Последний день рождение

Ночь накрыла Питер быстрее, чем Антон успел заметить. В сухой одежде он вернулся на подоконник, просто не зная, куда себя деть. Сейчас его комната была его убежищем. Это было как живое существо, умеющее говорить и думать, но нужно уметь слушать. В отличаи от всего дома, там даже запах другой... родной. Закрыв глаза, парень упёрся лбом в холодное стекло. Интересно, а если спрыгнуть с третьего этажа, сколько придётся лететь? И сможет ли он умереть? Вообще, умирать не хотелось. Правда. И порезы на руках не из-за глупого желания, а из-за окружения. Если кричать ртом, тебя могут услышать. И кто знает, что будет потом? А если выражать крики, эмоции и скандалы так... получается, как комната, которую никто не умеет слушать. Арсений, тем временем, уже давно скрылся из окна, зато вскоре вышел на улицу... с собакой? Кто бы мог подумать, что у такого мужчины кщё и есть собака. М:Антон! Иди сюда! У парня даже дыхание перехватило. Это хорошим не закончится. Он нехотя слез с подоконника и подошёл на кухню Ан: что такое? М: сгоняй мне за водочкой... Ан: но мне не продадут. Да и денег нет... М: деньг возьми в сумке. А если не продадут... можешь не возвращаться... Ан: всмысле? Ты... выгонешь меня? М: быстрее! Антон как-то рефлекторно направился к сумке. Опомнился лишь когда холодный воздух подул ему в лицо и пробрался до самых костей. Не стоит недооценивать осенние вечера. Арсений всё ещё гулял во дворе с собакой. Делать было нечего... Ан: Арсений, добрый вечер. Извините, забыл в прошлый раз спросить - начал парень максимально вежливым тоном - а сколько вам лет? Ар: привет, Антош... мне 26, а что... Ан: помните, я вам должен.. а мы тут с друзьями на вписку собрались - на самом деле Антон даже не знал, что означает это слово, просто часто слышал его от сверсников - так вот. Можете алкашку нам купить? А со здачи долг забрать? Антон протянул ему пару бумажек. Арсений нехотя согласился и протянул Антону поводок, чтоб тот последил за собакой. Незадолго после ухода Арсения, собака погналась за машиной, выезжавшей из соседнего ЖК. Того самого, "нарисованого". Антон, который, как оказалось, слабее собаки, неволлно побежал за ней. Точнее, собака его потянула. Он бежал, почти щаплетаясь в собственных ногах, собака моиала его по всему району, а капюшон, ветер и листья деревьев закрывали Антону глаза. Он так бы и бегал, как ненормальный, если бы не упёрся в тёплое плечо, чужая рука не забрала поводок, а знакомый голос не приказал бы собаке "стой". Причём так строго, что даже Шастун замер.