — открестился Леон, — ни в кого он не превращал Артура. Он бы не стал, сам знаешь.       Гвейн театрально вздохнул:       — Что ж, мечтать не вредно.       — Тогда, — громко, перекрывая поднявшийся в зале шум, сказал Ланселот, — что в итоге произошло?       Все глаза обратились на Леона.       — Это, — сморщил он нос, — полагаю, можно назвать ничьей?

🌺

      Проблемы начались, когда Мерлин раскрыл свою магию.       Хотя не совсем так. Проблемы по-настоящему начались за несколько лет до этого, еще когда Мерлину не посчастливилось натолкнуться на парнишку, оказавшимся, как выяснилось позже, принцем, которого он грозился уничтожить за пол дыхания. Леон знал, что это был ключевой момент, ведь отчетливо помнил последовавшую за этим перебранку и последующую гневную тираду Артура, когда «идиот с рынка» вдруг стал его слугой. На тот момент он сам считал, что Мерлину крупно повезло не лишиться в тот день головы, но даже тогда было у мальчишки что-то особенное, что-то, что позволило ему неплохо противостоять гневу Артура. Что многое объяснило, когда сразу после восхождения Артура на трон, он признался, что является магом.       С того момента их перебранки только усиливались, пока в какой-то момент они стали скорее напоминать воркование нежели шипение. После того, как они начали отношения, а затем и вовсе обвенчались, их ссоры стали откровенно влюбленными, но не то, чтобы Леон это когда-нибудь по глупости расскажет Артуру.       Тем не менее новость о магии Мерлина далась тяжело Артуру, всегда сомневавшемуся, достоин ли он трона. Раз все это время ему помогала магия, стоит ли он сам чего-либо? От того последующее его предложение изменить правило Десятилетнего турнира удивило Леона, впрочем как и всех остальных.       — Что ты имел в виду, когда сказал, что хочешь разрешить магию на турнире? — пораженно моргнул тогда Мерлин, сидящий напротив короля на заседании, — Ты не можешь этого сделать. Люди пострадают.       — Люди получают ранения каждый год, Мерлин, — отмахнулся Артур, — это бои на смерть, а не кружок леди по вышиваю. Я думал, ты согласишься, что у магов есть ровно такое же право соревноваться как и у остальных.       — Но это не будет честным, — сказал Мерлин, — ты ведь понимаешь, что у рыцарей не будет и шанса против магии.       — Еще как будет, — возразил Артур, — я хорошо помню, как уделал парочку самостоятельно, — его глаза сощурились, — ведь так?       — Вообще-то… — Мерлин робко почесал макушку.       Возникшая в результате ругань была слышно в каждом углу замка. Закончилась она лишь тогда, когда после многочисленных обоюдных оскорблений Артур в сердцах снял свою кожаную перчатку и бросил ее к ногам Мерлина.       — Так и быть, — сказал он, — решим это как положено.       В свою защиту, Мерлин сделал все, что мог. Он назвал это глупым, попытался объяснить, что Артуру нечего доказывать, не Мерлину точно. Причитал, что маги никак не подчиняются Рыцарскому Кодексу! В конце концов, ему ничего не оставалось, кроме как прямо признаться:       — Я не хочу тебя ранить, Артур!       — А ты и не ранишь, — бросил тогда Артур, заставив Леона поразиться тому, как Мерлин не вдарил магией его самодовольной ухмылке прямо на месте, — ну же, Мерлин. Я думал, ты сильнейший маг Камелота.       — Я и есть самый сильный маг, — перебил Мерлин, скрестив руки на груди, тогда как Артур откинулся на спинку стула, — из-за чего у меня есть дела поважнее, чем сражаться со своим мужем в дуэли.       Но Артур уже выходил из зала заседаний. Мерлину пришлось пойти за ним, бормоча под нос выразительные ругательства, которые Леон предпочел пропустить мимо ушей. Рыцари пошли за ними, возбужденно обсуждая исход предстоящего поединка и незаметно обмениваясь горстями монет, делая ставки на исход.       — Проследишь, чтобы он как положено надел доспехи, ладно? — тихо попросил Мерлин Леона, когда они подходили к тренировочной площадке.       Леон согласился, предприняв последнюю попытку разрядить обстановку, пока застегивал латы Артура:       — Вы уверены, что это хорошая идея, сир? — прямо спросил он, — оспаривать Мерлина так публично.       — Ты не веришь, что я могу его победить в честной схватке? — Артур смотрел в сторону, но в том, как он поправил наручи, было что-то угрожающее, от чего Леон тяжело сглотнул.       — Это не то, чтобы я не верю в вас, — сказал он, признавая в душе, что у него все же были сомнения: Артур хоть и был сильнейшим воином, когда либо встречавшимся в Камелоте, но он так же был с головой влюблен в мага. Сложно было представить, как он добровольно поднимет на него меч. — Вы можете пожалеть, если побьете его.       Это заставило Артура задуматься на мгновение.       — Мне нужно знать, — решительно сказал он наконец, обнажив сердце от прежней бравады, — смог бы я, не встреть Мерлина, один, без помощи магии… Мне нужно знать, смог бы я достичь успеха вопреки всему, понимаешь?       Леон, к сожалению, его понимал. На месте Артура он наверно чувствовал бы то же. Он кивнул в ответ на вопрос короля и Артур ответил таким же кивком и отвернулся, переведя внимание на мужчину в другой стороне тренировочного поля.       Все это было шесть часов назад. Многое произошло за это время.

🌺

      В начале казалась словно Мерлин не особо старался. Он создавал небольшие огненные шары и метал их в сторону Артура. Они летели настолько медленно, что Артур легко отражал их своим клинком.       — Это все, что ты можешь? — дразнил он, вертя мечом в одной руке провоцируя. Леон знал этот мах, которому он сам научил Артура, и прекрасно знал этот тон. Артур нервничал и пытался это скрыть. — Ты можешь лучше.       Следующий огненный шар пролетел мимо, а за ним последовал раздраженный взмах запястья мага, который, возможно, должен был сбить Артура с ног, но вместо этого лишь заставил его отступить на шаг назад. Затем последовала атака веток, каждая из которых точно обморочная девица аккуратно падала к ногам Артура, рассеченная мечом. Расправившись с ними, Артур громко выдохнул, с новой решимостью двинувшись на Мерлина. Битва разгорелась всерьез.       Если бы данное зрелище не беспокоило его, Леон бы возможно даже получил бы удовольствие от боя, в котором два короля Камелота испытывают свои силы друг против друга. Но каждый раз, когда Мерлин произносил новое заклинание, Леон вздрагивал и вздрагивал снова, когда заклинание летело в сторону Артура — и в итоге не причиняло ему вреда.       — Приложи хоть немного усилий! — кричал Артур, отбивая еще один огненный шар, безвредно взорвавшийся в грязи, — сейчас не время для скромности, Мерлин, это должно быть дуэлью.       — Я стараюсь! — кричал в ответ маг, выпуская череду молний, легко отскакивающих от щита Артура. — Почему-то не работает!       Время шло, а они все продолжали кружить друг вокруг друга. Мерлин периодически направлял в сторону Артура новые заклинания, а Артур либо уворачивался от них, либо безвредно отбивал. В какой-то момент Мерлину пришла в голову идея вызвать дождь, чтобы наконец закончить бой, но Артур специально тренировался в любых условиях. Он лишь откинул мокрые пряди со лба и спокойно отбил очередное заклинание Мерлина.       Один за другим, зрители стали расходиться. Сперва из-за испортившейся погоды, затем из-за затянувшегося боя, которому не было видно конца. В итоге, остался один Леон, следивший за противостоянием под одним из шатров и гадавший, как долго оно еще продлится.       И затем, наконец, это свершилось. Артур отразил один из ударов Мерлина плоским ребром меча, отправив заклинание обратно и Мерлин, вероятно, отвлеченный дождем, слепивший ему глаза, не успел вовремя отбиться, с силой упал и кубарем покатился по траве.       Он неподвижно лежал, и Леон бросился на поле, проверить, ранен ли он. Артур добрался быстрее. Он бросил меч и скинул шлем, побежав к мужу.       — Мерлин? — испуганно позвал он, падая рядом с ним на колени и хватая его за плечи, — Мерлин, скажи, ты в порядке?       — Āċiere, — произнес Мерлин, широко распахнув золотые глаза.       В следующее мгновение Леон стал свидетелем того, как Артур опрокинулся навзничь, а Мерлин торжествующе восседал верхом на его груди.       — Сир, — дерзко вопросил маг, — Вы сдаетесь?       — Я не сдаюсь, грязный ты обманщик! — прорычал Артур, в чьем голосе слышалось скорее облегчение, нежели гнев, — я думал, я убил тебя.       — Не близко, — сказал Мерлин и, чтобы доказать свою правоту, он раскинул свои руки в стороны, демонстрируя целую одежду, — даже не опалило. Я потушил огонь прежде, чем он… Эй!       Артур воспользовался моментом и уронил мага на спину, поменяв их местами так, что теперь он оказался сверху, еще один прием, которому его научил Леон. Он прижимал Мерлина к земле, среди грязи, капли дождя били ему в лицо, пока он довольно ухмылялся, глядя сверху вниз на Мерлина, который очень неубедительно имитировал возмущение.       — Ты не можешь использовать мои же приемы против меня, — жаловался тот, — это жульничество.       — Неужели? — угрожающе сверкнул глазами Артур, — Я и не заметил. Сдаешься?       Наступила напряженная тишина. Леон, вопреки здравому смыслу, вдруг обнаружил свою руку у рукояти меча, а волосы на его затылке встали дыбом от внезапной смены атмосферы. Дело не в том, что он думал словно Мерлин причинит вред Артуру. Как? Если он только что несколько часов подряд показывал, что не способен на это. Нет, просто Мерлин мог быть таким же упрямым и вспыльчивым, как и его муж, и Леон не мог быть уверен, что маг не превратит короля в жабу, по крайней мере для того, чтобы преподать ему заслуженный урок за поведение, как у придурка.       Мерлин слегка приподнял подбородок, что послужило достаточным согласием для Артура, который бросился вперед и заключил губы мужа в страстный поцелуй. Он словно не замечал, что они оба промокли до нитки и с головы до ног были покрыты грязью, или даже то, что пока Мерлин отвлекся, дождь успел превратиться в ливень из крошечных розовых лепестков, окутавших их розовым облаком.       — Кхе-кхе, — многозначительно прокашлялся Леон.       Когда это не привлекло их внимания, он решил, что лучшим решением будет ретироваться.       Придется сообщить остальным рыцарям, что заседание совета откладывается на неопределенный срок, поскольку у Их Величеств другие дела на уме… Но с другой стороны, они могут быть уверены, что будущее Камелота находится в самых надежных руках… До тех пор, пока они не начнут ссориться завтра.