Platonic? Really?

Спустя месяц ребята привычной компанией собрались в комнате Лукаса. Пол был усеян комиксами, обёртками от конфет и скинутыми подушками. Оди и Макс, развалившись на кровати, о чём-то оживлённо шептались, периодически поглядывая в угол комнаты и хихикая. Лукас и Дастин яростно спорили в центре комнаты, размахивая новыми выпусками комиксов.  В том самом углу, чуть в стороне от общего веселья, сидели Майк и Уилл, скрестив ноги. Майк нервно теребил край ковра, его улыбка была натянутой. Месяц дался ему не так легко, как он предполагал. Из головы не выходили слова Оди о том, что он чего-то не замечает. Может, она права, раз он не заметил, как они с ней отдалились? Но что именно? Уилл сидел рядом с ним, как и всегда. Их колени почти соприкасались. – Ты как? – когда смех Дастина стал особенного оглушительным, тихо спросил Уилл, наклонившсь так, что его плечо задело плечо Майка. – Всё в порядке?  Майк обречённо и устало вздохнул. Он наклонился к Уиллу так близко, что его губы почти коснулись его уха. В этом жесте была привычка, выработанная месяцами, а то и годами.  – Не знаю. Всё как-то странно. Не понимаю, как теперь с ней общаться. Как будто правила поменялись, а новую инструкцию мне так и не выдали. – Ничего, – так же тихо ответил Уилл и мягко ткнул его коленом. – Ты привыкнешь. Вы всё те же друзья. Просто без... ну всякого, – он ободряюще улыбнулся ему. – Она же классная. И ты классный. Всё будет хорошо.  Майк посмотрел на него, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на короткое облегчение. Он неосознанно прижался лбом к плечу Уилла.  – Спасибо, – выдохнул он, и Уилл на долю секунды коснулся щекой его макушки.  С кровати тут же донёсся сдавленный, но звонкий смешок. Майк резко отпрянул от Уилла, как ошпаренный. Уилл непонимающе замер, глядя на него. Оди и Макс смотрели прямо на них, прикрыв рты ладонями, а их плечи мелко дрожали от беззвучного смеха. В глазах Макс прыгали самые настоящие дьяволята. Майк почувствовал, как по его шее разливается предательский жар. Он совершенно ничего не понимал.  Тем временем Лукас поднялся на ноги, стряхивая крошки с джинсов.  – Предлагаю всем устроить перерыв на еду, – согласный гул донёсся с каждого уголка комнаты. – Дастин, поехали со мной за пиццей. Уилл, ты тоже, поможешь довезти газировку. Майк, оставляем тебя в лучшей компании, – он послал девочкам воздушный поцелуй, те хихикнули и ответили тем же.  Прежде чем подняться, Уилл метнул быстрый, вопросительный взгляд на Майка, одними губами спрашивая: "ты точно в порядке?". Майк, снова чувствуя на себе прицельные взгляды Оди и Макс, поспешно кивнул.  – Да-да, иди. Я подожду. Всё норм.  Дверь захлопнулась, и в комнате повисла неловкая тишина. Майк съёжился под двумя парами глаз, которые, казалось, просверливали его насквозь. Очередное их переглядывание, и Майк не выдержал: – Ну что? – его голос был резким и оборонительным. – Что смешного? Оди, ты же сама говорила, что мы друзья. А друзья так не поступают – не пялятся и не хихикают над тобой! Вы уже месяц так делаете, в чём дело?! Макс громко фыркнула. Затем, недолго думая, подвинулась к Оди вплотную, обхватила ее коленку и, прильнув губами к ее уху, прошептала на всю комнату томным, нежным голосом: – О, мой дорогой, мой единственный Уиииилл! Всё ли у тебя хорошо, солнышко моё?  Оди фыркнула и с той же театральной нежностью взяла руку Макс в свою и чмокнула её ладонь. – Конечно, мой любиииимый. Ведь ты рядом, а больше ничего и не нужно.  Они обе фыркнули и закатились смехом. Майк резко вскочил.  – Вы совсем с катушек съехали? – крикнул он. – Что за херня?! Смех стих не сразу. Оди вытерла слезу и посмотрела на него уже серьёзно, но в уголках губ ещё играла усмешка.  – Майк, это не херня. Это буквально зеркало. Или ты до сих пор этого не видишь? Вы прилипли друг к дружке, только слепой этого не заметит. Признайся уже самому себе.  – Что признать? Что мы друзья? – разгорячился Майк, его щёки и уши пылали. – Да, мы близкие друзья. И да, он многое пережил, ему необходима поддержка, особое отношение. Вам-то что до этого?  – О, боже, – Макс закатила глаза. – Да мы все многое пережили. Меня тоже чуть не прикончили, но меня ты за коленку не тискаешь и на ушко мне не шепчешь. Хотя, погоди, – она притворно задумалась. – Нет, не шепчешь. И почему же?  – Потому что у тебя для этого есть Лукас! – выпалил Майк первое, что пришло на ум, и тут же понял, что совершил ошибку.  Девочки переглянулись и разразились новой волной смеха.  – Точно! – сквозь смех произнесла Оди. – А у Уилла для этого есть ты. И он просто сияет каждый раз от твоей поддержки. Каждый раз! – Вы всё переворачиваете с ног на голову! – Майк задрал подбородок, пытаясь выглядеть увереннее, но его голос дал трещину. – Мы просто... близкие друзья. Лучшие друзья! И да, я его... ценю! И забочусь! Что в этом такого, я не понимаю? – То, что ты это делаешь только с ним, болван, – безжалостно констатировала Оди.  – Неправда, – фыркнул Майк, продолжая обороняться. – Вы просто не смыслите ничего в настоящей мужской дружбе, в платонических отношениях! – Платонических? – Макс закатила глаза так, что, казалось, увидела собственный мозг. – Серьёзно?  – Серьёзно, – противным голосом передразнил её Майк, и они оба скривили гримасу друг другу. – Я была твоей девушкой, Майк, – мягко, но неумолимо перебила их Оди. – Я лучше всех знаю, как ты ведёшь себя с друзьями, а как с теми, кто тебе нравится. И ты сейчас краснеешь и злишься, не потому что мы неправы, а как раз потому что мы правы.  – Я не краснею! – тут же взвился Майк, чувствуя, как щёки начали пылать ещё сильнее вопреки словам. – И я не злюсь! Просто вы несёте какую-то чушь! Да он мне как брат! Оди фыркнула и повернулась к Макс: – Макс, у тебя же есть брат. Станешь ли ты с Билли так тискаться и смотреть на него томными глазками?  Макс скривилась, высунув язык и изобразив тошноту.  – Фу, Оди! Ужасно! Сравнение было настолько абсурдным и отвратительным, что Майк сам онемел на секунду от возмущения.  – Это тупое сравнение! Уилл – не Билли. Уилл – это... это Уилл! – выкрикнул он, понимая, как глупо это звучит, но уже не в силах был остановиться.  Оди и Макс снова переглянулись с понимающими улыбками.  – Именно, – мягко произнесла Оди. – Уилл – это Уилл. Только с ним ты таешь как мороженное на солнышке и говоришь с ним таким тихим голоском. И смотришь на него так, будто он... не знаю, звезду тебе с неба достал.  Майк замолчал, осознав всю глубину этого спора. Он стоял, сжимая кулаки, и пытался сохранить остатки достоинства, хотя внутри всё кричало, что они правы. Ему нравилось то, как они с Уиллом вновь стали близки. Нравилось это тихое понимание, эти случайные, иногда нарочные прикосновения. Но признать это вслух... означало перевернуть весь его мир. И мир Уилла.  Оди и Макс снова переглянулись. Их взгляды были уже не насмешливыми, а почти что деловыми.  – Хорошо, Майк, – сказала Оди. – Предлагаем пари.  – Пари? – насторожился Майк. – Пари, – кивнула Макс, её глаза блестели азартом. – Раз ты так уверен в том, что ваши отношения сугубо платонические, – они обе тихо фыркнули от смеха, – докажи это.  – Как? – выдохнул Майк, уже понимая, что попал в ловушку.  – Веди себя с Лукасом точно так же, как ведёшь себя с Уиллом. Неделю.  Оди снова начала смеяться, представляя себе эту картину.  – С Лукасом? – Майк смотрел на неё, нахмурившись. – С твоим Лукасом?  – А что такого? – невинно спросила Макс, хлопая глазками. – Или ты уже понимаешь, что что-то не так?  Майк фыркнул, но промолчал.  – Неделя, – повторила Макс. – Если к следующей субботе Лукас не сбежит от тебя с криками и не начнёт меня допрашивать, что с тобой случилось, – мы признаем поражение и заткнёмся навсегда.  – Даже извинимся, – кивнув, добавила Оди.   – А если сбежит? – тихо спросил Майк. – Тогда ты, наконец, примешь в себе эти чувства, – твёрдо произнесла Оди. – Признаешься самому себе. И, может, даже скажешь об этом Уиллу.  – И, возможно, даже поблагодаришь нас, – добавила Макс с лёгкой ухмылкой.  Внутри Майка все кипело: обида, злость, смущение и это противное сомнение. А что, если...? Нет. Чушь. Он докажет. Он докажет им всем.  Он резко выпрямился, упрямо вскинул подбородок и решительно шагнул к ним, протягивая руку.  – По рукам! Вы проиграете. И поймёте, наконец, что такое настоящая дружба!  Оди и Макс поочередно пожали ему руку. Их рукопожатия были твёрдыми и без тени сомнения.  – Да-да, конечно, – язвительно пропела Макс. – Готовь свои лучшие томные взгляды для Лукаса. Это будет эпично! Майк отвернулся, хмыкнув. Он попытался представить себе на месте Уилла Лукаса, примеряя к нему все те жесты, которые с Уиллом выходили сами собой. От одной это мысли стало не по себе. Но Майк не собирался сдаваться. Он докажет им, что их отношения с Уиллом – исключительно платонические. И себе тоже докажет.