Стук сердца

— Ааааа! Нет! Нет! Крис, перестань! Слышался громкий и счастливый смех, разносящийся по всему дому, такому уютному и одновременно теплому. В каждом лице сияла улыбка. Маленький мальчик, который язвительно бежал за своей подругой, держа в руке своё «сердце», а точнее, просто-напросто плюшевую игрушку: он снова придумал пакость! В его детскую и ещё не до конца сознательную голову пришла идея: как можно повеселиться и разыграть свою лучшую подругу. — Оооо нееет! Моё сердце.! Оно вырвалось наружу! Кричал Крис, кривляясь и корчась от «жуткой боли». И нет, он не делал это с плохими намерениями, ни в коем случае. Ведь он не хотел испугать её до смерти. Но было всегда так весело её пугать, что мальчишка просто не мог удержаться! Детское и нелепое хулиганство — всегда брало своё. Да, все же, в этом он немного согрешил. Но за это ему придется отплачиваться недовольными воплями оленихи, которая своими хрупкими и дрожащими руками начала трясти его за шерстяную толстовку. — Крис! Больше не делай так! Ты напугал меня до смерти! Паренек лишь смеялся, лежа уже на полу от смеха. Ноэль только покраснела и ещё больше разозлилась. Как он может вот так просто смеяться, когда свою подругу довел чуть ли не до белого колена? Но это продлилось недолго. Всё же, как-никак, а девочка не была способна долго злиться. Многие бы сказали, что Ноэль — самый добрый ангел в их маленьком городке. Но что уж там, сам её голос был пораже́нием света. Не выдержав, олениха упала напротив Криса, тоже начиная заливаться ярким смехом. Его смешинка была уж очень заразительна, что наверняка любой бы не устоял перед этим препятствием. Мальчик повернул голову к подруге, смотря в её уже счастливую улыбку, в её пухлый носик, а также в румяные щеки. Её личико было таким нежным и прекрасным, что от одной мысли об этом у Криса появлялся небольшой румянец, который он всеми силами старался скрыть от чужих глаз. От одного её присутствия — душа Криса согревалась. Его это даже немного удивляло, ведь она — северный олень. Довольно иронично, не правда ли? Но это не имело значения, ведь главное, что рядом с ней было тепло и уютно. Возможно, Крис бы ещё долгое время мог любоваться её милым лицом, но этому помешал резкий издавшийся и чуть грубоватый голос. — Детишки, скорей сюда! Сейчас начнется всеми любимая программа по телевизору! Это был Азгор — Папа Криса. Веселый и самый дружелюбный во всей округе, который не пожалеет ни капли любых вещей, будь это простые копейки, иль же целые деньги. Но на благое дело, конечно же. — О, уже бежим, мистер Азгор! — Девочка тут же вскочила на свои звонкие копытца, будучи явно радостной этой новостью. — Ну же, Крис, побежали! Ноэль протянула руку помощи своему другу, на что тот сразу воспользовался ею. Он, как и она, был не меньше рад будущему просмотру в общем семейном кругу. У обоих семей появилась уже как целая традиция: собираться всем вместе в уютной комнате перед небольшим, но таким уютным телевизором. Радостные детишки пулей побежали вниз по лестнице, чуть ли не спотыкаясь. И неожиданно для Криса — его резко поймали на лету. Мальчик взвизгнул, а после сразу полился язвительным смехом. Схватил же его старший брат Азриэль, который начал встряхивать пышные каштановые волосы на макушке младшего. — Ахаха! Попался, проказник! Ответно засмеявшись, затаранил Азриэль. На это же Крис не переставал смеяться, начиная брыкаться, тем самым сопротивляясь его схватке. Началась целая братская бойня! — Эй вы, хватит тут баловаться, а то еще мою сестренку плохому научите! Вдруг издали раздался женский, но всегда уверенный в себе голос. — Да брось! Это Крис тут пугает её. Тем временем мальчишка смог вырваться из крепкой хватки Дримурра, поправляя свои красные рожки на голове. Ноэль же со стороны тихо хихикала, спрятавшись за спиной своей старшей сестры. Она явно была рада тому, что Крис, хоть и немного, но получил по заслугам. — Ладно с вами, пошлите смотреть телевизор, мелка́тня! И все остальные без возражений уселись возле телевизора. Дети впереди, а взрослые — сзади. В ту же секунду ничейный взгляд не отрывался от экрана. И снова настал тот миг, когда вокруг тишина (кроме телевизора), спокойствие и конечно — уют. Маленькие детские головы, которые хранили в себе чудесный и красочный внутренний мир, мечтали, чтобы этот момент никогда не кончался и оставался их традицией навеки. Но все же, лишь единственные глаза иногда отрывались от монитора, мельком поглядывая на милую олениху Холидэй, у которой так и горели искры в глазах. Они, казалось, никогда прежде не были настолько яркими. *** В комнате было тихо, темно и тоскливо. Слышались лишь скудные завывания ветра за окном, которые всеми силами старались пробиться сквозь маленькие щели. Но главное — было холодно, очень холодно. Ни единой капли тепла не чувствовала одинокая олениха, запертая в этой комнате, словно птица в клетке. Она не чувствовала страха, только одиночество и отчаяние. Ноэль сидела на прохладной кровати, молча смотря в окно, приглядываясь в даль вида. Глаза были всё ещё стеклянными, не успев позабыть о столь ранящей горечи. А мысли были поглощены где-то глубоко… в самой точке души. Она была снова здесь, в этой ледяной, одинокой комнате, в которой едва проходил свет сквозь окна. Ноэль не помнила, как она здесь оказалась, но ей явно было не радостно здесь находиться. В какой-то степени, Холидей ощущала себя принцессой взаперти, которая ждет своего принца на белом коне. Но, навряд ли такое сбудется, поэтому, ей остается ждать лишь чуда. А на сей час, Ноэль постаралась углубиться в нечто иные воспоминания — в детские грезы. Они всегда были такими приятными и тёплыми, что казалось — это были лишь сны, которые никогда больше не воплотятся в реальность. Все это продолжалось до тех пор, пока за спиной не послышался скрип старых досок — кто-то пришел. На секунду Ноэль напряглась, не зная, что за внезапный гость к ней последовал. Человек, иль призрак? Второй вариант явно не нравился бедняжке. Она боялась, не то что повернуться, даже пошевелиться. Будто за любой вздох её проткнут насквозь. Как неожиданно чья-то легкая холодная рука прикоснулась до её плеча. Олениха взвизгнула, прижавшись к углу, закрывая глаза ладонями, будто барьером. — Ноэль… Раздалось её имя, так нежно и тихо, словно упавшая снежинка на снег. А произнес его… — Крис… Крис, это ты? Олениха вышла из-под своего «укрытия», в надежде смотря на то, что она хотела увидеть. И это был действительно он — Крис. Он молча стоял перед Ноэль, боясь произнести хоть слово. Она была для него — как хрупкий цветок, который от любого прикосновения обронит свои лепестки, заросшие инеем. Его глаза, как и всегда, были закрыты темной челкой. Лишь один глаз, алый, как кровь — смотрел на неё. — Крис! Это правда ты! — Радостная, девушка прыгнула к старому другу в объятья, — Я так испугалась! Подумала, вдруг это кто-то посторонний. Или, может похуже — призрак! — Олениха на несколько секунд умолкла, будто ожидала, что Крис промолвит хоть слово, — Я не знаю, как я снова здесь оказалась, но, пожалуйста, забери меня отсюда… Последние слова пронеслись как холодок — такой неприятный, но жаждущий тепла, а именно от чужого тела, хотя бы даже прикосновения. Но Крис по-прежнему молчал, всё так же тяжело смотря на испуганную девушку. Он будто боялся, либо попросту не знал, как подобрать нужные слова. Без единого слова и даже предупреждения парень ухватился за руку девушки, таща её к выходу. Поначалу она не понимала, что происходит и почему Крис не разговаривает с ней. Она, конечно, знала что он ещё давным-давно стал неразговорчивым, но чтобы прям настолько. Но после, почти пару минут шагов — она его остановила, не отпуская его бесчувственной руки. — Крис, что происходит? Это сон? Молчание. — Не молчи Крис, пожалуйста! Почему ты не говоришь со мной? Но он не ответил. Парень всё так же смотрел на неё своим холодным, мертвым взглядом. Смотря в них — Ноэль будто бы пыталась найти в них тихий ответ, но их почти не было видно. А его улыбка… Она давно пропала. Олениха даже не помнила, когда в последний раз видела у Криса счастливое выражение лица. «Он так изменился.» Холидей с тоской опустила голову, смотря на темный пол, словно в черную дыру, которая с каждой секундой засасывала её всё глубже и глубже. Её душа, которая пару минут назад была наполнена отчаянием, теперь стала грузом печали. От чего, Ноэль сама не до конца понимала. Вроде за ней пришел кто-то, а вроде… — Прости меня. — Что.? Снова тишина. Только уже густая и напряженная. Девушка подняла голову, с непониманием смотря на него. За что он извиняется? У Ноэль появлялось ещё больше вопросов без единого ответа. — Почему ты извиняешься? — Потому что… Я — это не я. Сердце будто на секунду остановилось, а зрачки Оленихи расширились. Это был не его голос, не голос Криса. Не того самого мальчика, которого она знала всё детство. Это было что-то иное: потустороннее и неживое, она ощущала это. Тело покрылось мурашками, а к голове поступил жар. Ноэль попыталась вырвать свою руку, но она была крепко захвачена. — Крис, ч-что происходит?! Пожалуйста, отпусти меня! Но он не отпускал. Рука была настолько сильно прижата, что девушка ощущала едкую боль. Как бы она не старалась высвободиться — все попытки были тщетны. А потом, Ноэль ощутила чужое дыхание у своей шеи, такое жаркое и тяжелое, что та замерла, боясь хоть как-то пошевелиться. Крис, который так долго хранил молчание в гробу, вдруг заговорил около её уха: — Я сделаю тебя сильной Ноэль. Ничего не бойся. Она пискнула, заглотив весь воздух в легкие. От этих слов Криса, нет, от чужих слов её сердце ушло в пятки. Это был не Крис, ведь так?

«Это не он. Это не он. Это не он. Не он. Не он. Не он!»

«Крис, мне страшно.»

Она молилась, молилась чтобы всё это оказалось сонным кошмаром, либо просто злой шуткой от друга. Та не помнится, когда было настолько страшно, ей просто хотелось домой! Обратно в свою тихую комнату, где её никто не потревожит и не услышит. В мгновение Крис вплотную приблизился к ней и заключил в свои объятья: они были твёрдыми и цепкими, такими холодными, что девушка даже не могла пошевельнуться. — Не бойся, Ноэль, все будет хорошо. Я обещаю. … — Нет… Нет, я не хочу! Неожиданно Ноэль снова начала брыкаться, хоть парень и продолжал держать её в своих руках. Но спустя пару секунд она поняла, что слишком слаба физически и отбиться от Криса ей попросту невозможно. — Крис… Пожалуйста, отпусти… Она посмотрела в его лицо. В её глазах была надежда — надежда на то, что в нём всё ещё есть тот самый Крис: лохматый, пронырливый хулиган, который так обожал носить свои красные рожки, чтобы хоть как-то походить на свою семью Дриммуров. Ноэль попыталась расслабиться, тяжело выдыхая. Она подняла руку — которую, на удивление, Крис отпустил — и приблизила её к его тёмно-синим волосам, отодвигая их, чтобы увидеть взгляд его глаз: они были печальными, с большой горстью сожаления и… злости? Ноэль переменилась в лице. Она не понимала, что происходит. Может, это действительно был просто сон. Но всё же крепкая хватка руки на её талии говорила об обратном. — Крис… Не знаю, ты ли это, но… — Она помедлила. — Но ты должен вернуться. Пожалуйста, Крис, вернись обратно! Я ведь знаю, ты совсем другой! Её рука плавно перешла к его щеке, и она продолжала смотреть прямо в его глаза, пытаясь найти в них своего друга детства. Она была решительна, но страх всё ещё никуда не уходил: она боялась, что вдруг ничего не выйдет и это нечто в теле Криса убьёт её. Даже думать об этом не хотелось. Неожиданно для обоих Ноэль ответно прильнула к парню прямо в объятия — в искренние, тёплые объятия. Она аккуратно склонила голову к его груди, прижавшись ухом к сердцу. Оно стучало. — Слышишь? Сердце стучит. Тук-тук… — Она продолжала стоять в том же положении, всё ещё дрожа. — Крис… Единственное, что Ноэль услышала, — это участившееся дыхание, которое волнующе исходило из его груди. Наступила, казалось, самая долгая минута молчания, которое сильно отдавалось напряжением и неизвестностью. Холидей настолько вцепилась своими пальцами в его спину, что после остался бы от них след. Ноэль всё еще чувствовала тот ожесточённый холод. Хотелось отпустить его и убежать так далеко, где бы её никто не нашел. Но та стояла до последнего, ведь она верила, что старый друг вернется. Правда ведь? Через мгновение она почувствовала тяжесть чужой головы на её плече, а после послышались тихие всхлипывания. — Крис?.. Ноэль произнесла это имя по-другому: нежно, тихо и с надеждой. — Ноэль… — Одна слеза горько упала, — Это я… Крис… настоящий. Голос, он был тот, тот самый голос, который Ноэль помнила всегда. Возможно только на эти слова ему хватило своих последних сил, ведь дальше он не проронил ни слова, лишь продолжал всё так же всхлипывать, роняя с каждым разом новую слезу. Но оленихе этого хватило, чтобы её душа успокоилась, а тело расслабилось. Ведь теперь, когда мужские руки обвели её талию — она не чувствовала боли. В какой-то степени она даже почувствовала то самое тепло, которое она ощущала ещё много лет тому назад: доброе и напитанное детским счастьем. — Крис… пойдем, обратно… домой.