Эстетическое восприятие

Шёл уже пятый день моего отпуска. Чтобы мой андроид не скучал один без меня в штабе, я составила плейлист на тысячу песен, которые он, по моему мнению, обязан был заценить. Прямо в машине села и составила, когда отвезла его, не отъезжая от штаба. И скинула Коннору после того, как выбранные песни прошли трёхчасовую тщательную модерацию. Пару раз мимо меня проходил Гэвин Рид и пытался что-то проорать сквозь закрытые окна моей машины, но в ответ он получил лишь средний палец и взгляд человека, увидевшего говно на асфальте. Несмотря на разлуку с Коннором, я хорошо проводила время в отпуске, позволив себе расслабиться и хотя-бы ненадолго забыть о надвигающихся проблемах. Первые два дня были потрачены на пассивный отдых. Я испытывала сильное перенасыщение событиями. Количество порученных мне дел, морально-нравственных дилемм, и в целом, столь быстрая динамика развития отношений с Коннором, естественным образом отразилась на моём ментальном самочувствии. Я просто два дня пролежала в кровати, переваривая все проишествия с начала месяца, когда мне только-только приставили моего напарника из Киберлайф. Если представлять романтическую экскалацию наших отношений в виде графика, то поначалу он колебался где-то между нулём и единицей, лишь изредка разбавляясь шуточками и лёгким флиртом. До того, как он спас меня на крыше, я пару раз делала комплименты внешности Коннора. Я люблю красивых мальчиков и люблю прямо говорить им об этом. Это всё казалось мне взаимной игрой, где в ответ он делал тоже самое лишь потому, что запрограмирован выстраивать хорошие отношения со своим напарником. Поэтому, я не придавала особого значения никаким его словам, списывая всё на гетеронормативность и на то, что он пытается расположить меня к себе, пользуясь своим обаянием. Если же осмыслять всё новому, допуская ту мысль, что все его заигрывания были искренними, то в случившемся нет ничего удивительного. Сам факт того, что мы переспали, меня не удивляет. Меня удивляет этот резкий скачок вверх, повлёкший за собой моё очарование им, чувство влюблённости и тот факт, что он стал мне дорог. Не очень комфортно жить с осознанием, что теперь я боюсь кого-то потерять. Я бежала от этого чувства последние 5 лет своей жизни. И с этим самым "кем-то" может произойти всё, что угодно. Страшно даже просчитывать все возможные риски. Я отложила деньги с премии, на всякий случай. Они явно пригодятся для спасения Коннора. А спасать, уверена, придётся, но я пока не знаю, от чего конкретно. И это пугает ещё больше. Я была буквально единственным человеком, к которому Коннор мог проникнуться. У него не было ни выбора, ни каких-либо чувств до того, как я не сповоцировала их своим становлением в качестве его романтического и сексуального партнёра. Коннор, буквально, троп "рождённый вчера" - ничего в этой жизни сам не попробовал, ни с кем не встречался, не травмирован, не испорчен. Красивый, неопытный мальчик, попавшийся мне в напарники по счастливой случайности. Осознавший себя, как личность, буквально пару недель назад. Может, поэтому я и чувствую дополнительную ответственность за него? Он даже выглядит лет на 5 младше меня! Для Коннора я стала просто единственным доступным вариантом. Будто других женщин в округе вообще нет. Я осознаю свою роль, как наставника, по всем канонам тропа. Намеренно создаю у него ассоциации между собой и всем прекрасным, что есть в этом мире. Он уже выдавал, что идеализирует меня. Прямо не говорил, но это и без того понятно по некоторым его фразам. Поэтому, он навсегда останется моим. У него только два выбора - либо покорное рабство с риском быть выброшенным в помойку в любой момент, либо я и сладкая жизнь в комплекте со мной. И даже если девианты всё таки добьются равных прав для людей и андроидов, а Коннор обретёт полную свободу действий - он всё равно никуда от меня не денется. Ибо все его новые девиантские приоритеты, а так же эквиваленты человеческих эмоций, которые в нём развиваются всё больше и больше - всё связано с моим образом. Но это не отменяет того факта, что я неравный партнёр для него. Я чувствую себя Беллой из Сумерек, которая боялась стареть уже в свой 18-ый день рождения. Потому что Эдвард всегда будет молод. Будь ему хоть 100 лет, хоть 200. Как минимум, в этом мы с Коннором не равны. Но меня в андроида, к сожалению, невозможно обратить так же, как Беллу в вампира. И чтобы к этому обращению ещё прилагался совершенный искуственный интеллект, неограниченные возможности и безупречность во всём, чего бы я не коснулась. Я даже составляла таблицу "за" и "против" наших отношений. Где, если коротко и по тезисам, то в столбике "за" было: красивый, идеальный партнёр и любовник, не стареет, зависимый от меня (значит привязан), комфортно сочетается с моими психическими проблемами. А в столбике "против": идеальный (я его недостойна), зависимый от меня (мне страшно нести за него ответственность), не стареет (я старею!), его права ограничены в рамках предмета техники (их нет), чужая собственность (если бы была моя, то было бы плюсом). В итоге я только запуталась ещё сильнее. Поэтому, следующие два дня своего отпуска, я решила провести со своей семьёй, которая живёт в соседнем городе. Полежать в кровати и хорошенько переварить всё было, конечно, полезным занятием. Но уже под конец второго дня переваривание всего сменилось на тревожное накручивание. Было принято ответственное решение немного проветриться, чтобы не хандрить лишний раз. Выбраться из своей одинокой конуры и съездить к родным. Мне и на работе стресса хватило, так что, в отпуске необходимо было восстанавливать свои силы, а не тратить их. Правда, всё равно, это ощущается, как сон в окопах. Вроде отдыхаешь, но только потому, что иначе твои силы кончатся. Упадут до нуля и ты погибнешь в бою. В родительском доме было милое времяпровождение в рамках: приготовление десяти тысяч салатов в день рождения тётушки и украшение дома. Потом семейный кино-вечер за просмотром всех фильмов по вселенной "Голодные игры", по которым я фанатела с детства, а мама и папа с молодости. Похоже, что за те роковые сутки, я настолько сильно влюбилась в Коннора, что на мамино фирменное "когда замуж?", я ответила что-то типа "ну есть у меня кое-кто на работе". И моментально пожалела об этом, потому что сразу же начались расспросы, ответы на которые пришлось выдумывать на ходу. В итоге я сказала, что ему 25 лет, он детектив, окончил Мичиганский университет, был снайпером армии США в войне с русскими за Аляску. Импровизация - полезный навык, вот только хорошо было бы теперь всю эту историю самой запомнить. Неловко будет, если я потом запутаюсь в своих же показаниях, если кто-то ещё в дальнейшем меня спросит. Лишь своей младшей сестре уже ближе к ночи того же дня, я рассказала всю правду. Даже нашу фотку с Коннором показала, которую мы делали перед свиданием. - Какой красивый! Ноль осуждения, Лиззи, я тебя прекрасно понимаю. - Спасибо! - Могу тебе тоже рассказать по секрету кое-что. Только никому не говори и не смейся, ладно? Я наклоняюсь вперёд, ибо мне в миг стало в разы интереснее. - Конечно, Алекс. Я все твои секреты за собой в могилу унесу. - Я знаю. Просто уточнила, что это секрет. Короче... Мне в 17 лет тоже нравился наш домашний андроид. Я поэтому так рыдала, когда мама его заменить решила. Блондин такой был, помнишь его? - Да, помню. Саймон, вроде? - Да, да, да! - Помню, помню. Он правда был хорошенький. И смех и грех, как говорится. Я тебя тогда вообще не понимала в твоём горе. - Да это так у меня, подростковое. Он мне домашку помогал делать, сказки на ночь читал. Я засыпала под его голос, потому что не умела засыпать в тишине. Летом он мне венки из одуванчиков плёл. Я его гулять брала с собой, чтобы он красиво фоткал меня и пиво мне покупал. На кассе у него паспорт не спрашивали, ему то явно больше 18-ти было на вид. Я его тоже переодевала в папину одежду, как ты своего. А диод мы ему под кепкой прятали. И Саймон ведь реально мне пиво покупал! Ещё и подшучивал надо мной, но матери никогда ничего не рассказывал. Один раз какая то бабка увидела нас вместе и подумала, что он педофил. Мы просто по улице за ручку шли. Мне в 11-ом классе самый красивый мальчик параллели в любви признался накануне выпускного. Все девки по нему сохли. А я его отшила, потому что была влюблена в своего домашнего андроида. Мемная ситуация. Ты с нами тогда не жила уже, поэтому плохо помнишь его. Когда мама его выбросила, мы с Мией на свалку андроидов поехали сразу, как я узнала. Она 30 км от города находится. Я хотела его там найти и спрятать где-нибудь у себя. Пыталась до него докричаться, но... всё без толку. Не нашли. - Какой кошмар... И я обо всём узнаю только спустя 2 года. Почему ты мне ничего не рассказывала? Алекс жмёт плечами. - Не знаю. Мне казалось, что это всё глупо. Он же просто андроид... Я и сейчас рассказала чисто потому, что ты тоже влюбилась в андроида и теперь поймёшь меня. Но, я записала его серийный номер. До сих пор храню в своей тайной шкатулке. Сестрёнка достаёт ключик и отпирает замок самодельной шкатулочки, обклееной цветочками, лентами, стразами и паетками. - Только не подглядывай! Я смотрю за ней с тёплой улыбкой, забывая ответить. Внешний вид шкатулочки кричит о том, что минимализм - явно не стиль Алекс. Конечно же, я не буду подглядывать, милая. Мне стало так легко на душе в тот момент, когда я обрела подругу по несчастью в своём ближайшем человеке в мире. И в то же время, больно от её истории. Лишь теперь я понимаю, как ей было плохо тогда... Почему мама так поступила? Даже не сказала никому ничего. Владельцы андроида могут избавиться от него в любой момент и ты даже сделать с этим ничего не успеешь. Спасибо за очередной триггер моих фобий относительно Коннора. - Вот. Голос сестры возвращает меня в реальность. Она протягивает мне бумажку с серийным номером и моделью PL-600. Да, я его помню. Но тогда у меня был сложный период в общении с мамой, поэтому я редко появлялась дома. - Пробей его, пожалуйста, по своим полицейским каналам. Ты же преступления девиантов расследуешь? - Да. У меня есть доступ к базам данных. Но... милая, послушай... - Я знаю, Лиззи, можешь не объяснять. Я знаю, что он давно выброшен на свалку и уничтожен. Она сделала жест "стоп" руками, а её голос слегка дрогнул на этом моменте. - Но, всё равно. Я хочу надеяться, что он выбрался с этой кошмарной свалки и сейчас с ним всё в порядке. А вдруг правда? Мы никогда не можем знать наверняка. - Хорошо, Алекс. Но сильно не рассчитывай на меня. - Да, я понимаю. Это от тебя не зависит. *** И вот, подошёл пятый день моего мини-отпуска. Уже почти конец, а значит, я скоро снова увижу Коннора! Пытаюсь отвлечься, но постоянно возвращаюсь к мыслям о нём - стабильно каждые полчаса. Пишу каждый день, чтобы знать, что мой мальчик в порядке. И он отвечает сразу же, что не может меня не радовать. Хорошо, что он может заниматься своими делами на работе, при этом параллельно переписываясь со мной. Вернулась в Детроит. Пребывание в семейном кругу, конечно, греет душу, но лишь в умеренных количествах. После разговора с сестрой мне и в правду стало лучше. Будто за один вечер у нас появился общий секрет, который сплотил нас друг с другом. Надо будет поискать её Саймона, хотя бы из нашей общей приверженности человеко-андроидской любви. Даже если он валяется отключенным на свалке: кто знает, может выйдет его починить? Уточню у Коннора, можно ли определить местоположение андроида по серийному номеру. Через пару дней, как выйду на работу. В планах на сегодня у меня бар. Пятница, всё-таки, наверняка в барах сегодня весело. Скорее всего, я перевстречаю кучу своих знакомых этим вечером, поэтому даже не зову никого. Компания сама меня найдёт - стоит только выйти из дома и рассчитывать на удачу. Надеваю классические брюки с шёлковой бордовой рубашкой. Завязываю ленточки на шее в бантик. Стрелки, смоки айс, ободок с чёрным бархатом, помада в цвет рубашки - всё по красоте, как обычно. Я готова выходить из дома. Сегодня я пешком, так как садиться за руль после выпивки будет явно не лучшим моим решением. Не хватало ещё водительских прав лишиться, будучи лейтенантом полиции. Мало того, что мне по статусу не положено, так ещё и неудобно, ибо ездить на машине мне приходится очень часто. Впереди виднеется магазин "Киберлайф", на витринах которого красуются андроиды со своими идеальными лицами и пустыми глазами. Я останавливаюсь у панорамных окон, внимательно осматривая каждого робота через стекло. Абсолютно нейтральные выражения, будто на лбу у каждого буквально написано "ничего". Или "пустота". И меня осенило в этот момент - андроида от девианта можно легко отличить по выражению лица. Хотя, Коннор говорил, что их тяжело выявить среди других машин. У всех девиантов "говорящий взгляд", как у людей - их эмоции можно прочитать по глазам. Страх, любовь, ненависть, сожаление, боль, нежность, гнев, желание - я успела увидеть столько поддоттенков эмоций в глазах Коннора! Я помню, как они начали приобретать какую-то осознанность. Сначала выражать интерес. Потом сочувствие... потом, я впервые увидела в них страх, когда моя жизнь подверглась опасности. Помню глаза всех девиантов, которых мы поймали. Как правило, я избегаю мыслей о подобном, ибо за некоторые наши дела меня мучает совесть. Как за тех двух девчонок из клуба "Рай" или за андроида Карлоса Ортиса, которого тот подвергал регулярным пыткам. Я бы хотела жить в мире, где преступления против андроидов карались бы так же, как против людей. Чтобы все были равны перед законом. Девианты не должны убивать людей, но было бы справедливее честно судить их по уголовному кодексу и сажать в тюрьмы для наказания, а не отключать. У большинства из них были бы смягчающие обстоятельства. Хотя, может это просто мой бред? Никогда бы не думала об андроидах в рамках гражданских прав, если бы не мой роман с Коннором. С чего другим людям думать об этом? По сути, это предметы техники - как микроволновка или телефон, со своим чётко прописанным функционалом и техническими возможностями. Материальная собственность, которую люди обменивают за деньги. Ясное дело, что её выкидывают в случае неисправности. Хотя, я ведь не одна такая, кто увидел человека в андроиде? Существо, равное самому себе, способное к проявлению эмоций и эмпатии. Уверена, что многие так же могут проникнуться к своим домашним андроидам. Далеко за примерами ходить не надо - моя младшая сестра. Интересно, был ли её Саймон девиантом? Наверняка, был. Судя по её рассказу, он был очень добр к ней. Не знаю, питал ли взаимность в романтическом плане, но точно относился к ней с большой теплотой. На фоне всех этих мыслей я не замечаю, как прохожу мимо нужного мне бара. Стараясь не думать о том, как глупо я сейчас буду выглядеть со стороны, разворачиваюсь и возвращаюсь быстрым шагом до пункта назначения. Прохожу на территорию курилки. На улице стоит компания, бурно обсуждающая... картины эпохи Возрождения? Да, судя по обрывкам фраз. А сам бар встречает гостей неоновой вывеской "Ice Spring". Чувствую, сегодня здесь соберётся интеллектуальная тусовка, которая иногда раздражает своим нарочитым пафосом, а иногда очень даже увлекает. Всё зависит от темы обсуждения. Лично мне с этими ребятами нравится поболтать о музыке и о христианстве. Они ещё, почему-то, всегда прекрасно осведомлены о том, как синтезировать наркотики и ухаживать за кустами конопли. Сам бар изнутри был украшен синей подсветкой, а с потолка свисали хрустальные люстры с кучей разных мелких деталей, как в театрах. На полках стояли подсвечники, стеклянные вазы с тёмными сухими розами. Отовсюду свисали жемчужные украшения. Обожаю интерьер этого места. И картины в формате алмазной мозаики тоже вписывались сюда отлично. Сегодня на смене был какой-то новый бармен, которого я ещё не видела здесь. Вальяжно стоял, качаясь под техно-музыку и перемешивал апельсиновый сок с гренадином. Я внимательно оглядываю зал, сканируя его на предмет знакомых лиц. И вижу здесь... Хэнка Андерсона! Какая удача! Хорошо, что я пришла одна. Иначе, кем бы ни был мой компаньон - перспектива поговорить с Хэнком была бы более заманчива. Поэтому, с моим спутником пришлось бы поступить некрасиво. Коннор два дня назад писал мне, что ему с лейтенантом Андерсоном поручили дело. Как я и предполагала. С кем ещё он бы работал в моё отсутствие? - Лейтенант Андерсон! Здравствуйте! Рада вас видеть. Хэнк обернулся на меня с угрюмым выражением лица. Его базовая настройка. Иной раз я бы подумала, что человек просто не испытывает взаимной радости от нашей встречи. Но это же тот самый архетипичный нуарный коп-алкаш Андерсон. Он всегда такой. - А, Лиззи. Здравствуй. Я неловко спрятала руки за спиной. А как его разговорить то? Наверное, надо было подумать об этом до того, как начать разговор, непосредственно. У нас ведь ничего общего кроме работы нет... - Как ваши дела на работе? Я слышала, что вам с Коннором поручили расследование. - А, да. Но откуда ты знаешь? Я сомневаюсь, что Фаулер лично отчитывается перед тобой. - Мне Коннор рассказал. - А... Лицо Хэнка в этот момент надо было видеть. Оно выражало что-то типа фразы: "погодите, это реально?" А именно, тотальную степень недоумения. Будто у него вообще нет идей, как ему это прокомментировать. - Долбануться, вот мы дожили то... Чисто в теории, зачем ему сообщать тебе эту информацию? Я с хитрыми глазами и не менее хитрой улыбкой пожимаю плечами. Специально, чтобы было заметно, что я что-то скрываю. Моя цель - заинтриговать его и продолжить диалог. А на его вопрос я всё равно отвечу, в течение этого разговора. Просто позже. Хэнк продолжает: - Ладно, ваше дело. Странные вы, ребята. Твоя жестяная банка может мне раскрываемость поднимет, хотя бы. - Он не жестяная банка. А что у вас за дело? - А, значит этого ты не знаешь? У нас так, бытовой конфликт на почве ревности. Неверный муженёк развлекался с андроидом-домохозяйкой. Его жена узнала об этом. Обстоятельства мы пока не выяснили, но в итоге, жена лежит в больнице под капельницей, с двумя открытыми переломами. А преступница сбежала. Нападение точно совершил андроид. Я почему-то уверен, что это была самооборона. За всё то время, что я занимаюсь расследованиями по делам девиантов, не было ни одного случая, чтобы они нападали на людей без причины. - А кто написал заявление? - Муж потерпевшей. - Но он же... - Да. Он сам всю эту заваруху и устроил. И, по итогу, он единственный, кто остался цел и невредим. Скотина. Хэнк поморщился от отвращения, бросив взгляд куда-то за спину. Правда, мерзкое дельце выпало. Девчонку-андроида хотят отключить за то, что её сношал какой-то похотливый придурок. Причём не факт, что она давала на это своё согласие. Страшно даже представить себя на её месте. И Хэнк прекрасно всё это понимает. Я невольно задумалась о том, какой же он классный мужчина. Просто мировой мужик в вопросе морали и ответственности. - Согласна с вами. Именно такие мрази, почему-то, всегда избегают наказания. Хэнк ухмыльнулся и посмотрел на меня с такой иронией, будто я сказала что-то очень тупое. Но я на характере проигнорировала это, продолжая свою мысль: - Нельзя просто игнорировать то бесчисленное количество преступлений, которые люди совершают против андроидов. - Да ну? То есть, по твоему, можно совершить преступление против бытовой техники? - Они не бытовая техника. Они... - Что? Живые? - Да. Я с вызовом посмотрела в глаза Хэнка. Можешь ничего из себя не строить, старик. Я знаю, что ты на нашей стороне и мне даже вербовать тебя не придётся. Он отвечает мне: - Знаешь, Лиззи... я как-то не проследил за тобой такой риторики, судя по количеству твоих успешно раскрытых дел. Ты знаешь, кто допрашивал всех тех девиантов, которых поймали вы с Коннором? Я. Всеми допросами занимался я. - Ой. Я не знала. - Ага. Зато я о ваших задержаниях прекрасно осведомлён. И о последнем особенно, ибо мне после этого допроса хотелось пулю в лоб пустить твоему пластиковому коллеге. Да и ты мне тоже не нравишься, раз уж мы перешли на такие откровения, теперь уже. Ты обвинила девчонку из секс-клуба в том, что она убила клиента со словами, что даже человек понёс бы наказание за такое. С этим тяжело поспорить. Вот только... люди не держат в секс-рабстве других людей. А если и держат, то в случае убийства насильника, жертва будет полностью оправдана в суде. Она потерпевшая и все её действия расценят как самооборону. Почему тогда ты не учла специфику её занятия, раз взялась судить о ней в рамках гражданских прав? - Не знаю. Если честно, то в моменте я вообще не знала, что с ними делать. Мне было очень жаль их обеих и меня до сих пор мучает совесть, когда я вспоминаю об этом деле. Но если возвращаться конкретно к тому моменту, то я помню, что Коннор не хотел их отпускать, потому что они чуть не убили меня при задержании. Я была бы уже дважды мертва, если бы он меня не спас. А я не хотела их отпускать, потому что если мы с Коннором не будем раскрывать дела, то его отключат. Его постоянно пугают тем, что найдут ему замену, если он в скорейшем времени не принесёт никаких результатов. - Я вот всё это слушаю сейчас, и понять не могу. Вы типа... ну... в каких вообще отношениях находитесь? - Мы любим друг друга. Хэнк поперхнулся. Конкретно, вот это выражение сейчас надо было видеть! Хэнк своим лицом сейчас визуализировал афоризм "челюсть отвисла". Он залпом опрокинул шот джина. И пододвинул мне вторую рюмку: - Будешь? Меня слегка насмешила такая честная реакция на моё признание. - Вы угощаете? Спасибо... Я следую примеру Хэнка и выпиваю стопку за один глоток. Сладкий черничный сироп на дне шота прекрасно перебил алкогольную горечь, оставляя за собой приятное послевкусие. Видимо, Хэнк слегка оттаял от такого откровения. - Вы же говорили, что я вам не нравлюсь. - Да, и это не изменилось. Но я, всё таки, джентельмен. Не гоже оставлять даму без выпивки. И теперь мне стало интересно тебя выслушать. Я даже перестал считать секунды до того, как ты со своими разговорчиками просто исчезнешь и оставишь меня в покое. - Ваше джентельменство очень избирательно. - Ага. Знаю. Но я бы вернулся к теме. В общем, я понял ваш общий мотив, который очень мило сходится на том, чтобы защитить друг друга. И это правда мило, тут признаю, моя ирония была сейчас даже лишней. Получается, наш Коннор девиант... Который уже успел прославиться среди андроидов, как охотник на девиантов. Ты подобных титулов в подполье не получила, уж прости. Хэнк разводит руками, натягивая на себя улыбку. А меня начинает слегка раздражать этот тон. - Так вот... к чему я это... Ах, да. Я, как третье лицо со стороны, могу рассудить вот так. Вы с Коннором защищаете друг друга. Чтобы не попасть под подозрения, вы готовы забыть о сочувствии к девиантам, которых вы находите и которых, само собой, отключают в итоге. И возвращаясь к делу девочек из секс-клуба, которые тоже любили друг-друга, как и вы. Всё, что они делали, было ради того, чтобы вместе спастись. - Хватит! Я громко стукнула по столу, так, что рюмки на пару миллиметров взлетели вверх. - Заруби себе на носу, Хэнк. Если моему Коннору хоть кто-то будет угрожать, я выпущу пулю в любого, будь то человек, то девиант. И ни секунды не потрачу на мысли о том, что у него там за душой! И твоего одобрения я больше не собираюсь выискивать. Ты предвзят и из принципа не хочешь ставить себя на моё место. И плакал наш союз с лейтенантом Андерсоном. Да и к чёрту его. Я сейчас вижу, что он изначально и не имел ни смысла, ни шанса на успех. Однако, я ожидала от Хэнка чего угодно, но точно не того, что он скажет: - Возможно. Я слишком долго судил о нём, как о бездушной машине и о тебе, как о фашистке, которая готова построить себе карьеру на костях девиантов. - Мы все просто заложники режима, Хэнк. Мы вынуждены покорно следовать законам системы, чтобы сохранить жизнь себе и своим близких. Не забывай, кто наш настоящий враг. - Рабский конвейер "Киберлайф" и власти? Люди с их бесчеловечной жестокостью? Капитализм? - Именно.