Любовь под номером 4 (사랑 №死)

Я больше не знала, кого именно люблю. Того Хёнджина, который смотрел на меня так, будто я — его дом? Или того, о котором говорил Минхо — холодного, расчётливого, умеющего держать людей на крючке, даже не прикасаясь? А если… если это один и тот же человек? Мне было страшно не от слов Минхо. Мне было страшно от того, что они укладывались. Каждый его жест. Каждое «проходи». Каждое «ты моя». Я всегда думала, что он цепляется за меня, потому что ему больно. А если он цеплялся, потому что не мог позволить мне уйти? Я защищала его от всего мира. А он, возможно, защищался мной. И от этой мысли меня мутило. Но хуже всего было другое. Даже зная всё это… даже допуская, что Минхо может быть прав… я всё равно хотела вернуться. Хотела увидеть его лицо. Хотела услышать голос. Хотела, чтобы он сказал, что всё не так. Что он не такой. И именно тогда я поняла самое страшное. Если он правда манипулятор — то ловушка уже захлопнулась. Потому что я не знала, где во мне заканчивается моя воля, и начинается он. Я хотела спасти Хёнджина. А теперь не была уверена, кто из нас двоих нуждается в спасении больше. И был ли у меня вообще шанс выйти из этой истории живой. Я приехала в Дом за очередной порцией крови. Дом встретил меня... обычно. Те же глаза, что следили, оценивали, решали что-то за меня и без меня. Я отвернулась, не желая радовать их своим вниманием. Увидела Джину и подошла к нему. - Привет, - тихо сказала я. Он обернулся. - О, Кусыль. Случилось что-то? Я поджала губы. Не знала, что сказать. Каждый день что-то случалось. - Всё, как обычно, - в итоге, сказала я. - Без изменений. Джину смотрел на меня, будто пытался что-то понять по моему лицу. Но я уже сама ничего не понимала. - Кусыль, - я услышала голос за спиной. Обернулась. Увидела, как ко мне идёт Хёнджин. Я напряглась. Вампиры расступались, пропуская его ко мне. А я... сделала шаг назад. Потом ещё один. И ещё. Пока не уперлась в стенку. Понимала, что мне не сбежать. И Хёнджин тоже понимал это. Поэтому намеренно шёл ко мне на глазах у всех. Я поджала губы. Чёрт. - Кусыль, - он подошёл ближе. - Давай поговорим. - Нет, - возразила я. - Мне не о чем с тобой разговаривать. Я услышала шёпот за спиной. Оглянулась, ловя на себе чужие взгляды. Хёнджин остался стоять. Спокойно. Даже слишком. Пальцы начали холодеть. Я нервно сглотнула. - Мне нужно поговорить с тобой, - настойчиво сказал он. - Оставь меня, - вырвались слова. - Нет, - упрямо сказал Хёнджин. Я почувствовала, как сердце забилось быстрее. Я в ловушке. В ловушке. Я снова обернулась, ловя на себе чужие взгляды. И мне стало до боли дискомфортно. Зачем он делает это со мной? - Хорошо, - согласилась я. - Я поговорю с тобой, но не здесь. - А где? - На улице. Хёнджин улыбнулся. - Хорошо, - спокойно сказал он и пошёл к выходу. Я поспешила за ним, пытаясь сбежать от лишних глаз, что так сильно давили на меня. Мы вышли на улицу. - Зачем ты пришёл сюда? - недовольно спросила я. - А нужно было прийти к тебе домой? - спокойно спросил Хёнджин. - Нет, лучше здесь. Хёнджин усмехнулся. - Так зачем ты пришёл? - недовольно спросила я. - Прости, - полушёпотом ответил Хёнджин. Я нахмурилась. - За что? - За всё. - Ты даже не знаешь, за что извиняешься, - я усмехнулась. - За то, что тебе не посчастливилось встретиться со мной, - тихо сказал Хёнджин. - Ты серьёзно? - недовольно спросила я. Хёнджин отвёл взгляд. - Я всегда всё порчу. Я недовольно поджала губы. Эти слова должны были меня оттолкнуть. Но почему-то резанули слишком глубоко. Хёнджин посмотрел мне в глаза. - Что мне сделать, чтобы ты осталась? - прошептал он. - Скажи, и я сделаю. Я растерянно посмотрела на него. - Ты чего? Ты в своём уме? - Скажи, чего ты хочешь. Я смущённо отвела взгляд. - Просто не лги мне, - попросила я. - Я тебе не лгу. - Но и правду не говоришь. Хёнджин виновато опустил взгляд. - Хорошо, - согласился он. - Я отвечу на все твои вопросы. Расскажу всё, что ты хочешь знать. Но я сам буду решать, когда открыться. Он поднял на меня глаза. - Хорошо? Тогда ты вернёшься? Он говорил тихо. Слишком тихо. Так, будто боялся спугнуть меня. Или будто знал, что я всё равно не уйду. Я растерянно отвела взгляд. Понимала, что всё равно вернусь. Потому что не могу без него. Потому что люблю. А Хёнджин... Он ни к чему не принуждал, ничего не требовал. Я сама заинтересовалась им. Сама выбрала его. Сама пришла к его дому. Сама искала с ним встреч. Сама к нему тянулась, даже когда он отталкивал. Сама полюбила его, хотя он ничего не обещал. Я тяжело вздохнула. Я сама загнала себя в ловушку. И глупо теперь винить его. Сама зашла и сама захлопнула эту ловушку. - Да, я вернусь, - тихо сказала я. А мысленно проклинала себя за это. Хёнджин улыбнулся. - Тогда пошли. - Куда? - растерянно спросила я. - Ко мне домой. Я нервно сглотнула. Чёрт. Если бы он сейчас сказал «не надо», я бы ушла. Но он не сказал... Мы пришли к его дому. Хёнджин открыл дверь, пропуская меня внутрь. Я неуверенно зашла, всё ещё сомневаясь в правильности своего решения. Зачем я здесь? Как только зашла, сразу же увидела Минхо. Он сидел на диване, сверкая красными глазами. - Я даже не сомневался, что ты вернёшься, - с улыбкой на лице сказал он. Я недовольно поджала губы. Но в этот момент поняла, что больше не злюсь на Минхо. Потому что его положение не сильно лучше моего. Может, даже хуже. Ведь он собрался умирать за Хёнджина. Я нервно усмехнулась. Теперь мы вместе будем сидеть в этой ловушке - я и Минхо. Дверь за моей спиной закрылась. - Ты голодна? - спокойно спросил Хёнджин. Я обернулась. Он улыбнулся и шагнул ко мне. Я спешно сделала шаг назад. Хёнджин нахмурился. - Я что-то сделал не так? - растерянно спросил он. - Да, я голодна, - быстро ответила я. - Голодна. Хёнджин улыбнулся. - Хорошо, - сказал он. Прошёл мимо меня, идя на кухню. Я выдохнула. Хёнджин достал пакет с кровью. Медленно перелил в стакан. Минхо подошёл к нему. Встал рядом. Но, к моему удивлению, не стал его трогать. Я нахмурилась. Хёнджин протянул мне стакан с кровью. Я растерялась. Почему он даёт стакан в руки? Он же всегда просто ставил на стол. Я протянула руку, забирая стакан. И в этот момент почувствовала, как его пальцы на секунду коснулись моих. Я вздрогнула. - Всё в порядке? - растерянно спросил Хёнджин. Я смущённо отвела взгляд. - Да, - тихо сказала я. Чёрт. Что он делает? Сердце быстрее забилось в груди. Я поспешила отпить крови, чтобы хоть немного расслабиться. Вкус крови удивил меня. - Это третья, - растерянно сказала я. - Знаю, - спокойно произнес Хёнджин. - А четвёртая? - Четвёртой больше не будет. Я удивлённо посмотрела на него, пытаясь понять, что происходит. Что он задумал? Рука Минхо легла на плечо Хёнджина, но Хёнджин тут же её скинул. Посмотрел на Минхо, нахмурившись. Минхо усмехнулся. Я растерянно отвела взгляд. Они поссорились? - Кусыль мы можем поговорить... наедине? - спокойно спросил Хёнджин. Я нервно сглотнула. Внутри у меня всё сжалось. Не резко — медленно, как будто кто-то осторожно затягивал петлю, проверяя, насколько далеко можно зайти. «Поговорить наедине». Эти слова прозвучали слишком спокойно. Слишком уверенно. Так говорят не тогда, когда просят — так говорят, когда решили. Я вдруг остро почувствовала пространство вокруг. Кухню. Комнату. Закрытую дверь за спиной. Минхо — слишком близко и одновременно слишком далеко. И Хёнджина — напротив. Его взгляд. Его тишину. Я поняла, что боюсь не разговора. Я боюсь того, что услышу. Если он скажет правду — я не знаю, смогу ли остаться. Если солжёт — не знаю, смогу ли уйти. И от этого выбора внутри всё начало дрожать. Мне хотелось, чтобы Минхо вмешался. Сказал что-нибудь резкое, ядовитое, как обычно. Разорвал этот момент. Но он молчал. И его молчание было почти таким же пугающим, как спокойствие Хёнджина. Я вдруг ясно поняла: если мы останемся наедине — что-то обязательно изменится. Или он перестанет быть тем Хёнджином, которого я люблю. Или я перестану быть той Кусыль, которая ещё может уйти. Сердце билось так громко, что мне казалось — они оба его слышат. Я снова нервно сглотнула. И не была уверена, что делаю это от страха... или от того, что всё равно пойду за ним. - Пойдём в спальню, - спокойно сказал Хёнджин. Я спешно допила кровь, не зная, к чему готовиться. Чувствовала, как внутри меня всё дрожит. - Хорошо, - тихо сказала я, отводя взгляд. Хёнджин пошёл первым, я - за ним. Обернулась на Минхо. Тот остался стоять на кухне. На его лице появилась улыбка. И от этого мне стало ещё страшнее. Я поджала губы, чувствуя, как страх накрывает меня. Хёнджин открыл дверь в спальню, приглашая меня. Я неуверенно зашла, чувствуя, как погружаюсь в темноту. - А свет ты включать не будешь? - растерянно спросила я. - Не буду, - спокойно ответил Хёнджин. Я нервно сглотнула. - Ладно... Прошла в комнату. Хёнджин - следом. Он закрыл дверь, погружая нас во тьму. Я услышала, как бьётся моё сердце. Темнота накрыла меня мгновенно. Не уютно — глухо. Как крышка, захлопнувшаяся сверху. Я стояла, не двигаясь, и вдруг остро поняла: я не вижу его. Но он — видит меня. От этой мысли по коже побежали мурашки. Мне казалось, что воздух в комнате стал плотнее. Гуще. Его можно было почти потрогать руками. Я чувствовала присутствие Хёнджина за спиной — ни шаги, ни дыхание, а сам факт, что он здесь. Слишком близко. Слишком реально. Сердце билось так громко, что я испугалась — он услышит. И почему-то именно это пугало сильнее всего. Я вдруг поняла, что боюсь не темноты. Я боюсь, что сейчас он скажет что-то, после чего я уже не смогу притворяться. Не смогу закрыть глаза. Не смогу сделать вид, что ничего не поняла. Мне хотелось включить свет. Хотя бы увидеть его лицо. Убедиться, что он всё ещё тот самый Хёнджин. Тот, кого я люблю. Но он сказал «не буду». И я согласилась. И от этого стало страшно по-настоящему. Потому что я позволила ему выбрать не только место разговора — я позволила ему выбрать правила. - Иди на кровать, - полушёпотом сказал Хёнджин. Я вздрогнула. - Это обязательно? - Да. Я невольно поёжилась. Что он задумал? Он же не тронет меня? Правда? - Кусыль, иди на кровать, - повторил Хёнджин. - Да иду я! - сорвалась я. Сжала руку в кулак и решительно пошла к кровати. Села на край. - Что дальше? - недовольно спросила я. Хёнджин подошёл ближе. И... сел передо мной на колени. Я вздрогнула. - Ты чего? - спешно сказала я, пытаясь отодвинуться. Но ничего не вышло. Хёнджин зажал меня между собой и кроватью. Специально это сделал, чтобы я не смогла сбежать. - Хёнджин! Я чувствовала как внутри меня смешиваются два странных чувства - страх и желание. Я смущённо отвела взгляд. Чёрт. - Прости, - прошептал Хёнджин. - Прости меня, Кусыль. Я нахмурилась. - Я больше не буду говорить про Соль. Ты больше никогда не услышишь это имя. Обещаю. - Ты можешь говорить о ней, если хочешь, - растерянно сказала я. - Но тебе же неприятно. - Мне... мне нормально, - соврала я. - Правда? - удивился Хёнджин. Он встал с колен и сел со мной рядом. - Что мне сделать, чтобы ты простила меня? - полушёпотом спросил он. - Скажи, и я сделаю. Всё для тебя сделаю. - Мне ничего не нужно, - смущаясь, ответила я. Хёнджин опустил глаза. - Я знаю, что не нравлюсь тебе, - тихо сказал он. - Но я хочу тебе нравится. Скажи, каким я должен стать. И я стану. Для тебя. Я открыла рот от удивления. - Хёнджин, ты чего? - растерянно спросила я. - Я стану таким, каким ты хочешь меня видеть, - решительно ответил он. - Просто будь собой. - Этого недостаточно. Я растерянно вскинула брови. Боялась что-либо сказать. Казалось, что любое моё слово может сломать его. Я соскочила с кровати и побежала. - Минхо! - крикнула я. - Помоги! Потянула ручку, открывая дверь, но Хёнджин закрыл дверь, не позволяя мне выйти. Я испуганно посмотрела на него. - Не уходи, - тихо сказал он. - Прошу, не уходи. Я сделала шаг в сторону. - Хёнджин, да что с тобой? - испуганно спросила я. - Ты меня пугаешь. Хёнджин отвёл взгляд. Дверь открылась, и я увидела Минхо. - Что у вас происходит? - настороженно спросил он. - Всё нормально, - тихо ответил Хёнджин. Минхо нахмурился. - Кусыль? - спросил он меня. Я растерялась. Не знала, что ответить. Если я сейчас скажу «всё нормально» — это будет ложь. - Я хочу выйти отсюда, - призналась я. - Хорошо, - спокойно сказал Минхо, выпуская меня. Я вышла из комнаты и сразу почувствовала, как лёгкие наполняются воздухом. Прошла на кухню, села за стол. Мои руки всё ещё тряслись. Я не знала, как реагировать. Что с Хёнджином? Обернулась, высматривая парней. Минхо взял Хёнджина за руку и повёл на кухню. Хёнджин выглядел подавленным, избегал взгляда со мной. Я невольно поёжилась. Что с ним? Почему он такой? Я не знала, как помочь ему — и можно ли вообще. - Прости, - тихо сказал Хёнджин. - Я не хотел тебя пугать. Ты всё неправильно поняла. Я нахмурилась. - Что я неправильно поняла? - Я просто хотел извиниться, - признался Хёнджин. - Показать, что моё отношение к тебе не изменилось. Я по-прежнему хочу, чтобы ты осталась моим другом. Я недовольно поджала губы. «Другом». Снова «другом». Разве с друзьями ведут себя так? Разве с друзьями закрываются в спальне? Разве перед друзьями встают на колени? В темноте... Это не было дружеским разговором, но почему он не может в этом признаться? Я не могу понять, чего он хочет. Я нравлюсь ему как девушка или нет? Но, пожалуй, я не готова сейчас услышать ответ на этот вопрос. И так слишком много потрясений за последнее время. Будет лучше сейчас остаться на безопасном «друзья». - Ладно, - неохотно согласилась я. - Я всё ещё твой друг. Но больше не пугай меня, хорошо? Хёнджин улыбнулся. - Обещаю, что не буду пугать тебя. Я устало провела рукой по лицу. Чёрт. Вышла на улицу и только тогда поняла, что всё это время почти не дышала. Холодный воздух резанул лёгкие — больно, резко, но честно. По-настоящему. Я вдохнула ещё раз. И ещё. Как будто проверяла: я всё ещё здесь? Руки дрожали. Не от холода. От того, что я ушла. И от того, что часть меня осталась там. Мне должно было стать легче. Я ведь выбралась. Но вместо облегчения внутри была пустота — вязкая, тянущая вниз. Как будто я кого-то бросила. Как будто предала. Хотя разум твердил: ты просто спасла себя. Я вспомнила его взгляд. Не злой. Не жёсткий. Растерянный. Почти детский. И от этого становилось ещё хуже. Он не хотел меня пугать. Я знала это. Он просто не знал, как быть рядом, не разрушая. Но разве это что-то меняет? Я прижала ладони к лицу. Слишком много чувств сразу. Страх. Жалость. Привязанность. Желание вернуться и закричать: «Пожалуйста, будь нормальным. Будь целым. Не ломай себя ради меня». Но я не вернулась. Потому что впервые за всё это время поняла одну страшную вещь: я больше боюсь остаться, чем уйти. Он хотел быть тем, кем я захочу его видеть. А я… я не хочу быть для кого-то якорем, цепью или последним шансом. Я не хочу, чтобы на мне держалась чья-то жизнь. Я хочу, чтобы меня выбирали — а не цеплялись. Я медленно пошла прочь, не оглядываясь. И с каждым шагом становилось больнее, но яснее. Если я сейчас вернусь — я потеряю не его. Я потеряю себя.

***

Прошло два дня, и я вернулась к дому Хёнджина. Поняла, что не могу без него. Я скучала, хотела его увидеть, услышать его голос. Я скучала по нему... прежнему. По тому времени, когда он ещё не был сломан... так очевидно. Я прикусила губу. Мне хотелось остановить его разрушение, но я не понимала, как это сделать. Поймала себя на мысли, что боюсь потерять его. Что, если он снова перестанет пить кровь? Я не могу допустить этого. Зашла в подъезд. Поднялась на лифте. Моя рука зависла перед дверным звонком. Я колебалась. Боялась снова увидеть его сломанным... Но если не увижу, станет ещё хуже. Позвонила. Сердце забилось быстрее. Дверь открылась, и я увидела Минхо. - Привет, - спокойно сказал он. - Привет, - я растерялась. - А Хёнджин дома? - С Феликсом ушёл. Скоро вернётся. Минхо отошёл в сторону, пропуская меня: - Проходи. Я неуверенно зашла в квартиру. Обернулась на Минхо. Тот был спокойным. Даже слишком. И это настораживало. - Что с Хёнджином? - спросила я. - Он в порядке? - Да, - спокойно ответил Минхо, убирая руки в карманы. - Почему он стал таким? Минхо усмехнулся. - А ты не догадываешься? Я нахмурилась. - Он же не собирается снова покончить с собой? - мой голос дрогнул. - А есть причины? - спокойно спросил Минхо. Я растерянно отвела взгляд. - Ты знаешь, что с ним происходит? - Знаю. - И тебя это не пугает? - Нет. Я устало провела по лицу. - Что происходит? - требовательно спросила я. - Хёнджин сейчас нестабилен, - спокойно сказал Минхо. - Но это хорошо. Именно этого я и добивался. Я недовольно поджала губы. - Так это твоих рук дело?! - сорвалась я. Минхо улыбнулся, сверкая красными глазами. - Да, - гордо заявил он. - Я постарался. Я сжала руку в кулак. - Минхо, блин! - вырвались мои слова. Он усмехнулся. - Ты что вообще творишь? - с непониманием спросила я. - У меня всё под контролем, - спокойно ответил Минхо. - А если Хёнджин снова попытается покончить с собой? - обеспокоенно спросила я. - Нет уж. Не позволю. Если он умрёт, кто убьёт меня? Я не собираюсь жить вечно. Я закатила глаза. - Если не хочешь жить, ты можешь покончить с собой. Минхо усмехнулся. - Вампирам не может так повезти, - с улыбкой на лице сказал он. Я закатила глаза. Он говорит о смерти так, будто это не конец, а договор. Внезапно Минхо подошёл ближе. Я напряглась. - Чего тебе? Он не ответил. Наклонился ко мне, жадно целуя меня в губы. Я попыталась оттолкнуть его - он схватил меня за руки. Попыталась сбежать - он прижал к стене. Я сопротивлялась, но от этого становилось только хуже. Минхо прижимался ко мне, страстно целуя. Его поцелуи были жадными, властными, без возможности отказаться. Он не спрашивал - он брал. Будто я принадлежу ему. Будто весь мир принадлежит ему. Руки холодели. Страх пробирал до костей. Я пыталась сопротивляться. Пыталась оттолкнуть, но было бесполезно. Хёнджин. Чёрт, Хёнджин. Где ты? Я услышала, как кто-то покашлял. Минхо остановился. Улыбнулся. - Хёнджин, ты мешаешь, - сказал он. - Хёнджин! - крикнула я. Минхо закрыл мне рот рукой. - Чем это вы тут занимаетесь? - недовольно спросил Хёнджин. - Целуемся, - с улыбкой на лице ответил Минхо. - Разве не видно? Хёнджин нахмурился. Я попыталась вырваться, но Минхо сильнее прижал меня к стене. - Ты против? - спросил он. Хёнджин усмехнулся. - Делайте, что хотите. Только не здесь. - А где? - Идите в комнату. Чтобы я вас не видел. Минхо улыбнулся. - Разрешаешь? Хёнджин недовольно поджал губы. - Мы не уйдём, - улыбаясь, сказал Минхо. - Тогда уйду я, - резко произнёс Хёнджин, уходя в свою спальню. Дверь за ним с грохотом захлопнулась. Я почувствовала, как сердце пропустило удар. Хёнджин... Минхо убрал руку. - Ты совсем что ли?! - закричала я. Минхо усмехнулся. - Не понравилось? Я недовольно поджала губы. - Нет! - выкрикнула я. - Неужели я тебе не нравлюсь? - усмехаясь, спросил Минхо. - Ты что творишь? - недовольно спросила я. Он не ответил. Смотрел на меня, сверкая красными глазами. А потом снова начал целовать, не спрашивая разрешения. Я попыталась оттолкнуть - бесполезно. Минхо сильнее прижал меня к стене. Я почувствовала, что сейчас расплачусь от собственного бессилия. - Почему вы ещё здесь? - недовольно спросил Хёнджин. Минхо остановился. - А ты почему здесь? - спокойно спросил он. Я не успела ничего сказать, как он снова закрыл мне рот рукой. Хёнджин нахмурился. - Отпусти её, - строго сказал он. - Я её не держу, - лениво произнес Минхо. - Она сама хочет остаться со мной. Потому что я могу дать ей то, что ты не можешь. Хёнджин сжал руку в кулак. - Ладно, - протянул он. - Тогда не буду вам мешать. Он вышел из квартиры, громко хлопнув дверью. Минхо усмехнулся. Он отпустил меня, и я тут же залепила ему пощёчину. - Ты сдурел?! - сорвалась я. Минхо улыбнулся, сверкая красными глазами. - Мне плевать, что ты меня ненавидишь, - уверенно сказал он. - Я знаю, что делаю. Я рванула к двери. Минхо схватил меня за руку. - Не смей сейчас идти за ним. Я недовольно поджала губы. - Что ты делаешь? - Я спасаю его, - уверенно ответил Минхо. Я нервно усмехнулась. - По-твоему это спасение? - с непониманием спросила я. Одёрнула руку, вырываясь. - Я не собираюсь участвовать в твоих играх! - закричала я. И выбежала из квартиры. Я бежала, не разбирая дороги. Лестница, холодный воздух, темнота улиц — всё мешалось, будто мир внезапно стал чужим и неровным. Только когда лёгкие начало жечь, я остановилась и согнулась пополам, упираясь ладонями в колени. Руки дрожали. Не от страха — от злости. От бессилия. Перед глазами снова и снова вставала его улыбка. Спокойная. Уверенная. Улыбка человека, который решил за другого, что для него будет лучше. «Я спасаю его». Меня передёрнуло. Если это спасение — то что тогда разрушение? Я резко выпрямилась и обхватила себя руками, будто могла удержать внутри то, что вот-вот разорвёт грудь. Мысль о Хёнджине резанула больно и сразу — так, что перехватило дыхание. Он ушёл. Ушёл, потому что его подтолкнули. Потому что кто-то решил, что его можно сломать ещё сильнее — ради «блага». А если он снова перестанет пить кровь? Мысль вспыхнула, как удар током. Я зажмурилась. Нет. Я не могу этого допустить. И в этот момент стало страшнее всего — не из-за Минхо. А из-за себя. Потому что где-то глубоко внутри я поняла: я боюсь не только потерять Хёнджина. Я боюсь увидеть, кем он станет, если его продолжат «спасать» таким способом. Я медленно вдохнула. Потом ещё раз. Я не участвую в играх. Не в его. Не в чьих бы то ни было. Но Хёнджина я так просто не отпущу.

***

Следующим вечером, как только закончились пары, я тут же побежала к Хёнджину. Сердце билось с перебоями. Я не справлялась - ни физически, ни эмоционально. Было страшно, больно, непонятно. Я уже давно не понимала, что чувствую. И, кажется, это уже не имело значения. Осталось только одно - Хёнджин и моя любовь к нему. Если потеряю его, в жизни больше не будет смысла. Я не смогу заполнить пустоту, что останется после него. Я прибежала к дому Хёнджина. Поднялась по лестнице, спешно позвонила. Дверь открылась, и я увидела Хёнджина. - Привет, - спокойно сказал он. Я нахмурилась. «Привет»? - Да, привет, - растерянно сказала я. - Мы можем поговорить? - Да, - уверенно произнес Хёнджин, пропуская меня в квартиру. Я неуверенно зашла, чувствуя, как внутри всё напрягается. Хёнджин был странным, и это пугало. Но уйти я тоже не могла. Зашла в квартиру и огляделась. Минхо не было. - А где Минхо? - растерянно спросила я. - Кто? - Минхо. - Кто это? Я нахмурилась. - Твой друг. - У меня нет друга по имени Минхо, - уверенно сказал Хёнджин. Я растерянно вскинула брови. - Ты же его не убил, правда? Хёнджин усмехнулся. - Он жив. Но здесь больше не живёт. - Где Минхо? - удивилась я. - Мне плевать, где он. Я невольно поёжилась. Что происходит? Хёнджин вот так просто взял и вычеркнул его из своей жизни? - А... - открыла я рот, собираясь сказать, но не успела. - Если ты пришла к Минхо, то уходи, - резко сказал Хёнджин. - Я пришла к тебе, - уверенно произнесла я. Хёнджин усмехнулся. - Неужели? Я подошла к нему ближе, посмотрела в глаза. - Да что с тобой? - обеспокоенно спросила я. - А с тобой? Я нахмурилась. - Думала, я буду смотреть, как ты целуешься с Минхо? - недовольно спросил Хёнджин. - Да я не хотела его целовать. - Мне плевать, что ты хотела, - резко сказал он, сверкая красными глазами. Я почувствовала, как пальцы холодеют. Сделала шаг назад. - Хёнджин, да ты чего? - растерянно спросила я. - Разве я мало сделал для тебя? - недовольно спросил он, и его глаза засияли ярче. - Разве я недостаточно перед тобой унизился? Или тебе понравилось унижать меня? Я растерянно отвела взгляд. - Хёнджин... - Уходи! - закричал он. И я почувствовала, как меня вдавило в стену от его энергии. Зажмурила глаза от страха. - У тебя есть минута, чтобы исчезнуть, - прошептал Хёнджин. Он отвернулся. - Время пошло. Я сорвалась с места и побежала. Вылетела из квартиры, подгоняемая страхом. Не помню, как выбежала на улицу. Перед глазами всё смешалось, превративших в бессмысленное пятно. Я бежала, чувствуя, как силы покидают меня. Едва не упала, когда перед глазами начало темнеть. Быстро достала пакет с кровью из сумки. Выпила. Силы начали возвращаться, а вместе с ними и остатки разума. Я тяжело вздохнула, чувствуя, как в груди разрастается дыра. Что же делать? Что делать? Я не могу это так оставить. Я должна объяснить, что на самом деле произошло между мной и Минхо. Минхо... Чёртов придурок. Куда он делся? Пусть вернётся и всё объяснит Хёнджину. Это ведь он начал. Его рук дело. Я недовольно поджала губы. Из-под земли его достану, если понадобится. Но он мне за всё ответит.

***

Я прибежала к дому Феликса. Спешно позвонила. Прикусила губу, пытаясь бороться с тревожностью. Феликс открыл дверь. Спокойно, будто не был в курсе происходящего. - Привет. Я нервно усмехнулась. - Привет, - выдохнула я. - Я рад, что ты пришла. Проходи. Я зашла в его дом, чувствуя, как внутри всё взрывается от ещё не отпустивших эмоций. - Минхо у тебя? - резко спросила я. - Нет, - спокойно ответил Феликс. - А что? Что-то случилось? - Да, случилось, - сказала я, едва сдерживая дрожь в голосе. - Разве ты не знаешь? Хёнджин и Минхо поссорились. - Про это знаю. Они уже успели мне нажаловаться друг на друга. Я растерянно посмотрела на него. - А Минхо-то на что жалуется? Феликс слегка наклонил голову. - Минхо немного расстроен, что Хёнджин выгнал его из квартиры. Я нервно усмехнулась. - Немного расстроен? В его случае можно быть только немного расстроенным. Хотя даже это наглость. Я устало провела по лицу. - И что ты думаешь по этому поводу? - Ничего, - спокойно ответил Феликс. - А что я должен думать? - Тебя это совсем не волнует? - с непониманием спросила я. - Я не лезу в дела Минхо и Хёнджина. Сами разберутся. Я усмехнулась. - Ты серьёзно? Сами они не разберутся. - Всё нормально, - спокойно сказал Феликс. - Скоро они помирятся. - А если Хёнджин покончит с собой? - сорвалась я. Феликс нахмурился. - Хёнджин не сломан, - уверенно сказал он. - Он злится. А раз злится, то не умрёт. Я скрестила руки на груди. - Но я не могу это так оставить, - решительно произнесла я. - Хёнджин думает, что мне понравилось целоваться с Минхо, но это не так. Но Хёнджин не хочет меня слушать. - Он остынет, и тогда ты сможешь с ним поговорить. Я недовольно поджала губы. - Я не думаю, что он остынет. Если ничего не сделаю, то потеряю его. - Это не мои проблемы, - спокойно сказал Феликс. - Я не буду вставать между Минхо и Хёнджином. Я скривила губы. - Где Минхо? - требовательно спросила я. - Не знаю. - Не знаешь? - Он «залёг на дно». Я устало выдохнула. - Чёрт, - выругалась я. Отвела взгляд, думая, что делать дальше. - Тогда я хочу поговорить с Бан Чаном, - решительно сказала я. - Хорошо. Я удивилась. - Даже не будешь меня отговаривать? - Зачем? Если хочешь поговорить - поговори. Я отведу тебя к нему. Я растерянно отвела взгляд. Почему-то стало не по себе. - Но скажу сразу, что Бан Чан не будет помогать тебе, - уверенно сказал Феликс. - Он самое не заинтересованное лицо в этом конфликте. - Всё равно отведи меня к нему, - упрямо попросила я. - Идём. Мы вышли на улицу, и Феликс тут же ускорил шаг, переходя на бег. Я едва за ним поспевала - усталость и эмоциональная перегрузка давали о себе знать. Феликс это заметил и остановился. - Тебе нужна кровь? - спокойно спросил он. - А... нет... - я растерялась. - Просто... Феликс ничего не ответил. Крепко взял меня за руку и повёл за собой. Я даже не заметила, как мы зашли на территорию чужого клана. Нас окружили пары недружелюбных глаз. Они смотрели, наблюдали, оценивали, шли следом. Но не подходили ближе, не трогали. Боялись. Феликса. Я это чувствовала. И было не по себе. Если боятся, значит, знают, что бывает за непослушание... Мы вышли к дому Бан Чану. Я остановилась, разглядывая коттедж. Всё такой же обычный. Такой же неприметный. Просто дом какого-то человека. Но внутри сидит патриарх. Патриарх, за которым тянется кровавый след. Я невольно поёжилась. Феликс посмотрел на меня. - Что-то не так? Я отмахнулась. - Нет. Идём. Мы подошли к двери. Феликс ввел код на замке, и дверь открылась. Я неуверенно шагнула внутрь. И в этот момент начала сомневаться в разумности своего плана. Но разве у меня есть другой выход? - Что-то случилось? - раздался голос Бан Чана сверху. - Да, - отозвался Феликс. Я нервно сглотнула. Бан Чан спустился со второго этажа. На минуту замер, заметив меня. - Привет, Кусыль, - растерянно сказал он. - Здравствуй, - сказала я, опустив глаза. Что я делаю? Мы пришли в гостиную. Бан Чан предложил мне сесть на диван. Я не стала отказываться - ноги едва держали меня. Я села, чувствуя тяжесть в груди. Бан Чан сел в кресло напротив. Спокойно. Он не давил. Но я чувствовала, как воздух в комнате становится гуще. Нервно сглотнула. - Что-то случилось? – без эмоций спросил патриарх. - Я переживаю за Хёнджина, - тихо призналась я. - Почему? Разве есть повод? - Он ведёт себя странно в последнее время. Бан Чан нахмурился. - Я не заметил. Я сжала ткань штанов в руках. - Это из-за Минхо, - вырвались слова. - Минхо. Минхо довёл его. И спрятался. А Хёнджин теперь злится на меня. Лицо Бан Чана не изменилось. - Я не собираюсь в это вмешиваться, - спокойно сказал он. - Они не дети, сами разберутся. Я недовольно поджала губы. - Хёнджину плохо. Я переживаю за него. - Хёнджин справится. - Кто для тебя Хёнджин? - решительно спросила я. - Хёнджин? Он мне как младший брат. - Младший брат? - удивилась я. - Да, - уверенно сказал Бан Чан. - Я забочусь о нём. - Это ведь ты обратил Хёнджина, - тихо сказала я. Бан Чан отвёл взгляд. - Я. - Зачем ты это сделал? Патриарх встал с кресла. Подошёл к окну, убирая руки в карманы. - Я не хотел его обращать, - признался он. - Так получилось. Я просто не смог его защитить. Я растерянно посмотрела на него, не зная, что сказать. - Я должен был защитить его, - продолжил патриарх. - Но не справился. И до сих пор виню себя за это. Бан Чан устало провёл по волосам. - Когда дело касалось Хёнджина, я всегда не справлялся. Потому что не мог контролировать его. Он усмехнулся. - По крайней мере, Хёнджин жив. Я утешаю себя только этим. Я нахмурилась. - Когда ты познакомился с Хёнджином, он ещё был человеком. А ты вампиром? Бан Чан мягко усмехнулся. - Конечно, раз я обратил его. - Тогда почему ты начал общаться с ним? Зачем вампиру сближаться с человеком? - Это не был мой выбор, - улыбаясь, сказал патриарх. - Хёнджин выбрал меня. Я растерянно свела брови. - Что это значит? - Хёнджин сам выбирает, с кем ему общаться. И если он кого-то выбрал, он не отпустит. Я невольно поёжилась. Что за чёрт? Бан Чан вернулся и сел в кресло. - Сначала он увидел Феликса, - с улыбкой на лице сказал патриарх. - Феликс тогда был наивным и открытым, тянулся ко всему новому. Хёнджин быстро очаровал его, и Феликс начал каждый день бегать к нему. Потом Минхо заинтересовался. Бан Чан мягко усмехнулся. - С Минхо было сложнее, но Хёнджин сумел и к нему найти подход. И затем переключился на меня. Ему было недостаточно Феликса и Минхо, Хёнджин хотел подружиться со всеми. Поэтому пытался сблизиться со мной. Я сопротивлялся, но, в итоге, тоже поддался его очарованию. Я растерянно отвела взгляд. - Хёнджин манипулировал вами? - тихо спросила я. - Да, где-то манипулировал, где-то хитрил, - с улыбкой на лице сказал патриарх. - Но я никогда не злился на него за это. Наоборот, меня всегда забавляло то, с каким упорством Хёнджин пытался подружиться с нами. - Зачем он это делал? - с непониманием спросила я. - Не из злого умысла. Уж точно. - Тогда почему? Бан Чан отвёл взгляд. - Будет лучше, если Хёнджин сам расскажет об этом. - Это тайна? - Не тайна... нет, - растерянно ответил Бан Чан. - Но Хёнджин стесняется своего прошлого. Поэтому я не вправе рассказывать за него. - А что такого было в прошлом Хёнджина? - удивилась я. Бан Чан тяжело вздохнул. - Хёнджин сам расскажет, когда будет готов. Он улыбнулся. - Хёнджин не злой, не агрессивный и не жестокий, - уверенно сказал он. - Он упрямый. И сейчас он злится. Это пройдёт. Хёнджин быстро остывает. Я недовольно поджала губы. - Ты так хорошо знаешь Хёнджина. Общался с ним, когда он был человек. Ты обратил его в вампира. Защищал и продолжаешь защищать. Но Хёнджин не в твоём клане. Он выбрал Лилит. Тебе не обидно? - Нет, - спокойно ответил патриарх. - А зачем мне обижаться? - Но он выбрал Лилит, а не тебя. Бан Чан улыбнулся. - Было бы странно, если бы он выбрал меня. Я же не девушка. Я нахмурилась. - Ты считаешь, что Хёнджин любит Лилит? - Я уверен, что он её любит. Я растерянно отвела взгляд. Откуда такая уверенность? Я вышла от Бан Чана с ощущением, будто меня аккуратно раздели — не тело, а иллюзии. Без грубости. Без нажима. Просто сняли слой за слоем — и оставили стоять на холоде. Он не солгал. И это было хуже всего. Хёнджин не сломан. Хёнджин не жертва. Хёнджин — выбор. Он сам выбирал. Людей. Кланы. Пути. Сам тянулся, сам очаровывал, сам не отпускал. И если сейчас он злится — это не потому, что его разрушили. А потому что ему больно жить с последствиями собственных решений. Мне хотелось возразить. Сказать, что Бан Чан не знает всего. Что он не видел взгляд Хёнджина. Не слышал, как дрожит его голос. Не чувствовал, как он цепляется — отчаянно, до боли, до последнего. Но правда была в том, что Бан Чан знает Хёнджина дольше, чем знаю его я. Ещё до крови. До кланов. До Лилит. До меня. И от этого внутри что-то болезненно сжалось. Он сказал, что Хёнджин любит Лилит. Сказал спокойно. Уверенно. Без сомнений. Будто это очевидный факт, а не приговор. Я не знала, что страшнее: то, что Хёнджин действительно её любит, или то, что я могу любить человека, который выбрал не меня — и всё равно не суметь его отпустить. Бан Чан не предложил спасения. Не дал плана. Не пообещал, что всё закончится хорошо. Он просто показал мне реальность. А в этой реальности Хёнджин — не мой. И никогда не был. И всё равно… я не могла уйти. Потому что если он сейчас злится, если ему больно, если он тонет - я не смогу жить, зная, что даже не попыталась. Пусть он оттолкнёт. Пусть возненавидит. Пусть выберет не меня. Но я не уйду первой. Потому что если любовь - это выбор, то свой я уже сделала.