Между Клыками и Доверием

Яркое солнце освещало уютную гостинную. Те, кто подготавливал их дом действительно надеялись, что пара найдет общий язык с первой минуты знакомства. Небольшой телевизор, причудливые картины, раскладной диван, светодиодные ленты вдоль всего потолка и несколько декоративных цветов — всё, лишь бы они чувствовали себя комфортно в первое время. И это Эндрю ещё не изучил остальные комнаты. Да и желания не было: все было слишком яркое и живое, что прямо противоположно предпочтениям Миньярда. Он относил себя к фанатам минимализма. Все должно было быть на своих местах, чтобы при необходимости глаз моментально цеплялся за нужную вещь. — Я не собираюсь участвовать в этом цирке. Силой ты меня не притащишь на ежедневный парад высокомерия. Чему мы можем научиться друг у друга? Ничему хорошему. — Нил больше походил на загнанного в угол зверька. Он кусался, брыкался и пищал что то о своей опасности, но на деле выглядел слабо. Эндрю действительно не сможет утащить его через насилие. Он и не думал. Ему становилось тошно только от мысли, что он коснется оборотня. Уговаривать тоже унизительно. Если Нил действительно не придет на тренировку, то наказанию подвергнут обоих. Рано или поздно рыжий объявится, тогда и ему объяснят, что теперь он подчиняется глупым правилам, загоняющим в рамки. Они теперь отвечают за поступки друг друга, хотят они того или нет. Эндрю придет один, а дальше все останется на совести сбежавшего. — Мне плевать. — Всё, что он сейчас скажет. Нилу нужно учиться на своих ошибках. Словесно редко когда можно донести истину, особенно таким упёртым существам, как этот оборотень. Эндрю оказалось достаточным несколько часов нахождения рядом с парнем, чтобы понять часть его сущности: у Нила есть свое мировоззрение и свои правила, которые имеют для него ценность. И обрушить их будет очень тяжело. Нужно найти то, ради чего он откажется от своих принципов. Эндрю займётся этим, но немного позже. Блондин шагает вглубь дома в поисках кухни. Ему необходимо взять перерыв от общения с другой расой. Он и так сделал достаточно прогресса для будущей коммуникации. Искать нужную комнату долго не пришлось: она находилась недалеко от главного зала, создавая визуальное ощущение, что дом был гораздо больше, чем на самом деле. Рядом с плитой, подвесными шкафчиками и холодильником находился разделочный островок, который, как уже приметил Эндрю, станет отличным местом для сидения. Все поверхности кухни сделаны в черно-мраморном стиле, что было немного приятнее для глаза, нежели просто белые краски. Холодильник был разделен пополам: одну часть занимали овощи, фрукты, напитки и сырое мясо, а вторую — пакеты с красной жидкостью. Не трудно догадаться о ее содержимом. Донорскую кровь было легко купить, а ещё проще использовать: трубочка для капельницы идеально подходила для удобного питья, а зажим можно было использовать, если в пакете останется кровь. Эндрю сел на корточки, внимательно читая наклейки на пакетах. Со временем после обращения, он начал разбираться в тонкостях своей пищи. Каждая кровь была уникальной в зависимости он жизнедеятельности существа, когда сердце того ещё билось. Травоядные животные или вегетарианцы имели не такой насыщенный вкус, ведь в их крови было меньше белков и больше клетчатки. Те, кто ели много сладкого, передавали глюкозу и вампирам. Также каждая группа крови изначально отличалась своей предрасположенностью к вкусу. Существует соленая, кислая, сладкая и горькая. Резус фактор, как оказалось, тоже имел значение. При отрицательном, вкус был более освежающий, словно в кровь добавили льда. Истинные гурманы умели смешивать разные группы, создавая коктейли, но блондин считал таких вампиров извращенцами. Все это Эндрю узнавал постепенно, шаг за шагом изучая особенности живых существ. Будучи человеком он бы никогда даже не задумался о таком разнообразии. Никто, конечно, не интересовался предпочтениями Миньярда, поэтому положили в холодильник всего и понемногу, чтобы на первое время парень не переживал о своей пищевой благополучности. Эндрю надоело читать этикетки, подписанные очень неаккуратным почерком. Он взял самый верхний пакет, захлопнул дверцу шкафа и сел на мраморный острово посреди кухни. Открыв клапан пакета, блондин с привычным безразличием смотрел, как красная жидкость поднимается по трубочке, а после попадает в рот. Солёная. Не самый лучший вариант, но Эндрю не жалуется. Это лишь инструмент, чтобы утолить голод и продолжить жить. Даже сидя спиной к дверному проходу, блондин почувствовал отчетливую вонь мокрой псины. Как вообще хоть что то может иметь такой отвратительный запах? Эндрю обернулся и взглянул на оборотня на случай, если тот что то удумал. — У тебя глаза покраснели. — Нил неспеша обошел Эндрю и открыл холодильник. Миньярд подметил, как бы было удобно впиться зубами в заднюю часть шеи Нила и разорвать его в клочья. — Учи анатомию вампиров. — Красная радужка вампиров могла значить несколько вариантов: вампир в ярости, на охоте, утоляет жажду или он голоден. До последнего лучше не доводить и принимать пищу вовремя, иначе может случиться непоправимое. Жажда крови овладевает телом, затмевая рассудок. Мертвый организм, в попытках сохранить энергию, сначала ведет себя, как привычное живое тело, чтобы добиться желанной еды: тошнота, спазмы. Но через время, осознав, что вампир не торопится утолять голод, мозг полностью перекрывает все чувства, оставляя лишь одну потребность. И не важно, каким способом носитель добьётся цели. Он будет гнаться за добычей, рвать и метать все, что попадется под руку. И самое ужасное — он не будет узнавать никого. Неизвестно, кто попадется под руку. Поэтому каждый кровосос знал свое расписание, чтобы заблаговременно решать проблему питания. Оборотень пожал плечами, вновь ныряя в холодильник. Так много еды в одном месте он не видел уже много лет. В качестве перекуса он выбрал несколько яблок, мыть которые он не собирался. Сочные и наливные плоды скрылись в карманах штанов, прежде чем Нил закрыл дверцу. В его голове уже был план побега. Оборотень не желал здесь находиться. Не в одном доме с кровососом. При жизни мать твердила остерегаться других рас, бежать как можно дальше и не доверять никомуму, кроме своего чутья. Но пока… Кажется, Эндрю было совершено плевать на существование одного хвостатого рядом с собой. Ночью Нила уже не будет в этом доме, поэтому он съест столько, сколько сможет, чтобы продолжить бежать. Пачка крови закончилась слишком быстро. Пришлось тщательно вытягивать последние капли, чтобы насладиться ещё чуть-чуть. Металлический привкус осел на языке, заставляя причмокнуть. Эндрю слез с островка и выкинул пустой пакет в мусорку под раковиной. Он не мог отделаться от мысли, что что то идёт не так. Нил был слишком… Не скучным. Блондин не мог подобрать другого синонима. В голове крутились разные предположения, но ничего из этого не складывалось в один пазл. Излишняя осторожность, вечно бегающий взгляд, мешковатая одежда и рваные шрамы на пальцах, которые не удалось скрыть. Нил скрывает многое, и для него будет лучше, если правда окажется безопасной для Эндрю и его семьи. Пускай он сбегает. Оборотень уже связан по горло веревками дурацкой традиции. Нила вернут с вероятностью в сто процентов и накажут. Да так, что он точно подумает дважды, прежде чем соваться на улицу без партнёра. И плевать, что накажут обоих. Оборотень уже скрылся на втором этаже. Плечи Эндрю слегка опустились, когда он с облегчением осознал, что им не придется делить одну комнату. В противном случае Нил бы занял место на коврике у входа. За окном уже темнело, а значит Эндрю стоило вновь заняться «сном». Гораздо комфортнее называть это странное занятие именно привычным человеческим словом. Поднимаясь на второй этаж, Эндрю уже запоминал положение каждой скрипучей ступеньки. Эта информация точно пригодится ему в будущем. Под потолком спальни была натянула светодиодная лента, создавая никому не нужный уют. Фиолетовая подсветка резала глаз и больше напоминала чье то увлечения к выращиванию запрещенных веществ. Большая двухспальная кровать стояла посередине, уменьшая пространство в комнате и возможность спокойно ходить от стены к стене. Он не был у себя дома, не чувствовал безопасность, и перчатки все также сковывали руки даже во «сне». Эндрю сидел на кровати, спиной опираясь на изголовье, чтобы чувствовать опору. Дверь закрыта на замок, чутье все ещё ощущает присутствие оборотня на этаже. Блондин закрыл глаза и погрузился в свои мысли, которые медленно успокаивали тело. Через время чутье перестало слышать Нила. Возможно, это случилось утром, а возможно — сразу же, как только Эндрю закрыл глаза. Мертвая тишина и отголоски запаха псины — все, что осталось от оборотня. Как далеко он успеет убежать, прежде чем его за шкирку кинут на место? Блондин помотал головой, осознавая, что правда задумался над этим вопросом и даже сделал ставки.

***

Он не сомкнул глаза до глубокой ночи. Не мог позволить себе потерять бдительности хотя бы на мгновение, находясь в четырех стенах с вампиром. Нил ходил по комнате, громко втягивал воздух, проверяя окружающий мир на наличие опасностей. Все было обманчиво тихо. Нил не верил этой тишине также, как не верил себе. Какого черта он вообще показался другой расе? Теперь его запомнят. Ему нужно сменить внешность как можно скорее. Открыть окно не составило труда, как и спрыгнуть на пушистый снег. Следы могут стать проблемой, поэтому Нилу придется петлять и надеяться, что ветер скроет все улики. Парень сделал прыжок и обернулся прекрасным лисом. Разорванная на клочья одежда осталась лежать в дома как ненужная тряпка. Рыжая шерсть переливалась под лунным светом, словно шёлковая. Часть уха отсутствовала, показывая всему живостному миру, что будет, если лис попалет в капкан. Шрамы вдоль тела не обрастали новой шерстью, создавая вид болезненности. Это пугало многих зверей, так что Нил не очень переживал, что на него нападет другой рыжий представитель. Глубоко-синие глаза выдавали его сущность. Нигде не встретишь лиса с таким оттенком радужки. Это часто тревожило Нила, как того, кто бежит от всех проблем уже много лет. Смохнув с хвоста снег, он помчался вглубь леса, не смея оглянуться. Он будет бежать, пока лёгкие не начнет жечь от боли, а лапы перестанут гнуться. Нил найдет оставленную другой лисой нору, переждет ломату тела и вновь бросится бежать. Деревья проносились перед глазами с ужасающей скоростью. Нил прыгал от одной кочки к другой, а из пасти клубками вылетал пар. Его хвост служил рулём, помогающий не потерять управление и координацию. Сколько раз он убегал от охотников, желавших сделать из него чучело и повесить его тушку на полку? Он уже перестал считать. В ушах звенело от не прекращающегося ветра. Он остановится только на мгновенье, чтобы перевести дух. Лапы гудели, а мороз потрескал подушечки. Глухой выстрел оборвал мысли. Бедро неприятно свело от иглы дротика. Он облажался. Нужно бежать, пока есть силы. Нил сорвался с места, но чья то рука схватила за загривок и поднял над землёй. — Прекрасная шуба, мне нравится. — Мужчина средних лет и с средней щетиной потряс лиса в воздухе и тихо засмеялся. Нил чувствовал запах алкоголя и сигарет. Он отчаянно клацал зубами в попытках дотянуться до человеческих рук, но слабость волнами накрывала маленькое тело. Не было сил даже обернуться в другое обличие. Он просто обмяк в чужих руках.