Белый плен

Сейчас. Алекс. Когда я услышал эти ужасные слова, в моей голове было только одно — убить. Но Кейтлин обняла меня и начала плакать. — Прошу, не делай того, о чём думаешь, — сквозь слёзы произнесла она. — Хорошо, — ответил я, сдерживая гнев. Когда она успокоилась и уснула, я положил её обратно. А когда хотел выйти, меня остановил голос одного пациента в её палате. — Я могу помочь, — произнёс женский голос. Я присмотрелся сквозь темноту — на койке сидела молодая женщина лет тридцати пяти. — Кто вы? — спросил я строгим голосом. — Я работаю в полиции, в отделе по особо тяжким делам, — тихо ответила женщина. — И как вы мне поможете, лёжа в больнице? — спросил я саркастично. — Мне аппендицит вырезали, а не мозг, так что можете не переживать, — парировала она. — Лучше доверьте это дело моим коллегам, если хотите защитить её, а не разбить ей сердце тем, что нарушите закон, — ответила она, словно читая мои самые тёмные мысли. — Как вы?.. — удивлённо спросил я. — Я работаю в полиции, понимать людей — моя обязанность, — ответила она, улыбаясь, словно утешая меня. — Я позвоню своим коллегам, просто дайте мне адрес преступника, и мы его схватим, пока он не сбежал. Она достала телефон и набрала номер. Не знаю, судьба это или видение, но Бог как будто всегда оберегает мою Кейт, хоть и не всегда правильно или так, как хотелось бы. Однако, кажется, меня тоже это задело. Я продиктовал адрес и просто ждал, когда они приедут и в больницу, чтобы взять показания. Его нашли спустя жалкие два часа, когда он пытался сбежать на автобусе в другой город, но всё было тщетно, и его мать тоже арестовали за соучастие. Когда Кейтлин проснулась, у неё взяли показания. Она сжимала мою руку, рассказывая об ужасах, что испытала тем вечером, а я сдерживался, чтобы не сорваться и не набить морду тому ублюдку. Я сидел на краю больничной койки, держа руку Кейтлин. Она спала, но её пальцы всё ещё сжимали мою ладонь. В дверь постучали: на пороге стояла та самая женщина-детектив, уже в гражданском — строгая, но с тёплым взглядом. — Он дал признательные показания. Его мать тоже. Они не выйдут раньше, чем через десять лет, — тихо сказала она. — Ваша девушка в безопасности. Я кивнул, не отпуская руку Кейтлин. Месть больше не горела в груди. Теперь там было что-то другое — твёрдое, как сталь, и тихое, как обещание. Обещание защищать. Не разрушая себя.