Сегодня не кончится никогда.

Солнце пекло и отдавало земле своё тепло, согревая её и заставляя людей молиться всем Архонтам, чтобы было чуточку прохладнее. На тихом заднем дворике поместья Аято был слышен свист оружия и тихие вздохи сбитого дыхания. Это был хозяин поместья. Он вновь тренировался, хвастаясь своим телом перед любимым. Тот сидел в теньке, наблюдая за супругом. Его блондинистые волосы были собраны в высокий хвост с косой, замотанной на макушке. Аято иногда бросал взгляды на мужа и старался впечатлить того своими приёмами, будто не он был героем Тейвата. Итэр лишь тихонько хихикал на это и позволял себе смотреть на такого прекрасного мужчину. Когда с тренировкой было закончено, Аято устало присоединился к любимому в теньке, пытаясь отдышаться. Рядом с его блондинистым чудом было всегда так чудесно, словно он утопающий, пытающийся надышаться перед тем, как вновь уйти под воду, чтобы потом опять вынырнуть. Глаза его мужа опьяняли, а светлую косу хотелось расплести, чтобы утонуть в его волосах. Они всегда пахли нежными персиками и сакурой. Аято не знал почему этот запах дурманил сильнее благовоний и вина. Обычно он не предпочитал быть словно в тумане, предпочитая ясность ума и трезвость, но рядом с Итэром… Он мог позволить себе утонуть в нём. Это была обычная тренировка, с обычным исходом. Последнии пару лет так и проходили. Работа, тренировки и Итэр. Аято повернулся к блондину и потянул к себе в объятия, тот не сопротивлялся, соскучившись по мужу. Мягко чмокнув того в макушку, Аято выдохнул. Последние пару дней Камисато пребывал в ужасном состоянии. Ему постоянно снилось, что Итэр погиб и тот проживает дни тускло и пусто. В тех снах так холодно. Бывало ли так холодно вообще когда-нибудь? Аято и не помнит даже, чтобы рядом было так пусто. Рядом всегда был Итэр. Его чудо и любимый муж, а помолвочные кольца лишь помогали отрезвлять его после кошмаров. Аято точно не может сказать, когда начались его кошмары. Может… Когда он понял, что может потерять Итэра? Не то чтобы Аято не задумывался об этом, но с чего бы взяться кошмарам? Он не знал ответ, но очень хотел бы. Очередной день после тренировки проходил сладко. Итэр был рядом, смеялся с шуток главы и дарил тому свою улыбку. Аято был готов убивать ради этой улыбки. Выскочил Тома, кричащий что-то путешественнику и пытающийся забрать того у мужчины. Конечно он бы не хотел отпускать мужа, но как он может отказать, когда Итэр целует того в щёку и смотрит этими прекрасными глазами? Он не может. Это было бы непозволительным грехом. Итэр счастливый убегает с Томой, который выглядел донельзя счастливым и будто что-то замышлял. Аято старался отогнать плохие мысли и резко вспомнившийся кошмар прошлой ночи. Тогда он видел как в фоторамке, перевязанной чёрной лентой улыбался Итэр в цветах и такой счастливый. Аято помнил эту фотографию. Он лично её сделал, но почему? Почему Итэр умирал? Он не знает. Блондин вновь появился перед Камисато и потянул руки к нему, поднимая и закрывая глаза тому, ведя того куда-то. Аято не станет скрывать, он бы бросился в бездну с закрытыми глазами, если бы их закрывали ладони возлюбленного. Тот отпустил его и отошёл, разрешая открыть глаза. Тот открыл глаза и услышал громкие поздравления. Точно, у него же день рождения! Он наблюдал за Итэром в цветах, до боли счастливым и честным. Итэр поднёс самый дорогой подарок, который дарили Аято. Это была цепочка сделанная своими руками. Он не знал, когда Итэр успел, но она так грела душу, что тот поклялся носить её всегда. Итэр смеялся и был рядом. Это был самый лучший день рождения. Аяка поздравила брата и мило перешёптываясь с Томой, ушла, оставив брата с героем Тейвата. Тот улыбался и смеялся, целуя своего мужа. Аято улыбался, а потом оглядывал своего мужа. Ему показалось, что глаза Итэра слегка потускнели, а после он вовсе начал бледнеть. Он попытался ухватиться за парня, но упустил. Всё вокруг помрачнело. Приветливый дворик обернулся холодным и тёмным кабинетом. Почему так холодно? Где Итэр? Аято скользнул взглядом к запястью с цепочкой и коснулся её пальцами другой руки. Со стола привычно нежно смотрела фотография Итэра. Камисато поднялся и решил обойти дом. Итэра не было. Он зашёл в спальню и увидел листок, а рядом фото с чёрной лентой. Фото Итэра. В рамочке. Он аккуратно, словно по минному полю приблизился к листку бумаги. Там была дата. 03.07. xxxx Без Итэра всё ещё холодно. Дом стал таким пустым. Итэр, зачем ты решил пойти в бой против Селестии? Какой ценой нам вышла победа? Скорее всего, если ты вновь взял в руки лист, значит ты праздновал день рождения с Итэром. Он погиб в войне с Селестией, а у тебя некоторое расстройство, не позволяющее создавать воспоминания. Со смерти Итэра прошло много времени, но ты не помнишь. Аято выронил листок, слёзы подкатили к горлу, встав комом, мешавшим дышать. Клинок, брошенный в углу комнаты за ненадобностью, соблазнительно отразил свет солнца, прокравшегося сквозь неплотно задёрнутую штору. Решив что-то для себя, светловолосый мужчина хватает клинок и бросает пустой лист на полу, покидая комнату, а после поместье. Тишина остаётся загробной.

Он больше не боится. Он больше не вспомнит.