Рейс «Москва-Минеральные Воды»

      — И мы будем очень рады продолжить наше сотрудничество в дальнейшем. С наступающим!       Миша завершил разговор с Пекином. Закрыв ноутбук, он с удовольствием отодвинул его в сторону. Все дела на текущий год закончены. На календаре было тридцатое декабря, а это значит, что впереди его ждали оливье, марафон советских фильмов и десять дней законного отдыха. В этом году Саша предложил отпраздновать у него, а потому надо было взять билет на «Сапсан» и отправиться в северную столицу.       Как только Миша вышел из кабинета, его вдруг схватили за плечо и так крепко обняли, что аж кости захрустели.       — Ну что, Миша, готов? — спросил Смоленск.       — Готов к чему? — флегматично поднял бровь Московский.       — Как к чему? К банкету, конечно же! Новый год на носу! — весело ответил Алексей.       — А может, вы там как-нибудь без меня обойдётесь? — с усмешкой спросил Миша, который не планировал пить раньше двенадцати часов тридцать первого.       — Слушай, ты совесть имей! Когда ты в последний раз отмечал Новый год со своим округом, а? — строго спросил Смоленск.       — Мм, в году двадцать третьем, полагаю.       — Вот именно! Вечно у тебя то переговоры с китайцами, то собрание округов, то со своим окном в Европу зависаешь!       — Лёш…       — Всё, никаких «Лёш»! — скомандовал Смольный. — Полчаса с округом посидишь, ничего с тобой не будет!       Спорить было бесполезно, так что, издав глубокий обречённый вздох, Миша последовал за Алексеем, который привёл его в какой-то ресторан. Когда он пришёл, все уже были в сборе. Оксана, Борис, Валера… Даже Василиса была. Что ж, раз такой случай, то почему бы не пропустить один бокал шампанского?       А где второй, там и третий. А где третий, там и бутылка закончилась. Но была ещё вторая. А кроме шампанского, в ход пошли и другие напитки. Миша уже не помнил, как говорил тост, как отплясывал вместе с Василой в танцевальном батле (идея его, кажется, была), как потом сел в такси и уехал.

***

      — О, я говорил же, что он живой! Гони косарь!       — Блин, прости, я на мели. Давай потом отдам?       — Ладно. О, смотри, просыпается!       Миша наконец открыл глаза, морщась от яркого света. Первое, что он увидел, когда его зрение наконец сфокусировалось — Гошу и Асада, которые внимательно наблюдали за тем, как к столице России возвращается сознание.       — Пятигорск, Махачкала… Что вы тут делаете? — прохрипел Московский, вставая. Голова сразу загудела, отдаваясь дикой болью в висках.       — Ну, я тут живу, а Асад ко мне в гости приехал, — легко ответил Бештау, после чего его вдруг осенило и он поспешно добавил: — Ой, я вам сейчас минералочки дам!       Гоша быстро залез в холодильник и, достав оттуда «Ессентуки 17», взял кружку, налил шипящую минеральную воду туда и протянул её Мише, который осушил всё за один глоток.       — Можно ещё, я сейчас сдохну, — попросил Московский, и Бештау решил отдать ему всю бутылку. Миша с упоением припал к ней, будто бы нарзан был лекарством от всех болезней.       Гоша и Асад сели на диван, наблюдая за всей этой картиной.       — Михаил Юрьевич, а вы в гости или так, проездом? — поинтересовался Асад.       — Какой ещё проезд? Где я вообще? Я должен был быть в Санкт-Петербурге! — окончательно придя в себя, ответил Миша.       — Ой, ну тогда вы очень сильно разминулись, — усмехнулся Каспийский.       — В каком это смысле? — насторожился Миша.       — Вы в Пятигорске, — пояснил Гоша.       — Что? Каком ещё Пятигорске? Как я тут оказался? — совсем перестал понимать Московский. Может, ему это всё снится?       — Ну, вы вчера где-то часа в три ночи приехали сюда, громко постучали в дверь, мы с Асадом открыли, а на пороге вы, — рассказал Бештау, будто бы речь шла о совершенно обыденной истории.       — Да, я ещё удивился, подумал, что лимонад, который мы пили, всё-таки с градусом был, — хмыкнул Асад.       — По правде говоря, там было немножко вина, — признался Гоша.       — Что?! Гош, ты что? Я ж не пью!       — Да там немного было! Этот сорт лучший из всего, что я сделал в прошлом году, ты обязан был попробовать! — в свою защиту сказал Бештау.       — А если Джовхар узнает?!       — Так ты не болтай ему лишнего!       — Так, всё, прекратили! — остановил их Московский.       От их голосов у Миши вновь разболелась голова. У южных людей тембр вообще очень громкий. И, к сожалению, они ему не снились. Снежная вершина Машука за окном была ярким доказательством того, где он сейчас находится.       — Чёрт, меня же Саша… Александр Петрович обыскался поди! — Миша схватил свой телефон, но тот оказался разряжен. — Да что ж такое!       — Михаил Юрьевич, вы не расстраивайтесь, — сказал Асад, чуть улыбнувшись. — Когда бы вы ещё на курорт съездили в новогодние выходные?       — Да, сейчас цены, знаете, какие! — поддержал мысль Гоша.       — Какой курорт, Боже, — Миша устало помассировал виски. — У вас есть зарядка на айфон?       — Не, у меня андроид, — ответил Гоша.       — У меня тоже. Слушай, — Асад вдруг посмотрел на Бештау, — ты ж со своего курорта столько зарабатываешь, мог бы уже и айфон купить.       — А зачем? У меня телефон падает постоянно, у меня все деньги будут только на его ремонт уходить, — фыркнул Гоша.       — Да вы замолкаете хоть на минуту? — простонал Миша и вновь упал на кровать.       — Михаил Юрьевич, вам плохо? — а участием поинтересовался Бештау.       — Может, скорую? — предложил Асад.       — Не надо. Мне срочно нужно в Санкт-Петербург. Или хотя бы зарядить телефон.       — Ну, билетов сейчас точно не будет — праздники же, — пожал плечами Каспийский.       — А оставайтесь праздновать с нами! — загорелся идеей Гоша. — Мы же округом собираемся каждый Новый год.       Миша закрыл глаза. Многое он за свою жизнь пережил, но вот Новый год в окружении Кавказа ещё не встречал. Да и какой ещё Кавказ?! Его ждёт Саша, который уже наверняка обзвонил все морги, больницы и бары. А он тут будет веселиться?!       — Нет, — твёрдо ответил Миша, вставая. — Спасибо за предложение, конечно, но я столица в конце концов, у меня слишком много срочных дел есть.       — Даже в новогоднюю ночь? — удивился Каспийский.       — Особенно в новогоднюю ночь, — подтвердил Московский. — Где моя куртка?       — В прихожей на вешалке, сейчас принесу! — вызвался Гоша, и через минуту синяя тёплая куртка была уже в руках у Миши. — А вы куда?       — В аэропорт, — сухо ответил Московский.       — Хотите всё-таки счастье попытать? — с пониманием спросил Асад.       — Вроде того. Спасибо за тёплый приём, чао! — Миша взялся за дверную ручку, но вдруг Каспийский его остановил:       — Погодите! Давайте я вас до Минеральных Вод подкину? В момент долетим!       — Ну, если в момент, — с усмешкой согласился Миша, — то тогда поехали.       — Подождите, я с вами! — сказал Гоша, хватая свою яркую зелёную куртку.       Они сели в машину: Асад за рулём, Гоша устроился спереди рядом с ним, Миша расположился сзади, рассчитывая поспать, пока они едут. Но, как только Каспийский сдвинулся с места, Миша успел пожалеть о своём решении поехать с ним и понять, что поспать ему точно не удастся. Врубив какую-то музыку, которая напоминала лезгинку, на весь город салон, Асад поехал с такой скоростью, что Московского почти укачало.       — Михаил Юрьевич, музыка не слишком громкая? — крикнул Асад.       — Можно и убавить! — ответил Московский, зажав уши. Такое ни одна голова не выдержит.       Каспийский чуть сбавил громкость, но это не то, чтобы помогло. Они мчались так, что горы, деревья, дома — всё слилось в одно. Или это у Миши голова кружилась — Московский ещё не решил. А самое главное, что, пока он умирал на заднем сидении, Асад и Гоша вполне себе спокойно переговаривались, будто бы не было ни оглушающей музыки, ни бешеной скорости.       — Михаил Юрьевич, а всё-таки, как вы попали на Кавказ? У вас есть вопросы по отчёту? — с любопытством спросил Гоша. — Вы меня убивать приехали?       — Я его даже не открывал ещё, — мрачно признался Миша.       — Вы нас так напугали вчера, — продолжил Асад. — Мы ведь подумали, что случилось что. Вы ж даже ничего не объяснили толком.       — Да, я почти всю ночь не спал! Переживал! — подтвердил Гоша.       Миша закатил глаза. Как тут объяснишь подчинённым, что он приехал не по важному делу, а потому что слишком хорошо проводил старый год в компании своего округа? Авторитет же упадёт ниже плинтуса! Поэтому он серьёзно ответил:       — Я вас умоляю, смотрите на дорогу.       — А что смотреть-то? Я эти маршруты наизусть знаю, могу хоть с закрытыми глазами! — в этом время навстречу Асаду вылетала другая машина. Он резко развернулся, да так, что Московский почти свалился на сидение. — Вот же баран! Вы это видели, Михаил Юрьевич?       Сколько продлилось это мучение, Миша не считал. Когда они подъехали к аэропорту, Асад воскликнул что-то вроде «шайтан!», но всё же смог припарковаться. Московский вышел оттуда, радуясь, что хотя бы жив. Уже неплохо.       Но на этом везение его оставило.       — Скажите, есть билеты до Санкт-Петербурга? — спросил Миша у женщины на кассе.       — К сожалению, в этом году их больше не будет, — грустно ответила та.       — Но, может, хотя бы до Москвы? — обречённо спросил Миша. Ну ничего, на «Сапсане» потом доедет.       — До Москвы тоже всё раскуплено, — вдруг женщина приободрилась. — Но есть билеты в Уфу! Не хотите в Уфу?       — Нет, благодарю, — мрачно ответил Московский.       — Ну, может, есть ещё билеты на поезд? — осторожно спросил Асад.       — Не-а, там тоже всё раскуплено, я уже посмотрел, — с печальным видом сообщил Гоша.       Вдруг телефон Бештау завибрировал. Увидев, кто звонит, он взял трубку и отошёл в сторонку.       — Да, Викуш?       — Гоша, золото моё, ты где? — спросила Сулакова на другом конце провода.       — Я? В Минводах.       — А что ты там делаешь? — притворно-ласково поинтересовалась Вика.       — Эм, ну я… — Гоша посмотрел на Мишу и Асада, которые пытались придумать выход из сложившейся ситуации, и понял, что в двух словах рассказать не получится, — дела тут решаю.       — Слышь, деловой ты мой, у нас сегодня банкет в честь Нового года, и ты тут как бы нужен.       — Да, конечно, Викуль, скоро примчу! Ты пока поруководи за меня, ладно?       — Бештау!       — Ты лучшая! Пока!       Гоша положил трубку и, развернувшись к Асаду и Мише, сказал:       — Что ж, Михаил Юрьевич, как бы грустно это ни звучало, но в этом году вы действительно домой не попадёте, но! Не всё так плохо! Сегодня вечером у нас будет банкет, и наше предложение присоединиться всё ещё в силе.       Московский глубоко вздохнул. Как ни странно, но правоту Пятигорска надо было признать. Миша уже в красках представил, как Саша рвёт и мечет, и как бедная Софа пытается его успокоить, отпаивая чаем. Что ж, может, на этом кавказском банкете хотя бы телефон зарядить получится.       — Ладно, — сдался Миша. — Но вы оба мониторите мне билеты, и как только появится хоть один до Москвы или Санкт-Петербурга, немедленно говорите мне!       — Так точно! — в один голос ответили Гоша и Асад.       Дорога до Пятигорска на машине Асада в этот раз перенеслась даже легче, хоть голова всё равно кружилась. Они приехали к небольшому ресторане на Бродвее. Каспийский оставил машину, и они зашли внутрь, где уже всё было украшено мишурой, гирляндой и новогодними наклейками со снеговиками и Дедом Морозом.       — Гоша, блин, я тебя убью! — встретила его Вика у порога. — Кто мне клятвенно обещал, что поможет с организацией?       — Викуль, прости, пожалуйста, просто ко мне внезапно нагрянуло начальство, — чуть виновато улыбнулся Бештау.       — Что? — не поняла Вика. — Какое ещё нача… — в этот момент вместе с Асадом зашёл Миша. — Здравствуйте.       Сулакова вопросительно посмотрела на Гошу, который приобнял её за плечи и отвёл чуть в сторону, шепнув что-то вроде «потом всё объясню».       Миша обходил столы, осматривая, что на них есть. Там лежали салаты, шашлык, люля, осетинские пироги, хычины и другие блюда. Среди напитков он увидел лимонады, соки, одну бутылку вина и шампанского. Это его немного удивило.       — У вас почти нет алкоголя? — спросил Миша.       — Ну, многие из ребят не пьют, поэтому нет смысла покупать много, чтобы потом выливать, — объяснила Вика.       — Но если хотите, я могу сбегать и купить вам что-нибудь! — предложил Гоша.       — Не надо, — отказался Миша. Хватит с него алкоголя в этом году.       — Так, а кто у нас тут хорошо себя вёл и заслужил подарок от Дедушки Мороза? — раздался громкий голос сзади. Миша и Гоша развернулись, и увидели Деда Мороза собственной персоной, в ярко-красном одеянии, синим мешком и посохом.       — Хани! — радостно воскликнул Гоша.       — Это у вас интерактивы такие? — и Миша впервые за весь день улыбнулся.       — О, а это кто Москвой нарядился? Джовхар, что ли? — хохотнул Нальчик.       — Нет, это сам Москва, правда, без подарков, — в тон ему ответил Миша.       — Серьёзно, что ли? — Хани снял свою накладную бороду. — А вы какими судьбами к нам?       — Да скучно у себя в Москве стало, вот я и прилетел, — не скрывал сарказма Миша.       — Ну, это правильно! — то ли не уловив иронии, то ли подыграв, сказал Хани. — С нами тут точно скучно не будет!       Следом пришли Джовхар и Дагиза. Сняв с себя и с Дагизы верхнюю одежду, Сунжа повесил её у входа и прошёл к столикам. Увидев Москву, он с удивлением поднял бровь и спросил:       — Михаил Юрьевич? Вы тоже в списке гостей?       Миша готов был взвыть. Сколько раз его ещё спросят, что он тут делает?       — Неплохо выглядишь, Джовхар, — с улыбкой сказал Московский, проигнорировав вопрос.       — Благодарю за комплимент, — с едва заметной усмешкой ответил ему Сунжа.       — А мы приглашали Москву? — шёпотом спросила Дагиза.       — Не знаю, милая. Не удивлюсь, если это рук дело нашей дражайшей столицы округа, — проворчал Джовхар. — Где он, кстати?       — Джовхар! — как по заказу, к нему подскочил Гоша. — Ты классно выглядишь! Впрочем, как и всегда!       — Вспомни солнце, вот и лучик, — покачал головой Джовхар, и, притянув Бештау ближе к себе, тихо спросил: — Пятигорск, скажи, пожалуйста, почему мы только сейчас узнаём о столь высокопоставленном госте на нашем скромном банкете?       Гоша быстро и кратко изложил ситуацию. В этот время пришёл Сурхо вместе с Марем. Сурхо предпочёл ничего, не спрашивать, а вот его сестра была в восторге от такого гостя.       — Ух, ты! Всегда хотела увидеть Москву! — засияла Марем. — А вы не такой уж страшный, как про вас говорит Гоша!       — Да? Очень лестно слышать, — усмехнулся Миша, краем глаза посмотрев на Бештау, который сказал:       — Я за шампанским!       И поспешил ретироваться.       Постепенно подошли все. Новогодняя вечеринка СКФО мало чем отличалась от корпоратива его собственной Центрального округа. Алкоголя только меньше. Миша заскучал. Нет, среди СКФО действительно весело, но больше всего ему хотелось встретить Новый год не в шумной компании, а мирно, тихо и спокойно рядом с Сашей в его тёплой квартире на Петроградке. Как он там, интересно?       — Михаил Юрьевич, ну улыбнитесь же! — неожиданно появился около него Гоша, который накинул на шею Московскому пышную красную мишуру. — Вы очень хмурый для праздника.       — Пятигорск, мне не до веселья, — ответил Миша таким тоном, каким обычно отчитывал на собрании.       Тогда Гоша, немного подумав, совершил, возможно, самый смелый поступок в его жизни — ухватив Московского за руку, он повёл его к остальным, которые танцевали кочари, и присоединил его к танцу.       Кочари — армянский танец, но танцевать его любили все, это было весело и… Объединяюще, что ли?       — Пятигорск, ты с ума сошёл?! — крикнул Москва сквозь музыку. — Я даже движений не знаю!       — Ничего сложного! — поддержал Хани. — Просто повторяйте за нами!       Танец оказался не таким уж и сложным. Описывать круг, в определённый момент поднимая руки и выкрикивая «хэй!». Под конец Миша даже вошёл во вкус. Однако на лезгинку он уже не пошёл. Такое он точно не осилит.       — Михаил Юрьевич! — вдруг подбежал к нему Гоша. — Я нашёл вам зарядку на айфон! Оказывается, у Вики есть такая, представляете!       Радости Московского не было предела. Хоть какая-то хорошая новость за весь день! Кивнув в качестве благодарности, Миша нашёл розетку и подсоединил свой телефон. Как только он включился, на дисплее высветилось восемьдесят пропущенных от контакта «Саша». Не медля больше, он быстро набрал нужный номер по видеозвонку. Через минуту на экране всплыло гневное лицо Романова.       — Московский, ты в своём уме?! Я думал, с тобой что-то случилось! Да у меня, знаешь, сколько седых волос появилось?! Ты где вообще?!       — Тихо-тихо, — примирительно сказал Миша, улыбаясь. — Послушай, я собирался приехать к тебе, но самым нелепейшим образом оказался в Пятигорске.       — Как можно было собираться в Санкт-Петербург и приехать в Пятигорск?! — всё ещё бушевал Романов, да так, что его даже сквозь музыку было слышно.       — Это долгая история, я потом всё объясню.       — Ладно, — устало вздохнул Саша, снимая очки. — Когда тебя ждать?       — Прилечу, как только появятся билеты! — пообещал Миша.       На этом они попрощались, и Саша отключился.       — Михаил Юрьевич! — вновь подскочил к нему Гоша, радостный и счастливый, в рогах оленя. — Джовхар сказал, что у него в аэропорту есть билеты до Санкт-Петербурга! — и Бештау обнял подошедшего Джовхара.       — Да, только надо будет поехать в Грозный, — предупредил Сунжа, отцепляя от себя Гошу.       — Но ведь отсюда до Грозного шесть часов ехать почти, — резонно заметил Хани.       — Так я довезу! — вызвался Асад. — Со мной часа за три домчим! Всё равно я не пью.       Миша внимательно осмотрел всех, кто его окружили. Внутри проснулось чувство облегчение и… Благодарности, что ли? И даже езда Асада уже не так пугала.       — Вы пропустите куранты, — сказал вдруг Миша, сам не зная, для чего. Обидно, наверное, будет.       — Ой, чего мы там не слышали, — отмахнулся Гоша. — В следующем году послушаем.       — Тогда в машину, — скомандовал Асад, за ним пошли Джовхар и Гоша.       — Викуль, ты за главную! — сказал Бештау уже почти у выхода, Вика покачала головой, но с улыбкой.

***

      — Это ж надо так, — всё восклицал Саша, наливая в кружки горячий глинтвейн. — Московский, я тебе удивляюсь, вот честно.       Миша покорно слушал возмущения Романовка. Стараниями Джовхара он всё-таки улетел в Санкт-Петербург, на билет все дружно скинулись, поскольку Московский в своё случайное путешествие даже банковскую карту с собой не взял. Но, справедливости ради, Миша обещал вернуть всё, что сделал почти сразу, как прилетел. Когда провожали, ему пожелали кучу всего хорошего и приглашали прилететь ещё. Просто так. В гости. Без проверок.       — Хорошо, что хоть так получилось, а то обокрали тебя ещё с пьяну! — продолжал Романов, усаживаясь рядом с ним на диван.       — Не гунди, Саш. Торжественно клянусь, что такого больше не будет. Кстати об этом, — сказал Миша и, взяв телефон, открыл чат с Гошей и начал записывать голосовое сообщение. — Пятигорск, привет! У тебя хороший отчёт, на январское собрание можешь не приезжать. Я тебе там, кстати, деньги за билет скинул. Проверь свой банк, пожалуйста.       И отправил. Саша тихо усмехнулся.       — За что такие подарки? Кавказ тебя пленил?       — Не пленил, но тепло встретил уж точно, — хмыкнул Миша, делая глоток глинтвейна, после чего почти виновато сказал: — Я готовил тебе подарок, Саш. Но, к моему великому сожалению, он сейчас лежит в красивом новогоднем пакете у меня в Москве.       — Какой ещё подарок! Главное, что ты жив, здоров, сидишь со мной и пьёшь глинтвейн, — наконец улыбнулся Романов, продвинувшись ближе и обняв Мишу. — Я переживал вообще-то.       — Это я уже понял, заря ты моя северная, — Московский обнял его в ответ, почувствовав себя наконец дома.

***

      Гоша проснулся почти в два часа дня. Новогодняя ночь выдалась очень уж насыщенной. Взяв телефон, чтобы посмотреть время, он увидел уведомление из банка. Перевод от МИХАИЛ М. с надписью «За билет».       С трудом соображая, Гоша посмотрел на сумму. И только потом до него дошло. — Стоп! Тут же явно больше.