Слепая зона

      - О, извините, я думал кабинка пустая…       Чан шумно выдохнул дым из легких от только что выкуренной сигареты и устроился на холодном пластиковом сиденье кабинки колеса обозрения. Напротив него парень чуть помладше, сидел со сведенными коленями, между которыми были зажаты его ладони.       - Все в порядке, я не против. - он неуклюже кивнул и продолжил смотреть в пол.       - Не первый круг катаетесь, да? - Чан вежливо улыбнулся, замечая покрасневший нос парня и то, как он пытается согреть свои ладони.       - Ага. Люблю карусели.       - Холодно для каруселей. - Чан кивком указал на чужие руки.       - Вы тоже здесь. - парень наконец посмотрел на него.       - А я никогда не мерзну. - он широко улыбнулся.       Парень приподнял уголки губ и опустил взгляд.       - Меня Чан зовут. - Чан протянул руку для рукопожатия.       - Джисон. - парень уставился на его руку, и спустя долгую паузу ответил на рукопожатие. Его ладонь ледяная.       - Ты в порядке? Ничего, что я на “ты”? Мы вроде как близки по возрасту, да?       - Д-да… мне двадцать четыре, а вам… тебе?       - Двадцать семь, - Чан так и не отпустил чужую ладонь. - Дай вторую руку.       Кабинка поднялась на пиковую высоту, но Чану уже плевать на открывающиеся виды. Пронизывающий ветер лохматил вьющиеся волосы Джисона и это намертво приковывало взгляд Чана.       - Зачем?       Чан чуть не рассмеялся над умилительно удивленным лицом напротив.       - Давай, говорю.       Джисон, колеблясь, протянул вторую руку. Чан обхватил обе руки своими и начал их растирать.       - Это лишнее…       - Не могу бездействовать, когда такой симпатичный парень мерзнет. - Чан закинул удочку, наблюдая за чужим выражением лица. Либо он пошлет его нахрен, либо…       Джисон слегка покраснел и руки из его захвата не выдернул. Чан опустил взгляд на изящные пальцы парня и улыбнулся. Его радар еще ни разу не подводил.       - Продиктуешь свой номер, Джисон?       - А… Ага.       С сожалением отпустив руки парня, Чан достал свой телефон и подбадривающе улыбнулся. Парень продиктовал свой номер, в конце засомневавшись в последней цифре. Чан написал пробное сообщение, услышал звук уведомления откуда-то из куртки Джисона и удовлетворенно кивнул. Кабинка опустилась почти к самой земле.       - Остаешься тут?       - А-ага.       - Я напишу тебе, любитель каруселей, - Чан подмигнул и выскочил на платформу, провожая взглядом проплывающую дальше кабинку. - Не мерзни!       Джисон со слабой улыбкой кивнул.              Чан: Мин, я такого милашку встретил!       Сынмин: рассказывай       Чан: Увидел странного парня, который не слезал с колеса обозрения три круга подряд, залез к нему в кабинку и взял его номер       Сынмин: звучит пугающе… ты у него еще не в блок-листе?       Чан: Я об этом не подумал. Сейчас проверим.       

_________

      Чан: Хэй, прошло два часа с нашей встречи, я надеюсь ты уже накатался на каруселях?       Джисон: привте. ага. дома.       Джисон: привет*.       Чан: Слава богам, я волновался, что ты примерзнешь к сиденью. Какую музыку ты любишь?       

_________

      Чан: Все в порядке, он мне отвечает.       Сынмин: рад за тебя. не будь слишком напорист       Чан: Я не напорист, а инициативен!       Сынмин: иногда даже слишком       Чан: А еще другом называешься!       Сынмин: я твой друг не по своей воле       Чан: Мин!       

_________

      Джисон: ранзую. рок в основном.       Джисон: разную*.       Чан: Все в порядке, я и с опечатками понимаю то, что ты пишешь. Так сильно замерзли руки, что не попадаешь по клавишам? Давай встретимся завтра, я их согрею ;)       Чан: Я тоже люблю рок. Скинь свой плейлист в спотике? Вот мой       Чан: [ссылка]       Чан: Так что насчет встречи?       Джисон: завтра не могу.       Чан: Послезавтра?       Чан: После-послезавтра?       Чан: После-после-послезавтра?       Джисон: я тебя понял. послезавтра я свободен с трех до пяти.       Чан: Отлично! С меня кофе в Тайгере на Хондэ и сладкое на твой выбор. С тебя - ссылка на твой плейлист.       Джисон: [ссылка]              Чан воткнул наушники-затычки в уши, включил скинутый Джисоном плейлист и устроился поудобнее на твердом сиденье автобуса, глядя в окно. Он скучал по этому чувству легкой влюбленности.       Чан жил влюбленностями. Сынмин смеялся над ним, но Чану плевать. Он влюблялся ярко, вспышками, с первого взгляда и каждый раз думал, что ну в этот-то раз точно - навсегда. Когда он влюблялся, то забывал обо всем: учеба и работа становились неважны, объект любви захватывал его внимание полностью. Сынмин говорил, что это нездоро́во. Чан отмахивался от его слов как от назойливых мух. Он считал, что Сынмин ничерта не понимает в любви - у него вообще никогда не было ни девушки, ни парня.       Но каждый раз “любовь навсегда” длилась недолго. Школьные влюбленности вовсе взаимностью не отвечали. В институте парень сбежал от него через полгода к другому, затем Чан в попытке вылечить свое разбитое сердце случайными связями быстро влюбился снова… Всего к двадцати семи годам у Чана было трое бывших, с которыми были серьезные отношения.       Чхве Сан - тот самый, сбежавший через полгода к другому парню. Его первая любовь, которая ответила взаимностью. Из плюсов этих отношений - дружба с Сынмином. Из минусов - неуверенность в себе. Сану не нравилось его тело, с тех пор тренажерка и Чан - вещи неделимые.       Пак Сонхва - выдержал Чана два месяца и просто исчез, без объяснения причин, не отвечая на звонки и сообщения. Чан тогда сильно страдал, но у него уже был Сынмин, который умудрялся всегда вовремя позвонить и написать другу, не давая углубиться в душевные муки слишком сильно.       Сон Минги - тот, от кого сбежал сам Чан. Красивое начало - впервые кто-то добивался Чана, а не наоборот, затем слишком быстрое развитие отношений, радость Чана от серьезности намерений Минги, затем… то, что он до сих пор не хочет вспоминать. Тогда ему пришлось месяц жить у Сынмина, зализывая раны как физические, так и душевные.       

When you were here before

Couldn't look you in the eye

You're just like an angel

Your skin makes me cry

You float like a feather

In a beautiful world

I wish I was special

You're so fuckin' special…

      Чан довольно зажмурился, услышав свою любимую песню в чужом плейлисте. Это точно знак, что с Джисоном все будет не так, как раньше.              Чан: В этот раз все по-настоящему, Мин, я чувствую.       Сынмин: *facepalm*       Чан: Иди в задницу              Он с легкой обидой заблокировал телефон. Вечно его друг так, никакой поддержки. На всех его бывших закатывал глаза и находил недостатки. И самым досадным являлось то, что большинство опасений друга сбывалось.             

***

            В день и час Х Чан пританцовывал у входа в Tiger Coffee, выкуривая третью сигарету подряд. Джисон сильно опаздывал и Чан списал это на плохую погоду - намело снега и он сам заложил час сверху на дорогу, чтобы не опоздать. Он еще раз перечитал их диалог, думая, чего бы еще написать.              Чан: Ты в порядке? Может тебя встретить? Куда ты подъедешь?       Джисон: все ок. еду. жди там.              Вздохнув он заблокировал телефон и уже достал четвертую сигарету из пачки, когда увидел его. Губы сами собой растянулись в широкой улыбке и он помахал Джисону рукой, пряча незажженную сигарету обратно в пачку и пихая ее в карман.       - Привет.       - Привет. Можно тебя обнять?       - Зачем?..       - Ну… При встрече люди обнимаются, - Чан смущенно почесал в затылке. - Захотелось тебя обнять. Рад видеть, понимаешь?       - А. Ладно, - Джисон переступил с ноги на ногу.       Чан приобнял парня, стараясь не слишком сжимать его. Джисон казался хрупким. А еще он очень приятно пах.       - Ты наверное замерз, пока добирался? - Чан отстранился и придержал дверь кофейни, чтобы парень вошел внутрь.       - Я в порядке, - щеки Джисона раскраснелись то ли от холода, то ли от смущения. Они вместе прошли в кофейню, Чан усадил Джисона за столик, выспросил какие кофе и десерт он хочет и убежал делать заказ. Когда он вернулся, Джисон опустив голову что-то строчил в своем телефоне.       - Отчитываешься маме с кем ушел гулять? - Чан рассмеялся собственной шутке и поставил перед Джисоном кофе со сливками и шоколадный чизкейк. Себе он взял ромашковый чай и шарик ванильного мороженого.       - А, н-нет… - Джисон заблокировал телефон и запихнул в карман куртки.       - Расслабься, я же шучу.       Джисон кивнул и запихнул кусочек чизкейка в рот.       - Какие фильмы ты любишь? - Чан ковырнул мороженое ложечкой, разглядывая парня перед собой. Волосы Джисона от снега стали влажными и более кудрявыми, чем он помнил при первой встрече.       Чан радовался каждому ответу Джисона, особенно если тот выдавливал из себя больше двух слов за раз. Сам же он старательно прикусывал язык, когда понимал, что болтает слишком много. Его бывшие парни частенько высказывали ему за дурацкую привычку Чана болтать без остановки на темы, которые ему интересны.       Но и через пару часов диалога, спустя два десерта и пять напитков на двоих, Чан все равно чувствовал напряжение со стороны Джисона. Когда тот сказал, что ему пора идти, Чан мгновенно предложил проводить его до остановки. Джисон, к его облегчению, не отказал. Их недолгую дорогу Чан старался заполнить своим мнением (исключительно положительным) о плейлисте Джисона, и когда остановка уже была видна, Чан внезапно остановился.       - Джисон, давай начистоту, я просто не хочу, ну, знаешь, надеяться на лишнее. Ты согласился на эту встречу только потому что стесняешься отказать?       - Нет.       Чан опешил от быстроты ответа. Честно говоря, он думал Джисон будет ломаться и в конце концов скажет, что согласился на встречу из вежливости. Поэтому он осторожно спросил:       - Но я чувствую, будто излишне напрягаю тебя, понимаешь?       Джисон выдохнул, вверх взмыло небольшое облачко пара.       - Смотри, там собака милая, - он указал куда-то вправо.       Чан поднял бровь, борясь с желанием спросить “какого хрена?” и посмотрел вбок. В тот же миг он округлил глаза, почувствовав прикосновение прохладных губ к своей щеке. Он повернул голову обратно к Джисону, не зная, что сказать.       - Я напишу тебе позже. Не пиши слишком часто, ладно? Только когда я буду писать.       Чан медленно кивнул. Джисон неловко махнул рукой и пошел на остановку, оставив Чана недоумевать под непрекращающимся снегопадом.              Чан: Мин, можно я приеду?       Сынмин: у меня бардак и ты будешь ехать три года по этим пробкам       Чан: Я был с тем милашкой в кофейне недалеко от тебя, дойду пешком. Не парься по поводу уборки.       Сынмин: что-то случилось?       Чан: Расскажу.              Сынмин открыл дверь, приглаживая взлохмаченные волосы. Чан ввалился в квартиру друга, мгновенно душа того объятиями.       - Чан, я вдохнуть не могу…       - Ой, извини. - Чан обезоруживающе улыбнулся и растрепал чужие волосы. Сынмин закатил глаза и отбился от его руки.       - Голодный?       - Я бы поел чего-нибудь, а то мы с Джисоном только сладкое ели, постеснялся на первом свидании есть как обычно.       Сынмин покачал головой и отобрал из рук друга промокшую от снега куртку. Он аккуратно устроил ее на стуле, расправляя складки.       - Все что увидишь в холодильнике - твое.       - Даже маринованные яйца? - Чан крикнул, перебивая шум воды, пока мыл руки.       - Даже они, - Сынмин нашел брошенные на диване очки, надел их и уселся на кухне, наблюдая как друг хозяйничает словно у себя дома. - Выкладывай. Что произошло?       - Да я не знаю, вроде все круто, но странно, - Чан пропал за дверкой холодильника. - Еще на карусели было странно. Он загадочный, знаешь? Вот, например, сегодня мне показалось, что разговор между нами совсем не клеился, а потом он взял и поцеловал меня.       - Вот как, - Сынмин почесал подбородок и кинул в рот мармеладку из раскрытой пачки на столе. Чан нагреб из холодильника всевозможных закусок и вывалил их на стол.       - Все еще думаешь, что в этот раз по-настоящему? - в голосе Сынмина насмешки не было, поэтому Чан решил в этот раз не обижаться.       - Даже если нет, у меня давно никого не было…       - Чан, ты врешь сам себе. Ты всегда говоришь, что хочешь нормальных отношений. Зачем ты вообще подкатил к этому странному парню? Хочешь повторения ситуации, как с любым из твоих бывших?       - А что, надо сидеть и ждать великой любви, пока член не отсохнет? - Чан выплюнул раздраженно и тут же пожалел, увидев закаменевшее лицо друга. - Мин, прости, я не это хотел сказать…       - Но ты сказал, - Сынмин снял очки и аккуратно пристроил их на край стола. - Если ты думаешь, что я тебе завидую, то это не так.       - Я не…       - Ты как долбанный мотыль, летаешь от одной включенной лампочки к другой. Однажды лампочка окажется антимоскитной и тебя долбанет током.       - Ну и пусть, - Чан запихал в рот сырную булочку и нахохлился.       Сынмин не глядя на него ковырял щербинку на углу стола. Напряженное молчание затянулось.       - Ты досмотрел новый сезон “Доктора Кто”? - Сынмин сдался первым.       - Да. - Чан ответил невнятно из-за недожеванной булки во рту.       - Расскажи что там, мне лень досматривать.       - Ну, в общем, - он проглотил наконец еду и запил водой, после чего продолжил. - Без Моффата вообще фигня получается, там в четвертой серии…       Чан расслаблялся, когда болтал с Сынмином. Тот никогда его не останавливал, внимательно слушал, задавал вопросы и беззлобно спорил.              Их дружба началась с попытки сталкерства Чана. У первого бывшего Чана, Сана, была огромная компания друзей, которой они постоянно собирались у одного из них на квартире и пили дешевое пиво, обсуждая все подряд. Чану ужасно хотелось стать своим и он постарался подружиться с каждым из этой компании. Среди всех этих людей только Сынмин общался искренне и прямо, выходя за рамки вежливого small talk.       Когда Сан бросил Чана, он стал писать Сынмину с просьбой рассказать, как теперь бывший живет без него. Сынмин правдиво отвечал, что Сану прекрасно живется. Чана первое время это сильно расстраивало, но потом, когда сердце подотпустило, он оценил, что ему не врали и не подпитывали его наивных фантазий. Тогда он стал писать и звонить Сынмину просто так. Ким с той компанией постепенно перестал общаться и больше Сана они не вспоминали.       Чан, откинувшись на спинку стула, сыто оглядел гору упаковок из под уничтоженной еды.       - Я снова объел тебя, прости, Мин.       - Я уже привык.       - Ах ты! - Чан шутливо замахнулся, после чего притянул парня к себе, обхватив рукой за плечи. - Вот за это я тебя обожаю. За болезненную честность!       Сынмин хмыкнул и расслабленно откинул голову на чужое крепкое плечо.       

***

      Чан: Привет! Когда ты мне напишешь? Два дня уже прошло:)       Джисон: привет. занят был.       Чан: Хочешь увидеться? У меня завтра выходной, я свободен весь день.       Джисон: где?       Чан: Кино? Там новый Хищник вышел. Билеты с меня!       Джисон: ладно. выбери дневной сеанс, вечером у меня дела.              Джисон снова опаздывал. Чан не очень любил такое, но Джисон был милым, может, когда они будут официально вместе, он будет следить за тем, чтобы он выходил вовремя…       - Привет.       Чан вынырнул из своих мыслей и радостно обнял парня перед собой.       - Джисон! Пойдем, там уже трейлеры идут, поговорим после кино, ладно?       Джисон кивнул, не отстраняясь от объятий. Они зашли в уже темный зал и Чан, взяв Джисона за холодную руку (он подумал, что на следующее свидание принесет ему перчатки), повел его на самый верхний, последний ряд, для парочек. Они сели на диванчик и Чан расслабленно откинулся на спинку, не выпуская ладони Джисона из своей.       - Ты вообще любишь Хищника? Шварц в первом фильме такой…       - Не очень, - Джисон ответил безэмоционально и Чану стало неловко.       - Тогда зачем согласился? Мы могли выбрать другой фильм.       - Потому что ты хотел.       Чан чуть расслабился и улыбнулся улыбнулся.       - В следующий раз фильм выберешь ты, хорошо?       Джисон кивнул и провел пятерней по волосам, убирая непослушные кудри со лба. Чан подумал, что смотреть на Джисона ему сейчас явно интереснее, чем фильм на экране.       Возможно, Джисон это понял, потому что спустя всего пятнадцать минут после начала фильма пальцы Джисона высвободились из его ладони, мягко перевернули ее и легли на тыльную сторону ладони Чана. Его сердце сделало кульбит, но он не стал ничего предпринимать, решив узнать, что будет дальше. Джисон был странным и непонятным для него, но это только разжигало интерес. Джисон не особо радуется приветственным объятиям Чана, но тактилен. Внешне не горит энтузиазмом, но первым действует. Что у него в голове? Чану хочется это выяснить, понять, что прячется за миловидным лицом, закованным в холодность, докопаться до его сердца, в котором точно есть тепло.       Пальцы Джисона поднялись чуть выше, к предплечью и вызвали мурашки на коже. Чан свободной рукой вытащил из подлокотника стакан с колой и сделал большой глоток. Он абсолютно не понимает Джисона. Но такие прикосновения не требуют особой расшифровки.       Чан быстрым движением перевернул свою руку и ладонь Джисона снова оказалась в его. Он переплел их пальцы и вполоборота развернулся к парню рядом. Во вспышках от киноэкрана глаза Джисона темные и блестящие, как два круглых отполированных обсидиана. Чан придвинулся к Джисону чуть ближе, давая тому шанс отстраниться или отвернуться. Но Джисон просто смотрел на него, почти не моргая. Когда он облизнул губы, сделав их такими же влажно блестящими, как и его глаза, то Чан сдался и поцеловал его.       К облегчению Чана, Джисон ответил на поцелуй сразу же. И целовался он просто умопомрачительно.       

***

      Чан: Я только что проводил Джисона до станции метро. Мы были в кино, хотели еще погулять, но он убежал из-за каких-то внезапных дел. В кино мы поцеловались. Как думаешь, считать это началом наших отношений?       Сынмин: может стоило один из поцелуев заменить на разговор о вашем статусе?       Чан: Это было слишком хорошо, чтобы прекращать. Разве те, кто целуются, не считаются парой?       Сынмин: ты мне скажи. я в этом ничего не понимаю.       Чан: Извини, я наверное надоел тебе своими разговорами про него       Сынмин: все в порядке. кому еще ты можешь на уши присесть, как не мне       Чан: Я люблю тебя, Сынмин-и!       Сынмин: *facepalm*       Сынмин: все же обсуди с ним, чтобы не было неприятных сюрпризов       Чан: Так и сделаю на следующем свидании. Он не любит переписки.       

_________

      Чан: Я уже жду нашу следующую встречу!       Джисон: напишу тебе позже.       Чан: Буду ждать:)              Чан с довольной улыбкой заблокировал телефон и откинулся на твердую спинку сиденья в автобусе. В наушниках на полную громкость звучала My chemical romance - The sharpest lives и он чувствовал себя по-идиотски влюбленным.              Еще несколько дней Чан изнывал от нетерпения, пытаясь сконцентрироваться на работе, на общении с Сынмином, с трудом удерживая себя от желания написать Джисону сообщение.       Сообщение от него пришло лишь на пятый день.              Джисон: хочешь встретиться?       Чан: Вопрос излишний. Есть предложения?       Джисон: ты живешь один?              Чан удивленно приподнял бровь.              Чан: Да. Хочешь в гости прийти?       Джисон: ага.              Обе его брови взлетели вверх.              Чан: [пересланные сообщения]       Чан: Я его не понимаю. Он мне не пишет днями, потом сразу напрашивается в гости?       Сынмин: видимо это не что иное как намек на секс.       Чан: Но мы даже не поговорили об отношениях       Сынмин: ну так поговори. а потом переспи. или наоборот.       Чан: Звучит абсолютно не романтично.       Сынмин: а Джисон кажется романтиком?       Чан: Не знаю. В любом случае, отказываться от красивого парня у меня дома это глупо. Не обязательно же с ним спать? Приготовлю ужин и все такое. Интимная обстановка для искреннего разговора.       

_________

      Чан: Когда?       Джисон: могу сегодня       Чан: Приходи к восьми вечера.       Чан: [адрес]              После завершения рабочего дня Чан без промедлений побежал на метро. В его планах успеть принять душ, сменить постель (на всякий случай) и приготовить сливочную пасту с креветками всего за три часа.       Во время всех этих дел в нем неустанно боролись воодушевление (“я ему нравлюсь”) и недоумение (“вот так сразу?”). Чан твердо решил, что сначала они поговорят, даже если это лишит его секса.       Чан успел сделать все к восьми. Когда стрелка часов достигла половины девятого он подумал, что зря забыл о привычке Джисона опаздывать.       К девяти он съел свою порцию пасты, так как устал слушать бурчание недовольного голодом живота, и запил ее тремя бокалами купленного для них с Джисоном вина. Настроение летело в тартарары и поддерживающие сообщения Сынмина помогали слабо.       В этом были минусы его влюбленностей. Его сердце всегда метило в плохие цели. Наверное, он чертов неудач…       Упаднические мысли Чана прервал стук в дверь. Он облегченно вздохнул и пригладив волосы пошел открывать дверь.       - Привет, - Чан пропустил его внутрь и не смог подавить улыбку при виде парня. Все-таки Джисон был милым, даже если и улыбался слишком редко. Чан помог снять ему куртку и аккуратно повесил на плечики.       - Привет, - Джисон скинул с себя ботинки и повертел головой, осматриваясь. - Где можно руки помыть?       - Проходи сюда, - Чан указал на дверь ванной. Джисон прошел внутрь, а Чан встал в дверном проеме, рассматривая парня. - Я приготовил пасту с креветками. А еще у меня есть вино.       - Я не голодный, но вино буду.       - Отлично, - Чан с улыбкой кивнул, но внутри него кипела слегка нетрезвая обида. Паста с креветкой была его фирменным блюдом, Сынмин про эту пасту говорил, что он вкуснее даже в ресторане не ел. Он налил себе четвертую порцию вина за вечер, затем наполнил чистый бокал для Джисона и медленно выдохнул, услышав шаги позади. Все в порядке, главное, что он здесь.       - Держи. Надеюсь ты не против белого сухого? Это Испания, у них вполне приятные вина, здесь можно различить аромат яблока…       Джисон с кивком принял у него из рук бокал и в три глотка опустошил его. Чан моргнул и пригубил свой, присев на кухонный стул.       - Слушай, я рад, что ты приехал. Я бы хотел обсу…       Джисон твердой рукой взял бокал из его пальцев, поставил на стол и положил ладони на плечи Чана, глядя на него сверху вниз.       - Джисон, я…       Договорить ему парень не дал. Джисон склонился и впечатался своими губами в губы Чана.       Чан понял, что если они и поговорят, то после. Вино шумело в голове, Джисон умопомрачительно пах, отчего сдался он легко, без единого сражения с собственным разумом.       Целовался Джисон как никто до этого в жизни Чана. Напористо, сексуально, уверенно. Когда его язык проник внутрь, Чан не удержался от тихого стона. Руки Джисона в это время спустились Чану на грудь и слегка сжали, после чего достигли края футболки и залезли под нее. Прохладные пальцы проскользили по его прессу, снова по груди, поднялись выше, обвились вокруг шеи Чана и чуть сжали ее. Сам он держал руки при себе, отдавая всю инициативу Джисону.       Парень уже спускался с поцелуями ниже. Чан запрокинул голову с прикрытыми глазами, предоставляя лучший доступ к шее, чувствуя, как чужие руки расстегивают его ремень. Не так он представлял этот вечер, но жаловаться не на что. Чан ощутил, как Джисон приподнимает его футболку и решил взглянуть на него. Парень опустился перед ним на колени и попытался стянуть чужие штаны. Чан приподнял бедра, не отрывая взгляда от лица парня. Тот сразу снял их вместе с боксерами, обнажая стоящий член.       Уши и шея Чана горели - от возбуждения, от странности ситуации и от абсолютной бесстыдности Джисона, прямо сейчас обхватившего головку его члена своими губами.       - Подожди… - Чан не смог договорить и застонал, закрывая ладонями лицо.       Холодные пальцы Джисона водили вверх и вниз, создавая превосходные ощущения в совокупности с горячим ртом. Постепенно Джисон ускорил темп, принимая член так глубоко, что тот касался задней стенки горла. Чан продолжал хрипло стонать в свои ладони и напряженно сжимал пальцы на ногах, надеясь не кончить за позорные пару минут после долгого отсутствия партнера.       Джисон дотянулся до его руки и, не останавливая процесс, потянул на себя, положив руку себе на голову. Чан автоматически сжал чужие кудри и Джисон простонал ему в член, добавив вибраций в ощущения. Чан убрал вторую ладонь от лица и провел пальцами по щеке Джисона, закрывшего глаза. Джисон в данный момент являлся самым красивым и сексуальным человеком, делавшим обычный минет невероятным опытом.       - Я… сейчас… - Чан попытался предупредить Джисона, но тому, кажется, было плевать. Он не смог больше сдерживаться и отпустил себя, закатывая глаза в волнах оргазма.       Пока Чан пытался прийти в себя после кульминации, не в силах даже обратно надеть нижнее белье и штаны, Джисон сходил в ванную, недолго пошумел там водой и вернулся обратно на кухню.       - Джисон, я…       - Трахнешь меня? - Джисон перебил его без единой попытки дослушать.       Чан облизнул губы. После такого минета он был обязан доставить удовольствие в ответ, а не делать парню мозг своими душными разговорами об отношениях. Тем более он все еще был не слишком трезв для такого.       - Здесь или все-таки переместимся в спальню?       Джисон молча начал раздеваться, стоя в паре шагов от Чана. Футболка с изображением Arctic monkeys полетела в сторону, обнажились подтянутая грудь, мягкий живот и тонкая талия.       Чан окончательно избавился от мешающих ему штанов и боксеров, и тоже снял футболку, оставшись абсолютно нагим на стуле. Джисон одновременно снял джинсы, носки и нижнее белье. Чан оглядел его сверху вниз, оценивая. Оценка вышла высокой, Джисон однозначно в его вкусе и телом и внешностью.       - У тебя же есть презервативы?       Чан криво усмехнулся.       - Конечно. Подожди секунду.       Он встал со стула и прошел мимо Джисона в спальню, мимолетно поцеловав того в щеку. В спальне он запнулся об угол кровати, шепотом обматерив мешающую мебель, пошарил в прикроватной тумбе и нашел пару фольгированных пакетиков и тюбик со смазкой.       Чан вернулся на кухню победно тряся добычей. Он чувствовал себя пьяным, немного глупым, но удивительно счастливым.       - Как ты хочешь? - Чан обхватил его руками за талию и начал размеренно выцеловывать щеки, губы, виски, шею - все, до чего мог дотянуться.       - Давно хотел, чтобы кто-нибудь оттрахал меня на кухонном столе.       Чан хмыкнул.       - Ты обычно так мало говоришь, но не в сексе, да?       Джисон криво улыбнулся и утянул Чана в очередной глубокий поцелуй.       

***

      Чан проснулся с гудящей головой ближе к обеду. Остаток вчерашнего совместного времяпрепровождения сразу всплыл в его памяти, вызывая легкие приятные спазмы внизу живота вдобавок к утреннему стояку.       Он помнит как удивился, что Джисон уже был растянут, из-за чего им не пришлось тратить много времени на подготовку. Помнит, как они одновременно застонали, когда Чан вошел в него. Как звонко Джисон стонал, пока Чан вбивался в него, держа одной рукой за волосы, другой за узкую талию. Как Чан спиной врезался в дверной проем, когда они перемещались в спальню для второго раунда. И самое разочаровывающее - как Джисон наотрез отказался остаться до утра (Чан даже в таком состоянии помнил о своем желании поговорить, хотя бы за чашкой кофе утром), отказался от такси и покинул его квартиру, оставив сухой поцелуй на щеке и поблагодарив за хороший секс.       Этот вечер оставил горькое послевкусие, несмотря на то, что секс действительно был отличным.       Чан со вздохом поднялся и поплелся в душ, завернув перед этим на кухню для того чтобы поставить чайник.       Стоя под горячими потоками воды он пытался понять, что вообще происходит и нужно ли ему это. Сынмин был прав, Чан всегда твердил, что хочет нормальных, здоровых отношений, которых у него до этого ни разу не было. Джисон странный, непонятный и при этом до предела сексуальный. Настоящий красный флаг для здоровых отношений. Чан понимал это умом, понимал и не знал, что теперь делать с дурацкой влюбленностью, к которой он так стремился и которую заполучил.       После душа он налил себе черный чай и взял телефон. Он открыл диалог с Джисоном, думая, что можно ему написать кроме идиотского “Доброе утро”. Через несколько минут бездумного взгляда на их своеобразный диалог, Чан свернул его и открыл диалог с Сынмином.              Чан: Не спишь?       Сынмин: не знаю как в твоем часовом поясе, в моем уже обед.       Сынмин: ты что, только проснулся?       Чан: Да, был сумасшедший вечер.       Сынмин: вы поговорили? как прошло?       Чан: Честно говоря, каждый из нас произнес не больше двадцати слов за вечер.       Сынмин: ?       Чан: Мы были заняты другим.       Сынмин: *facepalm*       Чан: Не осуждай меня. Я не был инициатором. И я правда хотел поговорить, но он мне не дал. Точнее, он мне как раз дал:)       Сынмин: твои шутки ужасны       Чан: Но ты все равно меня любишь?       Сынмин: иди к черту       Чан: Давай встретимся сегодня? Я соскучился       Сынмин: скажи честно, ты просто хочешь снова нагрузить мой мозг своими разговорами о “загадочном” Джисоне.       Чан: Так ты приедешь ко мне? Или лучше мне к тебе?       Сынмин: я в твое логово разврата не поеду.       Чан: Тогда жди к вечеру:)       

***

      - Что-то я не вижу довольной улыбки на твоем лице, - Сынмин пропустил Чана с пакетом внутрь. - Что ты принес?       - Я подумал, что снова обчищать твой холодильник некрасиво и купил наконец еды, - Чан скинул ботинки на придверном коврике в прихожей и отдал свою куртку Сынмину, чтобы тот ее повесил.       - Да ладно, я привык уже.       - То что ты привык, не значит, что у меня нет совести, - Чан приобнял друга одной рукой и деловито прошел на кухню, напевая себе под нос.       - Ты не сказал что с твоим настроением, - Сынмин прошел на кухню вслед за Чаном и сложил руки на груди, наблюдая как тот суетится.       - Его нет.       - Кого?       - Не кого, а чего. Настроения.       - Объяснишь?       - Объясню. Но сначала - еда. Хочешь я приготовлю пасту с креветками? Я для нее все уже купил, - Чан потряс упаковкой с замороженными креветками, только что найденной в принесенном им пакете.       - Ты еще спрашиваешь? - Сынмин не удержался от радостной улыбки и сел за стол, поджав под себя ноги. - Конечно.              - Теперь то ты можешь рассказать?       Они валялись на диване Сынмина под тихий говор из телевизора. Сынмин засунул голые ступни под горячее бедро Чана и листал каналы, в попытке найти хоть что-нибудь интересное, Чан откинувшись на спинку смотрел в одну точку.       - Он мне нравится.       Сынмин прекратил тыкать кнопки пульта и взглянул на Чана. Тот выглядел бесстрастным, но это и являлось плохим признаком для человека с душой золотистого ретривера.       - Я конечно без отношений, но это очевидно. В чем проблема?       - Кажется он не очень хороший вариант для меня.       - Правда? - Сынмин постарался скрыть издевку в голосе, но получилось плохо.       - Сынмин, я серьезно! Секс с ним был замечательным, а минет и вовсе…       - Избавь меня от этих подробностей, - Сынмин поморщился и подтянул к себе ноги, вытащив ступни из под теплого тела друга.       - Да я просто чтоб ты понимал, - Чан попытался оправдаться.       - Я и так тебя понимаю лучше, чем ты сам, - он закатил глаза.       - А вот и нет.       - А вот и да.       Они уставились друг на друга. Сынмин сдался первым:       - Ты должен был с ним поговорить, выяснить, что между вами. Неужели это так сложно?       - Да, сложно! Он мне и слова сказать не дал…       - Да-да, конечно, прямо набросился собой на твой член и ты потерял остатки твоего глупого разума! - Сынмин добавил еще больше яда в свои слова.       - Почему это глупого! Ты вообще знаешь, что такое страсть, что такое любовь? Что ты вообще понимаешь?       Чан понял, что снова сказал лишнее, когда Сынмин отвернулся от него к телевизору.       - Эй, я не хотел…       - Да пошел ты, Чан. Дальше своего члена нихрена не видишь.       Непривычная грубость Сынмина неожиданно сильно ударила по гордости Чана.       - Сам иди. Найди себе уже кого-нибудь, влюбись, чтобы хоть немного понять меня, - Чан, психанув, встал с дивана и ушел в прихожую. Он резкими движениями натянул куртку, ботинки и вышел из квартиры, хлопнув дверью.              Чан: Привет. А к тебе можно?       Джисон: нет, извини. напишу тебе потом.              Чан со вздохом сунул телефон в карман и борясь с глупым желанием вернуться обратно и разреветься у Сынмина на плече, прося прощения, сел в нужный автобус до своего дома. Сев у окна, он включил случайное воспроизведение в своем любимом плейлисте и заиграла Korn - All day I dream about sex. Чан поморщился от издевающегося над ним трека и переключил на следующую песню.              Они не общались с Сынмином уже больше двух недель. Чан сильно скучал по единственному близкому другу, но не мог побороть в себе обиду, да и не мог признаться самому себе, что вина лежит в основном на нем. Он должен был привыкнуть к болезненной честности своего друга, но в данном случае Чан ею особенно задет, а Сынмин был особенно груб.       Джисон за это время еще один раз приезжал к нему домой, но Чан уже и не пытался начать разговор. Возможно, в страхе перед отказом обсуждения, возможно, назло Сынмину. После ухода Джисона подвыпивший и разморенный сексом Чан чуть было не написал Сынмину извинения, но остановил себя в последний момент и вместо этого написал Джисону вслед отвратительно пошлое сообщение, не свойственное ему:              Чан: Было круто. Надеюсь увидеть тебя на своем члене еще много раз.              Джисон не ответил, но Чану было уже наплевать. Он быстро уснул с мыслью, что надо будет все же помириться с другом.       

***

      Его разбудил грохот. Чан испуганно подскочил и медленно приходя в себя пошел к входной двери. Он не глядя распахнул дверь, ожидая увидеть там либо Джисона, либо Сынмина, но вместо этого он увидел искаженное яростью красивое лицо незнакомого молодого мужчины. Мужчина без промедления зарядил крепким кулаком в нос Чана, раздался мерзкий хруст и перед его глазами полетели искры. Чан потерял равновесие и схватился за стену, одновременно закрывая лицо свободной рукой. Нос пульсировал болью и он ощущал как по губам и подбородку течет кровь.       - Ты, блять, кто? - Чан прохрипел и запрокинул лицо наверх в попытке остановить кровь.       - Парень того, кого ты трахал, уебок! - мужчина улыбнулся, обнажая зубы, но в его улыбке не было и грамма веселья, только злость и ненависть.       - Чего?..       - Кому ты вчера писал про свой гребаный член, уже забыл?       Чан, задолбавшись глотать собственную кровь, схватил с полки свою черную шапку и прижал ее к лицу.       - Так у Джисона парень есть? Думаю, это его беда, что он совершенно забыл мне об этом сказать, - гнусаво проговорил он, борясь с тошнотой от вкуса собственной крови. Чан необычайно разозлился, непонятно только, на неверного Джисона, его агрессивного парня или на самого себя. Он попал в абсолютно дурацкую передрягу из мыльных опер, ему, кажется, только что сломали нос и главное - его еще и во всем обвиняют. Мужчина замахнулся кулаком еще раз в ответ на слова Чана, но в этот раз Чан был готов и с грохотом закрыл перед ним дверь, закрыв на замок. Он прошел на кухню, слушая как по двери барабанят и кричат что-то матом, достал из морозилки пакет со льдом, завернул в промокшую с одной стороны от крови шапку и приложил к носу сухой стороной.       После этого он нашел свой телефон, заблокировал контакт Джисона и открыл диалог с Сынмином.              Чан: Не занят?       Сынмин: ?       Чан: Поедешь со мной в травмпункт?              [входящий вызов]              Чан хмыкнул, затем зажмурился от резкой боли в носу и поднес телефон к уху.       - Привет.       - Чан, что случилось? Ты в порядке? - голос Сынмина звучит напряженно.       - Ну, как тебе сказать…       - Как есть, Чан.       Чан услышал небольшое раздражение в голосе Сынмина и почему-то от этого волнения друга на сердце стало тепло.       - У Джисона оказывается есть парень. И он сломал мне нос.       - Блять…       - Ага.       Чан услышал тяжелый вздох. Он закрыл глаза, прежде чем негромко произнести:       - Сынмин, прости меня.       - Ты дома?       - Да.       - Лед приложил?       - Да.       - Держи не дольше, чем двадцать минут, потом убери минут на пять, а то вместе с переломом получишь еще и обморожение. Скоро буду.              Машины у Сынмина нет, поэтому Чан ждал его около получаса, изредка убирая от лица шапку со льдом. Из хорошего - кровь перестала литься рекой и тот мужчина ушел, из плохого - его лицо выглядело жутко, нос сильно распух и покраснел.              - Твою мать…       - И я рад тебя видеть, - Чан попробовал улыбнуться, но получилось плохо. Волнение и нервозность Сынмина были видны невооруженным глазом.       - Он что, кирпичом тебя ударил?       - Просто кулаком, но я не ожидал.       - Чертов Джисон… - прошипел Сынмин и достал свой телефон из заднего кармана штанов. - Одевайся, сейчас на такси поедем. Надеюсь ты врезал ему в ответ?       - За что?       - Не знаю! За то, что его парень придурок и сам под тебя лег! - Сынмин ворчал и одновременно вбивал адрес ближайшего травмпункта.       Чан снял свою куртку с крючка, но внезапно его неуместно рассмешил нелепый вид Сынмина.       - Ты в домашних штанах?       - А мне надо было смокинг надеть или что? Не беси меня, - Сынмин закатил глаза, но тем не менее помог Чану застегнуть куртку. Чан смотрел на взъерошенного и жутко недовольного Сынмина и чувствовал гремучую смесь из стыда и радости. Стыд за свою непроходимую глупость и радость за то, что Сынмин здесь.       - Сынмин, я дурак.       - Я знаю это лучше других, поверь! Пойдем, такси подъехало. Как маленький, правда, - Сынмин потянул его за руку за собой. - Ключи взял?       - Взял, - Чан со вздохом пошел вслед за другом.              В такси они ехали молча. Чан прижимал шапку со льдом к лицу, болевшему все сильнее, Сынмин нахмуренно смотрел в свое окно. Чан смотрел на его профиль и раздумывал, когда он успел стать таким идиотом и как это лечится, кроме как ударами в лицо.       Вся надуманная влюбленность в Джисона вылетела из него мгновенно с тем ударом кулака. Во-первых, у Чана жесткий принцип, что ему чужого не надо. Во-вторых, поведение Джисона стало ясным как день: вот почему он не хотел, чтобы Чан ему писал, не особо часто соглашался на встречи и вел себя в целом по-идиотски.       С этим же ударом к нему пришло озарение. До боли очевидное и почему-то немного пугающее.              Несмотря на то, что травмпункт платный, там все равно собралась очередь из покалеченных. Чан заполнил необходимые документы, Сынмин сразу сел на один из диванов и уткнулся в телефон, стараясь не смотреть вокруг.       - Сейчас все врачи заняты, сказали вызовут, когда кто-нибудь освободится. Ты как?       Сынмин оторвался от телефона и взглянул на Чана, пристраивающегося рядом.       - Это тебя надо спрашивать. Болит?       - Я тебя спрашиваю, потому что именно ты из нас двоих крови боишься, - Чан снова прижал к лицу шапку и его голос стал приглушенным. - Честно говоря, ужасно болит, но я чувствую облегчение.       - Почему?       - Как минимум ценой великолепной красоты моего носа я избавился от нехорошего человека.       Сынмин фыркнул и пробормотал:       - А мог просто послушать меня.       - Мог. Но это было бы не так интересно. К тому же, я понял кое-что важное.       - И что же открыла тебе Вселенная?       - Что я великий слепой.       - Чего? - Сынмин недоумевающе уставился на друга. - Тебе там вместе с носом мозг повредили?       - Я серьезно, я понял, что…       Чана прервал врач, вызвавший к себе в кабинет.       - Не переживай, я здесь, окей? - Сынмин хлопнул его по плечу.       - Да ты больше меня переживаешь, - Чан усмехнулся и тут же поморщился.       - Иди ты.       - Иду я… - Чан встал с диванчика и направился к нужному кабинету. Перед тем как войти внутрь он кинул взгляд на Сынмина, уже спрятавшегося в телефон. Чан решил, что как только он закончит разбираться со своим несчастным носом, он обязательно полноценно извиниться перед лучшим другом и задаст ему очень важный вопрос. Ну а пока…       - Мистер Бан, верно?       - Да.       - Как получили увечье?       - Упал.       - Лицом на чью-то конечность?       - Лицом на ступеньку.       - Угум.       Врач говорил монотонно, явно устав от череды таких “упавших”. К чести Чана, от него, в отличие от некоторых посетителей, не пахло ни алкоголем, ни перегаром.       - Пройдемте на снимок.       Чан послушно вслед за врачом прошел в соседний кабинет рентгенологии. Пока он неподвижно сидел со свинцовым фартуком на груди, его врач и рентгенолог переговаривались за защитной дверью. Наконец его врач вышел к нему.       - У вас нет перелома.       - Но я слышал как что-то хрустнуло! И кровь шла… - Чан удивленно поднял брови, снимая с себя защиту.       - Возможно это был кулак вашей ступеньки. А кровь может и без перелома идти, главное, что кровотечение уже прекратилось.       От стыда у Чана покраснели кончики ушей, он решил не отвечать на эту словесную поддевку. Врач махнул рукой, показывая идти за ним, и продолжил:       - От ушиба я пропишу вам прикладывать холодное первые сутки, неделю наносить мазь и обезболивающее при необходимости.       - Спасибо… - Чан плелся обратно в кабинет врача, по пути кинув взгляд на бледного Сынмина, сидевшего на диванчике. Около него сидел мужчина с криво замотанной окровавленными бинтами рукой. Сынмин заметил Чана и вопросительно поднял бровь, избегая смотреть на сиидящего рядом мужчину. Чан улыбнулся и поднял палец вверх, заходя в кабинет. Он успел увидеть облегчение на лице друга и ему самому стало легче на душе.              Чан и Сынмин стояли на крыльце больницы и уже минут десять спорили, кто к кому поедет. Чан попытался покурить, но с опухшим и болящим носом это не доставляло никакого удовольствия. Он раздраженно выбросил почти целую сигарету в мусорку, предварительно потушив ее о железную крышку бака и приготовился с новыми силами продолжать уговоры, но Сынмин хлопнул его по плечу и наконец сдался, устав от упрямства друга:       - Ладно, ладно, поеду с тобой, останусь на ночь.       - А как же “твой дом - логово разврата”?       - Иди к черту…       - Не пойду. Останься. Поговорим нормально, я постараюсь удержать свой глупый язык.       - Он у тебя не глупый. Ты весь глупый.       - Что правда, то правда, - Чан хмыкнул и вызвал такси на свой адрес.       

***

      - Сынмин, я хочу задать личный вопрос.       - Ну попробуй.       У Чана дивана нет, поэтому Сынмин как почетный гость улегся на его кровать (после долгих сопротивлений), а сам он достал футон и лег вплотную к кровати.       - Почему ты никого не ищешь? Я не осуждаю, просто… Почему?       - Не хочу.       - Почему не хочешь? - Чан упрямо стоял на своем. Ему правда было важно знать причину. Сынмин шумно вздохнул, затем пробурчал:       - Может, потому что я такой же дурак, как и ты, только по-другому.       Чан рассмеялся, но почти сразу же застонал от боли. Мазь и таблетки помогали слабо.       - Без этого мы не стали бы друзьями.       Чан, глядя на потолок своей спальни, еще немного подумал, прежде чем сказать глупость, о которой он, возможно, пожалеет.       - Сынмин-и.       - А?       - Я хочу кое-что тебе рассказать.       - Только не интимные подробности, молю.       Чан хмыкнул:       - Назову это интимными подробностями моего разума.       - Тогда можно.       - Я сегодня понял кое-что очень важное.       - Ты это еще в больнице сказал.       - У тебя хорошая память, несмотря на стресс.       - Ты - постоянная причина моего стресса уже несколько лет.       - Да-да, - Чан закатил глаза. - Дай мысль закончить!       - Молчу.       - Так вот, я понял, что зря познакомился с Джисоном.       Чан услышал возмущенный выдох, но Сынмин сдержал свое слово и не стал комментировать, поэтому он продолжил:       - Как и с Сонхва. И с Минги. Потому что тот, кто мне действительно нужен, все это время, что мы с тобой знакомы, был рядом.       Чан сделал паузу и прислушался к реакции Сынмина. Тот, кажется, перестал дышать.       - Сынмин-и?       Когда Чан не услышал ответ, он приподнялся на руках, чтобы взглянуть на друга. Сынмин не шевелясь глядел широко раскрытыми глазами на потолок.       - Эй, я снова сказал глупость, да? - Чан оперся руками на край кровати, глядя на профиль Сынмина.       - Знаешь, немного обидно, что ты понял это только после удара в лицо, - Сынмин наконец ответил, поворачиваясь к нему. Чану показалось, что у того поблескивают глаза.       - Так почему ты ни с кем не встречался, Мин? - Чан шепотом спросил еще раз.       - Ждал.       - Правда?       - Я же сказал, что я тоже дурак.       - Не в такой степени, как я.       - Бесспорно, - Сынмин приподнял уголки губ, затем нахмурился. - Эй, у тебя снова кровь пошла из носа…       - Да блять…       

***

      Чан звонко размешивал мед ложечкой в чае с ромашкой и наблюдал как Сынмин сосредоточенно проливает кипяток через фильтр-кофе.       - Ну так что?       - Что? - Сынмин не отрывал взгляда от струи кипятка.       - Будешь со мной встречаться?       Рука Сынмина дрогнула и кипяток попал мимо кружки на стол. Сынмин чертыхнулся, выдернул салфетку из рядом стоящей коробочки и промокнул лужицу.       - Мин.       - Да буду я, буду! Не отвлекай только!       Чан решил чуть поддразнить:       - Ты целоваться хоть умеешь?       - Иди к черту!       Отметив порозовевшие щеки Сынмина, Чан улыбнулся, снова почувствовав боль в лице.       - Иду, иду… - Чан приложил обмотанный в футболку пакет со льдом к лицу и тихо добавил: - Не волнуйся, как нос перестанет болеть, научу.       - Чан!