Ямочки на щеках

Наутро Дженна проснулась первой и ощутила за спиной чужое дыхание, а на талии — тёплую руку, лежащую с почти собственнической нежностью. Аккуратно, чтобы не разбудить Эмму, она стала выбираться из-под одеяла. Когда Дженна наконец высвободилась из крепких объятий, шатенка во сне разочарованно вздохнула и перевернулась на другой бок. Младшая ухмыльнулась и поспешила в ванную, а затем на кухню — решила приготовить Эмме её любимый омлет, а себе — простые бутерброды. Проходя мимо прихожей, Дженна заметила отцовскую обувь: папа вернулся с ночной смены и, наверное, сейчас спит. Маминых туфель в коридоре не было — значит, она уже ушла на работу. Дженна надела наушники, включила любимую песню и, напевая, принялась готовить, стараясь не нарушать утреннюю тишину. Когда завтрак был почти готов, на кухне бесшумно появилась Эмма. Она подкралась сзади и положила руки Дженне на плечи. Та вздрогнула и едва не уронила чайник. — Эмма, блять! Я из-за тебя скоро заикой стану, ей-богу! — выдохнула Дженна, обернувшись. — Ну-ну-ну, прости, прости, Дженночка, — старшая виновато улыбнулась и устроилась на диване, ожидая завтрак. Через пять минут Дженна протянула Эмме тарелку с омлетом и села напротив. — Прямо как королевну обслуживаю… — Ага, а ты — моя верная рабыня. На колени! — усмехнулась Эмма, играя в надменность. Дженна рассмеялась, а потом, успокоившись, спросила: — Какие планы на сегодня? — Можно погулять. Хочешь? — проговорила Майерс с набитым ртом. — Конечно, хочу, — кивнула Ортега, допивая чай. После завтрака они переоделись во что-то поприличнее и вышли во двор. Апрельское солнце грело по-настоящему, и на улице было почти тепло. Дженна сразу же закурила, а Эмма лишь укоризненно посмотрела на неё. — Куда пойдём? — спросила Дженна, придерживая сигарету губами. — Давай в магазин? Хочу лимонад, — предложила Эмма. — Го, — коротко согласилась младшая. Подруги купили литровую бутылку «Тархуна» и пошли куда глаза глядят, постепенно удаляясь от знакомых дворов. — Эмми, а может, на заброшку? В ту самую психбольницу… Помнишь? — Дженн, ты же знаешь, я не люблю такие места. Давай в другой раз, — серьёзно сказала старшая, и возражать не было смысла. Так они и бродили без цели до самого вечера. Когда солнце начало клониться к закату, Дженна предложила забраться на крышу. Эмма сначала отнекивалась, но потом сдалась. Они пришли к знакомому месту, откуда обычно забирались наверх. Дженна подсадила подругу, а затем вскарабкалась сама. С крыши открывался неописуемый вид на весенний город, постепенно окрашивающийся в вечерние тона. Эмма достала телефон, сфотографировала закат, а потом сделала несколько селфи вместе с Дженной. Какое-то время они просто сидели молча, наслаждаясь тишиной и обществом друг друга. Первой нарушила спокойствие Эмма: — Знаешь, мне всегда так хорошо с тобой. Ты единственный человек, кто меня понимает. И понимал всегда. Ты меня и выручаешь, и поддерживаешь… Я очень ценю это, Дженн. — Эмс, да ладно тебе… Ты для меня тоже самый близкий человек, — Ортега обняла Майерс за плечи. И они продолжили сидеть, разговаривать о чём-то своём, пока вокруг окончательно не стемнело.