Белый плен

Годжо Сатору. План Элизабет был неплох, но основан на жалости. Мне же нужна была безупречная логическая ловушка. Я вызвал к себе в офис юриста, который вёл дела по её дому. — Покажите мне её договор аренды. Через пять минут я улыбался. Это было даже лучше, чем я мог предположить. Старый контракт, составленный ещё предыдущим владельцем, содержал любопытный пункт 4.1: «Арендная плата рассчитана на проживание двух совершеннолетних лиц. В случае проживания одного арендатора, сумма пересчитывается с коэффициентом 1.7». Элизабет съехала. Лора жила одна. Технически она уже месяц нарушала договор, не доплачивая. Я не стал покупать дом. Я просто приобрёл права требования по её долгу у того же владельца — за символическую сумму, которая для него была находкой, а для меня — мелочью. На следующий день я поднялся к её двери. Не с чемоданом. С папкой. Она открыла. Взгляд стал каменным. — Ты? Опять. — По делу, — я протянул папку. — Официальное уведомление от вашего арендодателя. А точнее — от лица, которому он уступил права требования. Согласно пункту 4.1 вашего договора, с момента отъезда мисс Тейлор вы обязаны доплачивать 70% к ежемесячной плате. За прошедший период у вас образовалась задолженность. Вот расчёт. Я наблюдал, как её глаза бегут по цифрам. Она побледнела. Сумма была для неё неподъёмной, особенно в одиночку. — Это… бред. Этого не может быть. — Контракт за вашей подписью, Лора. Всё может быть, — я сделал паузу, дав цифрам сделать свою работу. — Арендодатель вправе вас выселить с взысканием долга через суд. Ваша кредитная история в Лондоне будет уничтожена. Она молчала, сжимая листы. Я видел панику на её лице — ту самую, холодную и безвыходную. — Однако, — продолжил я, и мой тон стал «деловым», почти сочувствующим, — как новый кредитор, я могу предложить решение. Я аннулирую долг и верну базовую ставку аренды, соответствующую договору… если условия пункта 4.1 будут соблюдены. То есть, если в квартире будет проживать два человека. Она медленно подняла на меня глаза, уже понимая, к чему я веду. — Ты… — Я, — подтвердил я, кивая. — Это чистая логистика и выполнение условий контракта. Я займу комнату или диван. Вы избежите долга, суда и выселения. Я получу жильё, соответствующее моим временным потребностям в этом районе. Все пункты договора будут соблюдены. Это не личное, Лора. Это просто наиболее рациональный выход из правового тупика для обеих сторон. Я сделал шаг назад, давая ей пространство. — Вам не нужно отвечать сейчас. У вас есть 48 часов до направления уведомления арендодателю о начале процедуры взыскания. Папка с моим предложением и контактами — у вас. Выбор, как всегда, за вами. Хотя, если мыслить логически… выбора, по сути, и нет. Я развернулся и ушёл, оставив её на пороге с папкой, в которой был не долг, а зеркало её безвыходности. Я не угрожал. Я просто обнажил последствия её собственных решений и предложил единственный легальный спасательный круг.