Алек умеет удивлять

Тени от рунических светильников плясали по каменным стенам зала Института, выхватывая из полумрака резные символы древних обетов. Воздух пах стариной, пылью пергаментов и горьковатой свежестью адамаса — металла, от которого веяло холодом и силой. В этой вечной крепости, скрытой от глаз обычных людей гламуром, время текло иначе, отмеряемое не часами, а миссиями и тренировками. Тишину нарушал лишь отдаленный звок клинков из тренировочного зала и шелест страниц под пальцами Алека. Он стоял у огромного дубового стола, уставленного хрустальными склянками и свитками, его черные волосы и сосредоточенный взгляд казались частью этой суровой, величественной обстановки. Девушка вошла в зал не как тень, а как взрыв цвета и энергии. Ее высокие каблуки отчеканили ритм по каменному полу, а платиновая челка, выбивавшаяся из-под черного капюшона, казалась единственным источником искусственного света в комнате. Она нарушала аскетичную гармонию Института, как яркая тропическая птица в монастырской келье. — Иззи — его голос прозвучал низко и собранно, резонируя в тишине зала. — Привет, старший братик, — Изабель щелкнула пузырем жвачки, оглядывая его с ног до головы. Ее глаза сверкнули шальным огоньком. Алек медленно поднял взгляд от карты с отметками демонической активности. Его брови поползли вверх. — Ты серьезно? — Что тут скажешь, — она грациозно повертела головой, и платиновые пряди рассыпались по плечу. — Демоны предпочитают блондинок. — Конечно, — сухо парировал Алек, указывая взглядом на ее голову. — Но парик белый. — Платиновый, — поправила она, закатывая глаза. — И Шекспир им не очень по душе, Алек. Они существа инстинкта, а не высокой культуры. Он тяжело вздохнул, отложив перо. — Ты и сама привлекаешь внимание, Изабель. Без всяких париков. Она склонила голову набок, и на ее губах играла хитрая улыбка. — То есть ты советуешь быть собой? — Забудь, — буркнул он, сдаваясь. — Выглядишь хорошо. Пойдем. В этот момент в зал вплыл, словно разрывая саму материю теней, Джейс. Его движения были плавными и бесшумными, как у крупного хищника. Он прислонился к косяку, скрестив руки на груди. — Неплохо, Изи. «Демоны предпочитают блондинок» — это сильный аргумент. Почти научный. — Говорила же, — фыркнула она. — Он платиновый, — автоматически повторил Алек, собирая со стола стрелы Джейс оттолкнулся от стены, его лицо стало серьезным. — По какой-то причине товарищи демоны не просто убивают примитивных, а обескровливают их до капли. Алек нахмурился, его пальцы замерли на рукояти кинжала. — Зачем им кровь? Это же прерогатива вампиров. — Не знаю, Алек, — пожал плечами Джейс. — Может, вампиры обленились и наняли подрядчиков. — Или в их крови есть что-то особенное, — вдумчиво произнесла Изабель, проводя пальцем по лезвию своего энергетического кнута. — Что-то, чего хотят демоны. — Что особенного может быть в крови примитивных? — Алек не мог скрыть скепсиса. — Дай мне образец, и я скажу точно, что их интересует, — заявила Изабель, и в ее глазах вспыхнул азарт исследователя. — Лаборатория Института еще не видала проб, с которыми бы я не справилась. Джейс кивнул. — Больше мы поймем, когда узнаем, на кого именно работают демоны. Кто заказчик. Изабель прищурилась. — Думаешь, они достают кровь не для себя? — Нет, — уверенно ответил Джейс. — Они не хитрые создания. Тактика у них простая: напасть, разорвать, забрать. Как у перевертышей в припадке ярости. — Именно так выглядит наша текущая цель, — подтвердил Алек, разворачивая перед ними голограмму с данными. — Пока что, — многозначительно протянула Изабель. Алек выпрямился, приняв командирский вид. — Отлично. Получу разрешение на миссию. Джейс фыркнул и ткнул его в плечо. — Брось, Алек. Пока ты будешь сочинять вежливое смс и ждать одобрения, мы уже шестерых демонов положим. Дело на час, не больше. Изабель хищно улыбнулась, обнимая брата за плечо. — К тому же, правила гораздо интереснее нарушать, чем следовать им. Не так ли, старший братик? Алек задержал взгляд на их оживленных лицах, на суровых стенах Института, хранившего вековые догмы. В его глазах мелькнула тень сомнения, но ее затмила решимость. Он кивнул. — Хорошо. Но по моим правилам. Быстро и чисто. ______________________ Их «быстро и чисто» привело их в другой мир. Из вечной, душноватой сакральности Института — в хаотичный, гулкий и яркий пульс ночного Бруклина. Воздух здесь был густым от запахов асфальта, выхлопных газов, дорогого парфюма и едкой сладости уличной еды. Неон выписывал на черном небе призывные иероглифы названий баров. Целью был клуб «Cherry». Его фасад не светился, а скорее поглощал свет, отделанный черным матовым камнем и бархатом. Лишь надвинутая набекрень неоновая корона изломанного ангела слабо мигала кроваво-красным. Джейс присвистнул, оглядывая очередь из экстравагантно одетых людей. — Ни разу не был в этом клубе… Иззи? — Я тоже, — призналась она, поправляя сверкающий топ. Ее глаза блестели азартом. — Вот и побываем, и демонов убьем. Комбо! Алек, закутанный в свой черный плащ-невидимку, стоял чуть поодаль, лицо его было напряжено. Этот мир был ему скорее чужд — мир громкой музыки, навязчивых взглядов и потери контроля. Он тяжело вздохнул и закатил глаза, чувствуя, как тревога сжимает ему горло. — Идемте уже. Чем дольше мы здесь стоим, тем больше мы выделяемся. ______________________ Переступив порог, они попали в царство контролируемого безумия. Музыка была не просто громкой — она была физической силой, бившей в грудь и заставлявшей вибрировать кости. Воздух колыхался от басов, густой и сладкий от аромата дыма, пота, алкоголя и чего-то еще, мистически-приторного. Лазерные лучи резали клубящийся туман, выхватывая мелькающие тела, блеск страз, безумные улыбки. Бары, уставленные хрустальными бокалами, сияли, как алтари гедонизма. Изабель окинула зал опытным взглядом охотника, и ее брови взлетели почти до линии волос. — Ну, теперь понятно, почему мы здесь не были. Ведь это гей-клуб. И что же демоны здесь забыли? Устроить вечеринку перед концом света? Джейс, протискиваясь к ней, крикнул на ухо, чтобы перекрыть грохот: — Решили разнообразить досуг? Выбрали тусовку поинтереснее! — Смешно! — отозвалась она, но ее взгляд уже аналитически сканировал толпу, выискивая искажения в аурах. — Ну, и кто будет отвлекать? Я явно не могу Выбирайте, мальчики. — Я могу, — пробурчал Алек, стараясь звучать уверенно. — А то Джейс от такого сильного мужского внимания в обморок грохнется может. Джейс расхохотался, обняв парабатая за шею. — Вот кто бы говорил, мистер Вечный Девственник! С тобой на пошлые темы-то не поговоришь — сразу краснеешь, как рак! А тут, глянь, на сцене с пилоном танцевать надо. Уж кто-кто, а ты с этим явно не справишься. Готов на сотку поспорить, что на тебя никто даже не посмотрит! Изабель присоединилась к подначке, но в ее взгляде сквозила доля искреннего сомнения. — Алек, Джейс прав. Ты уж очень… стеснительный. Да и я не припомню, чтобы ты когда-нибудь танцевал. В те редкие разы, когда ходил с нами в клубы, ты просто охранял столик, как мрачная, но очень милая статуя. Что-то щелкнуло внутри Алека. Может, это был гулкий ритм музыки, проникший сквозь его защитные барьеры. Может, насмешливые, но любящие лица друзей. А может, многовековая тяжесть Института, от которой он так отчаянно хотел сбежать хотя бы на миг. Он медленно выпрямился. Его привычная сутулость исчезла, плечи расправились. Он закатил глаза с преувеличенным драматизмом, которого от него никто не ожидал. — Ха! Принимаю твою ставку, Джейс. И для твоего сведения, — он повернулся к ним, и в его обычно спокойных глазах вспыхнул холодный синий вызов, — если я ни разу при вас не танцевал, это не значит, что я не умею. И прежде чем шок и скептицизм на их лицах успели смениться удивлением, Алек растворился в толпе, направляясь к служебной лестнице на сцену. _________________________________ ВИП-ложа, где сидел невероятно красивый статный мужчина, была островком декадентской роскоши в море хаоса. Здесь звук музыки приглушался бархатными портьерами, а воздух был пропитан ароматом дорогого коньяка, древних книг и магии — сладковатой и опасной, как вкус запретного зелья. Сам Верховный маг Бруклина полулежал на шелковом диване, наблюдая за смертной суетой внизу с легкой скукой бессмертного. Пока волна возбужденного гула не донеслась со стороны сцены. Интерес, редкий и живой, тронул его черты. Он склонился вперед, и в тот миг, когда его взгляд упал на гибкую, пластичную фигуру в черном, кружащую вокруг пилона с грацией падшего ангела, исполняющего свою последнюю, самую греховную мессу, скука испарилась без следа. В его глазах, обычно скрытых гламуром, вспыхнули и погасли золотые искры. Нефелим двигался легко и изящно, а когда взялся за шест, то буквально обвился вокруг него, как змей-искуситель. Обхватил его бёдрами и выгнул спину, потом спустился вниз и почти лёг на пол, прогибаясь. Потом встал – медленно и тягуче – и вновь взялся за шест двумя руками, легко удерживая на весу всё тело. Снова на пол – и снова на шест. Провёл руками по бёдрам, несильно шлёпнул себя по заднице, вызвав в зале одобрительные выкрики, и медленно, наслаждаясь каждым моментом, потянул с себя майку, оголяя грудь. Зал взревел! Джейс и Изабель, оторвавшись от шока, рванули вглубь клуба, оставив Алека в центре всеобщего обожания. Последний демон, почуяв угрозу, метнулся к черному ходу, но его настигли. Алек, закончив свой огненный танец, сходил со сцены под градом восхищенных взглядов и банкнот, уже ища взглядом своих. И тогда из полумрака у барной стойки возник он. Сияющий, как само воплощение ночи, в камзоле с золотыми застежками. — Никогда не видел, чтобы сумеречный охотник выражал себя… столь сексуально и артистично, — голос мага был как бархат, облитый медом. — Позволь узнать имя твое, Ангел? Алек почувствовал, как жар снова заливает его щеки. После дерзости на сцене это возвращение к стеснению было обескураживающим. — А-Алек. «Серьезно? После такого выступления он смущается от простого прозвища? Боже, он прелесть». — Это от Александр? — продолжил маг, растягивая звуки, как будто пробуя имя на вкус. — Д-да. Но так меня называют только родители. Для всех остальных я просто Алек. — Меня зовут Магнус. Приятно познакомиться, Александр, — промурлыкал он, и в этом мурлыканье было столько томной ласки, что у Алека по спине пробежали мурашки. Никто и никогда не произносил его полное имя так — словно это было заклинание, священный обет или пошлый намек. — Мне тоже… приятно. — Не хочешь чего-нибудь выпить? Я угощаю, — Магнус сделал легкий взмах пальцами в сторону бармена, и тот уже приготовил два бокала с дымящимся лазурным содержимым. Алек растерянно оглянулся. — А? Нет, я жду… — Алек! — голос Изабель, резкий и обеспокоенный, прорезал гул. Она подбежала, кнут был уже спрятан, но напряжение в ее позе выдавало готовность к бою. За ней следовал Джейс, его взгляд сразу же нацелился на Магнуса, оценивая угрозу. — Мы закончили. Можем возвращаться в Институт, — сказал Джейс, вставая между Алеком и магом. — С кем это ты? — Хорошо. Эм… это Магнус. Мы только что познакомились. Изабель присмотрелась, и ее глаза округлились. — Магнус? Магнус Бейн? Верховный маг Бруклина? Магнус сияюще улыбнулся, словно ему представили королевскую особу. — Все верно, бисквитик. Алек смотрел на него, пораженный. Мост между их мирами казался таким хрупким и невозможным. Но этот маг… он только что смотрел на его танец с восхищением и предлагал выпить. — И что же магу понадобилось от Алека? — спросил Джейс, и в его голосе прозвучало открытое пренебрежение. — Джейс! — Алек бросил на него предупреждающий взгляд. — Что? Мы не водим дружбу с обитателями Нижних миров. Тем более с такими… заметными. — Думаю, нам пора возвращаться, — вмешалась Изабель, кладя руку на локоть брата. Ее взгляд говорил: «Это слишком опасно и слишком странно». — Согласен. Пойдем, Алек. — Джейс уже развернулся к выходу. Алек замедлил шаг. Он в последний раз посмотрел на Магнуса. На его улыбку, на бесшабашную элегантность, на глаза, в которых, как ему показалось, только что мелькнуло что-то дикое и настоящее. Он слегка, почти незаметно кивнул на прощание и повернулся, чтобы уйти. И тогда слова настигли его, обволакивая, как теплый шарф в зимнюю ночь: — Рад был поболтать, Александр. Даже жаль отпускать такого красавчика. Надеюсь, ты позволишь как-нибудь тебя угостить. По-настоящему. Алек снова покраснел, и это так явно развеселило мага. Ему нравилась эта контрастность: пламенный демон-искуситель на сцене и застенчивый юноша, смущающийся от комплиментов. Магнус не ожидал ответа. Но Алек обернулся. Не полностью, только через плечо. И когда он заговорил, его голос был тихим, но удивительно твердым, с новой, едва уловимой ноткой флирта, которая заставила сердце Магнуса пропустить удар: — Ну… если ты проявишь достаточную настойчивость… то возможно, я буду не против. Глаза Магнуса округлились. Золотые искры вспыхнули в них снова, совершенно неконтролируемо, а зрачки на миг сузились в вертикальные полоски. Его гламур дрогнул. — О, не сомневайся, милый, — быстро восстановившись, прошептал маг, и в его голосе зазвучало обещание. — Так просто я не отступлю. Алек готов был поклясться, что видел эти искры, этот звериный, демонический отблеск в прекрасных глазах. И вместо отвращения, которое диктовали ему все годы тренировок, его охватило острое, пьянящее любопытство и восторг. Его тело даже сделало шаг навстречу Магнусу, будто притянутое магнитом. Очнувшись, он лишь слегка, по-тайному улыбнулся и наконец ушел за Изабель и Джейсом. А Магнус остался стоять среди грохота музыки, впервые за долгие десятилетия по-настоящему ошеломленный. Он показал свою истинную метку — и нефилим, дитя ангела, не отшатнулся. В его взгляде было восхищение. Маг провел языком по губам, смотря на то место, где исчезла стройная фигура в черном. — Ох, Александр, — тихо произнес он в гул зала. — Теперь я точно тебя не отпущу.