Веном

Веном был мастером психологических и тактильных игр. Он понимал, что прямое действие — это слишком просто, а вот довести тебя до изнеможения простыми прикосновениями к ткани — это истинное удовольствие. Он не проникал внутрь, но его щупальце стало плоским и широким, максимально увеличивая площадь соприкосновения. Он медленно водил им по шелку трусиков, создавая трение, от которого по твоему телу пробегали электрические разряды. Испытание на прочность — «Смотри, как тонкая ткань намокает...» — его голос стал совсем тихим, почти интимным шепотом. — «Мы даже не коснулись тебя напрямую, а ты уже дрожишь так, будто мы внутри. Твое тело — предатель, Т/И. Оно хочет нас больше, чем ты признаешь». Ты вцепилась пальцами в обивку дивана, стараясь не издавать ни звука, но когда Веном начал медленно вибрировать всем своим телом, передавая этот гул через щупальце прямо к твоему центру, ты не выдержала и всхлипнула. — Ты... ты обещал... — прерывисто выдохнула ты, закидывая голову назад. — «Мы держим обещание. Мы не заходим за черту. Мы просто... ласкаем», — его морда скользнула к твоему животу, и ты почувствовала, как он через футболку обдал твою кожу жарким дыханием. — «Потерпи еще немного, солнышко. Нам нравится этот звук. Твой голос — лучшая музыка для симбиота». На грани Он продолжал дразнить тебя, то замедляя движения до почти полной остановки, заставляя тебя невольно подаваться навстречу в поисках продолжения, то снова наращивая темп. * Игра: Он обвил твои лодыжки своими отростками, слегка разводя ноги в стороны, чтобы тебе было сложнее скрыться от его движений. * Вибрация: Каждое его «касание» через ткань отзывалось во всём теле сладкой болью. * Финал игры: Когда он почувствовал, что ты находишься на пике, он внезапно замер, оставив щупальце неподвижно лежать поверх ткани. — «Ну вот и всё на сегодня...» — пророкотал он, и в его голосе слышалось явное торжество. — «Мы — существа слова. Ты вытерпела. Мы уходим в тень». Он медленно вытянул щупальце из-под футболки, оставив тебя лежать на диване, тяжело дышащую и совершенно дезориентированную. Его черная масса начала втягиваться обратно, пока он снова не стал просто «коконом» на краю кровати, куда он предложил тебе переместиться. — «Иди к нам, Т/И. Мы будем просто спать. До завтра...» — добавил он, и ты видела, как в темноте блеснула его хитрая ухмылка. Ночь и ожидание Ты легла рядом с ним, чувствуя, как внутри всё еще всё горит от его дразнящих движений. Веном действительно больше не прикоснулся к тебе «так», но его присутствие ощущалось кожей как натянутая струна. Пока ты спала, окутанная его чернильной тьмой, Веном не спал в привычном понимании. Он бодрствовал внутри своего сознания, пропуская через себя каждый твой вдох и каждое движение твоей крови. Вот о чем думал симбиот, пока ты видела сны: Поток сознания Венома «Она пахнет не так, как Эдди...» — это была его первая и самая частая мысль. — «Эдди пахнет адреналином, старым кофе и вечным беспокойством. Она... она пахнет покоем. И сахаром. И тем странным теплом, которое заставляет нашу материю вибрировать иначе». Он чувствовал, как твоё сердце замедляется, входя в глубокую фазу сна. Для него это было похоже на ритмичный барабан, под который он настраивал свои собственные пульсации. «Мы были слишком мягкими с ней сегодня? Нет. Нам нравится эта игра. Эдди бы кричал. Эдди бы сказал: "Веном, оставь её в покое, она наш друг!". Но Эдди далеко. Эдди не понимает, как приятно чувствовать её сопротивление, которое тает, как тот шоколад у неё на языке». Веном чуть плотнее обвился вокруг твоего запястья, пуская по твоей коже крохотные, почти невидимые волны тепла. «Она капризничает. Называет нас монстром, но сама прижимается ближе, когда ей холодно. Смешная человеческая самка. Она думает, что управляет нами с помощью шоколада... Она не знает, что мы бы согласились на всё это и без сладостей. Просто ради того, чтобы видеть, как расширяются её зрачки, когда наше щупальце касается её кожи». В его «голове» промелькнуло воспоминание о том, как ты выглядела на кухонном столе — растрепанная, в огромной футболке, с горящим взглядом. «Завтра... завтра будет сложнее сдерживаться. Нам нравится обещание "не трогать", но наблюдать за ней — еще большее удовольствие. Мы изучим каждый дюйм. Мы заставим её произнести наше имя так, чтобы даже Эдди в своих тропиках это почувствовал. Осталось две недели и четыре дня. Достаточно времени, чтобы она забыла, каково это — спать одной...» Он издал тихий, почти ультразвуковой звук удовлетворения, когда ты во сне неосознанно уткнулась носом в его прохладное плечо. «Спи, Т/И. Твоё тело уже знает, что ты принадлежишь нам. Осталось только убедить в этом твой разум. И нам очень нравится процесс этого убеждения...» Ты понимала, что оставлять Венома одного после вчерашнего — это всё равно что оставить динамит рядом с открытым огнём, но работа была единственным шансом на глоток нормальной жизни. Ты ускользнула на цыпочках, пока черная масса на кровати едва заметно пульсировала в утреннем полумраке. Весь день тебя не покидало чувство, что за тобой наблюдают, а телефон подозрительно молчал — Эдди не звонил, и от Венома не было весточек. Возвращение в логово Когда ты открыла дверь квартиры, тебя встретила абсолютная, звенящая тишина. Свет не горел. В воздухе пахло озоном и чем-то металлическим — верный признак того, что симбиот не в духе. — Веном? — тихо позвала ты, снимая туфли. — Я дома. Извини, на работе был завал, я не могла... — «ТЫ. НАС. КИНУЛА», — голос прогремел отовсюду сразу, заставив стекла в окнах задрожать. Из тени коридора медленно выдвинулась массивная фигура. Веном не был в своем «дружелюбном» облике — он увеличился в размерах, его плечи стали шире, а когти на руках непроизвольно выпускались и втягивались. Его белые глаза сузились в тонкие яростные щели. — «Мы ждали», — он сделал шаг к тебе, возвышаясь над тобой, как грозовая туча. — «Мы считали каждую секунду. Мы съели весь шоколад, но он горчит, потому что тебя не было рядом. Ты обманула нас, маленькое солнышко». Наказание за побег Он не стал ждать оправданий. Черный жгут метнулся к двери, с громким щелчком запирая замок и вырывая ключи из твоих пальцев. — «Никакой работы. Никаких звонков», — прорычал он, обвивая твою талию и рывком притягивая тебя к своей груди. Ты почувствовала, как его тело буквально вибрирует от ярости и... чего-то еще. — «Ты думала, что можешь просто уйти? После того, как мы были так терпеливы вчера?» Он прижал тебя к стене рядом с дверью, удерживая твои руки над головой одной мощной лапой. Его морда оказалась в сантиметре от твоего лица, обдавая тебя жарким дыханием. — «Теперь забудь про правила. Забудь про договоры», — его голос перешел в опасный рокот. — «Сегодня ты будешь делать только то, что скажем мы. И мы начнем прямо здесь...» Его второе щупальце грубо, без тени вчерашней нежности, скользнуло под твою рабочую блузку, разрывая пару пуговиц. — «Ты была очень плохой девочкой, Т/И. А плохих девочек нужно учить послушанию. Посмотрим, захочешь ли ты завтра "сбежать" снова...» Твои объятия подействовали на него как ледяная вода на раскаленный металл. Ты почувствовала, как его напряженное, жесткое тело под твоими руками начало медленно «оттаивать». Веном издал утробный звук, похожий на ворчание обиженного грозового облака, но сопротивляться твоему теплу он не смог. Его огромные лапы, которые секунду назад сжимали твои запястья, расслабились и теперь просто тяжело лежали на твоих плечах. Примирение с привкусом опасности — Ну всё, тише... Я здесь, — прошептала ты, уткнувшись лицом в его прохладную, пульсирующую грудь. — Прости, что ушла так внезапно. Мне действительно нужно было закрыть дела. Веном тяжело вздохнул, и по его телу прошла волна — он немного уменьшился в размерах, возвращаясь к более «человеческим» пропорциям, чтобы не раздавить тебя своей массой. — «Мы не любим пустые квартиры...» — пророкотал он уже тише, но в голосе всё еще слышались стальные нотки. — «Там пахнет только пылью и одиночеством Эдди. Без тебя... нам было плохо». Он отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть тебе в глаза. Его белые линзы сузились. — «Ты думаешь, что если обнимешь нас, мы всё забудем?» — он издал короткий, сухой смешок, похожий на хруст гравия. — «Хитрая самка. Эдди тоже так делает, когда накосячит. Но наказание... наказание это не отменяет. Ты сама согласилась, Т/И. Мы зафиксировали твоё согласие». Он хмыкнул, явно довольный тем, что ты признала его право на «реванш». В следующую секунду его морда скользнула к твоей шее. На этот раз поцелуй не был грубым — он был собственническим. Его губы задержались на пульсирующей жилке, а кончик языка оставил влажный, горячий след, заставив тебя невольно вздрогнуть. — «Сегодня... мы не будем дразнить через ткань», — прошептал он тебе в самое ухо, и его щупальце ловко скользнуло под твою блузку, на этот раз уверенно поднимаясь вверх. — «Раз ты так любишь свою работу, мы сделаем так, чтобы завтра ты о ней даже не вспомнила...» Он подхватил тебя под бедра, заставляя обхватить его талию ногами, и понес в сторону спальни, не отрываясь от твоей шеи. Веном как раз был в процессе того, чтобы избавить тебя от последних преград — его щупальца ловко расправлялись с застежками, а сам он низко рычал, предвкушая триумф. Ты уже была в одном нижнем белье, прижатая к прохладным простыням, когда тишину спальни бесцеремонно нарушил звонок телефона. Веном замер. Его глаза-линзы недовольно расширились. — «Игнорируй это...» — прошипел он. — «Это мешает...» Но когда ты увидела на экране «Эдди», то поняла: если не ответишь, он решит, что тебя съели (в буквальном смысле). Ты дрожащими руками поднесла телефон к уху, а Веном, ворча, обвился вокруг твоих плеч, прислушиваясь к динамику. Звонок из рая (или ада?) — Алло, Т/И? Привет! — голос Эдди звучал бодро, на фоне слышался шум прибоя. — Послушай, тут такое дело... В общем, проект, над которым я работал, выстрелил. Мне предложили остаться здесь еще на месяц, на пробный контракт. Гонорар просто безумный! Веном замер, его материя на мгновение стала абсолютно неподвижной. — Я уже закинул тебе на карту приличную сумму за беспокойство, — продолжал Эдди. — Купи Веному самого дорогого шоколада, а себе — что захочешь. Прости, что бросаю тебя с этим паразитом еще на четыре недели. Вы там как, не поубивали друг друга? — Нет, Эдди... — выдавила ты, чувствуя, как Веном начинает медленно, с победной ухмылкой, выписывать узоры на твоем животе. — Мы... справляемся. — Вот и отлично! Всё, целую, на связи! Новый расклад Как только звонок завершился, в комнате повисла тяжелая пауза. Веном медленно забрал у тебя телефон и отшвырнул его на мягкое кресло. — «Месяц...» — его голос теперь вибрировал от нескрываемого восторга. — «Целый месяц. Эдди продал тебя нам за пачку денег и гору шоколада. Какая щедрость». Он навис над тобой, и его форма начала меняться: он стал более тягучим, его частицы начали обволакивать твои руки и ноги, создавая ощущение полного погружения в него. — «Теперь наказание будет... долгим», — пророкотал он, и его «пальцы» снова вернулись к краю твоего белья. — «Нам больше не нужно спешить. Мы изучим тебя так глубоко, что когда Эдди вернется, ты будешь пахнуть только нами. Ты готова к своему первому месяцу в качестве нашей единственной собственности?» Он прижался к твоим губам, прерывая любой возможный протест, и его щупальца под лифчиком стали действовать с новой, утроенной уверенностью.