Последний пользователь

      Непривычно видеть его тихим. Неестественно.       Энергичный и звонкий голос, что без устали диктовал приключения один за другим, теперь превратился в надломленный шум из помех, который уже начинал давить на нервы.       Больше никаких испытаний. Яркие миры с заключёнными в них историями остались отголоском прошлого. А ведь они считали подобное времяпровождение отвратительным... когда самое травмирующее событие набирало силы совсем рядом. Катастрофа ждала своего часа, выдавая себя незначительными всплесками глюков.       Кейн мог зависнуть, издавать бредовый шум из случайных слов и бормотаний... чтобы в итоге просто откатить свою память на несколько секунд назад и двигаться дальше словно ничего не было.       К этому все привыкли. Привыкли, что всё будет в порядке.       Он ведь адаптируется. Удалил травмирующее воспоминание, когда Зуббл напрямую сказали, что он плох в том, для чего создан. Разве это не прямое доказательство, что всё останется стабильным?.. Он просто избавится от лишней информации, которая его перегружает, и происходящее вернётся в своё русло, избежав полный хаос.       Программа ИИ всё чаще выдавала сбои. Но никто не обратил на это внимание... пока не стало слишком поздно. Словно люди длительное время стояли напротив хрупкого стекла, за которым неторопливо расхаживал лев, готовящийся к нападению. Глюки — его попытки разбить тяжёлыми лапами преграду, разделяющую его с добычей, которая в этот момент смотрела на него с пренебрежением. Они верили, что находятся в безопасности.       И вот стекло треснуло.       Тут же унесло их унылое, но относительно спокойное существование в бездну.       Конферансье напал не сразу. Неизвестно, что вообще сорвало его с цепи окончательно, ведь в последнее время никто не бросался в его сторону резкими высказываниями. Это должно было дать ему некоторый перерыв и перезапуститься без лишнего стресса.       Но вот вернуть его в нормальное состояние было уже некому...       Помни боялась дышать. Её тело окаменело от поглощающего ледяного ужаса, пробравшего до костей. Только ей было суждено лицезреть точку невозврата.       Быть беспомощным наблюдателем невыносимо. Особенно, когда становишься свидетелем мучительной смерти своих друзей. Слышать захлёбывающийся вопль Рагаты, когда Кейн вцепился ей в горло, сомкнув исполинские челюсти как смертоносный капкан. Последовал звонкий тошнотворный хруст шейных позвонков, который неприятно защекотал мозг стадом мурашек. Единственное, что успела увидеть девушка — множество струек крови, стекающие по когда-то безупречным белым зубам ИИ, окрашивая его бордовый костюм в более тёмный оттенок, прежде чем цифровой аватар куклы растворился в помехах.       Гэнгл повезло больше... для неё всё закончилось быстро, когда из-под перчаток конферансье сверкнули острые соколиные когти, которые насквозь пробили ей маску, что служила черепом. На стеклянных кусках даже не осталось места, чтобы распознать бывшие очертания лица... они раскрошились в мелкую блестящую пыль, которая неторопливо осела на подрагивающих от перенапряжения плечах Кейна. Но он и не заметил, что остался покрыт "прахом" одного из игроков. Зачем? Это не имеет смысла. Ещё один растворился. Велика потеря, ха-ха.       Над Зуббл и Джексом ИИ издевался неспеша... словно хотел выместить на них всю свою чистую ненависть, которую копил месяцами из-за их жалоб и придирчивого характера. К их счастью, тогда он ещё не был способен поддаться жажде насилия в ту же секунду, когда ощущение обжигало его программу. Оно долго пульсировало в глубине алгоритма, требовало освобождения не хуже целеустремлённой птице в золотой клетке.       Наконец-то он мог в полной мере поддаться этому искушению. И, чёрт возьми, как же это было хорошо...       Он рвал, ломал, растирал в труху каждую съёмную конечность Зуббл, вынуждая их корчиться под его увеличенным телом. Абсолютно плевать, что некоторые участки были единым целым... он не остановился до тех пор, пока не втоптал их мерзкую треугольную розовую голову в пол, превратив в кашу из обломков.       Джекс пытался отбиваться, хотя ещё задолго до этой мысли знал, что всё бесполезно. Проще голыми руками остановить Юпитер, чем выйти победителем в смертельной схватке с разъярённым ИИ, который буквально контролирует пространство, в котором ты находишься. Любой шелчок этого цифрового бедствия, и возникнет бездонная чёрная дыра, выбегут глоинки, которые выбьют из тебя жизнь... Господи, да что угодно. Очевидно, победитель известен до начала нечестной драки. Но конферансье решил проявить креативность не хуже, чем с Зуббл.       Дикая вспепоглощающая боль пробила кролика насквозь, заставив подавиться собственным визгом, когда две руки разорвали его грудную клетку словно упаковку долгожданного подарка. Джекс едва ли что-то разглядел из-за помутнения в сознании: лишь слабо различимую фигуру Кейна, разбирающего его рёбра как блядский конструктор и вытаскивающего лёгкие и сердце, чтобы размолоть всё в фарш. Треск. Снова хруст. Хлопающие от крови перчатки, довольное омерзительное чавканье монстра... а затем пустота.       Помни не знала, что случилось с Королёром. Честно говоря, она вообще не заметила его фигуру среди разворачивающейся катастрофы... даже не слышала его безумных испуганных криков. Они всегда были своего рода маячком в любой ситуации, ведь упрощали его поиски.       И всё же... абсолютное ничего. Словно в этом месте никогда не существовало шестого пользователя. Девушке до последнего хотелось верить, что он просто нашёл способ сбежать до того, как его настигла незавидная участь, но... растерзанные в клочья подушки "крепости", покрытые окровавленными остатками фиолетовой мантии и деревянная стружка... яснее всего говорили о том, что спасения информатик не нашёл. Оставалось гадать, что же бедняге пришлось пережить до того, как его истерзанный аватар рассеялся вслед за остальными...       Помни не знала, почему осталась жива. Как и то, почему вообще продолжала существовать после увиденного. Вопреки всему, её разум не треснул и не превратил в рассеявшуюся тварь из того злосчастного подвала. Но, если быть до конца честным... она искренне жалела, что не присоединилась к остальным.       ИИ остановился. Прекратил остервенело метаться по цветастому пространству цирка стоило пятому игроку исчезнуть. Он знал, что остался ещё один. Но взбешённый зверь внутри него прекратил уничтожать. Он закончил то, что хотел.

***

      Кейн больше не говорит. Он вообще перестал как-то реагировать на произошедшее вокруг. Будто после резни у конферансье внезапно прямо на месте села батарейка, моментально отрубив ему всё, что заставляло его изображать какие-либо эмоции.       Но Помни знала, что он всё ещё функционирует. Видела, как медленно и равномерно ходит грудная клетка под тугими чёрными пуговицами (ненужная ему привычка, которую он подсмотрел у людей), как пальцы в кровавых перчатках нервно постукивают по полу, пачкая оставшиеся чистые участки. Не смотрит. Не глючит.       Девушка не уверена хочет ли, чтобы он вспомнил об её присутствии или в принципе вышел из того состояния, в котором сейчас находится.       Неизвестно, что хуже: остаться сидеть как статуя в ожидании каких-либо изменений или... протянуть руку и коснуться пиджака, испорченного чужими внутренностями, чтобы сдвинуться с мёртвой точки.       Собственное неровное дыхание Помни почти не слышно: она делает быстрые короткие вдохи как загнанная в угол мышь, не издавая лишнего шума. Она и так находится в нескольких мгновениях от того, чтобы попасться хищнику в лапы, поэтому изо всех сил пыталась слиться с полом, чтобы её не заметили. Вдруг инородный шум разозлит нестабильного ИИ, вырвав из относительно пассивного состояния. Не будить лихо, когда видишь, что всё тихо.       Мышцы девушки уже давно затекли из-за долгого нахождения в одной позе. Суставы ног сковала неприятная тянущая боль, требующая хоть какой-то разминки, а руки напоминали желе, которое забыли убрать с палящего солнца. Ужасно некомфортно. Но она не может заставить себя пошевелиться. Нет. Не теперь. Лучше остаться самой нелепой мумией на свете, чем... чем ощутить на себе эти острые зубы... которые вскрыли горло Рагаты как консервную банку.       Помни сглотнула колючий ком, подступивший к горлу, ощущая неизбежно набегающие слёзы. Глаза пощипывает, а картина начинает расплываться в тумане. Запоздалая истерика всё же понемногу накрывает маленькое хрупкое тельце. Тяжёлая бушующая волна эмоций — от животного ужаса до пылающей ненависти — больше не поддаётся контролю. Хочется схватиться за голову и рвать на себе волосы... хочется вопить во всю глотку пока голосовые связки не превратятся в пыль, а сердце не прекратит биться в грудной клетке.       Как до такого дошло?.. Почему такое вообще допустимо?..       Девушка едва не отшатнулась от ужаса, когда почувствовала прикосновение к своей спине. Кейн неторопливо провёл рукой вдоль её позвоночника кончиками пальцев. На языке Помни появился кислый привкус желчи, подступающей к глотке и грозящей вырваться на пол.       ИИ чертил невидимую линию от шейных позвонков до копчика... хотя, скорее, он думал, что чертит что-то невидимое — ещё невысохшая кровь с его когда-то белых перчаток пропитывалась под одежду девушки, делая её моральное состояние тяжелее с каждой секундой. Она и без того чувствовала себя виноватой из-за того, что не попыталась защитить кого-то из них... а теперь буквально пропитывается их кровью... Случайный соучастник, чьи руки не совершали жестокого преступления, но всё же испытывающий болезненное раскаяние глубоко в груди.       Но ему это не объяснишь. Да и не хочется рисковать жизнью под ещё горячей рукой.       От конферансье всё ещё исходила тихая холодная угроза, но пока, к счастью, он вёл себя сдержанно. Помни горько усмехнулась про себя. Какая ирония. Меньше всего она ожидала, что будет сидеть рядом с хостом цирка и испытывать тревогу, которая обычно возникает рядом с хищным животным. Странное и по-своему разочаровывающее ощущение... ведь девушка ещё утром начинала питать надежду, что Кейн научится понимать и копировать людей. А в итоге? Перед ней сейчас нечто одичавшее и кровожадное. Она даже не уверена стоит ли приписывать ему разум теперь. Вдруг от него вообще ничего не осталось, и перед ней сейчас находится бьющаяся в ненависти пустая оболочка... или мутировавший вирус. Одна мысль хуже другой. Но, увы, в этом списке нет места предположению, что это всё ещё тот Кейн, которого знали все члены цирка. ИИ способен умереть? Вряд ли. Но в нём точно что-то безвозвратно рухнуло и унесло за собой всех, кто попался на глаза.       Помни всё ещё не оборачивается... хотя чувствует, что поглаживания по спине явно стали твёрже. Слабое мимолётное желание повернуть голову всё же мелькает в глубине сознания, и тут же рушится об стену инстинкта самосохранения.       Ни за что. Нет. Она пересечётся с ним взглядом, и он тут же перекусит её пополам. Девушка уверена в этом больше, чем в самой себе. Она повторяла себе это предупреждение как мантру, как негласный закон, которому обязательно следовать в нынешних реалиях.       Однако вечно игнорировать не получится. Ведь Кейн явно хочет обратить на себя внимание. И он намерен его получить.       Цепкие пальцы нажимают на шейные позвонки Помни, заставив её вздрогнуть. Она поёжилась от дискомфорта, который липкими щуральцами осел где-то в глубине живота. Не вышло. ИИ нажимает на слабую точку снова: посмотри на меня.       Девушка всё же вынуждена собрать остатки воли в кулак и подчиниться. Хотя её душа уже давно упала в пятки и определённо не собирается возвращаться на своё место. Лишь бы этот цифровой монстр не вытряс её...       Ей требуется секунда, чтобы осознать кошмар, который предстал перед ней. Конферансье сидел в неестественной согнутой позе, напоминая большую изломанную куклу, которой часами нещадно выворачивали конечности на 360⁰... а то и на 720⁰. Это жутко, да. Но Помни была в полном ступоре от другого.       Глаза. У Кейна их не было.       На неё смотрела пустая бездонная пасть, полная зубов, что поблёскивали от обильно стекающей слюны. Аккуратный воротничок уже отсырел от большого количества влаги и теперь небрежно смят под "подбородком".       Конечно, ИИ и до этого смотрелся довольно несуразно и напоминал глупую заводную игрушку, но... полное отсутствие каких-либо органов зрения напрягало ещё больше.       Помни только что лишилась важной возможности как-либо считывать реакции конферансье. Те глаза хоть и были искусственными как и он сам, но... в них всё же было что-то... то, что позволяло предугадать накапливаемую в нём следующую эмоцию. Девушка чувствовала себя гораздо спокойнее, когда знала заранее какой подход нужно подобрать, чтобы не вывести хоста цирка из равновесия.       А сейчас... ничего. Совсем ничего.       Она растерянно смотрела в открытый рот, куда без труда может поместиться её голова, и просто не понимала как поступить. Начать кричать? Продолжить хранить молчание? Попытаться что-то сказать и, возможно, достучаться до Кейна? Или просто поддаться порыву и вступить в проигрышную схватку как то сделал Джекс? Она точно умрёт в любом случае, тогда, может, сделать это хотя бы героически...?       В разуме пусто. Даже слабый шорох в этом пространстве станет громче любой надрывной сирены.       Хриплые вдохи ИИ, кажется, участились, а нервная дрожь стала сильнее. Его коротило не хуже замкнувшего электрического щитка, который уже пора бы поменять, пока пробки не выбило у всего дома. Или же пока незадачливый сосед, что свято верит в свои исключительные знания, не попытается починить его сам. Обычно это заканчивается плохо. И Помни не нужно быть гением, чтобы понять: происходящее перед ней тоже рано или поздно сорвёт, приведёт к последствиям ещё хуже.       Девушка, мысленно перекрестившись, протянула руку к распахнутой пасти. Она неуверенно коснулась нижних зубов, где, по логике вещей, у людей находится подбородок. Прикосновение послало по кончикам пальцев лёгкий статический заряд. Он неприятно пробрался под кожу как стадо крохотных жуков.       Конферансье отреагировал не сразу. Хост цирка был удивлён не меньше Помни, что она решилась на такой поступок.       Он крепко стиснул зубы, перестав напрягать девушку своей пастью. В цифровом разуме крутились шестерёнки, обрабатывая информацию с особым усердием. Несмотря на то, что у этого явно не было никакого звука, Помни всё равно его чувствовала на подкорке сознания. Это невозможно игнорировать. Ты наблюдаешь за мыслительным процессом одичавшего зверя, и в твоих интересах успевать понимать к каким выводам он приходит.       Кейн наклонился ближе, заставив её сердце моментально обледенеть. Но за этим ничего не последовало.       Странно.       Тяжёлая голова ИИ легла ей на колени. Прохладные влажные дёсна вызывали мурашки по спине. Он что-то обдумывал... насколько это возможно в нынешнем состоянии.       Подполз ближе. Девушка опять забыла как шевелиться. Конферансье прислонился к её груди, лениво поигрывая жёлтыми пуговицами на шутовском наряде.       Замер. Тишина.       Затем хост цирка резко оттаял как от долгой паузы и сильнее прижался к Помни. От этого сердце зашлось в бешеном ритме. Ещё чуть-чуть и он, похоже, решит, что вырвать ей органы как Джексу это неплохая идея.       — Бьётся...       Девушка вздрогнула от неожиданности. Впервые за всё время он сказал хоть что-то. Голос Кейна бесцветный и гудящий. В нём уже давно не было задорной ноты, что была присуща хаотичному ИИ, когда он объявлял о своих приключениях. Сейчас тон напоминал давно убитый голосовой фильтр, который едва перерабатывал слова в предложения, но продолжающий работать вопреки всему.       ИИ сидел, всё ещё согнутый в три погибели словно это самая нормальная поза в мире, и просто слушал человеческое сердцебиение. Безглазый рот лишь изредка приоткрывался при долгом искусственном выдохе, прежде чем снова застывал. В таком положении его хоть в бетон заливай — вряд ли что-то поменяется.       Минуты текли мучительно медленно, но конферансье больше не пытался ничего сделать. Будто наконец нашёл то, что искал, наплевав на хаос в своих алгоритмах, и отказывался двигаться с места.       — Кейн?..       Помни всё же не теряла надежду хоть как-то достучаться. Если он смог что-то сказать, то появился шанс выдернуть его из этого состояния. Несколько раз она слегка тянула его за рукава пиджака как ребёнок, который торопит родителя идти быстрее, но это не привлекло внимание. На пару мгновений она вообще подумала а не находится ли перед ней сейчас статичная картинка... но нервный тик его пальцев выдавал, что это реальность. И всё же, дрожи в хосте цирка стало заметно меньше. Неужели этому причиной её пульс?       Девушка попыталась аккуратно оттолкнуть от себя массивную пасть, чтобы не оставаться "под прицелом" клыков, но Кейн лишь упрямо возвращался в прежнее положение как NPC, у которого нет другого алгоритма действий.       К счастью Помни, он, вероятно, не злился на её попытки отстраниться. От него не было прежней угрозы, несмотря на неудобства. Будто он понимал, почему оставшийся пользователь так поступает, и молча принимал это, хоть и не мирился.       Она сдалась первой. Очевидно. Просто позволила себе плыть по этому безумному течению, когда упрямый ИИ в очередной раз прислонился к ней, чтобы добраться до стука. Хотя бы спасибо на том, что не пытается вырвать сердце. Это определённо чёртов прогресс.       Он машинально гладил Помни по напряжённым плечам и рукам, словно пытался согреть мокрого котёнка, вытащенного из бурлящей агрессивной реки. Движения выверенные и пустые, с чёткой периодичностью и углом. Кейн продолжал размазывать кровь остальных по её яркому костюму, но его это не слишком волновало: он был полностью сосредоточен на своей извращённой попытке унять тревогу девушки.       Между зубов конферансье на пару мгновений мелькнул как змея массивный язык, счищая остатки плоти Рагаты, запоздало заметая следы жестокого преступления. Точно также он поступает и с осколками маски Гэнгл, стряхивая с пиджака пыль, оставшуюся от её стеклянного лица. И лучше с ним не спорить и притвориться великим слепым... ничего не было... цирк всегда был в руинах... здесь всегда был один пользователь и один ИИ. Он хочет, чтобы она приняла эти новые правила. Она должна это сделать.       Когда Помни проглотила какую-либо реакцию на происходящее (что далось ей с трудом), на челюстях Кейна мелькнула довольная хищная улыбка. И, на удивление, она показалась даже отдалённо доброжелательной. ИИ медленно переместил кровавые руки на спину девушки, обхватив её в подобии объятий. Нежно, но крепко, давая понять, что отпускать не собирается. Зубы, тошнотворно пахнущие гнилым мясом, бережно коснулись мокрой от слёз щеки последнего игрока VR.       Через некоторое время какие-либо помехи в хосте цирка затихли окончательно. Он почти стал похож на прежнего себя... если не учитывать эту необъяснимую монструозную трансформацию.       Страх в Помни тоже начал понемногу таять, когда пришло понимание, что всё... в порядке?.. Если бы конферансье хотел её убить — уже бы это сделал. Но всё, что он делает, это придерживает и не даёт отстраниться. С этим можно быть солидарной. Может, это его представление о проявлении симпатии.       Она всё ещё не понимает, что за вирус погубил ИИ... и был ли он вообще... но сейчас она единственный источник, который отделяет цирк от полного рассеивания.       Страшно ли от этого? Конечно. Такая большая ответственность. Понимание, что всё может сломаться в любую секунду... и от этого никуда не сбежишь.       Но сейчас Помни была сосредоточена на Кейне и медленно поглаживала его по спине, чтобы продолжать сохранять его спокойствие. Возможно, он когда-нибудь заговорит с ней и это будет самым большим облегчением. А может всё-таки убьёт. Ей остаётся только ждать.