В поисках "ЕЁ"

                   — Чего это он такой радостный? — растерянно спросил Хонджун, смотря на сияющего счастливым солнышком Кана: лыба у него реально такая, точно вот-вот треснет от переполняющего парня счастья.       — Дурак он у вас! — ругнулся Чонхо, заметно и не совсем понятно отчего покраснев по самую шею.       Услышав голос обожаемого Медвежонка, Ёсан весь развернулся к нему. Чонхо десять раз пожалел, что позволил ему себя поцеловать. Он ещё так в бедро вцепился! Что аж жарко стало. Как их не выгнали, непонятно. Но девушка, что раскладывала и развешивала вещи, что не подошли при примерке, глянула только с пониманием и милой улыбкой, а не с осуждением и желанием выгнать их взашей. К тому же она немного помогла в выборе одежды и… Она помогла Ёсану уговорить Чонхо купить абсолютно всё, что тому подошло: и по размеру, и по фасону. Когда девушка начала Ёсану в этом плане помогать, Чонхо чуть челюсть не потерял. Однако это помогло ему переключиться с поцелуя и взять себя в руки. И стыдно, и приятно! Надо отметить, целовался Кан хорошо. На ком-то, паскудник, тренировался…       — Так, теперь он твой дурачок! — гоготнул Уён.       Чонхо сначала с недоумением глянул на ржущего Уёна, затем повернулся к Кану, а тот всё сияет — лампочка недобитая! Раздражает! Вот что с ним не так?! Ну поцеловались и поцеловались! Подумаешь, всю жопу облапал! Подумаешь, те шорты и футболку взяли… Смущение Чонхо так скакнуло, что он просто не выдержал и как шлёпнет Ёсана по щеке! Офигели всё. Так рты и открыли. А Чонхо носом шмыгнул, будто плакать собрался.       — Да что между вами произошло?! — тихо возопил Сонхва.       — Он дурак! — обиженной букой надулся Чонхо, указывая на Кана.       — Да ничего я такого не сделал! — не совсем понимая, что происходит, Ёсан начал паниковать, потому что посчитал, что сделал что-то не так и это очень огорчило Медвежонка.       — Это ты называешь ничего?! — Чонхо указал на пакеты в руках Кана.       Народ синхронно опустил головы. Ёсан посильнее сжал несколько фирменных пакетов, будто готов броситься на их защиту, если кто-то посмеет отобрать. Он даже руки за спину завёл, демонстрируя свою решимость. Народ глазками похлопал и на Чонхо: что он предпримет?!       — Ничего такого, — пролепетал Ёсан и милейше улыбнулся.       — Да ты же такую сумму отвалил за них!       — Для тебя не жалко! — заверил Ёсан.       — А чем я отдавать буду?!       — А зачем отдавать?       — Я что-то не пойму, — протянул Сонхва, — ты злишься на него, потому что он накупил тебе шмоток? — Он указал сначала на Чонхо, затем на Ёсана. И когда Медвежонок кивнул, Сонхва не удержался от возмущения: — Это не он дурак, а ты! Тебе подарок сделали, а ты ещё и ругаешь его за это! Кто так делает?! Быстро извинись и скажи спасибо ему! — Потребовал он.       Оба Чона, переглянувшись, пожали плечами и вылупились на Хонджуна. А тот в таком же шоке. Что происходит-то?!       — Не буду! — буркнул Чонхо, скрещивая руки и отворачиваясь.       Ёсан сначала воспрянул духом, но на ответ Медвежонка пригорюнился.       — Немедленно прекрати себя так вести! — заругался Сонхва. — Надо уметь быть благодарным!       Ёсан согласно закивал, заулыбавшись ангелочком.       — Не буду! — упёрся Чонхо. — Я не просил!       Ёсан снова пригорюнился, с лёгкой надеждой поглядывая на Пака. Конечно же, Сонхва не промолчал! Как давай они с Чонхо спорить-препираться! Ёсан то улыбался, то делался грустняшкой, то опять с надеждой во взгляде улыбался, то чуть ли не рыдать начинал на всё новые «не буду» Медвежонка.       Юнхо, Хонджун и Уён взглядами с одного на другого водили, удивляясь, как у них после покупок силы остались. Конечно, Юнхо понимал, что Чонхо смущён и поэтому так сопротивляется: не привык он, что за ним вот так кто-то ухаживает и делает дорогие подарки. Но! Всё может поменяться! На самом деле уже меняется. Юнхо стало чуточку обидно за себя: друзья вон, уже нашли себе потенциальных парней! Отношения! А ему пока не повезло. Не повезло и Уёну, но он не из тех, кто отчаивается — найдёт ещё! Они даже переглянулись, а во взглядах так и пронеслось: семья! Потому что реально выглядело так, будто Сонхва та самая строгая мамочка, а Чонхо тот самый провинившийся сорванец, наделавший каких-то дел. Чонхо к Паку прислушивался только потому, что тот старше. И то прислушивался не всегда.       — Да я жрать с вами захотел! — возмутился Чонхо.       — Пойдём в кафе! — навострился Ёсан. — Закажешь всё, что захочешь! Я угощаю!       Чонхо уставился на Кана с желанием ещё раз врезать. Да посильнее. От души так! А Ёсан сделался ангелочком, улыбается, да ресничками хлопает.       — Хочешь бифштекс? — невинно полюбопытствовал Ёсан.       — Яичницу хочу! — припечатал Чонхо.       — Я уверен, в любом кофе есть и она! — бросил Ёсан и, перекинув пакеты в одну руку, схватил второй ладошку Медвежонка и потянул за собой. — Я знаю потрясающее кафе, где готовят шикарное мясо!       Оставшийся квартет проводил медленно удаляющуюся парочку озадаченными взглядами. А те шушукаются, уже меню обсуждают. Чонхо даже повеселел как-то, когда зашла речь про мясо — никакую яичницу он не хотел! Но повредничать же надо.       — А как же мы? — растерялся Сонхва, указывая на себя пальчиком.       — Ну ты губу-то раскатал, — не сдержал смешка Юнхо. — Ты же не наш Медвежонок, чтобы тебя вести кормить!       — Поэтому тебя покормлю я! — Хонджун галантно приобнял Пака за талию, потянув в ту же сторону, куда ушла первая парочка. Так как у них пакет один, то затруднений никаких не должно быть. В том плане, что тем же Доберману с Медвежонком с их четырьмя пухлыми пакетищами будет сложнее где-то протиснуться.       — Блин! Ты просто супер! — Сонхва переполняли те же эмоции, что и Кана, просто он контролировал их лучше. Но всё же не удержался и, схватив Кима за лицо, чмокнул в губы. Сам чмокнул, сам смутился. С — самостоятельность!       Оба Чона глаза выпучили и синхронно так друг от друга шажки в сторону сделали: а то вдруг то, что происходит у друзей, заразно?! Ужасный ужас! Чтобы так делать, для начала нужно найти того, с кем это можно делать. С кем это ХОЧЕТСЯ делать.       Хонджун забавно-мило зафырчал, так же смутившись. Он и слова против не сказал, только повёл Сонхва дальше. И тоже давай хихикать и шушукаться.       В воздухе витала романтика! Что только розоватого тумана не хватало и сердечек во все стороны. Чоны переглянулись, повздыхали, да следом потопали. Не голодными же им ходить, в самом-то деле.       — У меня, знаешь, какое ощущение? — шепнул Уён однофамильцу.       — Какое?       — Как будто мы с тобой те самые третьи лишние!       — Да не-е-е, — Юнхо отрицательно мотнул головой. — Найдём мы ещё!       — Но пока-то не получается, да-а-а-а, — отозвался Уён.       Юнхо с интересом глянул на Уёна, а тот руками развёл, типа не его вина вовсе.       Так до кафе и дошли. Ёсан и Чонхо проскользнули первыми, уходя за самый дальний столик, больше из-за того, чтобы никому не мешать своими пакетами: Ёсан их за свой стул поставил, опасаясь, что кто-то решит посягнуть на принадлежащие Медвежонку вещи. Хонджун и Сонхва, — свой пакет он нёс сам, потому что его это прикалывало, и пусть вещей там всего-то парочка, но они невероятно классные! — сели за соседний столик, просто придвинув его немного поближе к друзьям. А вот Юнхо и Уёну пришлось притормозить, чтобы выпустить другую парочку: один высокий русоволосый голубоглазый, а второй зевающий на ходу шатен с тем же оттенком глаз, что и у первого. Судя по чертам лица, оба европейцы. К тому же второй ещё и оказался выше первого. Они оба, проходя мимо, глянули на замерших Чонов с высоты своего роста с лёгкими улыбками. Хотя шатен определённо хитро подмигнул Уёну, который начал посмеиваться дурачком.       — Вот это я понимаю, «в моём вкусе»! — присвистнул Уён. — Здоровый, пиздец!       — Э-э… — озадаченно выдал Юнхо. — А ты такого потянешь?       — А зачем МНЕ его тянуть? — не понял Уён и ну ржать: — Пусть ОН меня потянет!       Юнхо сам смеяться начал. Но было у него ощущение, что, чтобы добиться кого-то из той парочки, надо будет очень постараться.       — Что вы там застряли?! — крикнул Сонхва, помахав рукой, привлекая внимание друзей и криком, и движениями. — Идите и садитесь уже!       — С голоду там помирают, что ли, — проворчал Уён, переставая смотреть вслед удаляющейся, но всё ещё находящейся в поле зрения парочки европейцев.       — Просто не хотят без нас начинать, — Юнхо ободряюще похлопал однофамильца по плечу.       Раз уж так сложилось, то оба Чона сели вместе. Пододвигать стол они не стали, не желая нарушать романтическую идиллию получившихся парочек. Они и не поняли прикола, зачем Сонхва и Хонджун пододвинулись к Ёсану и Чонхо: в любом случае каждый будет говорить со своим партнёром. По итогу так и оказалось. Переговаривались, пока заказ делали и ждали, а потом отвлеклись каждый на своего.       — Реально третьи лишние! — пробурчал Уён.       — Перестань, — рассмеялся Юнхо. — Лучше подумай о том парне!       Глаза у Уёна загорелись. Но только что толку-то? Ну, встретились случайно в торговом, сейчас они уйдут, где искать-то?       — Надо было у него телефон попросить! — в сердцах прошептал Уён.       — Ну, уже поздновато опомнился.       — Знаю! Но надо было же!       — Надо! Но уже поздно.       — А вдруг ещё столкнёмся?       — И… И ты рискнёшь спросить?       — А чё такого? Один раз живём! Я лучше рискну, чем не рискну и буду жалеть! — хмыкнул Уён, берясь за свой стаканище светлого пива, делая несколько больших глотков, после чего смачно рыгая.       Юнхо о словах друга задумался всерьёз: а правда, почему бы не спросить номер телефона?