Причина осмелеть

Последняя компания. Майк в очередной раз дурачится и получает порцию смеха от друзей, а от Уилла взгляды полные тепла. От этих взглядов он лишь вздрагивает и отворачивается. Его ладони потеют, а сердце бьётся чаще. Такая реакция тела на лучшего друга его пугала, поэтому он в очередной раз решил "бежать" от этих чувств. Уилл же заметив реакцию парня потуснел и отвёл взгляд в сторону. Он был уверен что его чувства погибли ещё тогда, на вышке. Он хотел бы этого. «Друзья? Нет уж, спасибо... Лучшие друзья!» Эта фраза всё ещё гуляла по закоулкам его разума, стучала во все двери и разливала зелье горечи по телу, медленно убивая носителя. Сердце с каждым ударом всё сильнее болело. От каждого случайного прикосновения оно сжималось и скрипело. Байерсу всё больше хотелось сбежать из Хоукинса, чтобы больше никогда не пересекаться с Майком. Или лишь до тех пор пока чувства не умрут, ведь он точно не смог бы прожить всю жизнь без "Сердца" рядом. «Да, мы могли бы видеться раз в год...Нет, раз в два или три года» – думал Уилл, пока друзья отыграв в последний раз ставили свои книжки на полку. Он в последний раз взглянул на Майка и поставив книжку на полку вышел из подвала. Парень до последнего надеялся что друг его остановит, возьмёт за руку и развернёт к себе. Может скажет: «Я не хочу, чтобы ты уходил!». Но этого не произошло.

***

Майк ещё какое-то время стоял один в подвале и смотрел на книжку с именем на корешке. «Уилл» Он вздохнул и взяв её в руки открыл. Из неё вывалился небольшой лист и Майк поспешил его поднять. Уиллер обнаружил письмо адресованое ему же. «Прости, что заставил тебя чувствовать себя невлоко рядом со мной. Пусть ты и твердил всё время: "Всё в порядке". Но я то знаю что это не так. Я не смогу сказать тебе это лично сейчас и не смогу бы в будущем, поэтому лучшим решением было письмо. Надеюсь, ты нашёл его лишь тогда, когда я уехал, иначе будет неловко... В общем мне жаль что я обременял тебя своим присутствием и твоя неприязнь ко мне обоснованна. Думаю пришло время. Лично я точно бы не сказал тебе это. Не смог бы. Майк Уиллер, ты мне нравишься. Очень-очень нравишься. Я даже не заметил как эта симпатия переросла в любовь. Я всем сердцем ненавижу эти чувства, и этим же сердцем люблю тебя. Я представляю как тебе сейчас неприятно слышать эти слова, прости. Я понимаю что между нами ничего и никогда не могло быть, поэтому пишу признание лишь для того, чтобы отпустить тебя. Прощай, моя первая любовь. Надеюсь, в будущем мы сможем продолжить общение, хотя бы как простые знакомые. Твой друг, Уилл Байерс.» Лицо парня побледнело. Он сам не знал что испытывает от только что полученной информации. Тревогу? Да. Отвращение? Вожможно. Печаль? Определённо. Только что он лишился самого близкого друга из всех что у него были. Они прошли вместе через огонь и воду. Фитиль их дружбы горел ярко, даже в самой трудной среде для этого, а потух лишь от каких-то чувств. «...от каких-то чувств.» «Каких-то?..» Байерс смял письмо и бросил в сторону. Его переполняли эмоции. Когда ушёл гнев – пришла печаль. А от осознания, что Уилл прямо сейчас, скорее всего, в аэропорту – печаль сменилась отчаянием. Он стал метаться из стороны в сторону, держась за голову. Он не был уверен ни в чём. Ему было страшно. Казалось вся комната стала сужаться и давить на него, свет стал ярче, а звуки вокруг намного громче. Он закрыл уши и вжался в угол. Мысли поглощали, а дышать становилось всё труднее. Слёзы выступили на глаза, после чего и тьма. В дверь подвала постучали, после чего она открылась. Это была Холли с её друзьями. Она спустилась крича: «Майк, я устала ждать, сматывайся отсюда!». Но заметив то с братом что-то не так притихла и подошла ближе. – Ты в порядке, Майк? – на что Майк кивнул, вскочил и быстро выбежал из подвала. Он забежал в свою комнату, закрыл дверь и не выходил несколько дней. Время шло, а он всё больше жалел что тогда не помчал к другу. Что бы он делал? Он не знал. Скорее всего просто молчал и смотрел. Но даже это было бы лучше, чем ничего. Каждый день ему всё больше хотелось написать письмо Уиллу, но ведь он даже не знал его новый адрес. Парень даже вышел из комнаты, чтобы спросить у мамы не знает ли та, но получив отрицательный ответ он сразу вернулся в своё гнездо. Майк писал письма. Писал и складывал их в дальний ящик. В них было всякое, от простых жалоб на Холли, до порицаний Уилла и самого себя. Долго так продолжаться не могло. Поэтому через месяц он встал на ноги. На душе всё еще было паршиво, но двигаться он мог. Уиллер снял домик вблизи Хоукинса и там начал свою карьеру писателя. Работал он день и ночь, это помогало ему бороться с негативными мыслями, как ему казалось, да и денег больше было. С каждым днём он всё глубже уходил в работу и всё меньше думал о том, что произошло между ним и его другом. С каждым днём он все глубже уходил в выдуманные им же миры. В них все было как раньше. Как Майк всё помнил.

***

Пока он был в аэропорту его трясло. Пока он был в самолёте его трясло. Пока он был в такси его трясло. Но трясло его далеко не от того, что он переехал в большой город. Прямо перед отъездом он вложил свои чувства в лист бумаги и спрятал в подвале парня, который ему нравился. Он надеялся, что Майк их найдёт через год, а может дольше. Хотя теперь это было уже не важно, ведь новый адрес он никому не оставил. Так что его никто не найдёт, пока он того не захочет. Вокруг было шумно, людно, грязно и много высоток. Совсем не похоже на Хоукинс. Конечно, ведь это большой город – Нью-Йорк. Здесь он сможет зажить по-новой. Быть открытым. Быть самим собой. Он был рад, но вместе с тем глубоко опечален. Он знал, все знали – рано или поздно придётся разойтись. Все друзья выросли, у всех своя жизнь. Но все равно всем этого будет не хватать. Они многое пережили вместе, очень многое, они стали семьёй друг для друга. Они будут вместе в сердцах друг друга вечно. За несколько месяцев Уилл устроился неплохо. Нашёл работу, барменом в местном баре, снял квартирку и завёл котёнка. Последнее произошло спонтанно. Он обнаружил его совсем одного возле мусорных баков и не смог бросить. Сходил на несколько свиданий, но ни на одном он не нашёл "того самого", поэтому с этим решил повременить. Чувства к Майку всё еще жили в нём, пытались душить, но он шёл вперёд. Он не сдался. Прошло около полутора лет, прежде чем все решили вновь собраться. Всё организовали Дастин и Макс, они хорошо поладили, пока искали адреса старых друзей. Пригласили Стива, Робин и Вики , Нэнси и Джонотана и, конечно, Майка и Уилла. Всем написали за месяц до самой встречи, чтобы было время подготовиться к ней. Покупая билеты на самолёт Уилл успел несколько раз передумать, но все-таки решился. В окне самолёта виднелось ночное небо. Оно напоминало Майка. Этот пейзаж был словно его бездомные черные глаза, а облака это блики в них. Байерса клонило в сон, но закрыв глаза он видел перед собой его образ, что никогда не покинет его голову. Чёрные волосы, светлая кожа и светлая улыбка. Встречу решили провести для начала в ресторане у Энзо, а дальше как пойдёт. Каждый опоздал, но никто не расстроился, хотя Макс каждого отругала. Вокруг было шумно. Уилл поддерживал разговор со всеми. Майк же вёл себя немного отстранённо, он то и дело поглядывал на Уилла. На его улыбку, на длинные ресницы, на большие, будто оленьи, глаза, на то как он поправлял волосы, каждые две минуты. Байерс чувствовал на себе прожигающий взгляд и нервничал, но старался не подавать виду. Этот взгляд заметил и Лукас, он стукнул под столом Майка и спросил: «Ты чего?». Майк отмахнулся, но Лукас не отступил и вывел друга на террасу поговорить. – Ты какой-то странный весь вечер, – Лукас закурул сигарету. На улице моросил дождь и было прохладно. – Ты куришь? – А ты не видишь? – Лукас усмехнулся, – Хватит, Майк, я серьёзно. Что с тобой, чув? Майк вздохнул и сел на слегка влажную лавочку, её меньше всего прикрывал навес. Лукас сел рядом с ним. Они молчали какое-то время, так что Синклеру пришлось закурить снова, прежде чем Майк начал разговор. – Помнишь...Тот разговор, – он пнул асфальт перед собой, – Когда Уилл... Лукас кивнул: «Не напрягайся ты так, я помню». Майк вздохнул. – Я никак не мог забыть тот день, – Майку тяжело давался это диалог, но что-то заставляло его продолжать, – Его взгляд в мою сторону. А после нашей последней компании я нашёл письмо адресованое мне. Лукас молчал и слушал всё что тот говорил, лишь изредка кивал. Удивление на его лице проскочило, но лишь после слов: «А я даже не понял, что он тогда обо мне говорил.» – Ты удивительно тупой, Майк. – Спасибо, Лукас, – он помолчал ещё пять минут, – Я не пойму что со мной не так. Почему только спустя столько времени я смог осознать что чувствую к нему? Синклер кашлянул и удивлённо посмотрел на Майка. – Чу?..Чувуешь?, – Лукас достал еще одну сигарету, а Майк её отобрал и затянулся, но тут же закашлял. – Все равно не пойму зачем люди курят... – но продолжил затягивать дым в лёгкие, он постепенно успокоился и продолжил говорить, – Да, чувствую. Всё это время, буквально всё время нашей с ним дружбы я не понимал себя. Если тебе интересно что на счёт Оди... У нас с ней было всё запутанно. Я был зависим от неё, ведь она единственная кто увидел меня другим. Она увидела во мне своего героя. А я для неё – был единственным кто поверил в неё. Мы с ней обсудили это давно. Просто времени так и не нашлось рассказать вам. Сам знаешь... А Уилл... Уилл был моим светом во всей этой тьме. Он был самым ярким, но я не замечал. Боже, Лукас, ты прав, я реально тупой. Синклер кивнул. – И когда ты планируешь рассказать ему это? После встречи? Майк удивлённо посмотрел на него. – Что значит "планирую"? – То и значит. Майк... Не расскажешь сейчас – упустишь шанс совсем. Ты же всё осознал, так почему не расскажешь ему всё что только что сказал мне? – А смысл?.. Столько времени прошло. Я ему уже не нужен давно. Он без меня счастлив, и это хорошо. – Почему ты продолжаешь вести себя как пессимист, так ещё и трус? Может перестанешь зацикливаться только на себе и наконец заметишь чужие чувства до того, как тебе о них расскажут? Майк опешил и задумался. Лукас был прав. Он трус и пессимист, который зациклен лишь на себе. Ему надоело это самому. Сейсас он не просто должен, он обязан взять себя в руки.

***

По окончанию встречи Уиллер поджидал Уилла у входа. Лукас помог устроить им встречу наедине сказав что Байерса позвала одна знакомая тётушка. Парень вышел и стал искать её взглядом, но наткнулся лишь на Майка. – О...Ты не видел здесь миссис Дрейк? – спросил Байерс глядя мимо парня. – Я тебя звал, – он вздохнул и пригласил Уилла присесть на сухую лавочку, которую он протёр до его прихода, – Нам нужно поговорить. Байерс удивлённо смотрел на Майка и чувствовал как его сердце начинает быстрее биться, а ладони потеть. – О... – Я должен тебе кое-что рассказать. Прошу, просто выслушай меня, – он смотрел прямо в глаза парня, давая ему понять что он полностью серьёзен, – Для начала хочу извиниться перед тобой...Я ужасно тупой, Уилл, ужасно. – Что? Чего это ты вдруг? Майк, нет-нет, ты не тупой, ты, – Уиллер жестом попросил подождать. – Нет, Уилл, я тупой. Я столько лет не замечал ничего вокруг себя. Не замечал того, кто был мне так дорог. Я боялся. Но разве это повод следить лишь за своими чувствами? Разве в порядке вещей забывать что у всех есть они. Я должен извиниться перед тобой за то, что не замечал как тебе было больно. Мне жаль. Очень-очень жаль, – на его глаза навернулись слёзы, а Уилл смотрел на него с самым печальным выражением лица, – Я...Мне жаль что мне потребовалось столько времени...Столько времени, чтобы осознать...Что я... Майк остановился, сделал вдох и выдох. Смахнул слезы и посмотрел в глаза Уиллу. – Я люблю тебя, Уилл Байерс, – парень тяжело дышал, дрожал, но продолжал говорить, – И мне жаль что я так поздно это понял. Я не заслуживаю твоих слёз пролитых в тот день. Я ужасный человек. Последовало молчание. Слышно было как лил дождь, а в ресторане стучали вилки и смеялись старые леди и их джентльмены. Казалось этот момент длился вечность. Майк не смел пошевелиться. Он покорно ждал любой реакции парня напротив. Уилл наконец заговорил: – Это... Правда? Майк закивал: «Да! Я не смею врать тебе, не сейчас и никогда впредь. И я пойму, если ты не захочешь больше меня видеть». Байерс отвернулся, но уголки его губ на секунду дрогнули в полуулыбке. – Ты и правда идиот, Майк, – он повернулся обратно и заглянул ему в глаза, – Я никогда не "не захочу тебя видеть". После этого я наоборот...Наоборот захотел быть рядом с тобой ещё больше. Глаза Уиллера расширились от удивления: «Что?..» – Ты не ослышался. Да, Майк, я всё еще тебя люблю. На лице Майка мгновенно появилась широкая улыбка и румянец. – Можно...Можно тебя обнять? – Да, блин, можно. Майк бросился в объятия Уилла. Он наконец почувствовал тепло его тела, частоту сердцебиения в этот самый момент, запах его волос, нежность кожи...Самого Уилла. – Я тебя люблю, Уилл Байерс, люблю! – И я тебя люблю, Майк Уиллер, ха-ха! А целовать ты меня сегодня будешь или нет? Майк удивился и покраснел от такого вопроса, но быстро закивал и прижался своми губами к тёплым губам Уилла. Он сминал их нежно, но с напором. Наконец-то оторвавшись, пусть и нехотя, от Уилла он спросил: – А ты... скоро уезжаешь в Нью-Йорк? – Знаешь, я понял что шумный большой город – не для меня. Мне по душе наш маленький Хоукинс. Майк стал еще глупее улыбаться и стал целовать лицо Уилла. Лоб, щёки, нос и губы.

***

– Блин, прикиньте, байлер эндгейм, – сказал Лукас и все остальные🤓