Психопат из Мурима

Где-то в Центральных равнинах. Под землёй простиралась огромная пещера, пропитанная мрачной, зловещей атмосферой. В самом её сердце возвышался массивный помост, скрытый алым занавесом. Было ясно, что за тканью кто-то находится, но сама конструкция была устроена так, что заглянуть внутрь не смог бы никто. Никто не знал, кто именно скрывается за алой завесой. Но даже без этого было очевидно: именно он был хозяином этого места. Вокруг помоста, распростёршись ниц, лежали сто фигур в чёрных одеяниях. Все они прижимались лбами к каменному полу, и разглядеть их лица было невозможно. И всё же сомнений не оставалось. Это были мастера. Бесформенное давление, исходившее от них, грозило раздавить всю подземную пещеру. Что это за место? Кто тот, кто скрывается за занавесом? И кем нужно быть, чтобы повелевать сотней столь чудовищных экспертов? Даже в Шаолине, считающемся вершиной боевого мира, вряд ли нашлось бы столько мастеров подобного уровня. А если бы сложить силы Шаолиня и Замка Небесного Демона, результат всё равно казался бы невозможным. Настолько невероятным было их присутствие. Прошло время, достаточное, чтобы выпить чашу чая, но ни один из них так и не поднял головы. – Сколько осталось до Противостояния Светлого и Тёмного путей? Наконец из-за занавеса раздался голос. Странный голос. По нему невозможно было понять, принадлежит он мужчине или женщине, старику или юноше. – Два года. Ответила одна из распростёршихся фигур. – Два года… Значит, пора постепенно запускать Великий Замысел. Безумное Облако. Голос назвал отвечавшего по имени. – Да. Жду ваших повелений, Исток Боевых Искусств. Именно так Безумное Облако обратилось к хозяину занавеса. – Начни Первую Стратагему. Немедленно. Первая стратагема. Если только что был упомянут Великий Замысел, значит, речь шла о его самом первом ходе. – Слушаюсь, Исток Боевых Искусств. Приступаю немедленно. С этими словами Безумное Облако исчезло, словно его стёрли с места. Движение было столь жутким и неуловимым, что от одного взгляда по спине пробегал холод. И всё же… Оставшиеся девяносто девять фигур даже не шелохнулись. А над ними всеми возвышался он. Исток Боевых Искусств. Сам корень боевого пути. Насколько же дерзким и высокомерным было это имя. За всю историю мурима существовали Боевые Императоры, Небесные Демоны, Верховные Владыки. Но никто и никогда не осмеливался назвать себя Истоком. Если бы это было простое безумие, всё оказалось бы куда проще. Но сотня склонённых мастеров говорила сама за себя. В этот самый миг организация, о существовании которой в муриме не знал никто, начала тайное движение. Какова была их цель? Пока неизвестно. Однако существовало нечто, о чём не знали даже они. Дон Бонсу. Величайший «баг» этого мурима. Нет – всей Murim Online. Котёл стоит, если у него три ножки. Стоит и с четырьмя. Стоит даже с одной. Но крепче всего котёл стоит тогда… когда у него вовсе нет ножек. Котёл без ножек невозможно опрокинуть. Дон Бонсу не нуждался ни в каких опорах. Ему был нужен мир, который нельзя перевернуть. А если ножки оказывались разной длины и нарушали равновесие, их достаточно было просто отрубить. Таков был его «баланс». *** Туп. Швак. Туп. Швак. Глубоко в горах Понъяна кто-то методично работал лопатой. Кто это мог быть? Плотник? Гончар? Могильщик? Нет. Это был Дон Бонсу, вышедший на спокойную прогулку. Рядом с ним, как всегда, Еро лениво фыркнул и равнодушно наблюдал за происходящим, молчаливо сопровождая хозяина. Туп. Швак. Туп. Швак. Звук копания оставался таким же ровным и бесстрастным, как сам Дон Бонсу. Даже выкапывая безымянную могилу, он не прекращал думать. На сколько процентов увеличилось освоение укола от каждого удара лопаты? И насколько вырос навык броска, когда земля отлетала в сторону? Его разум не останавливался ни на миг. Туп. Лопата вошла в землю. Освоение укола увеличилось на 0,031%. Швак. Ком земли взлетел к насыпи. Освоение броска выросло на 0,031%. Туп. Швак. Туп. Швак… Так продолжалось долго. В какой-то момент он остановился. Взгляд Дон Бонсу упал на дно ямы. Из-под земли показался белый, твёрдый, лишённый плоти обломок. Кость. Это была своеобразная отметка. Глубина стала достаточной для захоронения. Под этой землёй, совсем рядом, уже гнили десятки таких же тел – белых, оголённых, уродливых. Это было кладбище Дон Бонсу. Без надгробий. Без холмов. Место упокоения его опыта. Тех, кто сделал его Безымянным праведным героем. И тех, кто умирал особенно мучительно. Сожжённые. Разрубленные. Разорванные. Он хоронил их здесь по простой причине. Маска, полученная случайно, оказалась удобной. Её можно было надеть и снять в любой момент. Маска Безымянного праведного героя. Чтобы она не треснула, трупы не должны были оставаться на улицах. Ведь герой не должен выглядеть слишком жестоким. Первыми здесь были зарыты Чан Хо и его головорезы. Туп. Ещё с десяток тел отправились в землю. Это были те, кому он был благодарен за переход с шестого уровня на седьмой. На лице последнего, от которого осталась лишь половина массивного тела, застыло странное выражение. Даже после смерти оно казалось возмущённым. Будто лицо кричало: Несправедливо. Чёрт! Несправедливо! Дон Бонсу не знал, что именно казалось ему несправедливым. Для него эти крики были пустым шумом. С его точки зрения, мир был предельно справедлив. И тот мир, где он жил прежде, и этот мурим были одинаково честны. То, что мертвец считал несправедливостью, было всего лишь недоразумением. Почему мир справедлив? Потому что он несправедлив ко всем одинаково. К тебе. К нему. К любому. Смерть была равной. Она приходила за всеми. Просто к кому-то раньше. Вот и всё. Именно поэтому Дон Бонсу мог смотреть на мир как на справедливый. И именно поэтому мог крушить его без малейших угрызений совести. Туп. Швак. Туп. Швак. Земля скрывала лица мёртвых. Звук копания снова разносился по горам. Следы последнего «подвига» Безымянного праведного героя исчезали под слоем земли. Туп. Швак. Туп. Швак… На этом Безымянный праведный герой надолго исчезнет из мира. *** Закончив прогулку, Дон Бонсу спустился с гор Понъяна. Он вошёл на рынок, но никто не обратил на него внимания. Здесь он был прозрачным. Даже исчезни Дон Бонсу прямо сейчас, никто бы этого не заметил. – Говорят, вчера Безымянный праведный герой добил даже Общество Чёрной Змеи. – Купцы и куртизанки, которых те годами обдирали, теперь радуются как безумные. – А Бан По Ёма так и не нашли? Сбежал? На самом деле Бан По Ём уже гнил в земле гор Понъяна. – Кто знает. Может, сбежал из Аньхоя. А может, его так размазали, что и тела не осталось. В разговор вмешался мужчина с недовольным лицом: – А вам не кажется, что это уже слишком? Какой же он герой, если просто убивает людей? – Да брось, не смеши. После всего, что они с нами делали, их хоть живьём рви – жалко не будет. – Точно. Под давлением мужчина сдался: – Ну… если так посмотреть, ты прав. Разговор снова вернулся к восхвалению героя. Мечта оказалась важнее толкования. Мечта – убийство. Толкование – подвиг. В мире, где убийство так легко превращается в рыцарство, Центральные равнины и правда были прекрасным местом. Дон Бонсу шёл дальше. И вскоре услышал другой разговор. – Слышал? – Что? – Вторая дочь семьи Наньгун выходит замуж. – Вот почему весь Аньхой гудит. – Интересно, чем семья Данри поздравит? Дон Бонсу прошёл мимо, не останавливаясь. Его путь вёл дальше.