Ямочки и золотые веснушки

Дженсен оглушительно чихнул, вытер нос рукавом и снова принялся копаться отверткой в прессе. Фелиция утверждала, что там то ли износились шестеренки, то ли в механизме застряла железная стружка… поэтому пресс стал лениться. — Фел. Я не вижу каких-то дефектов. Кажется, все нормально, — устало выдохнул он и, сдвинув колпак на самую макушку, смахнул со лба пот, льющийся в глаза уже с час. Наверняка они уже покраснели, как у одного из кроликов на ферме Ким. Пушистеньких и милых засранцев. — Не может быть, — главная оружейная мастерица нервно крутила ржавую гайку. — Я проверила все настройки и обновила ПО, к Пентагону даже через спутник подключалась, чтобы проверить, вдруг они что-нибудь изменили… Дженсен на всякий случай отступил от подруги на пару шагов. Ее страсть к человеческим железкам и ИИ, признаться, пугала. — Солнце, ты точно уверена, что тебе нужно взламывать штаб-квартиру Министерства обороны для того, чтобы лучше делать игрушечные пистолеты и шпаги? — хмыкнул он и сразу же ойкнул, схватившись за бок, в который ему прилетело увесистым подругиным кулачком. Вскинул примирительно руки. — Да ладно тебе, что я вообще такого сказал? — Во всем должен быть порядок. Не думай, что я тут ерундой занимаюсь. Это не менее важно, чем оборона какого-нибудь государства. Радость детишек, получивших подарок, их счастливый смех… — запрыгнув на здоровенный деревянный ящик-контейнер, эльфийка мечтательно зажмурилась и откинулась назад, болтая ногами. — Заметь, я не говорил ничего против, — вставил Дженс осторожно. Отложил в сторону инструменты и вытер руки. — Но я действительно не вижу, что у тебя здесь могло приключиться. Все в полном порядке. — Давай ты посмотришь еще раз. Ну пожалуйста, — умоляюще залепетала подруга и неумело захлопала ресницами. Дженсен вздохнул и опять взял отвертку. — Ну ладно… — Ты — просто прелесть! Лучше всех! А я говорила этой надутой индюшке Саманте. А то, знаешь, вечно, к тебе придирается и ворчит, мол за какие такие заслуги Санта тебя выбрал любимчиком и поставил главным эльфом над остальными следить за порядком. Ревнивая сука… Под конец этой бойкой тирады она вспотела и раскраснелась, боевито сжала крошечные кулачки. — Да ладно тебе, малышка. Не будь такой грозной. Саманта, конечно, тот еще фрукт, но временами вполне себе ничего, — попытался он отшутиться. Стянул с макушки колпак и выудил из волос горсть золотистой курчавой стружки. Около часа назад он как раз отлаживал линию сборки кукольных домиков в мастерской Саманты, той, правда, не было — за процессом следил ее надутый помощник. Еще раньше, на самом рассвете, чинил перегоревший из-за скачка напряжения сифон-кремер в кондитерской Бри. — Она же почти миссис Клаус. Мы должны уважать выбор босса, — добавил он после того, как Фел закатила глаза. — Миссис Клаус, ну как же, — фыркнул залетевший с мороза растрепанный Крис в кафтане нараспашку и колпаке, заляпанном сиропами и глазурью. Свалился на стул для гостей и, вытянув ноги, протянул требовательно руку, щелкая пальцами. Фел легко соскочила со своего “пьедестала”, расторопно притащила стакан и кувшин с лимонадом. Крис, отфыркиваясь, тут же вылакал через край половину. — Вот ты где спрятался! Ищу тебя уже два часа! — обвиняюще ткнул в Дженсена пальцем. Тот только развел руками и поднял вверх отвертку. — Я как бы при деле. Мог написать мне на пейджер, — и ткнул на серебристую коробочку на бедре. Фелиция с полгода назад настроила большинству эльфов такие, чтобы мгновенно писать друг другу и получать сообщения. Намного удобней, чем посылать подмастерьев с записками. — Да не люблю я эту мудреную хрень. Вдруг это черное колдовство, — проворчал Крис и немедленно заработал подзатыльник от мастерицы. — Ай, Фел! Не дерись! Ну не понимаю я в этих штуках!!!! Мне по старинке проще. — Если проще, чего не послал кого-нибудь? Зачем носиться самому по поселку, заняться нечем? – парировал Дженсен, голос прозвучал приглушенно, потому что он почти по пояс забрался в нутро развороченного механизма. — Да потому что эта почти-миссис-Клаус вообще обнаглела и перед тем, как уехать, всем раздала миллион каких-то совершенно фантастических поручений. Малышня как угорелая носится, пытаясь успеть. А сама умотала к родне на континент и заявила, что вернется с племянничком. Как вам такое? Крис совсем разошелся. Дженсен, глядя на друга, даже заволновался, не хватит ли беднягу удар от таких-то эмоций. — А почему она вдруг не может? Позвать племянника? — спросил он осторожно. — Да потому что тот — простой человек, не из наших. Как прикажешь тут ему что-нибудь объяснять? Все знают правила: волшебство — это тайна! Магический щит над Лапландией ставили не для того, чтобы потом тут людишки толпами шлялись. Действительно, странно. Дженсен сдвинул брови, но почти сразу же махнул на не случившуюся пока проблему рукой. Раз Саманта везет сюда человека, у нее должен быть план, как и что тут ему показать-объяснить. А у главного эльфа и без этой ерунды хватает забот и работы. Кристиан продолжал тарахтеть, Фелиция ахала и причитала. Дженсен в этом бедламе все же узнал, что человек прибывает через час или что-то типа того. Сани с оленями уже отбыли за ним с теткой — к последней станции на конце железнодорожной человеческой ветки. Наверное, Саманта могла бы прилететь и на самолете в тот аэропорт, Свальбард. Вот только из-за непогоды тот не работал уже четвертые сутки. — Наши репетировали рождественскую метель и чуток увлеклись. Какие праздники без белого пушистого снега, с ним особая атмосфера, — хихикнул Крис и, воровато оглядевшись, добавил шепотом. — На самом деле, это Миша опять начудил. Даром, что Саманты любимчик, в этот раз вон как подставил свою благодетельницу. Посмотрим, как выкручиваться будет. — Да опять на кого-нибудь свалит. Уже проходили, — фыркнула Фел, подбирая с пола обломок какой-то деревянной игрушки — может быть, бракованной сабли. Хотела что-то добавить, но хлопнула дверь, и в мастерскую, роняя снег с воротника и колпака, шагнул еще один эльф. В помятом наряде, с неприятной гримасой на словно расплющенных чем-то губах. — А вы, значит, здесь? Замышляете новые шалости? — прогундел он, подозрительно оглядывая замолчавших друзей. — А про меня опять все забыли. Только Джим день и ночь достает, надоел. Почему это мне вечно достается самая грязная и бессмысленная работа? Я должен чистить за оленями стойла? А подмастерья на что? — А подмастерья с утра бегают по поручениям Саманты! Когда вернется, сходи и выскажи ей! — не выдержав, рявкнул Дженсен. От этого окрика Миша даже присел. — Хватит ныть! Рождество уже скоро, дел у всех невпроворот! Решил остаться чистеньким? В следующем году попросись работать на почте! Если ты решил кинуть Джима, и оленям не хватит ягеля или кто-то из них заболеет, Джеффри с тебя три шкуры спустит, уж я прослежу… — Так, значит, — прищурился обруганный эльф, в глазах цвета талого снега вспыхнула злоба. — Ну ладно, Дженсен. Увидим еще, кто кого… Ты пожалеешь… — Катись отсюда, стукач… — прикрикнула Фелиция ему в спину и даже запустила в него своей деревяшкой. Та врезалась в стену. Миша резво ускакал прочь. Эльфийка тут же переключилась на Криса. — А ты зачем искал Дженса? Быстрей говори. Из-за тебя вся работа стоит. — Я посоветоваться хотел про новый сорт мороженого вообще-то, — промямлил он, застеснявшись. — Ну помните, тот, что со вкусом бекона и хрустящей картошки. Не все любят сладкое… Вроде бы, получилось… Но пробу бы снять… — Не самое лучшее время, дружище, — примирительно вздохнул Дженсен. — Сейчас, когда Санта… эм… на симпозиум отбыл, многие эльфы совсем распустились. Бегают через каждые полчаса на перерыв, собираются стайками и шушукаются. Наверняка взахлеб обсуждают прибытие человека, а работа стоит. Разберись, пожалуйста. А я обещаю, как закончу с ремонтом у Фел, разыщу тебя, и мы вместе попробуем, что у тебя получилось. Согласен? — Заметано, друг! — просиял Кристиан, соскочил со стула, засобирался, выхлебал остатки лимонада и всучил пустой кувшин Фел. — Шикарная штука, подруга, непременно нужен патент. А то смотри, Бри прознает, сопрет рецепт для себя… Ну увидимся, что ли…. Умчался вприпрыжку, напевая под нос “Jingle Bells”. Дженсен на это лишь хмыкнул. Чем бы друг и его первый помощник не тешился, лишь бы не ворчал и не сводил непрерывно с ума. А то с ним случается — скорее чаще, чем реже. …Уже смеркалось, когда Дженсен возвращался из стойл. Там он проверил оленей и принял пришедшие по спецзаказу запчасти для летучих саней. Все это — под монотонное бухтение Миши, опять недовольного и жалующегося на свою нелегкую долю. Проверка в итоге заняла больше времени, чем он думал — гундящий эльф сбивал его несколько раз, и приходилось начинать все с начала. Зато теперь, когда дела на сегодня закончены, можно с чистой совестью отдохнуть. Насвистывая рождественскую песенку, он поравнялся с домиком Джима. В окнах теплился свет, из трубы шел дымок. Наверняка, старик сварил глинтвейн к ужину и запек на углях рыбу или красное мясо, завернутое в виноградные листья. Дженсен сглотнул слюну, в животе от голода заурчало. Бегая весь день по делам, главный эльф забыл не только про ужин, но и обед без внимания оставил. Впрочем, старик с радостью его угостит… Свернуть на ведущую к дому дорожку с главной аллеи он все-таки не успел — отвлекся на суматоху у главных ворот, через которые только что въехали пассажирские сани. Эльфы их обступили так плотно, что разглядеть издали, кто прибыл и что именно происходит, было совсем невозможно. Кажется, здесь собрались практически все обитатели волшебного поселка. Даже любопытные белки прискакали из леса. Над толпой возвышалась румяная от мороза и неожиданно приветливая, улыбающаяся Саманта с косой, уложенной вокруг головы, в роскошной белой шубке из длинного меха. Она отвечала на какие-то вопросы, смеялась и даже шутила. Дженсен протер на всякий случай глаза. Картинка не изменилась. — Все чудесатей и чудесатей, — пробормотал он, пробираясь через плотную толпу оживленных и радостных эльфов. — Да что там, в конце-то концов, за чудо такое?.. Лохматая макушка с каштановыми завитками, возвышающаяся над остальными эльфами на голову, а то и все полторы, в поле зрения появилась внезапно. Дженсен запнулся, машинально пнул кусок прозрачного льда, попавший под ногу. В утепленном жилете показалось неожиданно жарко, и он машинально расстегнул пуговицы на груди, не останавливаясь. Внезапно толпа расступилась, будто кто-то или даже все они сразу услышал его внутренний зов. Эльфы сделали по паре шагов кто вправо, кто влево, а человек — все это время это был именно он — обернулся. Ореховые, чуть раскосые глаза распахнулись, уставились на него. Дженсен замер — ослепительный свет, пульсирующий под кожей этого странного создания, будто делал четче картинку, заставлял яснее увидеть — трогательную родинку у острого носа и ямочки, взглянув на которые хотелось обнять целый мир, а еще – улыбаться с ним вместе и петь. Человек все смотрел, кажется, прямо в душу, не отрываясь. Даже рот чуть-чуть приоткрыл. Саманта что-то тихо проговорила племяннику на ухо и, откинув голову, звонко рассмеялась, разрушая вдруг повисшую над поселком тишину. Подмигнула и, повернувшись прямиком к Дженсену, кивком позвала его ближе. Он шел вперед, не помня и не слыша себя. Как один из мальчишек в той человеческой сказке про крысолова с дудочкой, похитившего у людей всех детей. Не понял даже, что прет через сугроб, как какой-нибудь медвежонок, едва вылезший на белый свет из берлоги. — Дженсен, это Джаред — мой племянник, я говорила, — проворковала Саманта. Кажется, наблюдала за ними, склонив голову набок, Дженсен не видел точно, да и ее слышал, как через спрессованный толстый сугроб. — Он погостит в поселке какое-то время. Джаред, это — Дженсен, главный эль… Главный помощник нашего… эм… мэра… На секунду очнувшись и скинув морок, Дженсен понял главное — парень не знает ни про сказку, ни про волшебство в Рождество, ни про Санту, ни про эльфов, конечно. Его странный наряд, да и всех остальных, он отнесет, наверное, на счет местных традиций и нравов. — Приятно познакомиться, — разлепил он, наконец, пересохшие губы. Язык едва ворочался и, кажется, прилип к гортани. — Ты необыкновенный… — выпалил незнакомец, верней, Джаред. И сразу же очаровательно покраснел. — Ой… то есть, я хотел сказать, это место, как из рождественского фильма или из сказки. Дженсен хлопал глазами, не зная, что на это сказать. Вернее, что-то сказать он пока не пытался. Пялился, забывая, что временами надо дышать. Весь остальной малый народец, похихикивая, принялся кто куда разбредаться. Пусть день уже почти весь прошел, но нерешенные дела оставались не только на фабриках, но и у каждого — дома. — Ну у нас здесь целая линия фабрик по производству игрушек детишкам к празднику. Из-за них и такой антураж, — поспешно вставила Саманта. — Заказы сыпятся со всего мира, ты все увидишь, это действительно интересно, — она опустила руку на плечо парня. Джаред вздрогнул и перевел на нее удивленный взгляд, немного расфокусированный, плывущий, туманный. — Рада, что ты вышел встретить нас, Дженсен. Окажешь мне одолжение? Я должна проверить свою мастерскую и выяснить, выполнены ли мои указания, — Саманта сложила лодочкой руки, а эльф едва удержался от того, чтобы фыркнуть и закатить глаза. К чему весь этот цирк? Как будто кто-то здесь смел ей перечить. — Покажешь поселок Джареду? Уже стемнело, конечно, но в самых общих чертах. Как закончите, проводи его к моему дому. — С удовольствием… Без проблем, — наверное, не предложи Саманта сама, ему просто пришлось бы увязаться за ними… Весь следующий час они обследовали поселок. Дженсен показывал Джареду фабрики и мастерские, из труб которых даже сейчас клубился дымок. Некоторые линии автоматизированы и работали даже ночами, когда все отдыхали. Джаред рассматривал местные чудеса с широко распахнутыми глазами, восторгался и радовался, совсем как щенок. Дженсен познакомил его с Брианой и Крисом, Фелицией, даже Джимом, недовольно высунувшимся из своей берлоги на шум. — Парень из большого города! Племянник Саманты. Приехал с материка, — каждый раз повторял он с нажимом и за плечом у того делал большие глаза. Предупреждал так — Внимание! Опасность! Здесь — человек! Он ни сном ни духом! Внимание! Не спалите контору! Все сразу же понимали. Белки и те — хоть и таскались за ними по всему поселку, но не пытались притащить ни золотых, ни серебряных скорлупок от волшебных орехов, которые эльфы использовали в игрушках, а некоторыми Бри украшала свои знаменитые пирожные и торты. Ни разу даже не затеяли игру в снежки или их любимые салки. Джаред почетный кортеж все же заметил и удивился: — Они нас совсем не боятся. — Здесь же почти все вокруг — заповедник, их никто не трогает, вот и привыкли. Некоторые так вообще обнаглели, — нашелся Дженсен, вспомнив рассказы тех эльфов, что часто бывали среди людей. Некоторые вообще пропадали в городах месяцами. Сам Дженсен из Лапландии никогда не уезжал. А еще ему сложно давалось не только вранье, но и полуправда. Поэтому от экскурсии устал быстрее, чем гость. Хотя целый день беготни и ремонтов тоже, конечно, сказался. — А здесь живу я, — ткнул пальцем в скромный домик с темными окнами, украшенный мигающими гирляндами, хвойными венками с широкими лентами, фигурками оленей, позвякивающими на ветру колокольцами… — Может, зайдем? Сварю тебе горячий какао, сегодня холодно. К ногам как будто привязали по мешку с теми камнями, которыми Джим вчера укреплял кладку дальнего ограждения, примыкающего к дикому лесу. Отдохнуть минуту-другу, вытянув эти самые ноги к камину, будет не лишним. А еще… до зуда в пальцах хотелось спрятать Джареда от всех этих любопытных глаз, что давно скрылись с улиц, но продолжали шпионить из окон и из-за дверей, разноцветные колпаки и оттопыренные уши то и дело мелькали за снежными фигурами и стволами деревьев, высовывались из-за изгородей и кустов. Да и человек, непривычный к северным широтам, уже сильно замерз. — Я очень хочу… — сверкнул Джаред ямочками. Глупое эльфийское сердце грохнулось под человеческие длинные ноги и разлетелось миллиардом хрустальных осколков. — Тогда скорее пошли, — обрадовался главный эльф Санты — хранитель всего рождественского волшебства и чуда планеты. Его персональное чудо прямо сейчас неслось опрометью к крыльцу его дома. Дженсен догнал уже на пороге, отпер дверь. — Проходи, будь, как дома. Располагайся, — стянул красно-зеленый жилет и колпак, нервно пригладил топорщащиеся короткие пряди, зачем-то руку утер о штаны. — У тебя здесь… волшебно, — оглядывался Джаред. Дженсен незаметно щелкнул пальцами, в гостиной язычки пламени весело заплясали по сложенным горкой круглым поленьям. — Одежду можно оставить на вешалке или брось на диван, ближе к огню, чтоб просохла. Белки — те еще засранки, обиделись, что ты не дал им орехов, вот и стряхнули на тебя ту кучу снега с сосны, — хохотнул эльф, наблюдая, как человек разматывает с шеи длиннющий полосатый шарф. Зацепился взглядом за его пальцы, под тонкой рубахой лизнуло жарким пламенем и сразу заныло, рвануло и настойчиво потянуло — не стой тупым пнем, деревяшкой, иди — вот же он, коснись, обними, забери насовсем… Дженсен вздрогнул и сморгнул морок, с усилием оторвался от колдовских глаз. — Я… эм… сейчас… Здесь, на кухне… Какао… Вышло абсолютно бессвязно, но Джаред, кажется, не возражал. Протопал за ним и уселся за стол у окна. Подперев голову кулаком, наблюдал, как суетится на своей кухне хозяин: вот он достал молоко и порошок, выставил на стол батарею стеклянных баночек, включил небольшую плиту… Дженсен болтал без умолку, комментируя весь процесс, умудряясь рассказать попутно про историю напитка и его полезные свойства. — … гораздо лучше, чем этот ваш эгг-ног, между прочим — Сант… то есть… Мэр как-то для всех приготовил. Он вообще склизкий и горький, а в голове от него потом перезвон… — заявил не допускающим возражений тоном. Довольно хлопнул в ладони. — Вот и все, сейчас только… финальный штрих — для бодрости, а то ты, наверное, жутко устал, — и добавил в уже готовый напиток щепотку чего-то из крайней склянки. Попробовал и со вкусом причмокнул. — Так, высший класс. Где тут у нас кружки? Держи свою крепче… Осторожнее руки… Вот так. Джаред, обхватив горячую чашку своими огромными ладонями, зажмурился, громко вдохнул шоколадно-пряный аромат, поплывший по комнате. Подул и тут же сделал огромный глоток. Дженсен даже подпрыгнул, испугавшись, что человек спалил себе глотку. Но тот только издал что-то вроде восхищенно-покоренного стона и присосался к кружке опять. — Дженсен, Богом клянусь, это что-то за гранью… — выпалил тот, когда кружка, наконец, опустела, — Просто сказочный эликсир. Я не то что подобного не пробовал… Даже не слышал, что бывает такое! А можно добавки? — Конечно! — просиял эльф, отмахиваясь с досадой от предупреждающе тренькающих звоночков в его голове. Человеку понравилось, и от этого почему-то казалось, что прямо сейчас он смог бы обнять весь-весь мир, привстать на цыпочки только надо или подпрыгнуть… Это же чудо какое-то, а не простой человек — длинноногий, нескладный, в чем-то даже нелепый, а еще любопытный и шебутной. Никого удивительней и чудесней Дженсен за свою жизнь не встречал. Вот бы оставить его навсегда… Прямо здесь, в этом доме. А что… ведь даже заклинания есть. Снять копию, например. Ненадолго подействует, но повторять можно будет опять и опять… Заметив, что пауза как-то сильно уж затянулась, замечтавшийся эльф перевел взгляд на человека. Тот уже отставил пустую чашку на стол и, опять подперев кулаком подбородок, просто молча таращился на него, не моргая. Дженсен кашлянул осторожно. Джаред подпрыгнул. Сильно покраснел и взялся тереть нос. — Я… ну это… можно спрошу? — Тебе можно все, — ответил, не думая, эльф. Впрочем, не соврал даже. — У тебя здесь… — Джаред потянулся через стол, скользнул пальцами по лицу, Дженсен замер, — на носу и щеках, как брызги золота. Невероятно красиво. Они такого цвета всегда? Или летом темнеют? Веснушки… Дженсен как раз не вовремя решил допить свою порцию какао. Не успев проглотить, схватил воздух ртом, поперхнулся, какао брызнуло на стол, пошло носом. Краснеющий эльф схватился за попавшуюся под руку тряпку. — Прости, — буркнул он, — я, как свинтус. — И вовсе ты нет, — возразил Джаред, отобрал у эльфа кружевную салфетку и аккуратно принялся вытирать какао с лица. Дженсен не противился, млея… — Уже очень поздно, я должен тебя проводить, пока Саманта не снарядила поисковую бригаду, — с неохотой поднялся он позже, Джаред — за ним. — Неудобно, что тут телефоны не ловят, мы могли бы послать ей смс. Как вы вообще в таких условиях живете? — Поселок-то небольшой, мы привыкли, — пожал Дженсен плечами. Не объяснять же про подмастерьев-эльфов, записки и пейджеры, которые придумала Фел. Вернее, которые приспособила здесь работать. … К роскошному терему суженой Санты они шли под угольным небом, расцвеченным такими яркими звездами, что Джаред каждые 20-30 секунд останавливался, задирал голову в небо и выдавал восторженное: — Ух ты-ы-ы-ы-ы! Во-о-о-о-от это да-а-а-а-а! В первый раз вижу такое! — Мы же за полярным кругом, здесь такое небо — нормально, — объяснял эльф, снова вспомнив чужие мудреные рассуждения. Весь путь он нервно тер ладонь о штанину. Ту жгло, как углями… Он мужественно терпел. Ни разу не попытался взять человека за руку. Наверное, это было бы… неуместно… Возможно, тот подумал бы, что Дженсен — хам и наглец. Или кто-нибудь вроде беспардонного Миши… Белки провожали их до крыльца, следовали на почтительном отдалении. Джаред то и дело оглядывался на них, останавливался, хмурясь и прислушиваясь. Потом смеялся и мотал головой: — Да нет, показалось. День сегодня такой… суматошный. — Потрясающий день, — ляпнул Дженсен и опять покраснел. Наверное, скоро кроваво-алый станет его естественным цветом. Почти в тон костюму. То-то Санта повеселится… — Согласен, — подхватил радостно человек и опять ослепил белозубой улыбкой. — Но я так сильно устал, представляешь, даже гудит в голове, голоса какие-то чудятся… Наверное, усну как убитый. Увидимся завтра… — и вдруг испуганно замер. — Мы же увидимся, Дженс? — Непременно. Зайду за тобой утром, а пока отдыхай, — попросил эльф. Он уже сейчас буквально приплясывал от нетерпения в ожидании нового дня, новой встречи — еще до завершения этой. Дверь за человеком закрылась, белки ринулись было к нему, но эльф грозно цыкнул, и те, радостно вереща и хохоча, разбежались. А он поплелся домой, точно зная, что глаз до утра не сомкнет и, ворочаясь, протрет в матрасе дыру. Опасения, впрочем, в этот раз не сбылись. Главный эльф Санты этой ночью спал очень крепко и счастливо улыбался во сне. Кажется, ему снились каштановые вихры, озорная мальчишеская улыбка и милые ямочки на щеках. … Утром сияющий Джаред, сверкая ямочками и натягивая на длинные пальцы перчатки, сбежал по ступеням и рухнул практически в объятия Дженсена — тот ждал уже с четверти часа, привалившись к ограде и покрикивая на наглых белок, облепивших забор и ближайшие сосны. — Я вам, бездельницы, покажу! — строжился эльф, выгребая из-за воротника порцию снега и грозя пальцем сразу десятку рыжих хвостатых. Нагнулся, сгребая с дорожки огромный снежок, покатал в ладонях и запустил в кучкующуюся любопытную стаю. Те с писком бросились врассыпную. В этот момент Джаред и ступил на обледенелую дорожку, нога скользнула вперед, и человек, смешно взмахнув руками, полетел вниз. В надежные и крепкие объятия эльфа. Эльфы вовсе не были крохами, как про них думали и говорили, — ростом с обычных людей, а Дженсен и вовсе был на голову выше собратьев. До Джареда, правда, все-таки чуть-чуть не дорос. Не очень много, дюйма четыре… Но удержать получилось. — Ой… — испуганно и очень мило выдохнул человек и посмотрел на него снизу вверх, не делая попыток освободиться. Улыбающийся и уже румяный, хотя и замерзнуть-то пока не успел. — Надо быть осторожнее. Так и ногу или руку недолго сломать. Это больно, — предупредил Дженсен. Не удержавшись, прижал руку к гладкой щеке, погладил медленно. Джаред замер, еще сильнее распахнув свои рысьи глаза. — Смотри, смотри… Главный эльф очарован. Разве был он хоть раз таким… окрыленным и вдохновленным? Настоящее чудо… Давно пора, а то только бегает, всем помогает, а для себя — ничего, сидит в домике один вечерами…. — стрекотали рассевшиеся полукругом поодаль шерстяные нахалки. Дженсен только скрипнул зубами. Сейчас, когда здесь человек, он на них ни прикрикнуть не мог, ни запустить чем-нибудь еще для острастки. “Дождетесь же у меня… Дам на орехи…” — буркнул эльф одними губами. Пара белок, заливисто хохоча, грохнулась в сугроб, дрыгая задними ногами. Со стороны можно было подумать — не удержали равновесия, свалились. — Он строжится! Как же это смешно! Как будто сможет поймать! Да еще когда с ним человек. Человек-то про волшебство и не знает! Ничего не получится, Дженсен! — продолжали паясничать белки. Несколько прыгали уже по соснам с ветки на ветку, сбивая шишки, будто случайно, насмешливо размахивали хвостами — дразнясь. Разъяренный из-за рыжих бесстыдниц, Дженсен не сразу заметил, как замер Джаред в его руках, а потом и вовсе отодвинулся осторожно. Шепнул севшим голосом: — Что это? Почему они говорят? Почему я слышу, как ты им отвечаешь? Но не вслух, а словно бы… в голове… Что это, Дженсен? Я… помешался? Ударился, наверное, головой, когда падал? Хотя… не болит, — и потер медленно затылок. Черт, как же он облажался! Эльф перехватил дрожащую руку, стянул с нее шерстяную перчатку, прижал к своему лицу, накрыв сверху ладонью. — Ох, Джаред… Прости, я такой остолоп… С тобой все в порядке, честное слово. Это я тупица… болван… все испортил… — сокрушался он. Не напрягая слух, отчетливо слышал, как суматошно, тревожно стучит сердце в груди человека. — Блин, как же так… Всегда же помнил, как наши добавки влияют… Пойдем со мной, давай сюда… Вот присядь… Подвел к скамейке уже за оградой, стряхнул своим шарфом свежий снег, усадил. Сам устроился на корточках перед ним, держа в руках его руки, с тревогой вглядываясь в глаза. — Пожалуйста, не бойся… Я все объясню. Это все… Эффект от какао. Я не подумал. Саманта мне голову оторвет и будет в кои-то веки права. Ты же должен был просто отдохнуть здесь и вернуться домой, ни о чем не подозревая. Но ты, наверное, уже понял? Дженсен уронил руки и расстроенно уткнулся лицом человеку в колени, тот растерянно провел по его голове, сдвинув колпак, пальцы зарылись в светлые волосы. Дженс задрожал. — Они сказали, что ты — главный эльф? Значит есть и другие… — проговорил, в конце концов, человек. Белки убрались на порядочное расстояние, но в хвойных нависающих кронах мелькали то взволнованно подергивающиеся черные носы, то огненные шерстяные хвосты, которые Дженсен обещал повыдергивать без исключения все. Впрочем… Белки меньше, чем кто-то, были виноваты в конфузе. Да и какой там конфуз. Катастрофа! Ему бы сейчас бежать к Санте или за неимением босса падать в ноги Саманте, как минимум — посоветоваться с Кристианом и Фел. Вместо этого Дженсен робко кивнул и, смелея, погладил Джареда по колену. — Угу, очень много, — шепнул эльф и, расслышав, что человек дышит уже спокойней, продолжил бодрей, — а еще подмастерья… — И Санта? Хочешь сказать, он существует? Реальный? — кончик острого носа дернулся от любопытства. — Не то чтобы я как-то сильно хотел… Но да, существует. Только он в отъезде пока что, — опять понурился Дженсен. — Вот вернется и отправит меня сразу в Сибирь. Это ж надо было так облажаться. — То есть… Ты хочешь сказать, я так и ходил бы везде, как дурак, уверенный, что у вас здесь что-то вроде коммуны из хиппи и всяких чудиков не от мира сего? А потом бы уехал домой, не узнав, что экскурсию мне проводил главный помощник самого Санта Клауса!? Да ты шутишь, что ли?!!! — вскинулся человек и соскочил со скамейки. Белки, засевшие в кронах над их головами, с писком бросились врассыпную. Дженсен от души рассмеялся. Кажется, пронесло. Ни истерики, ни скандала. Если получится теперь договориться… — То есть, это все, что тебя беспокоит? То, что тебя за нос водили? А как же культурный шок от столкновения миров и все такое?.. — нахмурился, вспоминая другие мудреные объяснения, которые слышал от Джима, явившегося в поселок из заповедного леса, где пару-тройку веков подрабатывал лешим и приобщался к природе… Не вспомнил и махнул на это рукой. — Какой такой шок? Скажешь тоже! — Джаред подпрыгивал перед ним, размахивая руками, как водяная мельница на ручье. Ореховые глаза сияли восторгом, а губы, которые он облизывал едва ли не после каждого слова, призывно и влажно блестели. — Да это лучшее, что со мной в жизни случалось! Настоящее приключение! Да еще такой нереальный красавчик рядом со мной! — проорал он с восторгом. Последнее признание, кажется, озвучивать человек не хотел, потому что сразу же присмирел, стушевался, забормотал… — Ну то есть я хотел сказать… — Ладно, хорошо, что ты не в ужасе и не бьешься в припадке. С этим можно работать, — Дженсен озорно подмигнул и рассмеялся от облегчения. Катастрофа постепенно переросла в какое-то волнующее приключение. Даже заговор, возможно. Впрочем, про заговор Джареду еще предстоит рассказать, не стоит его огорошивать сразу. Пока же Дженсен просто махнул рукой в сторону главной улицы поселка, по которой уже почти час сновали туда-сюда деловитые эльфы. В мастерских разгорались жарче печи, разгонялись на полную мощность станки и котлы. — Так чем сегодня займемся? — конечно же, ему не терпелось увидеть все в новом свете. — Теперь же мне можно смотреть вообще все? А тебе — рассказывать без утайки? Познакомиться с белками? Они действительно говорят? Это не какие-то глюки от твоих порошков? — Обижаешь. Ловушки сознания?!!! В Лапландии строжайше запрещено! Порошок, который я добавил в какао, помог тебе увидеть мир таким, какой он есть на самом деле, а потому — и видеть, и слышать то, что раньше ты просто не замечал, считая выдумкой… — Белки сказали, что главный эльф… — шепнул Джаред и вытаращился на него, не закончив. Дженсен, разумеется, помнил, о чем трепались мохнатые шкурки, а потому быстренько его перебил. — Конечно, белки! Пошли, покажу тебе, где обитают эти засранки. У них тут, сразу за городом, — целое царство. Раз в неделю они притаскивают в поселок мешок золотой и серебряной скорлупы. Для украшения игрушек — бесценно. А скорлупки особого тонкого сорта толкут и добавляют в кремы для тортов, пирожных… Бри, помнишь, ты вчера ее видел, за горсточку таких орехов прибьет, а попробуешь утащить — шкуру спустит. Отвел поспешно глаза, будто как-то и правда пытался, за что знатно от строгой эльфийки огреб на орехи. Тараторя, эльф тащил человека за собой по тропинке. Узкой, петляющей среди здоровенных деревьев, растущих близко-близко друг к другу, как частокол. Каких-то пять минут, и они оказались посреди дикой чащи. Если не знать, куда смотреть и идти, можно бы было подумать, что вокруг — непроходимые дебри, где водятся кабаны-убийцы с клыками-саблями и свирепые гризли, не спящие даже зимой… — А вы даете белкам что-то взамен? Ну… за орехи? — спросил шепотом спутника притихший Джаред. — Конечно же, — Дженсен развернулся так резко, что человек покачнулся. Он тут же его подхватил, не позволяя упасть на задницу и отбить ее о тропинку или заморозить в снежном сугробе. — Мы с ними делимся счастьем, — добавил тоже шепотом он. “Но тобой я не намерен делиться. Ни с ними, ни с кем-то еще”, — пронеслось в голове. Дженсен хмыкнул, решив обдумать это потом, как и странный долгий взгляд Джареда, которым тот его одарил перед тем, как переключиться на белок. Услышал? Да ладно. Белки же на своей территории не стеснялись, окружили человека толпой, несколько самых наглых забрались на руки и плечи. Стрекотали, щекотали усами и нагло терлись мордочками о лицо. Показывали свои домики на деревьях — эльфы когда-то помогали их строить, а потом — чинить, укреплять. Человек слушал каждую, отвечал с важным видом и умилялся. Белки же ему едва в рот не смотрели. Привели выводок крошечных пищащих бельчат, едва-едва шерсткой обросших, а еще показали свою тайную рощу — с теми самыми волшебными соснами, приносящими в шишках драгоценные орехи. — Я все же не понимаю… Ладно еще — скорлупа как украшение, но добавлять ее пищу? Не опасно? — Джаред изучал ботанику в старшей школе, а потому удивлялся. Дженс на это лишь рассмеялся: — Ты забыл, что попал в сказку? Здесь совсем другие законы природы. Ну и, если честно, это какой-то особенный сорт. Эльфы очень давно выводили. Десятилетия селекционной работы, да и без магии не обошлось. Белки этот сорт особенно любят, хотя для пропитания им бы, конечно, простых орехов хватило. Ну и в лесу еще много другого растет — желуди, грибы и ягоды, корешки какие-то… — Кстати о пропитании, — человек неловко улыбнулся и погладил себя по животу. — Мы можем получить где-нибудь завтрак? Кажется, слопал бы слона вместе с бивнями и кожей. — Давай слонов мы трогать все же не будем, правда, в Лапландии их и нет, — фыркнул эльф, а потом нахмурился и огорчился. — А почему ты не позавтракал у тетки? Я не подумал… Да что за растяпа такой! — Эй, — Джаред дернул его за рукав. — Хватит так убиваться. Ничего непоправимого не случилось. Саманта умчалась еще до рассвета, оставила на кухне записку и, кажется, завтрак все-таки был, но я спешил с тобой увидеться… — потупился, очаровательно снова краснея. Человек торопился на встречу! Приободрившись, Дженсен в ответ просиял. — Сейчас мы все исправим и накормим тебя до отвала. Ты же помнишь Бриану?.. … Кондитерская Бри возвышалась на перекрестке всех тропинок-дорог в самом центре поселка. Настоящий пряничный домик с глазированной крышей, сахарными витражами-окнами и лепниной из мармелада с фруктовым желе. Джаред замер перед ним, задрав голову — шапка свалилась на землю за спину, Дженсен ловко ее подхватил и засунул в карман. — Это же… Быть не может. Мы здесь вчера проходили. Все было не так… — Ты видел другим зрением, не полным. Теперь все совсем по другому. Скажи же, так лучше? — О да! Обалдеть… А я… точно не сплю?! Ай!... — почти на полфута подпрыгнул, когда Дженсен, поддавшись порыву, игриво ущипнул его пониже спины. — Ты чего? — Теперь ты знаешь, что точно не спишь, — хмыкнул Дженсен, едва сдерживаясь от того, чтобы глупо хихикнуть. — Пойдем скорей внутрь, еще час-полтора, и внутри будет не протолкнуться, ни места, где присесть, не найдем, ни еды на нашу долю не хватит. Голодные эльфы прожорливые, как тролли. Нет, даже хуже. — Ой… А они тоже есть? В смысле — тролли? Но я… — Джаред принялся озираться с распахнутыми глазами. Вот чудо… — А кем по-твоему был Гринч? Эльфом, что ли? — Дженсен развеселился. — В Лапландии, правда, их сейчас нет. Ни троллей, ни гоблинов, ни лепреконов. Санта с этой нечистью разобрался. Ладно, хватит болтать, истории не наполнят живот. У Бри, чтобы ты знал, скрэмбл с помидорами и шпинатом ни с чьим другим не сравнится… “Дженсен, ты действительно тащишь человека ко мне?! Сейчас, когда тут ни шагу без волшебства… Ну и выкручивайся сам, как знаешь… Некогда мне тут устраивать ясли!” — нервничала тем временем Бриана, не подозревая, что человек может слышать ее самые тревожные мысли. — Я так и не понял, как это работает, — окликнул Джаред эльфа уже у двери. — Я же не слышу все твои мысли потоком, как они есть у тебя в голове. Или белки. Что-то до меня долетает, но точно не все, иначе бы это была жутчайшая какофония, от которой я бы или оглох или рехнулся… — Так и есть, — Дженсен, отступив, обернулся. — В волшебном мире все сбалансированно. Постепенно ты научишься управлять этой… способностью… Ну, как зрением или слухом. Хотя “управлять” здесь не совсем верное слово. — От чего же это зависит? — Чаще — от силы мысли, обращенной к тебе. Чем сильнее и выраженней, тем она четче. Важны и эмоции “передающего”... скажем так… — Поэтому я слышу сейчас, как Бри паникует? Кажется, она только что опрокинула целый чан с кремом. — Бри — это Бри, всегда комок нервов и оголенных эмоций. Вот увидишь, она просто прелестна. Но, случается, паникует по пустякам. Это нормально, — объяснил Дженсен и толкнул дверь. Колокольчик не зазвенел, сообщая о посетителях, — заверещал кровожадной горгульей. Джаред охнул и чертыхнулся сквозь зубы. К удивлению эльфа, от испуга не заорал. — Бриана у нас та еще штучка, помнишь, я говорил? Любит неожиданные эффекты. Я, если честно, до сих пор иногда этой штуки пугаюсь, — шепнул Дженсен и тут зычно рявкнул. — Бри, крошка, у тебя тут двое голодных мужчин, можно нам завтрак?! Не жалей ни кетчупа, ни специй, ни хлеба. — Чего разорался-то? Весь народ распугаешь, — хмыкнула белокурая мастерица. Покачивая бедрами, царственно подплыла к их столу, изучающим взглядом смерила с головы до ног человека. — Здравствуй, Джаред. Завтрак для вас сейчас будет, — повернувшись к эльфу, заломила черную бровь. — А ты, Дженсен, ничего не хочешь мне рассказать? — Не хочу? — эльф заискивающе улыбнулся и на всякий случай прикрылся меню, которое ему даже не было нужно. Как он мог решить, что она или другие ничего не поймут? План уже начал трещать по швам, не успев даже как следует воплотиться. — Бри, детка, давай ты нас просто накормишь, а я потом тебе все объясню, — зачастил он и сложил молитвенно руки, выпятил трубочкой губы. Джаред на такое представление насмешливо фыркнул. — Черт с тобой… Но потом не отвертишься, понял? — сурово свела брови эльфийка, качнув головой, зашагала в сторону кухни, звонко раздавая помощникам распоряжения. Очень скоро перед ними возвышались две тарелки с воздушным омлетом, сосисками, помидорами и шпинатом. Большие кружки со сладким какао и медовые пирожные — с волшебной золотистой посыпкой. Той самой, из волшебных орехов. — Ты ей понравился. Не каждому Бри делает такой комплимент, — Дженсен кивнул на десерт. Проголодавшийся Джаред уже набил рот божественно вкусным омлетом, а потому только неразборчиво угукнул. Тарелка опустела минут через десять. Собрав остатки корочкой хлеба и забросив все в рот, он отложил вилку на край тарелки и скрестил на груди руки, выжидательно уставился на эльфа. — О чем она говорила? Дженсен? Я слышу здесь, — пальцем постучал себя по виску, — отзвуки тайны, но не получается разобрать… Ты что-то скрываешь! Я-то думал, все хорошо! Мы же все обсудили, а ты снова что-то скрываешь! — в конце тирады голос сорвался на крик, и человек с досадой швырнул на пол перчатки. — Джей, тихо, — эльф схватил его руку — неестественно влажную, ледяную. Потянулся и быстро тронул запястье губами перед тем, как подуть, согревая холодную кожу. — Я все тебе расскажу. Хотел позже, когда ты немного привыкнешь, осмотришься. Но, видимо, придется сейчас. — Вы не отпустите меня отсюда живым? — прошептал Джаред за секунду побелевшими губами. Дженсен подавился тем словом, которое в это время пытался произнести, раскашлялся, из глаз брызнули слезы. — Джей! Ты сдурел?!! Что такое ты говоришь?!!! Ничего подобного не случится, даже если Санта и все остальные узнают о том, что ты… как бы в курсе… — деликатно отвел глаза и замолчал. — Все остальные узнают?.. То есть… — человек нахмурился. — Ты хочешь все скрыть? Про добавку в какао и то, что мне все известно? — Не скрыть. Избежать для нас двоих кучи дурных процедур… — поправил его эльф деликатно. — Перед Рождеством и так все на взводе, представь, какой тут поднимется кавардак, когда… если они узнают о том, что человек в курсе всех дел? Будет скандал. Несчастный эльф сосредоточенно кромсал вилкой на тарелке уже порядком истерзанный омлет. — Да… Мне же это неважно. Ты же из-за этого никуда не уйдешь? Все равно будешь рядом? — Джаред трогательно сдвинул к переносице брови. Под ребрами затянуло, и сразу же захотелось дать ему все, чего он только попросит. — Конечно, я буду. Никуда не уйду. Никогда. Да как бы я мог? — шепнул Дженсен сипло. Почти обмер, когда Джаред потянулся и твердо сжал его руку. Пульс в вене лупил все сильней. — А что же с Брианой? Она поняла, — подал голос несмело. Эльф отмахнулся. — Бри — друг. Она никому не расскажет, она дала слово. Может быть, ты не понял, но, позволив отложить мои объяснения, она обещала молчать. Потом, правда, вытрясет из меня душу, но наш секрет в безопасности. — Ну а белки? Я же говорил с ними… — За любых животных поселка не беспокойся. Они точно не выдадут нашу тайну. Надо только их попросить. — Тогда ладно, — шепнул человек и несмело пожал его пальцы. Эльфа чем-то захлестнуло, толкнуло, закружило и повело… Почти как после того дурного человеческого эгг-нога, вот только сейчас не было тяжести в голове и тупого, бессмысленного опустошения… … День пролетел незаметно. Экскурсия на почту Санты и помощь с сортировкой писем и расшифровкой детских желаний заняла большую его часть. На удивление Джей оказался настоящим экспертом там, где пасовали почтовые эльфы со стажем. Алекс — глава почтовой службы, завидев самого главного эльфа, взмолился: — Дженсен! Я ничегошеньки не понимаю! Что с этими детьми, расскажи мне? Вот этот — Боб, например, Теннесси, 11 лет, — златовласый эльф почти плакал, потрясая перед ними письмом. — Он хочет "кожу" для какого-то воина. Я сшил великолепный доспех из драконьей чешуи. Но заказчик пишет: "Дорогой Санта, просто отправь код на электронную почту". Как, во имя всемогущего Санты, доспех может пролезть по проводам? И почему он называет одежду "кожей"? Он что, варвар? Дженсен вздохнул и опустился на стул, стянул колпак и шерстяной шарф. Придется здесь задержаться. Таких желаний от детей с каждым годом приходило все больше. Пока что эльфам еще удавалось решать все проблемы при помощи продвинутой Фел. Вот и сейчас он потянулся за пейджером, чтобы вызвать подругу. Но Джаред оказался быстрей. — Это же просто, ребята, — хохотнул человек. — Скин — это просто внешний вид героя в компьютерной игре. Код — это ключ, который его открывает. Пара простых серфов по нужным сайтам, и мы отыщем все, чего хочет этот пацан. У Алекса, кажется, клацнули зубы, когда он, торопясь поднять вывалившийся из разжавшихся пальцев блокнот, рванул к Джареду, записывая инструкции. На почте они в итоге проторчали до вечера, сортируя и помогая. У Дженсена даже голова разболелась от этих ахов и охов в сторону Джея. Эльфы требовали мнения и похвалы человека, отвлекали, тянули к себе, хотели уточнить, посоветоваться, услышать… … Под конец дня Дженсен забежал в резиденцию Санты, чтобы решить пару важных дел. Джаред, чтобы не вызвать у эльфов лишних вопросов и подозрений, ждал его на скамейке снаружи в окружении беличьей свиты. В приемную в это же время ввалился Миша — за пачкой накладных для оленьей подкормки. — Тот еще мутный тип, правда? Человечишка этот, — скривился эльф, заметив Джареда через окно. — Мне он сразу не понравился. Дурная идея пускать сюда человека. Что, если он разнюхает что-то и решит все про нас рассказать? Нас всех переловят и отправят в зоопарк или закроют по научным лабораториям. Дженсен на это заявление лишь хмыкнул: — Саманта в курсе, как ее протеже отзывается о ее племяннике и дорогом госте? Миша громко лязгнул зубами. Заискивающе заулыбался, затараторил: — Я просто сильно волнуюсь. Может быть, он и проблем нам никаких не доставит. Главное же — блюсти тайну. Между прочим, я помогал обустраивать его спальню и убираю ее каждый день. Такой аккуратный молодой человек — ни разбросанной грязной одежды, ни даже смятой бумажки… “Конечно же, если он приходит туда только спать и с порога падает на кровать, вырубаясь”, — улыбнулся про себя Дженсен, для Миши же безразлично развел руками. — Может и так, я как-то не вникал в его личную жизнь и не лез в его личное пространство. Ложь, горчащую на языке и жгущую кайенским перцем, он с трудом проглотил. Выдохнул с облегчением, когда соглядатай Саманты убрался, бормоча себе что-то под нос, как всегда. Вечно всем недовольный и хмурый. Интересно, не было ли у него троллей в роду? Хотя… Нет, все-таки ни чуточки не интересно. Оставшись один, Дженсен быстро просмотрел отчеты с фабрик — простоев пока, к счастью, не было, все конвейеры работали в полную силу и выполняли план. Если так и дальше пойдет, до Рождества, они успеют выполнить все заказы — все изготовить, упаковать и разослать с оленями по миру детишкам. Довольный эльф аккуратно сложил папки стопкой и запер кабинет. В приемной поручил секретарю немедленно разыскать его, если случится что-то нештатное, и выбежал из терема. Джаред на аллее кормил с руки белку. Сердце при виде человека забилось сильней. — Ты закончил? — ямочки на щеках опять засияли. — Ага, я весь твой, — подхватил эльф. Человек взял его за руку, переплетая их пальцы. Они забежали еще раз к Бриане — Дженсен оставил ей свой новый рецепт-экспромт воздушно-молочных пирожных. Та ахнула, едва вглядевшись в прыгающие строчки: — Дженсен! Как ты?.. Это же кулинарный шедевр! — пыталась его обнимать, тараторила. — Да просто в голову вдруг пришло, — скромно отмахнулся эльф. — Ладно, извини, побегу, Джаред ждет… Ловко вывернулся из объятий и скрылся за дверью. Выглянув в окно, эльфийка видела, как эльф с человеком удалялись по дорожке, взявшись за руки. Покачала головой: — Ох, Дженсен… Надеюсь, ты знаешь, что делаешь… Эльф уловил эту тревожную мысль, но на кондитерскую даже не обернулся. Уже сильно стемнело, когда они заглянули к Саманте — та была вся в механической смазке и серебряной краске. Завидев гостей, всплеснула руками. Смачно чмокнула племянника в щеку: — Совсем я тебя забросила, Джаред. Прости. Горячая пора, сам понимаешь, — пошутила она. Впрочем, шутка почти не была шуткой. С приезда Джареда и его встречи с Дженсеном тот не видел тетку ни разу. Вот только разве стоило об этом жалеть, когда рядом был Дженсен? — Тетя Сэм, все в порядке, — поспешил он ее успокоить. — У меня ни минутки свободного времени. На самом деле, сейчас мы с Дженсеном просто гуляли, я до сих пор не изучил весь поселок, здесь столько всего... Мы шли мимо, когда Дженсен вспомнил, что хотел показать тебе что-то для фабрики. Саманта перевела взгляд на эльфа: — Что-то случилось? — Нет, мэм. У нас все под контролем, — отчеканил Дженсен. Подругу Санты он, как и многие другие, недолюбливал, но мастерство ее уважал. — Меня внезапно осенило. Насчет строения винта у тех кукол с крыльями. Помните, в прошлом сезоне пришлось списать их, как брак, потому что заряд сохранялся максимум на 90 секунд? Теперь я знаю, как решить эту проблему. — Серьезно? — Саманта покосилась на племянника. Джаред увлеченно разглядывал стеллажи с куклами самых разных форм и размеров — воин армии США заставил его сдвинуть брови. Он как раз поднял его с полки и, шевеля губами, пересчитывал на фигурке карманы-разгрузки. — И что же мы должны сделать? — Смотрите, — Дженсен схватил лист бумаги и карандаш, принялся быстро чертить. — Изменим здесь и здесь… вот тут уберем. Аккумулятор заменим на более емкий. Тогда все будет работать. И даже без лишних расходов. Один раз перенастроить линию и готово… — Определенно, в этом есть что-то… — задумчиво протянула Саманта и посмотрела на него с интересом. — Как ты до этого додумался? Дженсен не был, конечно, тупицей, но и инженером он не был тоже. — Не знаю, — пожал эльф плечами и посмотрел на Джареда, взгляд его потеплел. — Оно как-то само… Со мной иногда так случается, как озарение. Ну я тогда пришлю Криса, чтобы он все настроил? А нам с Джаредом надо идти… — Рада была повидаться, — она все еще пристально смотрела на эльфа, который не сводил глаз с человека. — Увидимся, тетя Сэм, — прокричал племянник, уже из-за двери… Напоследок они еще заглянули к оленям, которых Джей узнал по именам и с удовольствием кормил их ягелем, гладил. Джен, Феб, Марч, Эйп, Мэй, Джун, Джул, Оги, Септ, Окто, Нов и Дис… Все они приняли человека за своего и о чем-то тихо с ним беседовали, пока тот доставал из карманов припрятанные специально для них кусочки яблок с морковкой. Дженсен, затаскивающий под крышу тюки с сеном и составлявший их в дальний угол — как раз привезли новую партию с ферм, наблюдал за ними с умиротворенной улыбкой. — Почему дни проходят так быстро? — сокрушался поздним вечером Джаред на пороге терема тетки — снова темного, будто бы нежилого. Саманта в отсутствии Санты проводила в мастерских все свое время. Дженсена вдруг изнутри как толкнуло. Каждый вечер он приводил человека сюда, когда весь поселок уже давно спал. Встречал его здесь же — до того, как петухи на ферме Ким начинали орать. Так, может быть, проще… — У меня есть свободная спальня… — он запнулся, — Может быть, ты согласишься?.. Джаред сверкнул глазами и радостно перебил: — Конечно. Только я оставлю записку Саманте, вдруг она меня потеряет. Хотя может быть, и не заметит. Ее и дома-то почти не бывает. Зайдешь? — Н-нет… — эльф неожиданно смутился. — Подожду здесь, снаружи… … У Дженсена поджилки тряслись, когда они шли к его дому по кажущемуся пустым поселку. Только мягко мерцали фонари золотым светом, да в окнах фабрик то и дело вспыхивали красные искры. На крыльце одеревеневшими пальцами нащупал в кармане ключи, вставил в замок, провернул. Потянул человека за собой в мрак прихожей. В длинном коридоре светильники вдоль стен послушно вспыхнули, реагируя на возвращение хозяина с гостем. — Здесь… ты уже был. Спальня… Смотри, это здесь… — толкнул одну из прикрытых дверей. — Принесу запасной плед, хотя там теплое одеяло, — бормотал Дженсен под оглушающий, непрекращающийся стук и звон в его голове. — Спасибо, Дженсен. Увидимся утром, — Джей вдруг наклонился и клюнул в щеку губами. Дженсен замер. Он стоял еще минут пять, пока человек ходил по своей комнате, готовясь ко сну. Потом на негнущихся ногах кое-как добрался к себе и рухнул кулем в постель. До утра слушал завывание стылого ветра за стенами дома и дыхание человека — за тонкой стенкой, так близко. … К утру, вроде бы, распогодилось. Дженсен, сомкнувший глаза перед самым рассветом, блистал шикарными мешками под глазами. Он собирался сварить Джареду кофе или какао, сварганить что-нибудь быстро на завтрак, но, разбив на пол пару яиц, неохотно отказался от этой затеи. — С тобой все в порядке? — тревожно спрашивал человек, заглядывал в лицо снизу вверх и теребил рукав фланелевой в красную клетку рубашки. — Спал плохо, — отговаривался эльф со слабой улыбкой. Беспокойство человека грело внутри и словно бы гладило мягкой лапкой, хотелось утробно урчать, как довольному сладкой жизнью коту. — Ночью был такой сильный ветер, ветки все время стучали по крыше. Боялся, что поселок накроет снежная буря. В прошлый раз повредило электростанцию, и половина фабрик встала на несколько дней. Нельзя, чтобы повторилось такое. Не сейчас, когда до праздника осталось совсем ничего. Джаред выглянул за окно, приоткрыв жалюзи. Снаружи с синего ясного неба светило желтое, как в нарисованном мультике, солнце. Эльфы расторопно спешили по своим эльфьим делам. Джаред заметил размахивающего руками Кристиана — тот выговаривал что-то кучке опустивших виновато головы подмастерьев и время от времени тяжело зыркал на домик главного эльфа. Несколько белок на заборе лузгали сосновые шишки, делая вид, что они здесь были всегда. — Хотел накормить тебя завтраком, а в итоге все валится из рук, — сокрушался эльф, собирая с пола остатки желтка и скорлупы. — Ничего страшного, заглянем снова к Бриане. У нее сегодня будет ягодный пирог, — успокоил Джаред, неравнодушный к пирогам эльф сразу же облизнулся. — Тогда возьми шапку и шарф, погода еще может испортиться… После завтрака, на котором эльф с человеком от пуза налопались ягодного пирога и запили все это галлонами горячего шоколада, они собирались прокатиться на санях к ближайшему фьорду — Дженсен клятвенно уверял, что зимний океан суров, могуч и прекрасен. Наверное, так все и было, но еще очень сильно хотелось остаться с человеком только вдвоем, сидеть с ним рядом в тесной кибитке, пока олени мчат по заледенелой дороге, а вокруг только ветер свистит и белое покрывало снежной пустыни — куда ни взгляни… Помощник спутал главному эльфу такие шикарные планы. Дженсен как раз допивал шоколад, когда Крис плюхнулся на стул рядом и стряхнул с колпака на пол снег с кусочками веток и чешуйками шишек. Должно быть, попал под перекрестный обстрел резвящихся белок. — Вот и ты. Надо же — живей всех живых, а то я сомневался, — саркастично выдал он и обвиняюще сложил на груди руки. Крест-накрест, как шпаги. — И в чем, собственно, дело? Я тебе что-то должен? — нахмурился Дженсен, заметив, как сразу же виновато потупился Джей. Конечно же, он за завтраком как раз говорил о том, что эльф всех в поселке забросил, а друзья, наверное, скучают. — Мне? — уничижительно фыркнул Крис. — Ничего. А вот поселку… Ты вообще знаешь, что на динозавровой фабрике катастрофа? Динозавры будто взбесились и принялись друг с другом сражаться. Птеродактиль умудрился сожрать Микроцератопса. Джейк рвет на себе волосы и ничего не может поделать. Тебя же никто не может найти. Почему твой пейджер отключен? Заряжать не пытался? Кто, в конце концов, из нас главный эльф и должен разруливать все неприятности? Крис пеняет ему пейджером? Крис? Серьезно? Тот самый эльф, что так и не научился пользоваться этой штукой?!!! Дженсен дернул кончиком носа, губы его побелели, он даже набрал полную грудь воздуха, чтобы поставить поганца на место. Да как вообще он посмел отчитывать его, как мальчишку?! Джаред пристально посмотрел на него и молча опустил руку ему на колено. Дженсен выдохнул и проглотил все злые слова, что уже готовы были выплеснуться на Кристиана. Хм… Возможно, он и правда… немного увлекся. Ну что же… — Забыл я как-то про пейджер. Моя вина, извини, — буркнул он. Крис, приготовившийся к скандалу и ссоре, вытаращился на друга. — Сейчас закончим с едой и сразу же пойду разбираться. Есть что-то еще, что я упустил? — Эм… кажется, нет… — Вот и чудно. Пойдешь вместе с нами? Ты же помнишь Джареда, племянника Саманты? Джей, — повернулся он к человеку. — Я уже вас знакомил. Поверь, этот тип только кажется нахалом и хамом, на самом деле он — отличный малый. — Погоди… — Кристиан заерзал на стуле, принялся тереть шею и озираться. — Он же человек, я забыл… Он не знает… Джаред, привет. Про динозавров… Я имел в виду… сбой настроек программы. Дженсен должен все… э-э-э-э-э-э… с нашим главным программистом решить. — Крис, выдохни. Человек в курсе, — отмахнулся главный эльф и, отставив опустевшую кружку, потянулся, разминая спину. — Ты только сильно об этом не распространяйся, дойдет до Саманты, будет скандал, ты же ее знаешь. Такого самому наплетет… Разберусь с этим позже. Ну так что, ты с нами? Уверен, там какой-то пустяк, который просто не пришел в голову Джейку. — Н-нет… Мне надо вернуться в лабораторию, — промямлил помощник, ошарашенно наблюдая, как его босс обматывал шарфом шею человеческой дылды. — Все с мороженым пурхаешься? Прости, я так и не зашел на дегустацию, мы обязательно позже заглянем, — вспомнил Дженсен. Кристиан отмахнулся. — Да рано пробовать, я нашел недочеты, еще доработаю, а потом позову. Ты только это… пейджер включи. Тебя в эти дни очень сложно найти. — Сегодня же, отыщу его только, — пообещал Дженсен, уже таща за собой человека и объясняя скороговоркой про динозавров и яйца. — Детишкам они, конечно же, чаще отправляются подарками в яйцах, малышня любит смотреть, как детеныши вылупляются. Принимают вид игрушек, конечн. Но все равно нужна тщательная отладка, чтобы не случалось таких вот досадных сбоев… Бриана, пришедшая за грязной посудой, посмотрела в спину удаляющейся парочке и покачала головой. — Что-то да будет. Дженсен на него надышаться не может, на себя не похож. — Надеюсь, это не приведет к катастрофе, — пробормотал Крис и придвинул тарелку с большим куском пирога. — Я доем, ты не против? Забегался снова. — Только рада, угощайся, конечно. Сейчас еще горячий шоколад принесу, Дженс все выхлебал… — Лучше свежевыжатого сока… … Джейк, увидев на пороге свое спасение — главного эльфа, от облегчения разрыдался. Кое-как его успокоив, Дженсен осмотрел линию сборки. Проблема, как он и предсказывал, оказалась в простом, эльф перепутал добавки-семечки, которые помещал в яйца при сборке. — Блин, и как я не понял? Проверял же все на тыщу раз, а тут на тебе… — Джейк сокрушался и даже бил себя по лбу. — Не расстраивайся, — утешал главный эльф, — с каждым может случиться. Тебе просто нужна пауза. Включи автоматику на час-другой, сходи в лес погулять, подыши, к белкам, в конце концов, загляни, или на катке с Фел покатайся. — Да разве вытащишь ее сейчас из мастерской, ты Фелицию будто не знаешь. Хотя она и в обычные дни на меня внимания не обращает, — Джейк грустно вздохнул, с завистью поглядывая на сцепленные руки человека и эльфа. — А вы чем займетесь? — Хотели прокатиться до фьорда. Джим должен был приготовить нам сани. От тебя пойдем сразу к нему. До темноты должны успеть обернуться… Надеюсь, а то залететь ночью в ледовый разлом — плевое дело, — признался Дженсен и погладил большим пальцем запястье Джареда. — Спасибо за помощь, — Джейк пожал им по очереди руки. — Надеюсь, прогулка получится хорошей. Не начался бы буран, ночью так сильно дуло. У меня ногу, которую я ломал три года назад, всегда тянет к буре. Вот и сегодня… — Не должен. Небо ясное, как на картинке, — не очень уверенно ответил Дженсен, присматриваясь к горизонту. Кажется, там действительно начали сгущаться черные тучи… Буря обрушилась на поселок меньше чем через десять минут. Словно в небе кто-то распахнул створки ворот и вывалил вниз все скопившиеся запасы снега — колкие хлопья вперемежку с ледяным дождем больно били по незащищенным участкам кожи. Ветер рвал полы одежды, выбивал слезы из глаз, толкал в спину ледяными руками. Вместо воздуха — снежная круговерть, в которой и на полдюйма вперед не было видно. Дженсен как-то нащупал забор, вдоль которого дальше они пробирались на ощупь, как двое слепых, в час пик попавшие на Манхэттен. Дорога, прежде занимавшая минут пять, в этой буре растянулась на три четверти часа. Ввалившись в дом, навалились вместе на дверь — сорвавшийся с цепи арктический ветер ломился внутрь за ними и легко мог ее сдернуть с петель. Дженсен провернул ключ в замке на три оборота и, стуча зубами, сбросил промокшую насквозь куртку на пол. Джаред последовал его примеру. Стянул и ботинки. Внутрь снег тоже набился и растаял от тепла тела, носки неприятно чавкали по полу, оставляя мокрые следы на паркете. — Вот это стихия. Не думал, что у вас тут бывает такое. Сэм говорила что-то про современную систему климат-контроля, чтобы на рабочий процесс ничего не влияло. Мол, перед Рождеством самая горячая пора и сотни тысяч заказов. А тут на город обрушилась настоящая Катрина, — Джаред присел, стаскивая с ледяных пальцев носки. Подцепил пальцами пояс штанов — те тоже промокли и льнули к ногам, не добавляя приятных ощущений. — Такого и не бывает. Просто кое-кто, видимо, снова сунул нос, куда не просили. Вечно он лезет в сферы, в которых не понимает. Мечтает о продвижении по службе, — Дженсен сморгнул со слипшихся стрелочками потемневших ресниц быстро тающие в тепле снежинки. Они потекли по щекам, словно слезы. — А кто это? Я его знаю? Или ее? — Тебя со всеми знакомили, вроде. Но это неважно. Давай лучше снимем с тебя все мокрое, не то заболеешь, — сипло прошептал Дженсен и потянул холодную, мокрую рубашку долой, а потом наклонился, целуя. Губы опалило пожаром. Горячие руки погладили стремительно покрывшуюся пупырышками кожу. Огладил с оттяжкой, медленно перемещая ладони ниже спины. Джаред вздрогнул и хрипло выдохнул: — Наконец-то, — и принялся расстегивать пуговицы на кафтане, отрывая половину в процессе… … Утром буря немного утихла, но не настолько, чтобы выманить кого-то из дома. Эльфы сидели под крышами и ждали, пока инженеры, Фел, конечно же, среди них, починят климат-контроль и вернут все в норму. Дженсен по идее должен бы был, пробираясь сквозь вьюгу, инспектировать фабрики и просчитывать ущерб от простоя, строить графики и планировать ночную работу… Только он решил махнуть на это рукой. Отыскал, правда, пейджер и послал сообщение Крису, попросив друга держать руку на пульсе и звать его, “если вдруг что”. Крис откликнулся коротким: “Принял-понял, друг. Все под контролем”. Эльф с чистой совестью прошлепал на кухню — на цыпочках, потому что человек еще спал. Такой красивый в его постели, обхвативший руками подушку, подтянувший к животу одну длинную ногу… ночью обе они так красиво смотрелись у него на плечах… Когда спустя полчаса заспанный Джаред все-таки выполз на кухню, почесывая голый живот и отчаянно зевая, счастливый Дженсен, подпоясанный фартуком, в смешном поварском колпаке набекрень встретил его взмахом деревянной лопатки и потрясающими ароматами. — Надеюсь, ты любишь панкейки? Потому что я напек уже столько, что хватит на целую армию. — Люблю. Не надо армии, я сам это съем… — Джаред плюхнулся на стул и сразу же ухватил с тарелки горячий оладушек. — А ты мне поможешь. М-м-м-м-м-м, как же вкусно… — он почти застонал, засовывая в рот панкейк целиком, запил сладким какао со щепоткой корицы и той волшебной добавки. Теперь-то можно было принимать ее без опаски. Даже здорово было понимать белок и оленей. — Ты и готовить умеешь. А где научился? — Не знаю, — пожал эльф плечами. — Просто вспомнил старый рецепт. Недавно, когда чинил конвейер в кондитерской Бри. — То есть, раньше ты не готовил вообще? — Да как-то совсем некому было. Для одного себя — скучно, — потупился Дженсен, краснея. Подложил свежих ягод в тарелку и пояснил торопливо. — Я утром сбегал в теплицы Ким, когда ты еще спал, собрал вот немного. Теплицы, правда, были в противоположной части поселка, и буря все еще не улеглась, снегом перемело все дороги. Эльф замерз и промок, почти заблудился, пока бегал за этой совсем не обязательной добавкой к панкейкам. Но это стоило восторга, которым вспыхнули глаза человека. — Ты удивительный… Как я умудрился тебя заполучить? В рубашке родился — растрогался Джаред. Дженсен еще поспорил бы с тем — кто из них. На вкус его губы оказались гораздо слаще сочной и спелой клубники. … Щенка лабрадора — курносого и шебутного, как Джаред, Дженсен притащил с фермы Ким через два дня. Джаред сортировал для стирки футболки, свитера и носки, когда эти двое ворвались с мороза — засыпанные снегом и громкие, один — заливисто лая, второй — от души хохоча. У входа с них натекла сразу целая лужа. — А это кто у нас тут такой? Да ты мой хороший… — Джаред, прибежавший из спальни на шум, грохнулся на задницу, когда песик с порога решил запрыгнуть ему прямо в руки и тут же принялся радостно вылизывать лицо, бешено мотая при этом хвостом. — У этого красавчика есть имя? — Будет, когда ты его дашь. Именно хозяин должен давать имя питомцу. В этом весь смысл, тогда между ними образуется особая связь, — сказал Дженсен тепло, снимая перчатки и с улыбкой разглядывая парочку, азартно копошащуюся на полу. — Я? Хозяин? То есть… Он — для меня?! — Джаред обхватил щенка поперек и грохнулся на спину, поднимая выше мохнатого друга и хохоча. — Слышал, приятель? Ты теперь — мой! Будешь Херли? Как тебе твое имя? Мелкий снова заработал маятником-хвостом и оглушительно залаял, успевая слюнявить довольного человека. — Кажется, он согласен. Эй, малой, а как тебе нравится Джаред? — рассмеялся эльф. “Дж-ж-жар-р-р-р-ред… Ч-ч-ч-человек… Хор-р-р-рошо… Хер-р-р-р-рли нрр-р-р-р-равится”, — пронеслось нечеткими отрывками в голове. Джаред замер, уставился на питомца. — Дженсен? Ты слышал? Он… Он со мной говорит? Херли тоже? — Конечно. Здесь нет исключений. Ты сможешь услышать и мышь, например, если встретишь. И если ей, конечно, найдется, что сказать тебе, — никак не получалось перестать улыбаться. От детской непосредственности Джея, от его умения радоваться самым простым вещам, наслаждаться жизнью и пить ее, вдыхать полной грудью — хотелось научиться летать. — Пока ты понимаешь только обрывки, но он еще маленький. Со временем станет лучше. — Слышишь, дружок? Мы с тобой будем самыми лучшими в мире друзьями, согласен? Они переместились в гостиную и устроили на полу кучу-малу. Чудом не угодили в камин и не подпалили волосы человека и шкурку щенка. Взяли его, конечно же, с собой и на прогулку… С этого дня Херли стал неотъемлемой частью команды. Бри подкармливала его вкуснейшими кусочками сосисок и мяса, Крис грозился отвести на охоту и “сделать из него, наконец, настоящего пса”, Фелиция связала ему милый шарфик. Правда, уже на второй день тот пропал. Дженсен подозревал, что пес попросту закопал презент под крылечком… Понимать пса и у человека, и у эльфов, действительно, с каждым днем получалось все лучше. Вот только воспитание хромало на обе или даже – на все четыре ноги. Несмотря на строгий запрет, Херли при любой возможности, стоило Джареду отвернуться, увлеченно грыз мебель и обувь. А после сидел, опустив виноватую морду и сокрушенно вздыхал, пока Дженсен или Джаред объясняли, как плохо он поступил, и почему никогда-никогда больше не стоит так делать. Надолго Джареда, впрочем, никогда не хватало. Уже через десять минут он трепал питомца по холке, чесал за ухом и звал на улицу — играть в догонялки. Херли немедленно мчался за ним. Пес вообще не отходил от хозяина ни на шаг и смотрел на него с обожанием преданными щенячьими глазами. Ночью спал за запертой дверью спальни — снаружи, вздыхал, но внутрь пробраться все-таки не пытался. Зато все остальное время был его верной тенью. — Как хорошо я его понимаю, — Дженсен улыбался, а потом почему-то мрачнел, отворачивался. Всего на секунду-другую. Почти сразу же придумывал шутку или менял тему, рассказывал про какую-нибудь из эльфийских проказ. Маленькие подмастерья все время устраивали что-то такое — то бобра достали зимой из его хатки зачем-то, то перенастроили конфетный автомат на производство вареной лущеной кукурузы — перед Рождественским киномарафоном собирались запастись попкорном, да что-то не рассчитали… Джаред сначала было решил, что все дело в усталости — главная ночь года все быстрей приближалась, и эльф не знал ни минуты покоя. Все время бегал на авралы, поломки, разруливал споры и усмирял драчунов. Но эти приступы “помрачнения” с Дженсеном случались все чаще. Как-то совсем поздним вечером, они уже спать собирались, Джаред не выдержал: — Ты чего такой хмурый? Рождество же почти наступило. Все фабрики работают, как часы, ты с сотню раз все проверил. И Крис, если что, начеку. Водил пальцами по переносице и щекам, а потом, перевернув его, — по плечам, пересчитывал золотые веснушки. На спине он любил собирать их губами, спускался до самой поясницы и ниже. Обычно Дженсен на это довольно урчал и гнулся навстречу, но сейчас зарылся лицом глубже в подушку и изо всех сил притворялся, что спит. Джаред на это, конечно же, не купился. Продолжал все сильней тормошить, щекотать. Потом уселся на пятки и выдохнул горько: — Дженс, ты меня чертовски пугаешь сейчас. Расскажи уже, что происходит? — Ты не сможешь оставаться здесь вечно, — мрачно пробурчал эльф нехотя. — Ты — человек, у тебя — своя жизнь. Учеба и работа, друзья. Однажды тебе придется вернуться, — добавил с отчаяньем он. Спина его напряглась. Джаред громко, с облегчением выдохнул и рассмеялся тихонько. Склонился и лизнул вдоль позвоночника, пробормотал: — Такой сладкий, — а после прижался губами, легко ущипнул. В тысячный, кажется, раз принялся выводить языком на коже то самое слово, касаясь всех самых чувствительных точек и заставляя эльфа тяжелее и чаще дышать. — С ума сошел? — прошептал ему в ухо через какое-то время. — Как теперь я уйду? Зачем? И куда? Это же не жизнь теперь будет — где-то там, без тебя. Попрошу помощи у тети Саманты, она придумает выход… В конце концов, здесь на полставки устроюсь — собирать ягель оленям. Джим не откажет. — Ты… действительно этого хочешь? — Дженсен выбрался из-под подушек, вскинулся с сумасшедшей надеждой в глазах. — Ты в чем-то можешь еще сомневаться? Ты же — мой личный эльф, моя сказка. Я же люблю тебя, Дженс, — шепнул Джаред и охнул, когда главный эльф, сграбастав своего человека в охапку, ловко подмял его под себя, прижал запястья к кровати и принялся целовать, как ненормальный. Целовал и думал, — что у них все получится. Как иначе? Это же сказка. А у сказки не бывает плохого конца… Целовал и думал, — что Крис, конечно же, будет ворчать и выест гундением большую часть его мозга. Саманта, так пока еще и не понявшая, что эльф открыл ее племяннику главную тайну, закатит грандиозный скандал. Без Миши точно не обойдется — тот непременно станет сучить и подстраивать гадкие штуки. — Чему ты так улыбаешься? — Джаред оторвался от него, запыхавшись, всмотрелся в лицо, по которому блуждала шальная улыбка. — Выглядишь маньячно. — Кажется, ты застрял со мной на целую жизнь, — запустил в его волосы пальцы, потянулся за очередным поцелуем. — Знаешь, я совершенно не возражаю… — шепнул Джей, раскрывая губы. Метель снаружи снова сорвалась с цепи, швыряла в стены дома пригоршни жесткого снега, била ставнями в окна, завывала ветром в каминной трубе. Херли мирно дремал на подстилке возле камина, то и дело открывая глаза и всматриваясь в огонь, а потом снова ронял голову на массивные лапы и засыпал. Задние лапы его подрагивали во сне — это значило, что ему что-то снилось. Вполне возможно, подруга, которая у него обязательно будет, стоит только Джареду намекнуть… Эльф подставлял лицо и шею поцелуям своего человека… Прислушивался с изумлением к чему-то огромному, воздушному, теплому, что заполняло его изнутри, распирая грудную клетку и насыщая вены восторгом… Оказывается, за столетия жизни, он прежде еще никогда не был по-настоящему счастлив. Теперь-то он это знал.