По ту сторону монитора

      Холодно стало довольно резко. За панорамным окном снег порошил город, укутывая его в пелену белого покрова. Снегопад был сильным, первым в этом году. Видимость была нулевая, и Макс мог рассмотреть лишь ближайшие из небоскрёбов, и совершенно не видел город, над которым возвышалась его квартира. В прочем, он не особо смотрел, настолько этот вид ему осточертел. Каждый зимний перерыв он проводил в этой квартире, и каждый раз думал, что пора что-то менять. Но сейчас он сидит на своем двухместном диване и пьёт крепкий кофе из кружки с примером «33 + 3 = :3 », которую ему подарил Дэнни. Его ноги закинуты на маленький стеклянный кофейный столик, на котором, помимо кружки, лежала открытая книга корешком вверх. Закладки рядом не было, а Макс остановил своё чтение на странице, номер которой он не хотел запоминать. Сообщение от босса отвлекло его, и вот уже битые двадцать минут он глупо скролит ленту инстаграма, наблюдая за тем, как его напарники по виду спорта решили отметить первые дни заслуженного каждым из них отдыха. Его посадка на диване не была идеальной: он давно сполз так, что его шея неудобно сложилась к плечам, тело было настолько расслаблено, насколько это было возможно с его забитыми мышцами, глаза медленно слипались и он чувствовал, как сны начинают формироваться в задней части коры мозга. Полная расслабленность – так бы он сейчас описал своё состояние. Оскар со своей девушкой навестил её родителей, Дэнни с Карлосом играют в гольф, Джордж отдыхает на очередной яхте. А Макс в этом славном городе – снежном, холодном, выламывающем кости морозом, лишь бы надел шарф и перчатки. Лента не заканчивалась. Вряд ли она вообще когда-либо заканчивалась, поэтому знать меру – первое, чему обучился Макс, когда у него появился инстаграм. Но сейчас, после долгих тяжёлых дней, хотелось разгрузить свой мозг и больше ни о чём, кроме движения большого пальца, не думать. Вот страничка Кэлли, она как всегда хороша, жаль только, что не в его вкусе. У неё маленькая дочка, но Макс не помнит как её зовут. Чеко сейчас катается на сноуборде в горах, Нико отдыхает с дочерью и женой. Когда посты его подписок кончились, пошли красивые пейзажи, девушки, моря и горы. Иногда фанаты самого Макса, иногда, фанаты Феррари или Макларен. Глаза медленно закрывались, информация уже не поступала в мозг в полном объёме, и спроси кто-то Макса, что за пост был три штуки назад, он бы никогда не вспомнил. Но этот он запомнил навсегда. Его палец завис над экраном, а глаза прищурились, в попытках рассеять сонную дымку. Далее он потёр глаза указательным и большим пальцем одной руки, сжал переносицу, заставляя себя проснуться. Соскоблил себя с дивана в ровную, более удобную позу, и снова уставился в экран. Не соврет, если скажет, что прошло секунд двадцать, прежде чем он отлип. Макс буквально не дышал. На него смотрел брюнет. И не просто смотрел, а кидал хищный, непристойный взгляд. Его торс был оголен, ну, как подозревал Макс, ведь в кадре было только это обворожительное лицо и открытые, размашистые ключицы. Его улыбка была дерзкой, нос вздернут, каштановые кудрявые волосы неразборчиво падали на лоб, прикрывая густые брови. Он был повернут в 3/4 лучший ракурс, чтобы показать себя во всей красе. Отойдя от резкого погружения в чёртов анабиоз, Макс листнул на следующую фотографию, и его шею залило жаром. Ничего лишнего, просто подтянутый торс хорошо сложенного мужчины и красивая, вероятно горячая, как и сам парень (за это Макс дал себе мысленную пощечину), венозная рука. Макс прикрыл рот рукой и громко выдохнул в неё. Это было невозможно. Оторвать глаз было невозможно, пропустить это невозможно, смотреть на это невозможно. Чувствовать, как жар приливает невозможно. Худшим решением было зайти на аккаунт. Макс уже переставал давать отсчёт своим действиям. Он снова наполовину сполз с дивана, одна рука находилась на его бедре, а вторая – держала телефон, хоть уже и не очень уверенно. Его звали Шарль. На этой фотографии он сидит в кафе, но отдельным кадром сфотографирована аккуратная ладонь на кружке. Тут он, к сожалению Макса, в зале, и его широкая, проработанная спина красуется сразу после его миловидного лица. Он полон контрастов. Полистав эту страницу ещё несколько десятков минут, разрешив себе даже греховно расслабиться перепачкав руки, Макс увидел ссылку в описании профиля этого загадочного и неповторимого Шарля. Тогда-то все и встало на свои места. OnlyFans, где же ещё обитать такому человеку. Макс слегка потупил взгляд, не понимая, какие эмоции это вызвало: странное липкое отвращение, что этот мужчина продаёт свое тело, или же внутреннее удовлетворение тем, что он сможет взглянуть на эти кадры. Познать абсолютно всё то, что скрыто под одеждой и милой улыбкой. Пальцы давно не слушались Макса, поэтому он уже заплатил те несколько долларов, что стоила подписка. Максу не сложно, Шарлю приятно. И Максу приятно. Вечер переставал быть скучным и серым, а жизнь – холодной. Она была горячей. Очень. Максу пора было бы самому остыть, а не лезть в пучину событий, но он уже видит уведомление о том, на какое число запланирован стрим. Мысли в голове разгоняет хомяк, который беспощадно мучает своё колесо. Кажется, от напряга он скоро вылетит. Так же и Макс – выбор в пользу сна был сделан с очень большим трудом, но он так загонялся, что пора бы и спать. Даже если такой парень. Даже если куча фотографий. Утро вечера мудреней.

~`~`~`

      Утро не было более мудрым. Макс просто был уставшим и разбитым, ведь ложиться поздно-это не его. Прокручивая события вчерашнего дня, вспомнил и вчерашний вечер. Взяв телефон в руки, щуря глаза он пытался прочитать новые сообщение. Одно было особенно ярким: «Стрим будет в 12.30, мои хорошие ребята, будьте готовы~» Сообщение на панели уведомлений высветилось приговором. Сейчас было 11.47, а это значит, что у Макса есть меньше часа, дабы подготовить себя морально. Отлепившись от кровати он прошлепал босыми ногами до ванной, смотря в зеркало на свои бессмысленные синяки под глазами. Они не красили его. Зубная щётка ловко справлялась со своей задачей, даже если рука хозяина управляла ей не очень уверенно и сонно. Дымка сна не хотела спадать, и будто вместе с веками на глаза давили и отдельно ресницы, брови, кожа лба и волосы головы. Минуты тянулись часами, а почистив зубы, Макс глупо стоял, держа руки в тёплой струе воды и смотрел в одну точку. Так же он делал в детстве, когда отец ждал его готовым в коридоре, а после предстоял долгий маршрут до картинга. Кофе был обычным, солнце пробивалось сквозь легко летящий снег. Сейчас он уже не был таким сплошным и мерзко-липким, норовящем задуть в шею и обморозить уши, но желание выходить на улицу от этого не возросло. Время было уже без пятнадцати пол первого, а значит Макс имел полное право идти к ПК, даже если утро, даже, если раннее для каких-либо взаимодействий с компьютером по его мнению. Процессор тихо и приятно заурчал, не зря туда уходили немалые деньги. Устроившись удобнее, он поставил кружку недопитого кофе рядом с монитором, дальше от клавиатуры, чтобы не задеть. Экран ослепил его утренний взор, но он быстро привык. Войдя в свой аккаунт (и как он опустился до того, что завёл аккаунт тут?), нашёл нужный профиль и увидел надпись: «Трансляция скоро начнётся, подождите своего Шарли ещё немного~» Макс съежился. Неизвестно, сколько ещё человек так же по уши залипли в этого смазливого, сногсшибательного и шибко сексуального парня. Каковы были шансы хоть как-то с ним взаимодействовать лично? В прочем, по контенту Шарль и сам на себя залип. Макс никогда бы не смог так откровенно любоваться самим собой. Перешерстив его профиль в ожидании стрима, он понял, что вряд ли это будет откровенный эфир. Шарль больше специализировался на образе, который оставляет тебя на тонкой грани воображения и реальности, мол: «Я открылся вам на сколько, чтобы дальше вы могли многое представить сами~», и не сказать, что Макса это не устраивало. Он даже стал восхищаться им ещё больше, чем до этого, теперь не только как красивой оболочкой человека, но и как умной личностью. Знать, что ты красив и продавать себя, но без лишних откровений. Идеально. — Так, скажите, меня хорошо слышно и видно? Я купил себе новый микрофон на те деньги, что вы дали мне в прошлый раз, мои хорошие! – Макс томно прикрыл глаза. Это был не просто голос, это было урчание. В его уши полилась мурлыкающая речь, и он поблагодарил Бога за то, что вложил столько денег в наушники в своё время. – Вы говорили, что хотели лучше слышать мой прелестный голос, так что вот, слушайте на здоровье. Так же Макс поблагодарил всех тех, кто просил Шарля купить новый микрофон. — Что же, наш утренний стрим будет такой же, как и всегда, отвечу на ваши вопросы! – Шарль в кадре, такой уютный, потянулся и тонко проскулил, жмурив глаза. Боже. Макс чувствовал, как мурашки прошлись по его рукам. Он не мог дать себе никакого объяснения происходящего. Прежде с ним никогда такого не случалось. — Так, первый донат – первый вопрос! Луи, спасибо за три доллара, – он мягко улыбнулся, как будто эти деньги были невероятно велики. – Во сколько я обычно встаю? Хороший вопрос, – он показушно задумался, подставляя указательный палец к губам – Наш с вами стрим исправно в пол первого три-четыре раза в неделю, смотря, как вы постарайтесь, и как я буду себя чувствовать. Макс мысленно записал себе, что три раза в неделю утром он будет делать это. Смотреть, мечтать о том, что недосягаемо. — Но я сова. Поэтому даже эти стримы для меня – рано. Я же безработный! – нужно было видеть, насколько он этим доволен. Насколько красиво солнечный свет падал на его скулы, как мерцали глаза и зияли ямочки на щечках. Невероятно. – Следовательно, мне негоже вставать рано. Обычно я просыпаюсь к часу, если нет стрима, ведь где-то до двух ночи я веду стрим другого характера. Максу нравилось, как внимательно он относился к вопросам, которые, по интерьеру комнаты и фотографиям в инстаграме, были для Шарля копеечными. Максу не нравилось, что внимание не его. Он не мог объяснить эту животную ревность, которую он испытывал к незнакомцу. Открыв описание стрима, пока Шарль продолжал мурлыкать на фоне, он нашёл ссылку на донат, рядом с которой была подпись: «Не обязательно, просто будьте рядом со мной по ту сторону экрана» Это, конечно, очень мило, но у Макса другой план. — Следующий вопрос от Кенни, милое имя! Спасибо за целых пять долларов! Нет, у меня нет никаких детей, что вы! Я же совсем молод, да и моя «работа» не позволяет мне иметь малышей в своём доме, вы чего! Он начал аккуратно разминать мышцы шеи, и его тёплый уютный свитер сполз, оголяя ключицу. Видя фотографии из зала в его профиле, Макс знал, что он совсем не хрупкая неженка, но его ключица была такой тонкой, буквально птичья. Невозможно описать это чувство умиления, желания прикоснуться и провести по ней языком… Стоп. Он вводит сумму. Пятьдесят долларов. Подпись «MadMax». Для него это было не больше, чем копейки, но привлекать к себе сильное внимание он никак не мог. Точнее, мог, но попозже. — Новый донат! Вау, Макс, спасибо за такие деньги! Но где же твой вопрос? – Шарль глупо уткнулся в экран, а Макс по ту сторону шлёпнул себя по лицу ладонью. Он забыл про вопрос. – Ты невероятно щедрый, Макс. Никогда не видел тебя раньше, будешь моим новым фанатом, м~? Макс ещё сильнее вжал ладонь в лицо. Блять, он уже его фанат. Самый преданный и самый лучший. Даже если первый раз он увидел Шарля вчера. Его венозные руки, его кошачьи зрачки, широкий плечи, утопающие в большом, красном свитере. Ему бы пошла Феррари. Такая же статная, резвая, желанная. Каждый человек фанат Феррари. «Ты когда-нибудь смотрел Формулу Один?» плюс ещё пятьдесят долларов. — Макс! – Шарль натурально взвизгнул и прикрыл рот большим рукавом своего свитера. – Боже, что ты творишь! Ты так меня совсем разбалуешь, а сейчас только утро, – мурлыкнул он. Он подвинулся к экрану ближе, осознавая, что на этот раз вопрос всё же есть. Он забавно приподнял бровь, закончив чтение, и задумчиво наклонил голову в бок. — Мало что о ней слышал, знаю только, что там гоняется двадцать самых сексуальный мужчин всего мира, что достали золотой билет из шоколадки Вилли-Вонки! А ты Макс явный фанат, раз интересуешься? – Шарль поджал под себя ноги, так что его колени оказались в кадре. Сейчас он выглядел как маленький, тёплый клубок, который хотелось взять на руки и отнести в самое лучшее место мира. А он обманчиво субтильный в кадре. Уши Макса предательски заалели, услышав фразу о «сексуальных гонщика». Шарль и представить себе не мог, что имеет дело с одним из них. — Чат, как ваши дела и как настроение? Что бы вы хотели увидеть сегодня вечером? – Шарль задумчиво высунул язык, читая комментарии и выискивая среди комплиментов ответы на свой вопрос. Макс подумал, что это, наверное, сложно. Ведь Шарль своей аудиторией был действительно любим. Невероятно любим, все они писали лучшие комплименты без пошлостей, только чистое восхищение. Макс подумал, что просто не видел этих ребят вечером, но он ещё не знает, как они себя будут вести. Сейчас они довольно сдержаны. — Наконец-то кое-кто знакомый заглянул к нам! Ландо , донат целых сорок долларов, ты как всегда! Моё утром проходит великолепно, тем более на мой стрим зашёл ты~ Блять. У Макса натурально дёрнулся глаз. Он напущено громко выдохнул, зная, что его недовольства никто не видит. А ведь он скинул больше! Это было сражение. Словно гонка, а он стартует с двадцатого места, когда этот Ландо на поуле. Но ничего, он привык работать в сложных условиях. Новый донат. Семьдесят пять долларов. «Ты очень милый утром. Солнечный свет красиво освещает твои румяные скулы» — Макс! Снова ты, проказник, ты меня балуешь~ – Макс к своему сожалению закатил глаза от удовольствия, слушая этот нежный при этом низкий голос. – А ты милый! Прости, что разрушу твои надежды, но, – он перевёл камеру на лампу, стоящую рядом и эмитирующую солнечный свет. – Как-то так, с такой погодой иначе не выйдет, Мэ-э-эдМакс! Классный ник, уверен, за ним красавчик. – протянул он и подмигнул. Тело Макса предательски его подставляло, знаете как. Он сполз вниз по креслу, словно ньютоновская жидкость, расположившись в не самой удобной позе, но других чувств и эмоций просто не было. Хотелось таять как мороженое и течь по рукам. В руках. — Новый донат, ребят, вы соревнуетесь? Восемьдесят долларов, Ландо, ты мой герой! Как и просишь, читаю вслух: «Ты сам, как луч света в этом мире. Никакие космические светила и лампы не нужны, чтобы ты источал свет своей улыбки». Ты милый! – Шарль аккуратно улыбнулся, нервно тормоша волосы. Его глаза сияли. Черт. Это вызов, да? Так ведь? Макс в это просто не может поверить. Да у Макса денег больше чем у всех зрителей вместе взятых! Просто, не может же он скинуть их незнакомцу? — Триста!? Макс, прибереги их на вечер, красавчик! Ох, блин, кажется может. Вот незадача. (Макс не сожалеет) — Это действительно… много, – Шарль что, сейчас засмущался? Он отвёл взгляд в сторону, неловко потирая шею. Невозможно было понять, это гениальная игра одного актёра, или действительно такие чувства? – Мне правда немного неловко, мне редко кидают большие суммы. Ты новичок, но уже меня впечатлил, Макси. «Ты ослепил меня своей натурой, Шарли. Улыбайся чаще, тебе это к лицу. Твой слуга» Пиздец. Непонятно что случилось, какой тупой соус попал ему в глаз, что он написал в конце это. Немыслимо. — Хм, слуга-безумный-Макс? Ты загадочный, Макси, у тебя уже целых три имени! Спасибо за комплимент, мне всегда приятно дарить вам свою улыбку, а теперь особенно. Ландо ничем не ответил и Макс победно усмехнулся себе в руку. И не только усмехнулся в руку, но это позже, позорно и греховно. Стрим подошёл к концу, и Макс считал, что это самые продуктивные два часа в его жизни, даже если глаза устали, даже если спина затекла. Он был готов к любым жертвам ради этого. Осталось дождаться вечера.

~`~`~

      Симрейсинг помог прожить этот беспощадно длинный день. Никогда ещё время не тянулось так, как сегодня, в ожидании вечера. Макс каждую секунду ловил себя на том, что возвращается мыслями к Шарлю. Он имел полное право звать его по имени, а не просто симпатичный брюнет, ведь утром он отдал ему пол тысячи блядских баксов. Если бы у него была жена, она бы нашла этим деньгам более разумное применение. К счастью, её у него не было. На часах уже одиннадцать вечера, а это значит, что через час начнётся то, что мучало его весь день, томило своим ожиданием. Стрим. Макс принял решение заглянуть в душ, прежде чем усаживаться за кресло в ожидании заветного окошка сайта. Горячие капли стекали по его мускулистому телу, зеркало в ванной сильно запотело и было, честно говоря, чертовски душно. Его гель пах какими-то орехами, кажется, это из подарочного набора от Даниэля, судя по упаковке. На ней нарисован член и надпись: «Для твоего дружка». Вполне в стиле лучшего друга. Только сейчас Макс позволил себе не думать ни о чём. В его голове не было гоночных вопросов, сообщений босса, постов счастливых друзей и даже не было Шарля. До этого момента, конечно. Шарль, наверное, был единственным, что сегодня перманентно впечаталось в мозг с самого утра, и не покидает Макса по сию секунду. Шарли… Невероятное имя. Такое же двухстороннее, как и его обладатель. Макс тупо уткнулся глазами в кран, пока горячая вода стекала по его сгорбленной спине. Шарль или же Шарли, звучит так наивно и хрупко, словно его тонкие, птичьи ключицы, будто на английском оно не будет резким Чарльзом, как его широкая спина и венозные руки. Невыносимо. Макс вытер волосы одним движением и направился в комнату, надев лишь боксеры. Он подозревал, что и они будут на нём не долго. Время уже, к счастью, было без пятнадцати, а это значит, что баннер стрима уже висит. Так оно и было. «Скоро приду, мои любимые зрители ~» В его стиле, как уже понял Макс. Чтож, оставалось ждать. И пришлось это делать не долго, ведь через пять минут, то есть на десять минут раньше, в кадре появился раскрасневшийся Шарль. Он выглядел так, будто бежал марафон. — Ох, ребят, я даже раньше нужного! Сердечно извиняюсь за мой внешний вид, мне пришлось сбегать за кормом для моей кошки прямо впритык к стриму, представляете! Не уследил, что я за хозяин такой, поэтому пришлось бежать, – он потряс пакетикам кошачьего корма перед камерой и Макс был сильно ошеломлён. Шарль не был каким-то малоизвестным человеком, его стримы всегда набирали несколько сотен зрителей , но он всё ещё вёл себя так.. по домашнему? В смысле, Макс совершенно не против такой дружелюбной атмосферы, а не публичного раздевания с первых секунд, но это было неожиданно. Потому что увидеть он ожидал, если честно, второе. В комментариях люди разразились приветствиями и пожеланиями кошечке приятного аппетита. Ну офигеть, какие-то все нереально порядочные, один Макс как извращенец. — Так, как и всегда, всё официально в полночь, поэтому сейчас я имею полное право выходить из образа, верно? – он промурлыкал эту фразу и начал стягивать с себя свитер. Его волосы забавно наэлектризовались, глаза сощурились, а носик сжался, и Макс не захотел, чтобы этот стрим стал эристическим, настолько Шарль был домашним, тёплым и просто волшебным. Казалось, будто они сидят тут вдвоём, а всё что на экране – лишь для Макса. Вау, стало ясно, почему Шарль так популярен. Пришёл первый донат и сразу большой. Пятьдесят долларов от, конечно же, Ландо. — А вот и знак, что сейчас ровно полночь, и тыковка превращаться в карету, а не наоборот~ – на нём была плотно прилегающая майка, что надевалась под свитер, он провёл по себе своими жилистыми руками и тонко простонал. Макс вторил ему. Матерь божья, это был идеальный ракурс, и Макс на секунду забыл, что стрим начался с доната Ландо. Шарля было видно по пояс, но из-за его наполовину сползшего с игрального кресла состояния, немного были видны колени и бёдра. Шарль медленно вёл рукой по торсу, залезая под майку и бросал жалобные взгляды прямо в камеру, прямо в душу. Вторая его рука скользила по бедру, облачённому в серые спортивные штаны. Это было даже больно смотреть. Макс не успел уловить такую резкую смену атмосферы, но ему всё нравилось. Телу тоже всё нравилось. То, как Шарль смотрит на него прямо сейчас, чёрт… Это хуже пытки. Руки, с мелким тремором, навели курсор мыши на знакомую ссылку, написали заветные сто долларов и сообщение. — Ох~, мистер безумный-Макс, это ты! Рад тебя видеть, – Он тяжело выдыхал на каждом слове, и даже если это было сильно напущено, главное что это было сильно сексуально. – Оу, Макси, на этих стримах я слушаю вас, ваши пожелания и фантазии. Без грязи и сильных замашек, милый слуга, имей это в виду. Большое спасибо за такую сумму, ты невероятный. Ты, блять, тоже. Макс откинулся на кресле, зарывшись рукой в свои волосы. Вы бы только видели, как Шарль смотрит на него в данную секунду. Насколько хищный и в то же время нежный его взгляд, как красиво открывается его рот, когда он постанывает и как плавно скользят его руки, не превышая дозволенного им же. Макс откровенно любуется им, не желая делить это с кем-то ещё. «Принц, твой покорный слуга просит тебя, сними свою чёртову майку. Я хочу тебя видеть..» – это и сто пятьдесят долларов были отправлены вслед за предыдущими. Макс уже не особо контролирует свои действия, он просто даёт себе право, точно так же как и Шарль, трогать себя и расслабляться. — Как скажешь, Макси, не имею права тебя не слушать, я же обещал, – он стянул майку через голову одним слитным, но аккуратным, тягучим и медленным движением. Отбросив её, он ни на секунду не оставил свой торс без блуждающих рук, а камеру – без томных взглядов. Макс верил, что все они адресованы ему. – Что прикажешь дальше, мой Макси? Я в твоих руках, и в руках всех вас. Не успел Макс расслабиться окончательно, как из пелены наваждения его вывел новый донат с крупной суммой в сто шестьдесят долларов. Засранец вернулся. «Умница, Лек, ты выглядишь прекрасно. Дай нам больше твоего красивого лица. Твой Норрис~» Максу чуть кости не выломало от такой слащавой речи, так ещё и указал Максу на то, что ему «лишь бы разврат», а вот нашему правильному Ландо только личико подавай. Да Макс ему вообще помогал деньги и просмотры рубить! И почему он называет его Лек? Возбуждение спало, и сейчас Макс слушал благодарности Шарля и смотрел, как тот слегка поднимает камеру и открывает вид на его прекрасное личико. На это Макс не жалуется. Где-то минут на двадцать, Макс просто глупо залип на Шарля, который неразборчиво шептал в микрофон, гладил себя, его руки буквально порхали над собственным телом, и смотрел так томно и влажно, что невозможно было не кончиться на месте. Ну, что Макс и сделал. Утерев руки, Макс вводит сумму в триста пятьдесят долларов и сообщение: «Шарли, ты превосходен. Ужасно красив, впервые я увидел тебя вчера, но влюбился сразу. По уши. Увидимся позже, твой слуга» — Воу~ – на выдохе сказал он. – спасибо за такую сумму, мой слуга. Ты. Не сомневаюсь, что так же превосходен и запал в моё сердце. Доброй ночи, Макс. В последний момент Макс увидел, что второй руки уже давно нет в кадре, и она блуждает там, внизу экрана, кажется делая своё дело. Шарль жалобно сводил брови, закусывал губу и сейчас, его глаза округлились, рука двигалась быстрее и он кончил с жалобным и ломким гортанным стоном. С именем Макса на губах. Макс вплотную подвинулся на своём крутящимся стуле к экрану, утыкаясь, словно придурок, пытаясь поверить своим глазам и ушам. Этот сексуальный парень что, кончил произнося его имя? Это что, такая акция для тех, кто кинет больше всех? — Фух, дайте отдышаться вашему Шарли~ Это было быстрее обычного, наш Макс уходит, но я не прощаюсь с вами. Ещё нет, – он вытер руку о висевшее рядом полотенце, тыльной стороной ладони почесав аккуратный носик, который так понравился Максу. Он забавно усмехнулся, переводя взгляд на камеру, смотря прямо Максу в глаза. Макс выключил стрим, моргая в пустой и тёмный экран ПК. Что это было. Он ещё и написал ему что влюбился?

~`~`~`

      На утро Ферстаппен был неимоверно разбитым и удовлетворённым одновременно. Во снах болтались знакомые приятные образы, а вместо будильника в ушах были чуть ли не ангельские звуки Шарля. Он потянулся в кровати, чувствуя то, насколько забиты его мышцы и как сильно болит голова. Соскоблив себя он направился в ванную, как и каждое утро, а после варил себе кофе в спокойном и размеренном темпе. Ощущение, что жизнь шла на скорости 0,5, иначе невозможно было описать то, насколько Макс сейчас ленив и медлителен. Его мысли были как густой алтайский мёд, а тут и там в нём встречалось отражение Шарля. К слову, стрима у Принца сегодня не было, и Макс даже благодарен ему за такое неплотное расписание. Сейчас отсидеть ещё час-полтора за ПК он бы натурально не смог, хоть и не отказался бы. Усевшись за стол и со звуком стекла о стекло, Макс поставил тарелку с завтраком – омлет с сыром, а рядом маленькая чашка самого крепкого кофе из гейзерной кофеварки. Его любимое. На столе покоился телефон, заметив который он тут же схватил, вспоминая когда вообще проверял его за последние сутки, но не нашёл такого момента. Он зашёл в излюбленный инстаграм, бесцеремонно открывая недавно изученную страницу. И да, Шарль выставил новые фотографии. Он сидит на фоне ёлки, такой уютный, утопающий в красном свитере, который словно большой подарочный бант, держа в тонких и изящных пальцах большую кружку горячего шоколада. Он очаровательно улыбается, и Макс глупо улыбается в ответ. Что же с ним происходит? Дальше Принц выложил фотографии ёлки отдельно, его котика, одетого в смешной костюм Гринча, с чего Макс прыснул со смеху в кулак, таким уж забавным он был. А потом всё просто: рука Шарля, подарки в красивой упаковке, тонкое запястье и яркие, новогодние цвета гирлянды. Макс глупо улыбался, но это подтолкнуло его кое-что вспомнить. Чёрт, сегодня канун нового года. Запав на Шарля он вообще забыл, что новогодние каникулы на то и новогодние. Чёртовы сексуальные руки закрыли ему доступ к какой-либо информации кроме стримов их обладателя. Дальше Макс осознал, что магазины сегодня работают далеко не весь день, тогда его жизнь приняла скорость 2х, и он быстро съел свой завтрак, так и не тронув кофе. Бросил тарелки на столе и пошёл быстренько накидывать на себя хоть что-то, чтобы лишь добежать до магазина и купить еды, ведь в холодильнике он обнаружил только пару яиц и засохшие корочки сыра. Мерзость. На улице людей было, неожиданно, полно. Снег кружил над головами, оседая на клетчатом шарфе Макса. Холодно не было, было неприятно. Хотелось сидеть дома, уютно смотреть утренний стрим и ни о чем не думать. Ну нет же, прётся в снежный ком и пучину людей, таких же суетливых. А ведь Макс ещё задумал купить себе чего-то из новогоднего декора! Конечно, раньше же об этом тяжело было подумать. Он зарылся в шарф, чтобы его было посложнее узнать и сделал шаг в какой-то неимоверно украшенный магазинчик, который светился ярче, чем вся улица Бродвей. Тепловая завеса прижала его без того мокрые и покрытые снегом волосы к голове, и он стал выглядеть просто смешно. Чудесно, блять. Как не сложно догадаться, он был не в духе. Но всё ещё не понимал, что им движет. Может, новый новогодний пост, который он увидел сегодня? Чёртов Шарль, он не зная того управляет Максом! Игрушки для ёлки находились прямо у входа, и над ними висел такой светильник, что каждая из них искрилась и сверкала. Но у Макса не было ёлки. Он огляделся, схватил какую-то тележку, что была под рукой, и помчал в отдел с ёлками. Там совершенно не было людей, что не удивительно, у всех кому нужно, ёлки уже есть. Пятьдесят сантиметров. Конечно не такое сокровище, как то, под которым сидел Шарль, но для Макса самое оно. Прошу, Санта, посади мне под ёлку такой подарок. Дальше в тележку полетели самый дешёвый набор шариков, пара коротких гирлянд и небольшой пик для верхушки. Дело сделано. Финишная прямая к кассе через пустой ряд полок, Макс, не думая, навалился на тележку и со всей силы оттолкнулся ногами, проехавшись на ней, как в детстве. Скорость небольшая, но тележка не новая, и её изрядно несёт вправо. Из-за угла вышел парень, крутивший в руках стеклянную ёлочную игрушку синего цвета. — Блять, аккуратнее! – тележка Макса, набитая хламом, не была шибко управляемой. Чёртово говно. Он упёрся ногами в пол, его занесло похлеще, чем на мокрой трассе болид редбулла. И где же она, превосходная скорость реакции гонщика формулы один? Незнакомый парень глупо вскрикнул, прижав шар к себе, вместо того чтобы просто сделать шаг в сторону. Ещё одна превосходная скорость реакции. Его в бедро ударила тележка, а за ней летел Макс. Так как он всё ещё пытался вернуть контроль, он споткнулся об свою же ногу, отпустил тележку из рук и прилетел в чужие руки. Парень выронил шар, который в дребезги разлетелся, но с другой стороны он поймал и Макса и его тележку, подперев колесико ногой. Ловко. Каков пиздец. Несколько действительно долгих секунд Макс стоял так, прижавшись к незнакомцу, держа его за предплечья, и смотря себе под ноги, на разбитый стеклянный шар, невероятно знакомого синего цвета, словно болид под номером один. И он опомнился. — Ты в порядке? – спросили они глупо, комично и одновременно. Они что, в какой-то глупой романтической комедии? Макс бы посмеялся с этой мысли, если бы не узнал глаза напротив. Зелёные. Такие знакомые. У него не нашлось слов. Кажется, он реально в романтической комедии. Или это нашумевшее новогоднее чудо? — Ох, ну и устроил ты тут. Какие-такие годы ты вспомнил, что так рассекал на чёртовой тележке? Ты что, гонщик какой-то? – Шарль был, как и на фотографиях, как и в кадре своей камеры для стримов, прекрасен. Его волосы лежали так же воздушно, одна бровь была приподнята в возмущении, а одна рука упёрлась в бедро. На нём был красный объёмный шарф и длинное бежевое пальто. Он выглядел воистину элегантно. – Ты меня слышишь, или так сильно врезался, что всё что осталось в голове, вышибло? Если там что-то было. Макс глупо моргал, пока перед ним водили этой невероятно воздушной и лёгкой ладонью, которая пыталась сфокусировать внимание Ферстаппена на своём обладателе. Становилось только хуже, не поверите. Он откашлялся. — Чёрт, прости, я сглупил. Как-то такое хорошее настроение, ещё ты мне его поднимаешь, и не только его… Блять, то есть, прости. Я всё оплачу, это не проблема. Ты не ушибся, не поранил свои прелестные руки? – он, не думая, взял его ладони в свои, осматривая. Осознал. Медленно поднял взгляд, ведь Шарль был чуточку выше. И поймал чужой взгляд, вопросительный и недоверительный. — Ты что делаешь? – Шарль нахмурился, но ладони не убрал. — Прошу прощения, ещё чёртов раз, – Макс потупился назад. Он никогда так не вёл себя, что за блять? – Давай я оплачу твой шарик и куплю ещё один, ты же хотел его. Мне невероятно стыдно и хочется искупить свою вину, позволишь? Шарль окинул Макса очень пристальным взглядом, сложив на груди руки. И рассмеялся. Так красиво, так мелодично, что внутри Макса что-то треснуло, выливая в полость струящееся наслаждение. Невероятно. Как же невероятно он звучал. Макс остановил себя от того, чтобы болезненно закатить глаза и окунуться в воспоминания вчерашнего вечера. Но тело не сопротивлялось. — Хорошо. Позволь узнать твоё имя, безумное недоразумение? – о, как же он близок. Макса уже рвёт на части, лишь бы выкрикнуть: «Я твой слуга, прекрасный принц!». — Макс. Просто Макс. А тебя? – скажи же это прекрасное имя своими красивыми губами. — Приятно. Я Шарль, Шарль Леклер, – я знаю. Теперь знаю, откуда это «Лек». Он протянул руку, и Макс протянул в ответ. Его рукопожатие было мягким и крепким одновременно, невозможно описать это чувство. Макс думает, что его разум уже просто не функционирует и ощущение скомкались в кучу. — И что вы оба устроили? Мне подарок на новый год? Спасибо, что добавили работы за час до её окончания! – уборщица тыкала Максу в ноги шваброй, потому что он стоял на осколке шара. Он тут же сделал шаг в сторону, и раздавил второй, зажмурив глаза и зашипев от неловкости ситуации. Шарль прыснул смехом за плечо. — Прошу прощения, мисс, – Макс сделал шаг в сторону пожилой женщины, и аккуратно вынул из-за пазухи двести долларов. Неизвестно, откуда они взялись. Она внимательно их осмотрела. — Ой, и вас с новым годом, молодой человек! Можете пройти на кассы и оплатить шар, всё же это не моя собственность, чтобы освободить вас от ответственности. – она радушно улыбнулась, сменяя гнев на милость. — С новым годом! – Макс хватился за тележку и повёз её в отдел с шариками, бросив взгляд на Шарля, который медленно последовал за ним. — Ты что, сунул ей двести долларов? Какой же ты, Макс, взяточник. Купил у неё добро! — Что? Я же извинился, а то она с порога злобная, – Макс пожал плечами. – Я могу её понять, действительно, доставил хлопот. Так, какой это был шарик? — Вот этот, – Шарль резво схватил точно такой же блестящий и синий, он заискрился в его красивых руках. Потому что они источаются свет, настолько они прекрасны. – Что ты сказал? Вслух? Блять. — Ничего, – Макс глупо захлопнул рот, комично округлив глаза. — Нет-нет, Макс, а ну повтори, что ты только что сказал? – Шарль хищно улыбался, а в его глазах плясали чёртики, как на некоторых фотографиях инстаграма. Макс отрицательно помотал головой. – Понятно, значит, ты упрямый? Тогда и я. Прощай, закрою твою оплошность своими деньгами, а ты в новый год пойдёшь с долгом. Шарль начал уходить, а Макс не зная, что ему делать, просто молча схватил его за запястье, разворачивая к себе. — М? Надумал? Макс почувствовал, как его щёки заливает краска. — Я сказал... – он откашлялся. – Я сказал, что твои руки настолько прекрасны, что источают свет. Вот, что я сказал, – он мялся, как школьница рядом с любовью своей школьной жизни, но с Шарлем иначе невозможно было себя вести. Блять, да он будто выточен из алмазов, так сияла его улыбка и глаза. Заливистый смех заставил Макса резко вскинуть голову, ведь до этого его глаза вперились в пол. Собственные волосы взъерошены, щёки красные, ему жарко, душно, но так хорошо. Он видит Шарля, того, на которого необъяснимо запал два дня назад, который занял всё пространство в его голове. Он смеялся, не имея причин останавливаться, и стал источать свет всем своим нутром. Это может звучать сопливо в голове Макса, но вы поймите его. — Знаешь, ты милый. Ладно, пошли на кассу, не стану тебя больше задерживать, – он взял Макса за руку, ведя к кассам. Макс задержал дыхание. Не очень быстрая бабушка на кассе медленно пробивала все покупки, неторопливо переворачивая товары и ища коды. Макс на ухо шепнул Шарлю, что это магазин старперов, и получил толчок в бок, но и тихий смешок. Ферстаппен складывал покупки в пакет, не забыв сказать, чтобы продавщица пробила синий шарик дважды. Они вышли из магазина, а холодный воздух снова обдал обоих, заставляя укрыться в свои шарфы. Макс начал выуживать шар из пакета, в котором была куча ненужного барахла. Но Ферстаппен ни секунды не жалел, что вышел из дома и купил эту свору мусора. — Вот твой шарик. Прости за инцидент, который я устроил там, в магазине. Это было супер по детски, – он неловко почесал затылок, чуть не роняя ёлку, которую прижимал к себе рукой. — Это было так, словно ты Шумахер, жаль я не смотрю формулу, – как хорошо, что ты не смотришь формулу, Шарль. – Ничего страшного, не бери в голову. Всё обошлось, и мои прелестные руки в полном порядке. — За это тоже прости. Шарль рассмеялся, и Макс вторил ему. Уже темнело, и в фонарях улицы Шарль сиял, как никогда. — Наверное, нам пора расходиться? Мне ещё подготовить праздничный стол и всё такое, а тебе, я погляжу, ещё наряжать ёлку. И почему так поздно? — Вообще никогда не наряжал ёлку. Просто увидел утром в твоём инстаграме, как ты ослепителен в свете гирлянд, и решил купить себе тоже, – Макс глупо пожал плечами, но распахнул глаза, когда осознал, что только что сморозил. – Блять. Шарль сложил руки на груди, становясь напущено серьёзным, это было видно, актёр из него тот ещё. Он забавно сдерживал улыбку, пытаясь явно не засмеяться с глупости Макса. Чёрт, а ведь Макс настолько слаб перед ним! — Мистер-безумный-Макс, да? Тогда мне ясна твоя реакция, и какое такое настроение я тебе поднимаю, – он усмехнулся, и излюбленный взгляд Макса, хищный и непристойный, врезался прямо в глаза Ферстаппена. Это тяжело было выносить, особенно в дополнительным грузом в виде ёлки и прилившей в паху крови. — У тебя не так много Максов в подписчиках? — У меня не так много богатых Максов на стримах, уж поверь. А ты, судя по тем «завалявшимся» в карманах деньгах, не из бедных. Было безумно неловко, так же безумно, как представлял себя Макс в том чате OnlyFans, но по сути он размазня под пальцами этого Принца, который лепит его сейчас, словно пластилин. И ведь знает, что Макс не сопротивляется! Шарль, словно они женатая пара, накинул руки на шею Макса, на что тот снова залился румянцем. Он окольцовывал его, оказываясь невероятно близко. — Даже если бы я не знал, что ты тот-самый-Макс, я бы всё равно позвал тебя на ужин. Больно ты сексуально выглядишь сейчас, такой смущённый, – Шарль шептал, и шёпот этот оседал на губах Макса. И он растерялся вообще. — Да, правда? Я сексуальный, ого, не думал, ты серьёзно? Я же как чёрт выгляжу, ну то есть, блять, в общем, пойдёшь со мной наряжать ёлку? – Макс выпалил всё это вереницей бреда, но Шарль лишь мило улыбнулся. — Пойду.

~`~`~`

      В конечном итоге им всё равно пришлось расстаться. Но ненадолго! Шарль ввалился в квартиру Макса, полностью залепленный снегом и с переноской в руках: «Я не могу бросить её дома, тебе ли не знать?» Кошка Шарля быстро привыкла к новым стенам, знакомясь с Джимми и Сасси, местными кошками Макса. Сам Шарль тоже не жаловался, и сразу потребовал полотенца и душ. За время, пока его не было, Макс заказал еду и открыл коробку с ёлкой, намереваясь её собирать, на что кошки имели другие планы, и в коалиции нападали, разбрасывая шарики, которые скакали по всему дому. — Сасси, и ты туда же! Чёртовы кошки, как же я вас люблю! – Макс гонялся за ней, мысленно не веря, что в его ванной сейчас моется Шарль. Тот самый Шарль с картинки! Тот самый Шарль, что дрочил вчера на его слова, тот Шарль, что среди Ландо оказался с Максом, тот Шарль, что выглядит как модель Голливуда, тот самый Шарль. — Твои кошки такие же милые, как и ты, Макси. Ферстаппен догнал шарик, который толкнула Джимми, тогда, когда он столкнулся с ногами только что вышедшего из ванной Шарля. Ужасно неловко. И всё же, выпрямившись в полный рост, Макс ничего не сказал. Не смог. Шарль стоял в одном полотенце, совершенно не стесняясь. С другой стороны, Макс действительно уже многое видел. К своему счастью. Леклер босыми ногами сделал шаг по полу, так, словно крался, будто четвёртая кошка в этом доме, единственная, которая не причиняла хлопот. — Удивлён, что одежда ещё на тебе, Макси. Ты меня расстраиваешь, – он вырисовывал узоры на груди белой рубашки, что сидела на Макса идеально. – Хотя, мужчины в рубашках меня заводят не меньше. Хочешь приватное шоу, м, Макси~? Макс тяжело сглотнул, и больше держаться он просто физически не мог, так больно было не двигаться, так больно было чувствовать возбуждение. Он впился своими губами в его, сминая своими чувствами и своим желанием. Шарль тихо скулил ему в рот, а Макс не мог не ответить тем же. Оказавшись в кровати, Максу хотелось отдаться Шарлю, не переставая трогать его хрупкое, но одновременно подтянутое тело. Руки блуждали по спине Леклера, собственная поясница прогибалась от каждого движения, а стоны слетали с губ. Макс никогда не был в такой роли, но Шарлю можно было всё. Даже если они знакомы несколько часов. Глаза Макса закатились, а финальный вскрик утонул в шее Шарля. А его – в шее Макса. И в каждом из них читалось имя друг друга. Этот новый год они встретили так, лениво, в постели, и кажется, что год обещает быть настолько счастливым, насколько счастливым сейчас был Макс. Лучшим из лучших.

~`~`~

      Три дня спустя. Отходя от всего. — Ты, блять, гонщик формулы один? – Шарль, сидя в кровати, распахнул свои глаза, уставившись на Макса. — Ну я же не просто так тогда спрашивал тебя, знаешь ли ты о них что-то. Ты мне ещё тогда сказал, что там двадцать сексуальных и богатых мужчин, – Макс принёс Шарлю поднос с кофе и омлетом. Уже несколько дней они не выходили из дома, просто наслаждаясь и узнавая друг друга, беседуя без остановки. Странно, что диалог про занятость Макса случился только сейчас. — Ну извините, я же могу спросить, знаешь ли ты кого-то из фильма Человек-Паук, но это же не значит, что я там снимался! – Шарль всплеснул руками, чуть не снося поднос от Макса. И всё же он аккуратно взял его. – Благодарю. Так вот, блять, ты сейчас серьёзно? Почему ты раньше не сказал! Это же охринеть. — Не знал, что тебя это так поразит. Да и какая разница, ты меня даже не узнал, ведь я всего лишь один из двадцати сексуальный гонщиков. – Макс закатил глаза, приподнимая одеяло. Шарль рассмеялся, притягивая усевшегося рядом Макса, и целуя его в губы. — Я чертовски ошибся, кажется, там только один сексуальный гонщик. И, что ещё хочу сказать, он сейчас в одной кровати со мной, – улыбка Шарля залила всю комнату светом, а Макс понял, что невероятно везучий. – К слову, он ещё и мой слуга. И подписан на мой канал OnlyFans, невероятно! Ты мне там такие пошлости писал…! — Всё, достаточно. – Он поцеловал его, утопая в губах, заставляя проглотить конец фразы. Шарль ел омлет, и с набитыми щеками задал добивающий вопрос: — А ты будешь меня обеспечивать? Макс рассмеялся, на что Шарль забавно надулся и принялся есть. Невероятный. Невозможный. Мой. «Принц Шарль, любовь моя, я твой слуга» «Слуга? Но сейчас ты мой верный паж. И это так странно, ведь с тобой я безоружен, моя любовь» Больше стримов он не вёл.