It's always a pleasure

Хоть Атсу и привыкла спать под теплым боком коня, сменить его на ночлег в гостинице, а не в продуваемом всеми ветрами чистом поле, было иногда приятно. В “Красном журавле" футоны еще и частенько стирали. К тому же… – О, ты все еще жива! – Ран обнаружилась стоящей справа от входа в общий зал гостиницы.  Рослая Ран подкидывала монетку, глядя сверху вниз с легкой улыбкой. Рядом с ней Атсу чувствовала себя немного незначительной. – Ну давай, посмотрим, что тут у тебя, – Атсу пребывала в благодушном настроении.  Она только что стрясла с Коджиро награды за две головы, обозначенные на его объявлениях, и потому была готова раскошелиться на стрелы, вместо того, чтобы делать их вечерами у костра. Ран продолжала перебирать монетку в пальцах, поддерживая с Атсу легкую беседу. – Всегда приятно получить от тебя пару монет, – подмигнула Ран. Атсу расположилась за столиком у стены. Это место было похолоднее других, зато за спиной никто не сидел. Здесь подавали неплохое сакэ, более мягкое, чем то, что можно было купить у айну, и точно лучше пойла, которым торговал Таро. Сакэ расслабляло и согревало. Старая рана в плече давала о себе знать, и Атсу чуть размяла мышцу, пошевелила рукой. – Ноет на перемену погоды? – прозвучало сбоку. Ран, не спрашивая разрешения, уселась напротив. Ей подали еду. Атсу неопределенно кивнула, и, чтобы не жаловаться на жизнь, сменила тему: – Как торговля сегодня? – Хорошо, – Ран с аппетитом уплетала еду. – Хватило на хороший ужин и хорошую выпивку. Атсу ярлычок на горлышке виден не был, но, наверное, и впрямь хорошая: Ран приложилась, прикрывая от удовольствия глаза. А все же хорошо, что Ран не примкнула к Сайто. Атсу не хотелось бы быть ее врагом. Еще пара глотков сакэ окончательно разогрели тело и сделали легче голову. – Ты далековато ушла от места нашей первой встречи. – Может, следую за тобой? Тебе всегда нужны мои стрелы, – усмехнулась Ран. – Я же сказала, что могу делать свои, – получилось менее грубо, чем в прошлый раз. – Мои все еще лучше, – тоже беззлобно припоминая тот разговор парировала Ран. С ней было легко. Говорит и молчать, есть и пить. Атсу, честно говоря, плохо сходилась с людьми, и встретить того, с кем было… неплохо – уже ценность. Она вернулась в Эзо с одной целью, но люди здесь были другими, и кроме чувства дома Атсу преследовало чувство принадлежности к этим местам. Даже если речь шла о местах, удаленных от дома. – Здесь есть горячий источник. Давай посетим? – голос Ран выдернул Атсу из потока своих размышлений. – Давай, если ты заплатишь, – хохотнула Атсу. – С удовольствием, Атсу. Навес над источником закрывал его от посторонних глаз. Ночь уже опустилась, но снег поблескивал в свете луны. Атсу погрузилась в горячую воду, уложив предплечья на край, и покачивала головой из стороны в сторону, любуясь искрами. Послышался негромкий плеск, и Атсу пожалела, что упустила момент посмотреть на раздетую Ран. В своей жизни Атсу знала и мужчин, и женщин, и во многом предпочитала вторых, если речь шла не о том, кого убивать. Ран была… привлекательной. Сильной, бесстрашной. Самостоятельной. Равной. На плечи легли жесткие от работы ладони. Ран проминала мышцы, и Атсу прикрыла глаза, наслаждаясь. Ладони спустились ниже, сперва на лопатки, потом на поясницу. Горячая вода облегчала тело. Ран провела пальцами по шее, и Атсу подчинилась, откидывая голову ей на плечо. Кожа у Ран была плотная и гладкая, не слишком нежная.  В уже ночной тишине звуков почти не было, лишь неясный гул из никогда окончательно не засыпающей гостиницы, и легкий плеск воды, когда они соприкасались кожей плотнее. Ран поддерживала ее под бедра, не давая погрузиться в воду, и Атсу прикрыла глаза, позволяя приятной дрожи захватывать тело. После минутной неги Атсу пришла в себя. Вокруг все еще была ночь – и Ран, перед которой ощущалась некоторая задолженность. – Где ты спишь? – негромко спросила Ран. – На первом этаже, – Атсу всегда оплачивала самый дешевый постой, потому что спать могла в любых условиях. – У меня комната на втором, – Ран погладила Атсу по руке. Комната на втором этаже оказалась еще и складом, где Ран хранила свой и чужой товар для продажи. В темноте, которую уже не разгоняла луна, прикосновения ощущались острее, а выдохи Ран казались громче собственных. Атсу ощущала чужое удовольствие горячо и влажно. Ран не только была сильной – она требовала силы по отношению к себе. Снова одевшись, Ран сладко потянулась и потянула Атсу к себе. – Всегда приятно спать с кем-то, кто вызывает симпатию. Атсу устроилась на плече, жестком даже без наплечника, и прикрыла глаза. Завтра их пути снова разойдутся, потому что у нее Сайто, а у Ран – пропавший ученик, но сейчас это просто удовольствие, разделенное с кем-то, кто вызывает симпатию.