Сладострастие Робин по отношению к зоро

Ночь на «Гоинг Мерри» Тишина ночи на «Гоинг Мерри» нарушалась лишь мерным постукиванием волн о корпус. Ророноа Зоро, как обычно, спал на палубе, используя вместо подушки сложенное полотнище. Он лежал на спине, одна рука закинута за голову, другая лежала на рукояти меча. Даже во сне его лицо, выражало спокойную решимость. Его могучий торс, обтянутый чёрной майкой, медленно поднимался и опускался в такт дыханию. В тени мачты, совершенно неподвижно, стояла Нико Робин. Прошла всего неделя с тех пор, как она, бывший вице-президент Барок Воркс, присоединилась к команде. Доверия к ней не было ни капли. Но из всех этих странных людей её внимание привлёк именно мечник. Его железная дисциплина, молчаливая сила и абсолютная преданность цели были для неё, женщины, прожившей жизнь в обмане, гипнотически притягательными. Она наблюдала за ним уже несколько ночей. В её облике — высоком, стройном, со спортивным телосложением и смугловатой кожей — сейчас была лишь одна деталь: простая мужская белая рубашка. Она была велика, доходила до середины бёдер, открывая длинные, изящные ноги. Подол при движении слегка приоткрывал кожу внутренней поверхности бедра. Пуговицы были застёгнуты, но ткань тонкой. На ней не было ничего больше. Её чёрные волосы, уложенные в аккуратную причёску с чёлкой, были слегка растрёпаны ночным бризом. Робин вышла из тени, сделав несколько бесшумных шагов. Она сделала вид, что спотыкается о канат, и её рука легла на мощный пресс Зоро. Он проснулся мгновенно, как дикий зверь. Его рука сжала её запястье с силой, способной переломить кость. — Кто?.. — его голос был низким и хриплым от сна. Он присмотрелся. — Ты. Робин. — Прошу прощения, мечник-чан. Ночь, я не разглядела путь. Не помешала? — Помешала. Отстань, — он отпустил её руку и попытался снова закрыть глаза. Но Робин не ушла. Она опустилась на палубу рядом. — Не спится? — Спалось. До тебя, — буркнул Зоро. — Вы такой целеустремлённый, Зоро-чан. Видно, как вы сосредоточены даже во сне. Это… восхищает, — в её голосе зазвучали игривые нотки. Зоро открыл глаза и мрачно посмотрел на неё. Он видел, как лунный свет, проникая сквозь тонкую ткань её рубашки, обрисовывает контур груди. Он видел оголённые бёдра. Он всё видел и понимал игру. — Убирайся, — произнёс он с откровенной угрозой. — А если нет? — Робин улыбнулась той своей загадочной, полупечальной улыбкой. И тогда она применила силу своего Дьявольского плода. На груди и животе Зоро, прямо поверх майки, расцвело несколько пар обнажённых, изящных женских рук. Они проворно потянули за подол его майки. Другие руки скользнули ниже, ладонями прижавшись к паху. Робин наблюдала за его лицом. — Такой сильный, а такой… неискушённый, мечник-чан? На месте вашего друга, повара, от такой игры чувств уже давно бы сознание потерял, не так ли? Зоро ахнул от ярости. Он резко рванулся, но в тот же миг со спины выросли ещё две руки. Они схватили его запястья и с силой отвели за спину. При желании он мог бы разрубить эти проявления её силы, но… это означало бы повредить корабль. И что-то парализовало его волю. — Прекрати! — прошипел он, но в его голосе уже была ярость, смешанная с неконтролируемым возбуждением. Робин не ответила. С лёгкой грацией она опустилась перед ним на колени. Её глаза не отрывались от его лица, пока её настоящие руки потянулись к застёжке его штанов. — Давай же, мечник-сан. Расслабься. Разве ты не хочешь посмотреть, на что способна твоя новая союзница? Зоро дёрнулся, но руки сзади держали крепко. Он чувствовал, как горячая волна стыда и желания накрывает его. Его мысли метались: «Уничтожить её. Сейчас же. Но она член экипажа… Чёрт!» Он видел, как её пальцы расстёгивают пуговицу, молнию. Чувствовал, как прохладный воздух коснулся кожи. В этот момент Робин расстегнула на своей рубашке несколько верхних пуговиц. Полы разошлись, открыв взгляду Зоро её грудь — полную, с тёмными, твёрдыми сосками. Он замер. Он был девственником, и его мир до этого момента состоял из стали, пота и амбиций. Эта откровенная красота была для него незнакомой землёй. Не сводя с него глаз, Робин стянула с него штаны. Её губы растянулись в широкой улыбке при виде его полного возбуждения. — О-хо. Какой впечатляющий клинок, мечник-сан. Но, кажется, им ещё никогда не владели как следует. Она наклонилась ближе, её дыхание коснулось его кожи. — Я думаю, пришло время дать ему немного… внимания. Что скажешь, фехтовальщик-сан? Доверишься мне? Зоро ничего не сказал. Он лишь смотрел на неё. Его тело горело, разум отказывался работать. Руки, державшие его, не ослабили хватку. Робин неспешно наклонилась. Её смуглые губы легонько коснулись головки, оставляя поцелуй, а следом по ней прошёлся тёплый, влажный язык. Контраст был настолько острым, что тело Зоро резко дёрнулось, из его горла вырвался приглушённый стон. В тот же миг со шпангоута появилась изящная рука. Её ладонь легла на его рот. — У-ммф! — его глаза расширились. — Мечник-сан реагирует... слегка импульсивно. Лучше будет немного прикрыть ваш пыл. Хотя... если вам неприятен вкус собственного желания, я могу дать пососать вам мой палец. Она хихикнула. «Сучка», — пронеслось в его перегретом сознании. Не давая опомниться, она снова наклонилась. На этот раз её губы обхватили головку, а язык заскользил по чувствительному узлу. Звук был влажным, интимным. Рука, зажимавшая ему рот, не позволила крику вырваться. Её язык был активным исследователем: он обводил венечную борозду, играл с уздечкой, давил на щель на головке. Время от времени она полностью отпускала его, чтобы шумно, с откровенным «чмоком» поцеловать кончик, прежде чем снова взять в рот глубже. Её щёки втягивались, создавая интенсивное давление. Одна её рука крепко держала его за бедро, чувствуя, как дрожат мышцы, а другая работала в такт губам. Техника была безжалостно эффективной. Его мир сузился до жгучего огня внизу живота. Всё его хладнокровие было растоптано. Он пытался сопротивляться, но каждое движение только сильнее прижимало его к её лицу. Он не мог разрубить это. Он мог только терпеть и чувствовать. Она была абсолютно спокойна и сосредоточена, как учёный на эксперименте. Её возбуждала сама ситуация — видеть этого воина во власти инстинктов. Его подавленные стоны были подтверждением её власти. Вдруг она ускорила темп. — Ну что, мечник-сан? Пора кончать? Или тебе нужно ещё? Почувствовав его неконтролируемое напряжение, она не стала убираться. В её глазах вспыхнула холодная решимость. Её голова ритмично пошла вниз, и она взяла в рот весь его размер, глубоко, до самой глотки. Зоро издал звук, похожий на сдавленный рёв. Его тело выгнулось в последней судороге, и он кончил ей прямо в горло, мощными, пульсирующими толчками. Робин не отстранилась. Она лишь плотнее сжала его бёдра, удерживая на месте, пока её горло работало. Она издала собственный, приглушённый стон — от удовлетворения хорошо выполненной работы. Только когда последняя пульсация утихла, она медленно, с громким «чмоком» освободила его. Она встала и провела тыльной стороной руки по губам. Всё было проглочено. Зоро лежал, задыхаясь, его взгляд был пустым. Его мир был взорван. Он был в полном ауте. — Мечник-сан, — её голос вернул его в реальность. — Вы неплохи для первого раза. Очень... щедры. И ваше семя... очень вкусно. Своеобразно, с ноткой железа и... чистой воли. Интересно. Она поднялась во весь рост. Руки, державшие его, растворились. Она начала застёгивать пуговицы на рубашке. — Считайте это... благодарностью за принятие в команду. Необычной, да. И, пожалуйста, если вы никому не расскажете о нашей... ночной тренировке, я, возможно, зайду к вам снова. За чем-то... более серьёзным. Мечи — не единственное оружие, требующее отточенного владения, не так ли? Закончив с пуговицами, она сделала последнее. Прежде чем развернуться, она на секунду наклонилась над ним, отведя полу рубашки в сторону. В лунном свете он на миг увидел всё — аккуратный треугольник тёмных волос и смуглые, влажные интимные губы. Это была демонстрация трофея. — Приятных снов, фехтовальщик-сан. Она бесшумно скрылась в темноте. Зоро остался лежать. Он не двигался. Физическое истощение было абсолютным, но хуже было истощение ментальное. Его разум возвращался к влажному теплу её рта, к сокрушительной силе оргазма, к её спокойному голосу и той последней, обжигающей картинке. Он попытался встать, но тело не слушалось. Слабый, истерический смешок сорвался с его губ. Он не заснул. Он просто упал без сил, в ступоре, глядя на звёзды, а в ушах стоял эхо её последних слов. Корабль мирно покачивался на волнах, не подозревая, что на его палубе только что была сломлена и переписана внутренняя вселенная его первого мечника.