Метка Волка

Проснулся я с чувством, что меня переехал конвой КАМАЗов. Нежелание идти в школу сжирало меня изнутри. Как после летних каникул, когда три месяца отдыхаешь, а потом первого сентября просыпаешься и осознаешь, что следующие девять месяцев тебе суждено вставать рано утром, подвергаться насилию над мозгами, потом дома делаешь уроки и времени остается только на поспать. А потом вспоминаешь про бесконечные самостоятельные, проверочные, контрольные. Я поежился, ведь именно это меня и ждет, вместо незапланированных каникул. Я еле встал. Подошел к злосчастному шкафу и осознал, что у меня нет формы… Вздохнул. Значит мои родители додумались перевести меня в деревенскую школу, чтобы я «наслаждался учебой», но при этом не додумались, что без формы меня будут дрючить. Ну и похер… Я достал свою косуху, старую отцовскую футболку с логотипом «Metallica», и свои вчерашние джинсы. Оттуда же достал старый рюкзак. У меня не было учебников. Но зато я знал, что здесь по-любому было много тетрадей, которые в детстве я пачками изрисовывал. Каждая страница там была отдельным рисунком. Но все тетради изрисовать я не успел, поэтому много из них остались не тронутыми. Открыв ящик, где собственно и лежали тетради, я взял несколько, примерно прикинув сколько у меня будет уроков. Ну а там где рисунки, там и канцелярия, поэтому найти ручки, карандаши, ластики и тому подобное, не составило труда. Все это закинул в потрепанный временем пенал, ну а потом и в рюкзак. Я спустился на нижний этаж. Старался не издавать ни звука. Родители еще спали. На улице была кромешная тьма. Из окна были видны огни фонарей. Или же это были хищные глаза, уставившиеся на добычу? Прошел на кухню. «Надо бы позаботиться о своей добыче, а не задумываться о несуществующих хищниках» — с этими мыслями я открыл холодильник, там лежали сыр, колбаса и молоко. На самом деле там лежало больше продуктов, но именно вышеперечисленные я взял на завтрак. В выдвижном шкафчике был нож. Такой же тупой, как те два хулигана. Также в шкафу я нашел твердый хлеб. Еле разрезав его тупым ножом, я соорудил бутерброд. Сел за стол и всухомятку принялся его есть. Не дожевав, я поднялся к себе и переоделся. После того, как оделся, я взял с собой плеер и несколько кассет, в том числе и те, что мне дала Алиса. Точно, Алиса! Она же меня ждет в шесть утра… черт! «Ну нужно де было отправить меня в школу?» — ругался я про себя. Ладно, по пути зайду на обусловленное место и все объясню. Может получится после школы или в другой раз? Конечно, мало вероятно, что в лесу есть изобилие кассет, но с другой стороны, я никогда не гулял с девочкой один на один. В основном мой контакт с ними состоял из прогулок в компании друзей или просто пересечений в школе. Грустно… Я снова спустился, надел ботинки, взял шапку и направился в утреннюю темноту.  Было довольно холодно. Одна косуха меня не согревала. Но она у меня была на все случаи жизни. Помню, как я ее вымаливал у отца, и на  позапрошлый Новый год, под елкой лежала заветная куртка. С тех пор, я практически всегда надеваю только ее и в жар, и в холод. В очередной раз я перепрыгнул через забор и направился к месту, откуда проводил Джонатана. Все, на что я надеялся, это не встретить его там. Да, парнишка-то нормальный сам по себе, но очень навязчивый, как по мне. Я шел по темноте, моя паранойя рисовала страшные образы у меня за спиной. Успокоительные до сих пор лежали у меня в кармане. Мне хотелось опять их принять. Я понимал, что спокойно мог из-за них загнуться от передоза, но полусонный я этого до конца не осознавал. Поэтому спустя секунд десять таблетка оказалась в моей глотке. Образы потихоньку тонули в моих мыслях и исчезали. Паранойя угасала. Звуки, которые казались мне шагами, оказались лишь обычным шепотом леса. Или… стоп. Я остановился, но шаги продолжились. Неужели таблетка не подействовала? Или эти шаги реальны. Глубоко дыша, я обернулся. На расстоянии около десяти метров стоял силуэт. Он был мне очень знаком. Алиса… видимо не стала дожидаться меня и в итоге пришла сама.  — А ты не очень-то и пунктуальный, — подметила она. — Есть за мной такой грешок. — Ну что? Пойдем устраивать охоту за кассетами? — С энтузиазмом проговорила Лиса.  Я взглянул на ее маску. На этот раз, я видел ее желтые, светящиеся глаза. — Алиса, извини, но… — Я замялся. Увидел в глазах Алисы настороженность, — Мои родители решили меня вписать в местную школу.  — Ох уж эти взрослые, — с обидой сказала Лиса, — Вечно ищут способы откреститься от детей. — Это точно. Но мы ведь можем после школы встретиться. — Хм… — Алиса задумалась. Почему-то мне показалось, что она сейчас меня пошлет. — А это даже лучше, тогда после школы, я буду ждать тебя возле «Гильотины». — Лиса хихикнула и подмигнула. — Что? Какой «Гильоти… — Я не успел договорить. Из леса раздалась мелодия флейты. Я обернулся, в поисках источника звука, но ничего не найдя, снова повернулся к Алисе. Ее и след простыл… я оказался совершенно один, окруженный темнотой. Флейта продолжала играть, а я мотал головой, сбивая ее чары. Не в силах себя контролировать, мое тело шло к лесу. Я дал себе оплеуху и побежал в сторону школы. Бежал так, как-будто за мной бежала свора диких, бешеных собак. Казалось бы, убежать от музыки — это бред! Но я был не в том состоянии, чтобы мыслить здраво. Совсем скоро, я оказался возле школы. В небе не было ни намека на рассвет. Было очень темно. Лишь огоньки от окон школы, хоть немного освещали непроглядную тьму. Возле одной из стен школы, рядом с мусорными баками, курили старшеклассники. Судя по всему, они были девятиклассниками. Признаюсь честно, я пробовал курить, и по всей видимости, стал одним из немногих, кто к этом не привык. В итоге у меня не было ни одной вредной привычки, кроме громко слушать метал в наушниках. Я зашел в школу. Желтоватые лампы освещали коридоры. Я снял шапку и косуху, повесив ее в гардеробе, среди одинаковых курток. В итоге в школе я ходил в черной футболке «Metallica» и джинсах. Тут вспомнил про плеер и про то, что не слушал новый альбом «Slipknot». Поэтому я вставил кассету в плеер, затем надел наушники и выкрутил почти на полную мощность. Альбом открывал отчаянный крик Сида Уилсона. Он внушил мне неуютность, из-за этого мурашки единым фронтом пробежали по моей спине. Коридоры были пусты. Я поднялся на второй этаж, а он то был куда оживленней. Проходя, я ловил на себе удивленные взгляды учеников и преподавателей. Конечно удивление скорее всего было осуждающим. Подойдя к нужному классу, я увидел подоконник, располагающийся прямо напротив двери. И только я уселся на него, тут же вспомнил, что нужно зайти в библиотеку за учебниками. Думаю не стоит описывать, как я спускался, объяснял ситуацию, забирал учебники и все в этом духе. Важно лишь то, что забрав все книги, я все-таки уселся на подоконник. «Slipknot» начал по-тихоньку надоедать. Тут я вспомнил про ту кассету «из будущего». Нащупал кассету в кармане, и достав ее, я скептически глянул на нее. Но пожав плечами, я спокойно вставил ее в проигрыватель. Решил поиграть, загадаю случайное число, от одного до двадцати, и какое число, такая и песня по счету. Конечно, я не знал сколько там песен, но в основном в таких альбомах количество песен не больше двадцати. «Ну… допустим шесть» — с этими мыслями я начал перематываться кассету, про себя считая количество промотанных песен. Начало было приятным: красивая мелодия на клавишах, в меру тяжелые риффы гитары и вокал. Я не знал кто поет. Немного послушав, мне в голову уже въелся припев «What I’ve done». И тут звонок. Начинается… сейчас на меня будут наезжать учителя из-за моей внешности. Интересно, в первый день я заведу себе друзей или врагов? Я зашел последним. Учитель посмотрел на меня презрительно.  — Фамилия? — Противным тоном спросила она. — Ларин. — Сказал я, держа в руках учебник, пенал и тетрадь. — Ну, Ларин, как вы объясните свой внешний вид. — С неким злорадством, учительница положила журнал на стол, и пристально стала смотреть на меня. Я решил повыпендриваться своими знаниями. — Оззи Осборн носил цепи и кожу, Джеймс Хэтфилд выходил насцену в рваной футболке — и они изменили музыку. Может, хватит мерить всех одной линейкой? — С выражением говорил я, бросая вызов системе. Сложил руки и стал ждать ответа. — Мне всё равно, какой у тебя стиль и какие у тебя убеждения. В школе есть правила, и ты их соблюдаешь — или идёшь к директору объяснять, почему не хочешь. Выбирай прямо сейчас. — Меня не слабо разозлило, что мне сразу же начали угрожать. Поэтому я решил ответить ей на ее же уровне. — Отлично, идём к директору. И заодно я спрошу у него, почему школа вместо того, чтобы учить, занимается запретами и унижением учеников. — Тут уже учитель выглядел недовольным. — *Вздох* Ладно, потом с тобой разберусь, садись за последнюю парту и не мозоль глаза. С чувством выигранного боя я прошел к последнему ряду, и кинув вещи на парту, сел за нее.  Весь урок, я снова ловил на себе взгляды одноклассников. На этот раз это было либо уважение, либо восхищение. В принципе я привык бунтовать. Во всех школах, в которых я учился, были такие ситуации. Да, не смотря на мое бунтарское поведение, учился я не плохо. Мои итоговые оценки всегда были только пятерки и четверки. Троек, и не дай Бог, двоек никогда не было. Началась перемена. Как я и думал, училка то ли забыла, то ли просто не хотела разбираться со мной, но до конца дня, она не обращала на меня никакого внимания. Выйдя из класса, я увидел старых знакомых. Егор и Серега снова щемили Джонатана. Я тяжело выдохнул, ведь меня это уже раздражало. Я, топая, подошел к ним сзади. — Вам двух предупреждений не хватило? Серега испуганно обернулся. — Д-да как? Ты нас преследуешь что ли? — Он заикался. Явно боялся меня. Когда Егор повернулся, он немного вздрогнул, но быстро постарался взять себя в руки. — О, опять боец за справедливость нарисовался. —  Он делал вид, будто ему совершенно наплевать на меня. Пока Егор трепался, Джонатан успел выскользнуть и убежать. Это явно его, мягко говоря, расстроило. А грубо, он был в бешенстве. Топнул ногой и резко приблизился ко мне. — Эй, уебок! Куда побежал?! — Крикнул Серега ему в след, вначале собираясь начать преследовать его, но затем передумал.  — Ты, блядь не на тех нарвался! Какой-то хер с горы приперся сюда и теперь рушит старые порядки. Тебе мало не покажется. — Мне это было смешно слушать. Это чмо говорит, что я не на тех нарвался, хотя уже два раза я его заломал в одиночку. А Серега-то его, вообще трус редкостный, только рядом с Егором он превращается в «Рэмбо». — Ну-ну… И кто же меня заставит пожалеть обо всем? — Саркастично спросил я. Тут сзади я услышал тяжелые шаги. Обернулся. Там шел гоповатого вида подросток моего возраста. Он был в сером свитере и в брюках. Не особо выделялся из толпы. Я вспомнил, он из моего нового класса, видел его, сидящего на четвертом ряду. Рядом с ним шел, по всей видимости, его прихвостень. На нем была надета спортивка, поверх белой рубашки, что выглядело немного нелепо. Позади них шел еще один подросток. Вначале я его даже не заметил. Он был ниже их всех и одет в черную рубашку. — Егор? Какие-то проблемы? — Хамовато спросил «Свитер».  — Да так, Колян, у нас тут бунтарь появился. Мне было трудно держать серьезное лицо, потому что кто это говорит? Какой-то шкет, на год младше меня, строит из себя главного авторитета поселка. — Хм… Колян, так это ж тот самый,  э-э-э… Рокер, который училке трепку задал. — Я б попросил… Я Металлист. — Вставил свои пять копеек я. — Да, помню такого. Слышь, — «Главарь» переметнул свое внимание на меня, —  А ты откуда здесь нарисовался? — Из Ё-бурга, а что? «какие-то проблемы»? — Его же словами ответил я. — Чет он борзый какой-то… Борзых учить надо. — Из-за спин своих товарищей, сказал «Низкий». — А Вован-то прав, что-то этот чепух развыебывался. — Поддакнула «Спортивка». Колян жестом показал, чтоб все заткнулись. Он подошел ближе ко мне. — Слушай, ты мне только нравиться начинал. Как ты учителя на место поставил, это надо было лицезреть. А тут ты и оступился… Ну и зачем ты Егору всю малину портишь? Тебе-то какое дело? — Этот Колян показался мне более-менее адекватным в своей своре, хоть и пахло от него быдловатостью.  — Не люблю, когда такие как вы, щемят тех, кто слабее. «Не по-пацански». — Решил надавить на самое больное место всех псевдобандитов. Это все эти «понятия», «по-пацански», «не по-пацански», ну и тому подобное. — Я ж сам таким был, но потом вырос из груши для битья, в того кто и сам побить может. Колян сделал шаг вперёд, нависая надо мной. Его лицо было в паре сантиметров от моего — я чувствовал запах дешёвых сигарет и чего‑то кислого. — Ты чё тут порядок наводишь? — прошипел он, сжимая и разжимая кулаки. — Думаешь, раз пару раз Егора уложил, так теперь тут главный? — А ты откуда знаешь? — Спросил Егор, краснея от стыда. — Я за тобой приглядывал. Батя сказал. Ну и видел все то, чего не хотел. С тобой я потом отдельно поговорю. Думал у тебя тут авторитет, а на деле только одного тут в страхе держишь…— Колян прервался, зло посмотрев на меня. Его прихвостни придвинулись ближе, отрезая пути к отступлению.«Спортивка» хрустнул пальцами замоей спиной, а Вован тихо бросил: — Сейчас он у нас попляшет… Я не отступил — наоборот, чуть подался вперёд, выдерживая взгляд Коляна. Говорил негромко, но чётко, чеканя каждое слово: — Слушай сюда, Колян. Я человек не конфликтный и в первый день не хотел врагов заводить, но и смотреть, как вы щемите того, кто слабее, не стану. Это не сила — это трусость. Шакалы! Колян на мгновение замер. В его глазах мелькнуло что‑то — не то сомнение, не то злость. — Замолкни, — бросил он, но уже без прежней уверенности. — Ты меня не знаешь, чтобы судить. Хоть как человека я его не знал, но его клишированный образ выдавал его. — Знаю достаточно, — я не отводил взгляда. — Ты тут главный. Не они, — я коротко кивнул на все его окружение.— А если главный — отвечай за своих. Иль ты не главный? Вован не выдержал: — Колян, да чего ты с ним вообще треплешься?! Он же нас только что… — Закрой пасть, — оборвал его Колян, не оборачиваясь. Его голос прозвучал глухо, но твёрдо. Наступила тяжёлая пауза. Где‑то вдалеке хлопнула дверь школы. Я продолжил, понизив голос: — У тебя выбор, Колян. Либо ты и дальше будешь вести эту свору, которая только и умеет, что толпой на одного. Либо станешь тем, кого будут уважать по‑настоящему. Без криков, без угроз. По делу. — А иначе что будет? — Самодовольно, но без лишнего пафоса спросил Колян. — Иначе я буду ложить не только Егора с Серегой, но и за вашей сворой приглядывать. Колян сжал челюсти, потом резко выдохнул через нос. Его взгляд стал жёстким, но уже не агрессивным — скорее задумчивым. — Ты думаешь, это так просто? — спросил он хрипло. — Отпустить все, что годами строилось? — Простого тут ничего нет, — я покачал головой. — Но если не начать сейчас — завтра будет еще хуже. Он помолчал, потом вдруг усмехнулся — криво, без радости. — Ну ты и змей, однако. Умеешь в душу залезть… Ладно. Давай так: Без толп. Но а если есть претензии — один на один. По правилам. — По честным правилам, — уточнил я. — По честным, — повторил Колян. Мы пожали руки. Крепко, без лишних эмоций — как два человека, которые только что заключили негласную сделку. За нашими спинами раздалось недовольное ворчание. — Колян, ты чё, серьёзно? — прошипел Вован, сжимая кулаки.— Он же нас только что на место поставил! Колян медленно обернулся. Его лицо стало жёстким, голос — низким и угрожающим: — Я сказал: по рукам. А кто несогласен — может выйти со мной один на один. Прямо сейчас. Ну? Кто первый? Никто не двинулся с места.«Спортивка» потупил взгляд, Егор и Серёга переглянулись, нопромолчали. — Вот и отлично, — я опустил руку.— Значит, договорились. Колян кивнул. В его глазах читалась усталость — но и какая‑то новая решимость. — Будем знакомы, — он протянул руку ещё раз. — Колян. — Вася, для друзей Кори, — я пожал её. — Будем. Его приятели стояли позади, переминаясь с ноги на ногу. Воздух все ещё был напряжённым, но что‑то неуловимо изменилось. Будто трещина прошла по старому порядку — и теперь всё могло пойти иначе. Признаться, я не думал, что мои «красноречивые» речи произведут какое-то впечатление на шпану, но Колян оказался реально адекватным пацаном. — Что за погоняло? — Вырвал меня из размышлений голос Коляна. — Да… я ж Металлист, в одной группе вокалиста зовут Кори, вот и приелось. Слушай, Коль, — я сменил тему, — давай отойдем от твоей свор… группы.  Колян с каким-то недоверием глянул на меня, но мы все равно недалеко отошли от его своры. — Ну вот ты вроде адекватный парень, с каким-никакими моральными принципами. Ну вот зачем ты ввязался в эту движуху?  Колян нахмурился и исподлобья посмотрел на меня. — У меня были свои причины. Колян собирался достать пачку сигарет, но тут как тут прозвенел звонок на урок. — Ладно, забей… — Сказал он и направился в класс. Дальнейший учебный день обошелся без приключений. На уроках я думал о чем угодно, кроме самих уроков. Мне не давало покоя место, назначенное Алисой. «Гильотина»… Вроде это французское приспособление для отсечения головы. Может это местное название? Но для чего может быть такое название?  На следующей перемене ко мне опять-таки подошел Джонатан с благодарностями. Было, конечно, приятно, но все-таки он был надоедлив.  Конец учебного дня. Хоть время не было поздним, но темнота уже подступала. Выйдя из школы, меня встретили мои новые знакомые. Колян и «Спортивка». — Здаров, Васян, как первые впечатления от нашей школы? — С какой-то нездоровой ухмылкой спросил Колян. — Нормальные, бывало и хуже… — Тут я вспомнил про «Гильотину», нужно бы спросить, — Слушайте, че такое «Гильотина»? «Спортивка» усмехнулся: — Так это ж хрень, которой голову… — Коля толкнул его в плечо. — Боря, он-то не столько тупой, чтоб не знать что это такое… — Он посмотрел на меня и вздохнул, — Так, значит… ты по-моему парень не из пугливых, поэтому я те расскажу, про это место. Здесь на краю нашего поселка лесопилка стоит старая, заброшенная. Там такая ситуация произошла, одному из лесорубов циркулярка голову отрезала. Никто не знает каким образом, кто-то думает, что неосторожность, кто-то что это убийство, ну а кто-то вообще, что это что-то сверхъестественное… С тех пор она больше не работает… Поэтому ее и называют «Гильотиной», типа ему же голову отрезало, вот и прижилось название… — Не знаю почему, но казалось, что Коляну это было трудно вспоминать. — Так, а тебе-то зачем знать? Тебя кто-то туда позвал? Говорить об Алисе я не собирался. Учитывая то, что она девочка в маске Лисы. Мало ли у нее тут дурная слава, и все будут думать, что я тоже сумасшедший. — Нет, я просто слышал, что кто-то собирался к «Гильотине» идти, вот и стало интересно. — Слушай, Вась, сегодня ты, конечно отличился. Всех хулиганов на место поставил. Что ж греха таить, ты и меня, и Борю можно сказать тоже на место поставил. Теперь у тебя появился хороший авторитет среди обычных учеников, но также у тебя теперь есть риск отхватить от тех, кому новые порядки не понравились. А таких большинство. — Колян посмотрел куда-то вдаль, после чего опять повернулся ко мне. — Так вот к чему я, на Лесопилке обычно проводят стрелки, да и в принципе там весь наш брат обитает… Поэтому я б тебе не советовал туда соваться. — И не буду, нафиг мне туда идти? Да и в принципе, мне щас домой пора, я пойду, до завтра… — Ладно, покеда! — Крикнул Боря. — До завтра. — Сказал Коля, вначале подозрительно посмотрев на меня, а потом повернувшись к Боре, начал что-то говорить.  Я уже не слышал, да интересно мне не было. Все что меня волновало, это Лесопилка, и Алиса, что ожидает меня там. Школа отдалялась, а новые территории поселка открывались передо мной. Я решил всмотреться вдаль, чтоб понят в какую сторону идти. Повезло, но всего одно большое здание, или правильнее будет сказать комплекс, располагался на краю поселка. Это и была лесопилка, и именно туда я и отправился. Дойдя до холма, располагавшегося недалеко от пункта назначения, мне удалось получше рассмотреть здание. Оно было огорожено высоким забором. Бревен, досок и подобных материалов там не было. Видимо, когда она закрылась материалы забрали. Там было два здания. Из окна одного из них был слабый свет, значит местный контингент был на месте. Алисы нигде не было видно, наверное она была сзади Лесопилки.  Я решил не приближаться к воротам, все-таки моя шкура мне была дорога. Подойдя к боковой стене, слева от ворот, я начал пробираться задней стене комплекса. Но на мое удивление, никого здесь не было. Уже темновато… Я постоял минут пять, но поняв, что никто не придет, я решил идти к своему дому. Но буквально только я дошел до края стены, вдруг зазвучала флейта. Она снова начала манить меня, своей прекрасной музыкой, в лес. Я отошел от комплекса, на поляну, которая была недалеко от него и где начинался лес. Вдруг мне в голову прилетел лед. Я схватился за голову. Это было не сильно, но неприятной. У меня был низкий болевой порог, и такая боль для меня была не значительна. Я обернулся. Из темноты выходил силуэт. Это был Вован. За ним вышло еще четверо. Двое из них были Егор и Серега, а остальных я не знал. — Слышь, Металлист! — Дерзко крикнул Вован. — Ну и как ты справишься с теми, кому на твои слова насрать с высокой колокольни?!  Я приставил руки к вискам, указательными пальцами вверх, вытаращив глаза, и высунув язык, с улыбкой на лице. — Да он смерти хочет! — Крикнул кто-то из толпы. — Так значит вы там революцию затеяли, в своей быдло-группировке? Колян больше не главный? — Колян? Да ты нам раскрыл глаза, что он чмошник! — Крикнул второй незнакомый мне подросток. Толпа подходила ближе. — Значит я один против всех? Не по понятиям, — усмехнулся я, — Ну раз уж дело пошло до такого, то… Я снял рюкзак и кинул его куда-то к дереву, после чего сунул руки в карманы косухи и достав два ножа поднял их вверх. — Он сумасшедший… — С ноткой страха проговорил Егор. Пока я строил безумный взгляд, оглядывая толпу, я заметил в лесу оранжевый огонек, мелькнувший на мгновение в зарослях ели. В начале я подумал, что мне привиделось, но через секунду огонек явился во всей красе. Это была лиса, не Алиса, а настоящая рыжая, словно огненная, Лисица. Она оскалила зубы. — НА-ПА-ДАЙ, — Какой-то потусторонний голос леса, говорил мне что делать. — Ну кто первый?! Или все сразу? Вован, с каким-то яростным криком ринулся на меня. Я резко уклонился, и он улетел в сугроб. — Ну что, Низкий, зарядился? — С сарказмом спросил я. — Ты… Ты бля ответишь за свои слова! Я тебе твои слова так глубоко запихаю, плеваться ими будешь! — Вылезая из сугроба, злобно говорил Вован.  — СЗА-ДИ… — Голоса леса предупредили меня, но я слишком поздно сообразил. Двое подбежали ко мне сзади и схватили меня за руки, выбив ножи, и ограничив движение. Я барахтался, но их хватка была сильнее. Вован вылез из сугроба и подошел ко мне. Наши лица были в пяти сантиметрах друг от друга.  — Ну че? Теперь не такой борзый? Че теперь делать будешь? Словами ты нич… — Он оборвался. Я зарядил ему в носяру своим лбом. Кровь хлынула из его носа, запачкала снег и мое лицо красным.  — Ой, бля! Ах ты сука! — Вован горел от злости. Он подошел ко мне и начал бить кулаками мне по почкам. Каждый удар был все сильнее и сильнее. Мне казалось, что ближайшее время, если выживу, то буду ссать кровью. Так бы и загнулся здесь, но помощь пришла оттуда, откуда не ждал. — Егор, мать твою! — Сзади послышался голос Коляна. Удары прекратились. Я выплюнул ком крови на снег, чуть попав на Вована. Колян прибежал к нам. — О! Смотрите кто явился! Тот, кто предал уличный кодекс нашего поселка! — Вован вышел из моего поля зрения. — «Никаких толп», «Раз на раз». — Исковерканным голосом, передразнивал Вован, слова Коляна.  Вдруг, Вован влетел в пол, лицом в снег. Судя по всему Колян его ударил. Я жалел о том, что не видел этого.  — Боря, помоги Кори, а я с эти уебком закончу. — Сказал Коля, и подошел к лежачему Вовану. Меня отпустили, после чего упал в снег, окрасив его красным. Все что я слышал — это звук тумаков, не знал кто кого бьет. Я попытался встать на ноги, но с больными почками это было сделать затруднительно. — Вася, встать можешь? — Боря подошел ко мне и помог встать. На его лице виделась тревога — Быстрей-быстрей. Я встал на ноги. Сзади к Боре подходил один из прихвостней «Низкого». — Сзади… — Выдавил я из себя, но Боря не успел среагировать. Сильный боковой влетел ему в голову, после чего он упал. Бугай пошел на меня. Я встал в боевую стойку и ударил его в живот. Тот схватился за него и лег на снег. Было ощущение, что у него лопнул кишечник. Видимо мой удар был поставлен хорошо, ведь сильно ударить я не мог. Боря вставал со снега. Я подбежал и помог ему встать. — Борян, нормально все?  — В ушах… звенит. — Вяло сказал Боря. Видимо ему нормально досталось. Я повернулся в сторону Коли. Тот совершил контрольный удар по лицу Вована.  — В школе увидимся… — Тяжело дыша, говорил Колян, — Предатель ёбаный.  Я обернулся. Сзади со снега вставали прихвостни Вована. — Бегите суки! Бегите если кости дороги! — Крикнул я с какой-то первобытной злостью. После чего они поковыляли в сторону домов. Вначале медленно, но после того как Колян запустил в их сторону лед, они переключились на бег. — А с тем мудаком мы еще не закончили. — Сказал Боря, после чего они вместе с Колей пошли к его туловищу, лежащему на снегу. — Стопе! — Оба повернулись ко мне, — А как же без толп? — Разве ж это толпа? — Спросил Колян, — То как они на тебя напали, вот это толпа. «Так вот, почему этот гопник так легко согласился на условие „Без толп“. Потому что в его понимании, он с Борей — это не толпа. А их силы достаточно, чтоб держать в страхе» — думал я. Ну наверное это было логично, но тогда мне было трудно это принять. Но тут в моих глазах потемнело. Почки жутко болели. Я оперся на дерево и сплюнул кровь. Теперь эта поляна была, словно поле масштабной битвы, все было в крови. Тут я услышал, крики Вована, и звуки ударов. Резко обернулся и увидел, как Боря и Коля пинают его, лежащего в снегу. Он закрывался руками и ногами, свернувшись калачиком.   — Пацаны… Ай! Вы чего с катушек слетели?! — Выл он. — Ай, блядь! Вы нормальные?! — А ты-то нормальный?! На Васю со своими шакалами налетел, чуть не убил! — Заступался за меня Колян. — И убил бы эту мразь! Ай, сука! — Выкрикнул Вован прежде, чем резко вырвался и зашел в лес. — Вася! Я тебя прирежу завтра после школы! — Крикнул он мне из леса. Тут ему в голову прилетело льдом, в точности также как и мне. После этого он убежал глубоко в лес. — Я тебя на лоскуты порву! В школе увидимся! — Крикнул ему в догонку Коля. — За всю херню ответишь нам, мля! — Добавил Боря.  Я поковылял к пацанам. — Вы че? Охерели что ли? Мы ж договаривались без толп! Колян вопросительно посмотрел на меня. — Погоди, Вась, дай прояснить. Тебя эти мрази лупили, наплевав на честь и всю эту хрень, но при этом ты готов заступиться за Вована, когда мы с Борей «учили его хорошим манерам».  Вована! Того, кто собрал этих псов, чтоб избить или… даже убить тебя! — Ну просто, мы же договорились без толп, раз на раз и… — Колян меня перебил. — Вася очнись! Два человека это не толпа! Да и к тому же этот уебан на тебя напал не «Раз на раз», а вот как раз-таки «Толпой». — Ладно, мне просто стало его жалко… — Стыдливо сказал я. Колян, выдохнул. — В этом твоя проблема! Надо быть жестче! С теми кто этого заслуживает! Все это время на нас смотрел Егор и Серега. Я искренне не понимал, почему они не сбежали вместе с теми прихвостнями. — Я всегда жёсток с теми кто… — Я говорил слишком громко, к горлу опять подступил кровавый ком. Откашлялся. Без того красный снег стал еще алее.  — По тебе не видно. — Сказал Боря. — Коль, смотри-ка кто остался посмотреть, — Он указал пальцем на Егора с Серегой. — Слышишь ты, — Коля угрожающе подступал к своему брату, — Значит тебе насрать на новый порядки, которые я принял? КАКОГО ХЕРА ТЫ СЮДА ПОЛЕЗ?! ДУМАЛ ЧТО В КОМАНДЕ С ЭТИМИ ПРИДУРКАМИ ТЫ УТРЕШЬ ВАСЕ НОС?! — Колян, орал во все горло. Ругань эхом разносилась по лесу и поселку в общем. — Нет, я просто… — Испуганно тараторил Егор. — ТЫ КАК ПО САМ ПО СЕБЕ ЧМО СЛАБОЕ, ТАК И В КОМАНДЕ ТАКИМ ЖЕ ЧМОМ И ОСТАНЕШЬСЯ! У Егора на глазах появились слезы. Серега стоял как истукан, никак не реагируя.  Колян выдохнул: — Так, быро домой, там продолжим говорить о том, какая ты трусливая сучка… Марш! — Колян проводил Егора ударом под зад. Я сел в снег, и взяв его горсть, протер лицо. Хорошо, что в лицо не прилетело, а то хрен бы родителям объяснил. Понятно, всю кровь смыть я не смог, но хоть большую ее часть удалось. Остальное планировал отмыть дома.  — Так, с одним разобрались, теперь насчет тебя. — Колян подошел ко мне. — Я тебе говорил, на «Гильотину» не соваться! Так, зачем ты, блядь, сюда приперся? — Я почувствовал себя на месте Егора, хоть Коля сейчас и не орал. —  Я не туда не шел… Я шел на эту поляну. — Тяжело сказал я. После тумаков, говорить было не легко. — Нахера? — Спросил Боря, после чего получил подзатыльник от Коли. — Ай! Да за шо?  — Тут вопросы сейчас задаю я! — Он был в бешенстве. Сейчас он был готов порвать, хоть Вована, хоть Егора, хоть меня, а теперь даже Борю. — Зачем ты пошел на эту «поляну»? — Я… я не знаю. — Тут я не соврал. Флейта, словно гипноз, заставляла меня идти в лес. — Знаешь… тут люди пропадали… в лесу, — Колян чуть успокоился. Я вспомнил, как нашел газету, в которой была статья о пропавшем ребенке.  — В 1998-ом? — Спросил я. Странно, но моя память работала совершенно случайно. Что-то незначительное я мог запоминать довольно быстро, но когда нужно было срочно что-то выучить, мой мозг просто-напросто отказывался работать — Ну примерно… — Ответил Колян, но тут резко Боря оживился, заподозрив во мне что-то не ладное: — А ты-то откуда знаешь? Ты здесь без году неделю, а такой осведомленный, про «Гильотину» спрашивал. — Боря заткнись! — Крикнул Коля, — И без тебя башка раскалывается, Вася, а реально, откуда ты знаешь про исчезновения, если ты-то из Ё-бурга? Или эти исчезновения прогремели на всю Россию? — Я когда мусор выходил выбрасывать, на фонарном столбу нашел газету, 1998-го года выпуска. И там была статья про Антона Петрова, пропавшего мальчика. — Антона Петрова? Слышал я про такого, он сейчас должен был быть в девятом классе, но пропал. У меня там знакомый есть, Рома Пятифанов, он с ним дружил. — Тогда вообще много детей пропало… Катька, Бяша, Семен. Ну и там мелочь пропала какая-то. — Вставил свои пять копеек Боря. — Мы с Коляном только с ними и общались… Ну… с тогдашним шестым классом, мы тогда в пятом были. — Мне жаль… наверное нормальными ребятами были… А что, маньяка не поймали? — Нет, и ребят не нашли… но с тех пор, в принципе никого больше не пропало… На улице нарастал холод, темнота нагнетала на меня страх. На секунду мне показалось, что из леса на меня смотрели два огонька. Мурашки пробежали по телу, и я незамедлительно отправил себе в рот успокоительное, из кармана.  — Пацаны, слушайте, уже темно, я пойду домой? — Тебе помощь не нужна? Мало ли эта мразь тебя из леса выловит и… — Я подобрал ножи со снега. — А это что? Откуда здесь ножи? — Колян явно удивился. — Это мои ножи, для самообороны. — Так значит ты нас обвиняешь в том, что мы с Борей — это толпа, а сам не видишь ничего, в драке с ножами?! — Коль, я не собирался драться с помощью ножей, я просто их запугать хотел, что я псих ненормальный, хоть в этих словах и есть немного правды. — Я как мог улыбнулся, но с отмороженным лицом это было трудно. — Ладно, поверю. С тобой точно все нормально? Честно, ты выглядишь херово. Сам дойдешь? — Я кивнул, — Ну раз уж ты собрался домой,  то до завтра. — Покеда! — сказал Борян.  — Пока пацаны.  Я махнул рукой на прощание, поднял рюкзак, и направился в сторону дома. Холод уже обжигал мое лицо и ладони. Карманы уже не спасали. Я не прошел и половины пути. Как вдруг, темнота. Резко, как будто мне завязали глаза. Тут я понял, это руки. Руки в перчатках. В начале у меня было много вариантов кто это был. Колян, Вован или… но тут я понял кто это, и моя догадка сразу же подтвердилась. — Угадай кто, хи-хи. — Звонкий голос Алисы, был тем единственным, что скрасило мой вечер. — Хм, Ленка ты? — Пошутил я. — Ха, дурак! — Алиса толкнула меня в спину. — Алиса-Алиса, я сразу понял, что это ты, просто пошутил. — Ну ты и шутник, прям Харламов! — Саркастично рассмеялась Алиса. — Ты чего-то сильно помятый, тебе не кажется? — Почему тебя не было на «Гильотине»? — Довольно мрачно сказал я. Ведь если б она не сказала, что там будет, я бы и не ввязался в драку. — А я что, настолько провинилась, что мне голову отрубить надо? — Сарказм продолжался. — Хоре дурачиться, ей-богу, ты ведь прекрасно понимаешь о чем я. — Ее желтые, светящиеся глаза смотрели прямо мне в душу.  Она не ответила. — Я тебя там ждал, но в итоге наткнулся на… проехали. — Я оборвался на полуслове. — Но ведь ты вышел победителем. Отстоял свою честь, как настоящий волк! — Угу, если б Коля и Боря не подоспели, меня б в лучшем случае избили б до полусмерти, а в худшем и вовсе бы убили. — Ну давай не будем о плохом. Я знаю, что точно поднимет тебе настроение. — Игриво сказала Алиса, вытащив из кармана аудио-кассету, и протянув ее мне. На удивление, это была не музыка. На обложке я увидел огромных роботов, похожих на водонапорные башни на трех ногах, стреляющих лазерами, а внизу надпись: «Герберт Уэллс: Война Миров».  — Это что? Книга, записанная на кассету? — Спросил я, вертя кассету в руках. Алиса угукнула.  — Дай угадаю, в лесу нашла? — Алиса снова кивнула, — Может я там и Гибсон найду? — В шутку сказал я. — Вот ты смеешься, а Макс, из «твоей» школы, реально электрогитару нашел. С тех пор из леса не выходил. Все бренчит и бренчит на ней. Всем лесом выгнать пытались, а он не в какую! Все говорит: «Здесь мне хорошо, вдохновение прет, медиаторы халявные». — Последнее, что она сказала я не услышал. Я был погружен в свое мысли. «Реально, какой-то бред. Какие-то Максы в лесу с электрогитарами» — думал я, насколько мог. Но все-таки любопытство сжирало меня. — Алис, знаешь, сегодня был очень паршивый день, еле живым выбрался, давай договоримся: Завтра, за школой после занятий, хорошо? Алиса как будто бы похмурилась.  — Ой, Васенька, почему-то у тебя каждый день какой-то плохой… Ну ладно, завтра после школы. Ну а пока, что позволь тебя проводить… — Как-то в шутливой манере сказала она, — Я знаю короткий путь до твоего дома.  Меня не смутил тот факт, что она знает, где я живу. Она меня уже не удивляет. Тут, Алиса взяла меня за руку, не дожидаясь моего ответа, и повела к моему дому. Но путь меня насторожил, он вел через лес. Мы шли довольно долго. Мне начинало казаться, что путь нифига не короткий. Страх, минуя успокоительное, все равно просочился в мой разум. Звезды напоминали мне глаза. Каждый шум, пугал меня, словно лай собак. Алиса шла, частенько поглядывая на меня. Пока шли, я один раз наступил на что-то твердое. Это снова была кассета. На сей раз знакомой группы. Это ж «Slipknot», только обложка незнакомая. Я перевернул кассету и обомлел. 2019 год, альбом «We are not you kind». Я сунул ее в карман и пошел дальше за Алисой. — Алис, а ты что-нибудь знаешь про пропавших детей? Резко мы остановились. Это произошло настолько быстро, что меня дернуло, и я упал. Живот немного покололо. Видимо следствие драки. Я покашлял, но кровь в этот раз не хлынула. Более серьезные последствия уже прошли. Встав на ноги, и отряхнув снег, я заметил, что Алисы и след простыл. Я оказался один, посреди темного леса. Время тогда замерло. Я в душе не чаял куда идти. Лишь темнота окружала меня. — Алиса! — крикнул я. Это было одно из самых глупых решений. Вдруг звери прибегут. Растерзают и сожрут мою плоть. Порвут мою счастливую косуху. Я помотал головой. Господи, о чем я думаю? Нужно идти обратно, откуда я шел. Но тут я понял. Я ж не знаю, откуда мы пришли. Снег уже замел следы. В голове было много мыслей, но главной была: «Зачем Алиса меня сюда заманила?». Я обернулся и пошел. Шел недолго,ю. Вскоре я остановился, потому что увидел что-то массивное вдалеке. Это ель такая большая? Но тут этих мыслей не стало также быстро, как испарилась Алиса. Под этой «Елью» зажглось несколько маленьких огоньков, а на верхушке самой «Ели» зажглось два огонька. Глаза… глаза хищников. Я резко ринулся назад. Бежал со всех ног. Позади раздался громкий рев. Я на секунду повернул голову и увидел, что глаза приближаются быстрее, чем я бегу. Вдруг произошло то, что могло с легкостью оборвать мою жизнь. Я вбежал в столб дерева. Вспышка в глазах, звон в ушах, а я в снегу. Все двоилось. Глаза были надо мной. Звук громких шагов и сотрясающихся деревьев приближался ко мне, пока не остановился. Я поднял голову. Огромная махина смотрела на меня. Огромный, мать его, козел. Его дыхание вылетало, клубами пара, из его рта и носа. — Ну же, хозяин, смотри кого к нам принесло! — послышался знакомый звонкий голос.  Алиса… она привела меня к этим тварям. — Попробуй его на вкус!  Огромная лапа, обхватила меня и подняла вверх. Что-то склизкое и противное прошлось по моему телу. Блядь! Это был язык этой твари! Тут лапа отпустила меня, и я упал на землю. Следом на меня упал какой-то предмет. — Вол-чик… — Произнес Козел. — Вот как, Хозяин, мое чутье еще ни разу не подвело. — Произнесла Лиса. Тут на меня упало еще куча всего. Обессилено повернув голову, я увидел, что это были игрушки… — Бе-е-е-ри — Проблеял Козел. — Нет, Хозяин, он не такой, как все. К нему нужен особый подход. Козел посмотрел на Алису, затем снова на меня. Тут на меня снова упала какая-то куча. Это были кассеты. Я не стал их рассматривать… мое внимание зацепил Гибсон. Я обхватил его гриф, и кое-как притянул гитару к себе. На ней было написано: «Любимому Максу, от родителей». Господи, Макс… тот о котором рассказывала Алиса? Как только я оторвал свой взгляд от надписи на гитаре, и посмотрел наверх, надо мной уже никого не было. На моем теле лежал, предмет, который кинул мне тот Козел. Я взял его в руки. Это была маска. Маска Волка. Сделана из меха, папье-маше и по всей видимости картона. Положил ее в рюкзак. Я кое-как встал на ноги. Было ощущение, что сейчас внутри меня одна требуха, вместо костей, органов и мышц. Повернув голову влево, я увидел фонарь и тропинку. Не знаю как, но все-таки я смог добраться до дома, по этой дороге. На этот раз мне пришлось войти во двор нормально, а не перескочить его. Сил не было, все болело. Хотелось лишь лечь на кровать и проспать ближайшую неделю. Войдя в дом, меня заметили родители: — Вась, чего это ты так долго? Мы с мамой на нервах тут… — спросил Отец. Мать, которая только что переживала обо мне, тут же начала переживать о другом: — Ты что, в этом в школу пошел? Что ж учителя сказали? — Я что, виноват, что вы меня в это движуху вписали? — Уже не сдерживая агрессии сказал я. Мое ментальное здоровье на сегодня было сломлено. Я не стал дожидаться ответа, поэтому сразу же поднялся наверх, снял одежду, оставив только майку, и надев штаны, после чего свалился на кровать. Мне казалось, что что-то все-таки было потеряно в том лесу… но не знал, что. Плеер… твою мать… В потасовке я потерял плеер. Еще более сломленный, развалился на кровати. Вдруг, ко мне кто-то начал подниматься — это был Отец. — Вась, все хорошо? Ты просто так быстро ушел… Что двойку получил? Дам… получил, только не двойку, а серию ударов по почкам. — Нет… я подрался… — от Отца я ничего не скрывал. — В смысле? Зачем? — Он присел рядом на кровать.  — Да… я заступился за паренька, на два класса меня младше, потом «случайно» — Я показал кавычки, — Изменил «Уличный кодекс», закорешился с местной главой гопников, который оказался вполне адекватным… но потом меня подловили те, кому новые правила были не по нраву, после чего мы подрались… — И сколько их было?  — Ну… так их было пятеро, но дрались трое. Потом мне на выручку прибежали Коля и Боря, и мы вышли из драки победителями. — Тебе сильно досталось?  — Так, не сильно… — Я замолчал. — Мне почки отбили знатно… но это было не честно. — Я встал с кровати, сгорая от того же чувства, что испытывал, пока меня держали, а Вован меня избивал, — Меня два черта обездвижили, после чего их главный начал меня по почкам лупить… — Понятно. Ты молодец, что победил, но это могло плохо закончиться… это же поселок. Этим гопникам ничего не стоит тебя ножом… — Отец остановился, поняв, какой ужас говорит. — Только маме не говори, хорошо? Она меня по голове не погладит, если узнает. — Хорошо, я понимаю. — Отец посмотрел в окно. — Ты слышал, что вчера произошло? Я отрицательно покачал головой. — Мальчик, из твоей новой школы пропал… вроде на класс младше. Максим Прохоров… милиция говорит, что вообще зацепок нет… Я замер. Макс… тот про которого говорила Алиса? Который сейчас «в лесу на гитаре играет?». Воспоминания стали четче. Гитара! На ней было написано что-то вроде: «Максу от Родителей»… так он пропал? — Ты что-нибудь про него слышал? — вырвал меня из воспоминаний отец. — Нет, впервые слышу… — Как-то безразлично сказал я, хоть мне и не было пофиг. — Ты будь осторожнее, сынок, сейчас много психопатов, не доверяй незнакомым, да и знакомым-то не всем можно…  — Пап, я уже много ужасов начитался. Про российских и советских убийц и маньяков и всего такого… знаю все их схемы… Да так, что уже сам запросто маньяком могу стать, чтоб меня менты не спалили. — Конечно, я шутил, но Отец дал мне подзатыльник. — Только попробуй… — сурово, без юмора сказал он мне. — Ладно, я пошел спать, спокойной ночи. — Отец встал с кровати и спустился к маме. — Спокойной ночи, — сказал я ему вслед, но вряд ли он слышал. Все-таки грустно, что свой плеер прошляпил. В итоге мне оставалось, только лечь спать. Заглядывать в газету с легкими кроссвордами, пошлыми и не смешными анекдотами и пропавшими без вести детьми, не было ни малейшего желания. С этими мыслями я закрыл глаза и уснул.