Расколотая завеса Генсокё

В воздухе Генсокё царила неестественная тишина, словно сама ткань реальности была истончена. Цветущие вишни, обычно колышущиеся на ветру, теперь безвольно висели, их лепестки почернели по краям. Рейму Хакурей стояла на территории храма, её обычное спокойствие было нарушено нарастающим чувством ужаса, пронизывающим её насквозь. «Что-то не так», — пробормотала она, крепче сжимая соломенную метлу. Граница между сном и реальностью в Генсокё всегда была размытой, но здесь всё было иначе. Это было похоже на гниль, на гноящуюся рану в самом мире. Через долину её взгляд привлекло какое-то движение. Фигура — нет, уже не совсем человек — двинулась вперёд. Это была Мариса Кирисаме, но не такая, какой её знала Рейму. Её некогда игривая улыбка теперь превратилась в безумную гримасу, глаза сверкали нечестивым светом. А между ног… нечто гротескное, пульсирующее, слишком большое, чтобы быть естественным. Сама реальность, казалось, отшатнулась от присутствия Марисы, деревья склонились, словно отталкиваемые какой-то невидимой силой. Коиши Комейдзи всегда была порождением снов, но даже она не была готова к тому, что ждало её в извращённом пейзаже Генсокё. Она бродила по лесу, её носки с рюшами — некогда такие нежные и очаровательные — теперь были испачканы грязью и чем-то более тёмным. Она нашла Рейму возле святилища, и они обе наблюдали, как форма Марисы всё больше искажается. Воздух вокруг неё мерцал, и на мгновение Коиши увидела не человека, а извивающуюся массу щупалец и глаз, существо, которому никогда не должно было существовать в этом мире. «Мариса… во что ты превратилась?» — прошептала Рейму дрожащим голосом. Мариса обернулась, её смех раздался неестественно громко, словно доносился откуда-то из-за пределов физического мира. «О, Рейму! Коиши! Вы пришли увидеть мой истинный облик? Как восхитительно!» Сделав шаг вперёд, земля под ней раскололась, обнажив зияющую пропасть из вихрящихся цветов и невозможных геометрических форм. Две девушки отшатнулись назад, когда тело Марисы вытянулось, её конечности неестественно растянулись, одежда порвалась, обнажив плоть, пульсирующую прожилками света. А затем появился член — толстый, жилистый, блестящий от какой-то неестественной жидкости, его размер бросал вызов всякой логике. Он дёрнулся, словно живой, и Мариса шире улыбнулась, её зубы теперь были слишком острыми, слишком многочисленными. «Давай сыграем в игру», — промурлыкала она, в её голосе слышались отголоски чего-то из другого места. «В игру, в которой вы оба проиграете».  Коиши попыталась убежать, но казалось, что весь мир сговорился против неё. Деревья тянулись, словно костлявые пальцы, их ветви обвивали её лодыжки, тянувшие вниз. Она закричала, падая, её носки с рюшами порвались по швам, обнажив нежную кожу. Мариса мгновенно набросилась на неё, её чудовищный член прижался к бедру Коиши, оставляя за собой след скользкой, вязкой жидкости, жгучей, как кислота. Коиши забилась, но сила Марисы была нечеловеческой, её хватка оставляла синяки, когда она прижимала мечтательницу к земле. «Пожалуйста… остановись…» — прошептала Коиши, но Мариса только рассмеялась, и этот смех теперь стал хором голосов из потустороннего мира. «Ещё нет», — прорычала Мариса, выгибая бёдра вперёд. Жестоким толчком она прорвала защиту Коиши, её тело вторгалось в её жизнь так, как это противоречило природе. Боль была обжигающей, словно душа Коиши разрывалась на части. Рейму с ужасом, застыв на месте, наблюдала, как Мариса с неумолимой силой проникала в Коиши. Земля дрожала с каждым толчком, воздух наполнялся влажными, непристойными звуками соприкосновения плоти и плоти. Колготки Коиши были разорваны, её носки — когда-то такие дорогие ей — теперь были насквозь пропитаны потом и чем-то ещё. Стоны Марисы становились всё громче, всё более звериными, по мере приближения к оргазму. Последним, содрогающимся толчком она глубоко вонзилась в Коиши и извергла поток спермы, толстые струи покрыли бёдра, живот и лицо Коиши. Жидкость пульсировала зловещим светом, проникая в кожу Коиши, словно какая-то порча. Коиши закричала, когда жидкость завладела ею, её тело содрогнулось, словно её ударило током. Её глаза закатились, и на мгновение она увидела — по-настоящему увидела — правду о трансформации Марисы. Это была уже не просто Мариса. Это было нечто древнее, нечто, что таилось между строк реальности, питаясь безумием и желанием. И теперь оно вырвалось на свободу, и Генсокё уже никогда не будет прежним. Рейму, чей разум был потрясён ужасом, наконец, очнулась от оцепенения. Она подняла метлу, не для того, чтобы сражаться с Марисой, а чтобы ударить по самой ткани реальности. С криком она взмахнула, и мир разлетелся на куски, как стекло. Видение Марисы как чудовищного существа мелькнуло, открывая нечто гораздо худшее под собой — существо чистого хаоса, форма которого менялась от человеческой до совершенно иной. Раздался пронзительный крик, который подорвал рассудок Рейму, но она не сдалась. Коиши, всё ещё корчащаяся на земле, внезапно поднялась, и её глаза впервые за долгое время прояснились. Она протянула руку не для того, чтобы сопротивляться, а чтобы понять. И в этот момент ясности она увидела правду: Мариса никогда не была злодейкой. Она была сосудом, жертвой чему-то гораздо более древнему. В последнем, отчаянном поступке Коиши и Рейму взялись за руки, их объединённая воля отбросила существо обратно в пропасть, из которой оно вышло. Мир застонал, когда реальность снова склеилась воедино, хотя шрамы остались — видимые лишь в том, как лепестки сакуры теперь чернели, когда дул подходящий ветер. Мариса лежала на земле, снова человек, её тело дрожало от последствий того, кем она стала. Она смотрела на Коиши и Рейму со слезами на глазах. «Прости», — прошептала она. «Я не знала… Я не помнила…» Коиши, чьи носки с рюшами теперь были изорваны, но всё ещё держались на ногах, протянула руку. «Это не твоя вина», — тихо сказала она. «Но мы должны быть сильнее. Потому что это ещё не конец». Рейму мрачно кивнула. Кошмар был далёк от завершения, но сейчас они вернули себе свой мир — пусть и с трудом. Пока они втроём стояли там, ветер шептал, обещая, что однажды завеса снова разорвётся. И в следующий раз, возможно, их усилий будет недостаточно, чтобы спасти их. btc: bc1q2m8sre6v2jwvz3r6yp20yye2qugwrk4q8p3sxc