Кто из нас не хотел бы стать лучиком солнца?

Минуя занавешенные шторы, злотистый лучик восходящего солнца добрался до оставленной в попыхах щелки между плотными тканями, и пробрался внутрь комнаты, осветив мерцающие в воздухе пылинки. Первым, на что наткнулся свет были разбросанные на пушистом ковре у кровати вещи, фиолетовая рубашка, с оторванной пугавицей неподалеку, пара скомканных брюк и водолазка. Привлекла внимание лучика и свесившаяся с края матраса нога. Светлые волоски на ней начали поблескивать. Луч продолжил свое движение, очерчивая мужские бедра и перекинутую через них другую ногу, более длинную и гладкую. Хозяин этой ноги полулежал на золотистой груди, отвернувшись от окна, поэтому, когда свет коснулся его плеч, усыпанных следами укусов и страстных поцелуев, тот никак не отреагировал. От того, будто возмутившись, свет поплыл выше, согревая теплом такие же разукрашенные плечи и шею блондина. Жажда внимания становилась все сильнее, тогда луч коснулся приоткрытых пухлых губ, между которыми припрятался длинный светлый, с зелёным оттенком на конце, локон волос. Загораясь ещё ярче и посылая жар по уже освещенным местам комнаты, кончик луча достиг светлых ресниц, и в комнате прозвучало недовольное мычание. Сенку приоткрыл глаза и тут же зажмурился от бьющего в глаза света. Подняв свободную руку, чтобы та бросала тень на лицо, юноша осмотрелся в комнате. Разбросанные на полу вещи вовсе не являлись проблемой, чего не скажешь о скинутых со стола в пылу страсти учебниках и чертежах. О нет, кажется на одном из них уже успело засохнуть пятно от пролитой банки колы, интересно, что расстроит Гена больше: испорченный совместный проект или навсегда потерянные миллилитры любимого напитка? Улыбнувшись своим мыслям, Сенку повернул голову в сторону любимого и уткнулся носом в растрепанную черно-белую макушку. Лёгкий цветочный аромат тут же окутал его вуалью и ещё больше расслабил. Желая вдохнуть его ещё больше, юноша обвил руками гибкое тело на себе и поттянул выше, с удовольствием прикрыв глаза. Сколько раз он отказывал себе в спокойном и медленном пробуждении, выбирая работу, сколько раз Ген обиженно отворачивался от него по утрам, когда мужчина вскакивал со своего места ещё до появления первых лучей солнца. Но наконец, месяц дедлайна подошёл к концу, и Асагири, полный радости, в перемешку с возмущением, накинулся на него ещё в коридоре у входной двери, до середины ночи компенсируя возникший месячный недостаток внимания, да так, что пол квартиры разнес. Сенку был счастлив. Он немного потянулся, покряхтев от боли в спине и руках, после чего опустил ладони на прежнее место, погладив бархатистую и нежную кожу Гена. И как он жил без этого ощущения целый месяц? Сон все не шёл, поэтому Сенку, лениво раскрыв алые глаза, начал рассматривать подзабывшуюся картину "Любимого человека теплым ленивым утром". Кожа того сияла аки вампирская, из того популярного фильма, просмотр которого Асагири считал обязательным составляющим каждого прихода осени. Особенно блистательно сейчас смотрелись две упругие половинки задницы, очень кстати оказавшиеся на нем сверху, ещё и под лучами солнца. Те выглядели как лучший в жизни трофей и награда, или самая любимая сладость, хоть Сенку и не был фанатом десертов. Возможно ли было по формуле вычислить, к какой из этих категорий в действительности относится задница Асагири? Сенку явно не хватало данных для расчета. С лёгким нажимом, шершавые ладони начали спускаться по спине вниз, оглаживая пальцами каждый позвонок и изгиб на чужом теле. Добравшись до нужного места, Сенку сжал в руках две мягкие половинки и довольно выдохнул в макушку Гена. Одной рукой принявшись слегка поглаживать гладкую кожу, другой он начал попеременно то сжимать то разжимать ягодицу. Та идеально ложилась в раскрытую ладонь и чуть подрагивала, стоило резко разжать мышцу. Привставший от этих игр член уткнулся во внутреннюю часть бедра Асагири, и тогда в голову Сенку пришла идея. Поудобнее ухватившись за талию и плечо Гена, юноша полностью передвинул его себе на грудь, а также коленом подтолкнул чужую ногу так, чтобы те, сомкнувшись, оказались между его собственных. Идеальное чувство жара и тяжести чужого тела. Ишигами ухмыльнулся и, не удосужившись даже проверить, не проснулся ли от подобных ласк Ген, расположил член между бледных гладких ножек. С мокрым шлепком головка приземлилась на одну из ягодиц, оставив под собой полупрозрачную каплю. Прикусив от интереса и азарта губу, словно пробуя смешивать неизвестные химикаты для открытия новой реакции, Сенку уложил член между ягодицами и сжал их вокруг ствола. Хоть те и не давали необходимого давления, само зрелище было во истину волнительным. Массирующими движениями, юноша продолжил мять любимые половинки, от чего с головки члена вниз упала ещё пара капель. Плавясь от ощущений, блондин закрыл глаза, отдавая власть над разумом остальным органам чувств. Нагретая под солнцем, в меру мягкая, и в меру упругая задница в его руках действовала как антистресс, член периодически проезжался между ягодиц, касаясь влажного входа, из которого от лишних телодвижений, струйкой начала вытекать сперма, сохранившаяся еще со вчера. Только больше размазывая её по входу, с лёгким причмокиванием, головка так и норовила скользнуть внутрь, но Сенку сдерживался. Было в этом что-то дразняще-приятное. Горячее тело сверху не двигалось, зажатый между телами член Гена был так же твёрд, а сам Асагири лежал уткнувшись носом в шею Сенку, обдавая жаром ключицы и тихо постанывая. Аромат цветов в комнате приобрёл какой-то жаркий, пряный аромат. Отдавшись приятным ощущениям, Сенку и сам не заметил, как приподнял одну из рук и щлепнул по одной из ягодиц, однако резкий звук и удивлённый стон прямо под ухом заставили его замереть. – С-Сенку-чан... Юноша опустил свой взор ниже и наткнулся на буквально пунцовое лицо Гена, глаза которого неловко бегали из стороны в сторону. Какая забавная реакция, а вчера эти глаза буквально пожирали его хитрым взглядом... так стоп, кажется его поймали. Сенку быстро отвернул голову в сторону, чувствуя, как и у самого щеки заливаются краской. Кажется это рассмешило юношу на нем, из-за чего тот тихо посмеялся в открытую шею и начал водить по ней носом, мурлыкая: – Твой научный интерес к моей заднице конечно известен давно, это одна из лучших моих частей... но чтобы настолько, да ещё и без разрешения... - Асагири прикусил кожу под собой и вытянул шею, дабы прошептать следующие слова на ухо любимому, - ай, ай, ай, Сенку-чан, ты такой плохой мальчик. Как тебе не стыдно? Ишигами ухмыльнулся, посильнее сжав руки на ягодицах. Услышав довольных вздох у себя над ухом, он осмелел и повернул голову обратно, с уверенностью смотря Гену прямо в глаза. – С анатомической точки зрения она просто идеально ложится ко мне в руки, так что я не вижу ничего "плохого" в том, чтобы вернуть её туда, где ей место, - Ген прыснул от смеха, - что касается "стыда", то единственное, за что мне сейчас стыдно – это за потерянные утренние сеансы расслабления вместе с тобой. Признаю их эффективность и пользу. – И какую же? – Помогают настроиться на продуктивный день. – Продуктивный? - Асагири недовольно нахмурился, - разве сегодня у тебя нет никаких дел? Сенку ухмыльнулся и резко перевернул их обоих, нависнув над Геном, - отнюдь. Юноша прижался к сладким, покусанным губам в поцелуе, проглатывая чужой довольный стон. Руки Гена сразу обвились вокруг его шеи, и Сенку довольный опустился на него сверху. Отстранившись, чтобы вдохнуть побольше воздуха, он через секунду вернулся к губам и просунул между ними язык. Комната наполнилась нескромными, но приглушенными поцелуем стонами и вздохами. Тонкие пальцы Гена поднялись выше и с удовольствием сжали светлые волосы Сенку у корней, за что Асагири получил небольшой укус. – Ай... Казалось зубы лишь слегка сжали нижнюю губу, но после вчерашнего она ещё не успела зажить, а потому на ней выступила капля крови. В извиняющемся жесте Сенку лизнул её и продолжил поцелуй уже в более медленном и нежном темпе. Довольный, Ген мурлыкнул в поцелуй и приподнял одну из ножек, обняв юношу над собой и потеревшись о чужой пах. Тело сверху вздрогнуло, после чего Ишигами приподнялся над ним, глядя слишком уж серьёзно. – Устал после вчерашних скачек? Не сразу поняв смысл вопроса, Ген усмехнулся и прикрыл глаза, щурясь от тёплого луча света, освещавшего кровать. – Не сильно, но думаю я пока не достаточно проснулся, чтобы... ох! Такого ответа Сенку было вполне достаточно, он резко перевернул юношу под собой на живот и положил руки на полюбившиеся ягодицы, разведя их в стороны. Вслед за ними слегка раскрылось расслабленное колечко мышц, внимательно оценив вид которого, Сенку кивнул своим мыслям и поднялся повыше, прижавшись членом ко входу. – Ты не против? - спросил он на всякий случай и услышал довольный смешок под собой. – Шутишь? Держа ягодицы разведенными, Сенку смотрел как головка медленно проникает внутрь. Стенки жадно охватывают её со всех сторон и радостно сжимаются, когда член входит глубже. Завороженный этим зрелищем, Ишигами проводит языком по приоткрытым губам и вытаскивает член обратно, наслаждаясь видом одиноко сжавшегося колечка мышц и тонкой нити липкой спермы, связывающей головку и вход, не желающий отпускать его. Очевидно, что Сенку сам выдумал все эти сложные эмоции, вряд-ли анус Гена способен на умственную деятельность, но выглядело это и правда забавно. Приятно было также, что Асагири не возражал такому разглядыванию, он смущался, лежал под ним с красными щеками и глубоко дышал, но не сводил таких же восторженных глаз с Сенку. Люблю... Юноша вернулся к своему занятию, медленно скользя внутрь. Где-то на половине пути он услышал под собой сладкий стон и решил задержаться на этом месте, слегка покачиваясь. Расслабленное, подрагивающее тело Гена стоило этого промедления. Сенку же сжал вместе ягодицы в руках и медленно вошёл до конца, зажмурившись от удовольствия. Стоило остаться в этом месте ещё со вчера, Сенку было сложно описать свой восторг от ощущений жара и давления любимых стенок. Юноша наклонился, прижавшись грудью к бледной изогнутой спине, а носом - уткнувшись в затылок, тут же начав целовать чужие плечи. Он медленно двинул бёдрами назад, почти полностью вытащив член из горячих объятий, и вперёд - наслаждаясь причмокивающим звуком, с которым его встречали обратно. Увлекшись этим занятием, Сенку медленно двигался внутри Гена, пока не услышал тихий шёпот. Любимый лежал под ним с повернутой ладонью к верху правой рукой. Не медля, Ишигами переплел их пальцы и развёл коленями чужие ноги. – Держи вот так, повыше, - прошептал он. – А, ага... хах, я чувствую себя лягушкой на лабораторном столе... ах, - Ген застонал, когда почувствовал, что при новом толчке член зашёл куда глубже, - дааа. – Так лучше? – Да, вот так... дааа Вдохновляемый непрекращающимся постанываниями и шептом из комплиментов, Сенку приподнял бедра Гена, выстраивая идеальный угол для входа. Асагири под ним закатил глаза и начал стонать, когда головка члена каждый раз давила на простату и проезжалась по ней. Ещё немного сжав ягодицы и приподнявшись на коленях, Сенку изменил угол входа так, чтобы точка приложения силы была сосредоточена именно на простате, после распределяясь по остальным стенкам. А кто-то ещё думает, что от физики пользы нет, ага, вон поглядите. Ускорив движение, Сенку наблюдал как юноша под ним, способный из-за усталости или удовольствия лишь беспорядочно сжимать и разжимать руки, громко стонал его имя и пускал слюну на подушку. Не успевал сглатывать между стонами. Сенку, еще больше ускорившись и начав вдалбливаться в излюбленное местечко, почувствовал, как стенки внутри крепко сжали его, а тело под ним начало трястись от удовольствия. – Да... Сенку-чан, молю, мой хороший... агх, дааа. Пожа-луй-стаа... Ишигами прижал Гена к кровати, держа руки на побелевших от крепкого удерживания ягодицах и продолжил биться головкой о простату, слизывая тонкие дорожки слез с лица возлюбленного. – Я... я уже... Сенку ухмыльнулся, напрягаясь всем телом и кусая губу. Он собрался с силами и начал прицельно бить по простате со словами: – Ай, - шлепок и Ген приподнял голову в удивлённом крике полном удовольствия, - ай, - Асагири закатил глаза и снова вскрикнул, сжав руки на подушке, лишь бы удержать положение, - ай, Ген, - член юноши не выдержал, и зажатый между кроватью и телом изверг из себя струю спермы. Однако, расслабившийся, Ген тут же оказался снова прижат к кровати, уткнувшись лицом в подушку, потомучто Сенку ещё не закончил говорить и с каждым словом он входил снова, все глубже, сильнее и ненасытнее, вызывая разряды тока по всему телу. – Плохой, - член опять глубоко вошёл и Ген всхилпнул от переполняющих ощущений, - мальчик, - Асагири вскрикнул и задрожал плечами, предвещая окончания собственной, брошенной в шутку фразы. – Как... тебе... не стыдно... заканчивать... без... меня! - с рыком Сенку вошёл до упора и начал изливаться внутрь. Гена под ним трясло, мокрое пятно на кровати, как казалось тому, стало ещё больше. Сжатые стенки не выпускали член, лишь рывками горячая жидкость выталкивалась наружу из покрасневшего, растянутого входа, заполняя комнату запахом каштана. И ладно, Сенку не планировал выходить сразу. Он устало повалился сверху на любимого и перевернулся на бок, прижав Гена к груди и обвив левой рукой, а правой гладя по голове. – Ты как? – Ты жесток, - шмыгнув носом ответил Ген, - затеять такое сутра... откуда в тебе вообще силы? Сенку усмехнулся и прижал Асагири ближе, из-за чего член, немного вышедший из горячего нутра, резким толчком вернулся внутрь. – Просто смог настроиться на продуктивный день. Ген усмехнулся и повернул голову в его сторону: – Действительно... волшебное средство, но было кое-что, что мне не понравилось. Сенку тут же вскочил, приподнявшись на одной руке и внимательно оглядел всего Гена. – Живот болит? Вот черт, не надо было... – Нет, глупый... ты просто слишком мало меня целовал. Сенку удивлённо моргнул и расплылся в улыбке, начав расцеловывать лицо Гена. Тот, засмеявшись, отвернулся в сторону чтобы сказать: – Только занавесь штору, тут слишком светло... а мне теперь, кажется, нужно ещё немного поспать. Сенку аккуратно вышел и встал с кровати, поправляя ткань на окне. Послышались отдаляющиеся шаги, а после - звуки поцелуев и смеха.