Исчезнувший фаворит

— Гриффиндорцы настолько возвысили себя, что могут позволить себе убивать и быть самыми благородными!       Гарри резко толкнули в стену, отчего очки соскользнули и упали на пол. В ушах отдался глухой хруст — на очки наступили. Перед мальчиком лишь остались бесформенные пятна, которые обступились вокруг него. Но эти пятна были не человеческими — сквозь пелену в глазах он видел лишь ауры, и сейчас они были ядовитыми и колкими, причиняя его глазам резкую боль. — Это не я убил Пруэтт! — Хрипло вырвался голос, но едва он сделал шаг вперёд, как его мигом вновь толкнули. Гарри пришлось зажать зубы, ощутив давление у своей шеи, когда его схватили за грудки, приподняв. — На месте преступления нашли твой чёртов камень! Малфой нам всё рассказал! Ты…Ты убил нашу однокурсницу! — Это неправда!       Но не успел Гарри опомниться и объясниться, как в его лицо прилетел кулак. Звон в ушах перекрывал последующие мерзкие слова, что лились в его сторону. Где Том? Почему он не приструнит Малфоя? Это ведь…всё неправда.       Попытавшись встать на колени, Гарри только понял, что по его подбородку стекает что-то. Приложив руку и взглянув на неё, увидел лишь размытое красное пятно. — Том…Спросите у… — яростно закричал Эванс, подняв голову. Но в тот момент одному из слизеринцев достало слушать слова «убийцы» и вдарил тому ногой по рёбрам.       Мир взорвался, а боль застила глаза. Прерывистый хрип вырвался из Гарри вместе со слезами. Упав на бок, он схватился за бока, болезненно кашляя, будто он вот-вот выплюнет внутренности. Все внутри скрутило от боли и двигаться стало невыносимо. — Заткнулся убийца. Если тебя в ближайшее время не заберут авроры, то я сам вынесу тебе приговор! — Чего подняли такой шум? — спросил подошедший Абраксас. Войдя в круг, он взглянул на валяющегося Эванса. — Не бейте его по лицу, а то Реддлу будет неприятно смотреть на него.       Услышав этот голос, Гарри в ярости достал палочку. Но оттого, что он не видел, у него легко вырвали её, схватив за руки по обе стороны. — Гарри, тебе лучше не рыпаться, — усмехнулся Малфой и ступил ближе, наклонив голову к лицу Эванса. — Ты — проблема, которая мешает Лорду. Не надейся на него. Между ним и тобой, тебе должно быть ясно, чьё место в Азкабане. Ты ведь не собираешься сажать собственного брата?       Гарри не мог видеть лицо этой мрази, но тон этого голоса взбесил его, что двое, державшие его, ощутили, как вокруг стало душно. Испугавшись, один отпустил его руку, а другой резко оттолкнул Гарри. Тот споткнулся и больно рухнул на пол, беспомощно распластавшись. Он тяжело дышал через сломанный нос, из которого ещё текла кровь. — Это всего лишь вопрос времени, Эванс. Учись здесь, пока можешь. А к Реддлу даже не смей приближаться, — промурлыкал Абраксас, обернувшись со своей группой спиной к Гарри, уходя.       Преодолевая боль в боку, Гарри потихоньку вставал, на ощупь хватая палочку. — Депульсо!       Красные искры полетели прямо в Абраксаса. Хоть Гарри и не видел его, но эту ауру он знал до скрипа зубов.       Малфой не успел что-либо сделать и в тот момент его отбросило, словно пёрышко. С протяжным хрипом, хватая ртом воздух, Малфой пытался подняться, и ему помогли. — Малфой! — кинулись к нему группой, достав собственные палочки и направив на безумного студента. — Мы же говорили! Убийца! Кидаешься, как крыса! — Скажите ещё раз, и я точно повыдёргиваю вам языки! Абраксас, я тебе обещаю, ты за это заплатишь. Не сейчас, так в будущем. Не ты, так твой род! — взревел Гарри, сжав челюсть до хруста и ожидая ответного заклинания.       Но Малфой безумно усмехнулся, поднял руку, останавливая однокурсников, и, оттолкнув их, опасно приблизился к Гарри, глядя на вытянутую палочку. — Попробуй, — прошептал он и остановился так, что палочка утыкалась в его грудь. — Открою тебе секрет. Несмотря ни на что ты послужишь «ему» и сдохнешь. Такой как ты «ему» не нужен. И его «хорошее» к тебе отношение лишь игра. Смирись с этим и не лезь. Лучше жди своей участи.       Абраксас ступил назад и развернулся спиной, в этот раз совершенно не боясь какого-то там Эванса.       Тишина тёмного коридора пала на Гарри сухим ответом на его слова. Говоришь — не слушают. Пытаешься достучаться — ответ пустое слово «ага», от которого боль и горечь встаёт комом в горле. Людям никогда не интересно, что у других. Все лицемеры. Приходит на ум поговорка: спасения утопающих — дело рук самих утопающих. Если не взять себя в руки, то и никому ты вовсе не нужен. Даже если вокруг тебя и люди.       Гнев порыв захватил тело Гарри. Резкий глухой звук разнёсся по вечернему коридору Хогвартса. Костяшки его пальцев отдались тупой болью, а кирпич ни на миллиметр не сдвинулся, окрашиваясь в кровавый цвет. — Чёрт, — задыхаясь сквозь слёзы, выдохнул Гарри, падая на колени и упираясь лбом в злосчастную стену. Что в настоящем, что в прошлом — он всегда оставался один. Нет ответа, лишь тишина и пустота.       Медленно поднявшись, опираясь о стену, Гарри пытался найти очки. Он нашёл их. Но проблема была в том, что даже надетые очки не возвращали нормального зрения. Изображение искажалось из-за сотен трещин и делало мир сюрреалистичным. Но он надел их, дабы хоть что-то видеть и направился по коридору. Эванс не знал, насколько всё плохо, оттого лучше довериться профессионалу своего дело — мадам Помфри.       Хотя было уже поздно, мадам всё ещё хлопотала вокруг одного студента. Увидев Гарри, она недовольно всплеснула руками. — У вас сегодня был особенный… — как только она подошла к мальчику и увидела его состояние, то встала так, чтобы другой студент этого не увидел. — Мальчик, что с тобой? Кто это так?       Гарри, придерживая бок, зажмурился от боли. Только жалости ему ещё не хватало. Она была горькой и противной в его положении. И хотя он заранее знал, как это будет выглядеть, он всё равно пошёл сюда. Может ещё не поздно развернуться и уйти?       Видя, что мальчик молчит, мадам Помфри осторожно подтолкнула его в свой кабинет. — Погоди минутку. Я скоро вернусь, а ты пока присядь.       Только она хотела выйти, как Гарри мигом схватил её за платье. Он сжал ткань в кулаке, испачкав её грязной кровью. — Не говорите никому…прошу вас…Со мной всё в порядке, — тихо и уверенно попросил он, но движения говорили иначе, когда он сильнее сжал ткань, так и не подняв голову. — Да как это… — Я сам виноват…Если вы доложите, то меня привлекут…Я пришёл попросить у вас помощи, будьте добры…Прошу, — в конце Гарри не смог сдержать дрожание в голосе.       Мадам Помфри не знала, что и делать. Глядя на этого мальчика, она понимала, что ей надо пойти и доложить директору. То что с ним сделали — это перечило правилам Хогвартса. Но с другой стороны — этот мальчик…она не знала всей ситуации, и её помощь может лишь усугубить для него. — Хорошо, — ответила мадам Помфри, положив свою руку поверх его руки, сжимавшей ткань её платье. — Я на минуту к тому студенту. Ты посиди, а я приду помочь тебе, как только его провожу.       Услышав эти слова, Гарри медленно выпустил ткань из своих пальцев и наконец-то смог судорожно вздохнуть, подняв голову и встретившись с чужими глазами. — Спасибо вам…