Любить тебя мой приговор

Дождь стекал по окну машины, в которой ехал Риндо вместе с братом. Они направлялись в клуб — в собственный клуб на Раппонге. Но от чего-то не душе было тоскливо. Риндо украдкой смотрел на брата, который уверенно вел машину. Он останавливался на острых чертах лица Рана, на его губах, которые так и манили. Риндо прекрасно понимал, что они не могут быть вместе, и то, что он любит его, неправильно — как-никак, они братья. Но он не мог ничего поделать со своими чувствами. Ран всегда был ему дорог, так же как и Риндо для него, и Риндо это понимал. Но вот в отличие от брата, он любил его не так, как должен. Прошло уже десять лет с того момента, как он понял, что любит его не как брата. Десять лет молчания. Нет, Риндо пытался утопить эти чувства глубоко в себе, но они снова всплывали наружу, стоило только этим родным глазам посмотреть на него с такой нежностью, что у Риндо голова шла кругом. Позже Риндо даже пытался признаться, но стоило только начать говорить, как его сразу охватывал страх. А если из-за признания Ран уйдет от него? А что если он будет ненавидеть его? Риндо боялся этого до смерти. Он боялся, что брат рассердится на это, поэтому предпочитал молчать. Так хотя бы Ран его не бросит в одиночестве. Ведь у Риндо больше никого нет, да ему никто и не нужен. Лишь бы старший был рядом, и ради этого Риндо готов страдать всю жизнь. Риндо знал всё про старшего: Ран обожал пить кофе без сахара, но с молоком. Риндо как-то попробовал — и его чуть не вывернуло. Как такое можно пить? Но Риндо вставал пораньше, чтобы приготовить кофе для брата, хоть сам и любил поспать подольше. Ран любил смотреть боевики и детективы по вечерам, и Риндо смотрел вместе с ним, хоть ему в жизни хватало боевика. Но он любил проводить время с братом. Ран любил котов, в особенности черных. Кота у них, к сожалению, не было, так как у Риндо аллергия на их шерсть, и Ран старался как можно меньше контактировать с бездомными котами возле их дома. От такой мелочи становилось теплее на душе. Помимо всего этого, Риндо знал и то, что его брат предпочитает красивых девушек, как с обложки журнала. Лично Риндо не видел в них ничего привлекательного — они были лишь девушками по вызову, с которыми часто зависал Ран в их клубе. От того Риндо и не любил ездить в достаточно родной ему клуб. Девушки всегда были примерно его роста, с высветленными волосами, и многие из них напоминали Риндо Эмму. Так же девушки были слегка с характером — они не были милыми или заботливыми, они были сучками, которым только и хотелось переспать с кем-то из верхушки Бонтена. И эти знания проходились острым лезвием по сердцу Риндо. Он был на грани, чтобы не придушить очередную девку, которая липла к Рану. Но он не делал этого, потому что брат бы всё понял, а он не мог такого допустить. Не в этой жизни, может, в следующей, может, тогда они не будут братьями, и он сможет полюбить его в ответ. Но не в этой... — Рин, пялишься.— из размышлений вывел тихий голос Рана, и Риндо только сейчас осознал, что всё это время беспрерывно пялился на лицо брата. Он поспешил отвести взгляд в окно, за которым всё ещё мелькали улицы Токио, а дождь становился только сильнее. Пальцы стали слегка подрагивать, а лодони — влажными. — Что-то случилось? — всё так же тихо спрашивал старший, будто боясь спугнуть его. — Нет, — слегка помедлив, только и смог ответить Риндо. А что он скажет ему, что любит его? Да тот же сразу придушит его своими нежными, хоть и сильными руками. — Рин, врёшь, — Ран мимолётом посмотрел на брата. — Ты сам не свой в последнее время. — Ага, уже как лет десять, — бормочет Риндо. — Что? — Ран снова посмотрел на него. — Ничего, забей и смотри на дорогу, — Риндо видел отражение брата в окне и дальше продолжал смотреть. — И всё же, если тебя что-то тревожит, скажи мне об этом, — сказал Ран, на что так и не получил внятного ответа, только мычание в знак согласия. Оба знали, что Риндо так ничего и не скажет, и будет держать это в себе. — Ран... — позвал его Риндо. Он снова захотел признаться, точнее попробовать. Он осознавал, что, скорее всего, и в этот раз ничего не выйдет. Руки начали сильнее подрагивать. Он не поворачивался, всё так же смотрел на брата в отражении. — Ммм? — Ран не отвлекался от дороги, но внимательно слушал брата. — Я не знаю, как сказать... — Риндо стал нервно трепать рукав рубашки. — Скажи как есть, — он всё же скользнул взглядом на брата, и от его глаз не ускользнуло то, что младший нервничает. — Не говори только, что ты боишься сказать мне? Риндо прикрыл лицо ладонями. Оно стремительно краснело. Риндо чувствовал себя хуже влюблённой семиклассницы, а не почти что тридцатилетним мужчиной. — Эй, Рин, ты чего? — в глазах Рана промелькнуло беспокойство, и он остановил машину у обочины. Просмотрев на брата, положил руку ему на плечо, слегка потряхивая. — Рин, что случилось? Не бойся, ты можешь мне сказать. — Ага, и тогда это будет последний день в моей жизни, — шептал Риндо себе в ладони. — Что за бред ты несёшь? Поверь, я не буду злиться, — старший слегка подвинулся ближе и рукой протянулся к рукам Риндо, убрав их с лица. — Рин, посмотри на меня, — нежно попросил Ран, от чего сердце Риндо было готово выпрыгнуть из грудной клетки. Риндо посмотрел на брата, но только лишь помотал головой, говоря этим, что он не сможет сказать, и Ран отодвинулся обратно. — Хорошо, я не буду настаивать, но если ты всё же решишь мне рассказать, то не бойся. Я всегда на твоей стороне, — дождавшись кивка со стороны брата и тихого «хорошо», Ран снова повёл машину. Ехать им оставалось меньше десяти минут, которые они провели в тишине. Ран не хотел напрягать брата, и Риндо боялся что-либо сказать. — Ты знал, что Хаджиме сошёлся с Инуи? — всё же прервал тишину Ран, припарковываясь возле клуба. — Да? Не удивительно, они и десять лет назад были как замужняя пара, — Риндо посмотрел на брата. — Разве он любил его? Мне казалось, что он видит в нём только Аканэ, — он заглушил машину. — Дурак, по ним было видно, что любили друг друга, но оба придурки молчали и думали, что им так будет лучше. Я рад, что Хаджиме сделал правильный выбор, иначе бы страдали оба до конца своих дней. А ведь они самые дорогие друг для друга, — Риндо говорил спокойно, будто бы не был на грани нервного срыва совсем недавно. — К чему ты про это заговорил? — Да так... — Ран отвёл взгляд, погружаясь в свои мысли. Риндо же, в свою очередь, вышел из машины и слегка наклонился, заглядывая внутрь. — Ты идёшь? Давай быстрей, — не дождавшись ответа, он скрылся за дверями клуба. — Ты прав... страдали бы, — сам себе проговорил Ран.

***

Зайдя в клуб, по ушам ударила громкая музыка, и доносился запах сигарет и алкоголя. Пройдя главный зал, Риндо направился на второй этаж с Вип-комнатами. Подвальное помещение было полностью оборудовано для верхушки Бонтена. Главный зал располагался на первом этаже, второй включал в себя Вип-комнаты, одна из которых была для братьев и надоедливого Санзу. С неё открывался вид на весь главный зал. На третьем был кабинет братьев, две спальни с ванной и небольшой медпункт, так как на заданиях часто получали ранения. Зайдя в первую Вип-комнату, Риндо сразу заметил Санзу, сидящего посередине кругового дивана. А с краю сидела девушка. У неё были блондинистые короткие волосы, а смотрела она так, будто была здесь главной. Из-за этого Риндо недовольно фыркнул — ну как же без того, чтобы Ран не мог повеселиться с очередной тёлкой. Риндо плюхнулся на диван рядом с Санзу. Он его жутко раздражал, как и Рана, но даже несмотря на это, он был единственным, с кем братья Хайтани вот так зависали время от времени. — Хэй, малыш, ты чего такой хмурый? — Санзу потрепал его по голове. Он любил нарушать личные границы и вел себя как ребёнок. — Как будто тебе отказала любовь всей твоей жизни. — Да, Санзу способен попасть прямо по больному, он будто бы видел всех насквозь, вот только Риндо не отказался и вообще он не смог признаться. — Руки убери, — он сбросил с своих волос руку друга. — Риндо, не будь таким злым. Хочешь, я найду тебе девчушку на вечер? — он приблизился к Риндо. — Прости, малыш, она занята, — Санзу заметил, как Риндо сверлил взглядом девушку, сидящую с краю. — Она для Рана. — От таких слов Санзу девушка только оскалилась на Риндо, от чего тот уже закипал от злости. — Не надо мне никого искать, — он взял со стола стакан с виски и облокотился на спинку дивана, всё так же смотря на девушку, которой хотелось вырвать все волосы и пару раз приложить головой об этот стеклянный стол, а потом пустить пару пуль ей в голову. — Ну тогда мы могли бы и сами неплохо развлечься, — Санзу положил руку ему на бедро, от чего Риндо сразу метнул недовольным взглядом. — Уверяю тебя, малыш, тебе понравится, — он слегка усилил хватку на чужом бедре. — Санзу! — в комнату зашёл Ран и захлопнул за собой тяжёлую дверь, от чего Санзу сразу отстранился от Риндо. Младший только фыркнул и наблюдал за братом, на которого сразу повисла та сучка. Он сел напротив, а она удобно умостилась сбоку. — Сколько раз я говорил: не пытайся совратить моего брата? — он убийственно смотрел на друга, так же как смотрел на тех бедолаг, которым не повезло перейти ему дорогу. — Ладно, ладно, шутка, — Санзу поднял руки в примирительном жесте. — Чего ты так реагируешь? Я ж не причиню вред Риндо. — Завались, — Ран сделал пару глотков виски. Риндо смотрел на Рана, обдумывая его действия, а Ран также смотрел на него. И у Санзу в голове сложились пазлы, которые даже не сходились у этих гениев. — Постойте, постойте, Ран, или ты... — он указал на старшего брата, а потом перевёл взгляд на младшего. — Не говори только, что ты... — Я же сказал: завались! — Ран прорычал. — Да ладно, не может быть! — Санзу теперь сидел радостный, так будто ему подарили целый склад с наркотой. — Ты обдолбался? — спросил его Риндо. — Малыш, да ты серьёзно не понимаешь? — Санзу! — Ран повысил голос, и Санзу замолчал. Риндо спокойно попивал свой виски и смотрел в родные глаза, которые на удивление тоже смотрели на него. А вот девушку, сидящую рядом, совсем не устраивало то, что Ран не уделяет ей внимание. По-хозяйски села ему на колени, расставляя ноги по обе стороны от Рана, и полезла целоваться. Вот только Ран отвернулся — он никогда не целовал девушек, с которыми развлекался, и Риндо не понимал почему. Ей это, конечно, не понравилось, но ей оставалось лишь приложить губы к его шее. — Ран, чего бы ты хотел? — она мурлыкала ему на ухо, слегка двигая бёдрами. От такой картины Риндо скривился, а Санзу сделал заключительные выводы в своей голове и явно был рад им. — Эй, не могли бы вы ебаться в другом месте? — вскрикнул Санзу. — Вы оскорбляете чувства одиноких. Или же просто позволь разложить твоего брата прямо на этом столе. Риндо закатил глаза. Санзу обожал позлить старшего, и у него это получалось. — Санзу, хватит, — только и сказал Ран. — Ммм, Ран, давай пойдём в другое место? — она снова качнула бёдрами, потерев о Рана. — Продолжим там? Ран же в свою очередь ещё ни разу не заговорил с ней. Девушка встала и потянула Рана за собой, и ему пришлось пойти с ней. Они вышли, скрылись за дверью. От этого злость и ревность внутри Риндо закипели ещё сильнее. Он предпочёл бы, чтобы они остались здесь, и он знал бы, что дальше поцелуев в шею не зайдёт, и был бы спокоен. Но вот они ушли и явно направляются в спальню на третьем этаже, и от этого становилось больно. И всё из-за Санзу, который никогда не может помолчать. — Эй, малыш, ты чего? — Санзу снова придвинулся ближе. — Только попробуй ко мне прикоснуться, и хватит меня так называть! — Риндо встал из-за стола, сильнее сжимая стакан с недопитым виски и сразу же кинув его в стену. Осколки разлетелись во все стороны, а Риндо вышел из комнаты. — Чтож, надо что-то менять, — весело проговорил Санзу в пустоту

***

Риндо, не задумываясь, отправился на четвёртый этаж. Зачем? Он и сам не знал. Чтобы разбить своё и так разбитое в дребезги сердце ещё сильнее? Вот он стоит перед спальней брата, и вся его уверенность исчезает, стоит ему услышать голос той дряни. Он застыл, держа руку над ручкой двери, не решаясь её открыть. А зачем? Что он скажет? Что пусть валит и то, что его брат только его? Бред, это же полный бред! Из-за двери доносились голоса, из-за которых хотелось устроить истерику. — Ммм, Ран, ты такой горячий, — за дверью послышалось, как кто-то сел на кровать. И Риндо был уверен, что это был Ран, а эта сучка села прямо на него. Может, стоило ворваться и убить эту дрянь? Не впервые лишать кого-то жизни. Но Риндо не сделал этого, он лишь накрыл губы ладонью, и с глаз скатились слёзы. — Ран, ммм, я хочу тебя, ты не представляешь, насколько сильно, — нежный и притворный голос той сучки резал слух. Голова шла кругом, грозя тем, что Рин просто свалится в обморок. И пока этого не случилось, лучше уйти как можно быстрее. Ноги были будто бы ватными, Риндо шёл, опираясь рукой о стену. Ему стоит поехать домой, подальше от этого проклятого клуба, когда-то любимого, но теперь невыносимого места. Он спустился по лифту вниз и еле как дошёл до выхода. Выйдя на улицу, в лицо ударил прохладный ветер и запах сырости из-за недавнего дождя. Стало немного легче, но не совсем. Риндо направился к парковке. Там стояла ещё одна их машина на случай, если братьям надо будет поехать в разные места. Но сегодня впервые он едет домой без Рана. И, пожалуй, это чувствовалось как предательство.

***

Ран шёл за девушкой, он даже не знал её имени. Она вела его к лифту. Зайдя в лифт, он приложил ключ-карту, благодаря которой можно было подняться на третий этаж. Не то чтобы он хотел идти куда-то, но выносить то, что Санзу так легко говорит о том, что разложит его брата на столе, он не мог. Да, Ран однозначно ревновал Риндо и был готов убить каждого, кто подойдёт к нему. Он прекрасно понимал, что это неправильно — любить брата, и знал, что это никогда не будет взаимно, поэтому постоянно зависал с девушками, которые хоть как-то напоминали Риндо, характером или той причёской, которую носил младший в подростковом возрасте. Ран любил его волосы, всегда хотелось зарыться в них пальцами и не отпускать. Ран любил в Риндо всё: его подтянутое тело, волосы, глаза, его улыбку — не оскал, которым он одаривал людей, а искреннюю улыбку. Он любил то, как Риндо готовил ему кофе по утрам, хоть оно и не было приготовлено в дорогой кофейне, но он явно любил только его. Он любил наблюдать за ним в драке, а ещё больше любил, когда тот делал шпагат. Хоть Риндо и перестал это делать в любой момент перед дракой, как это было десять лет назад, но Риндо каждое утро разминался и сидел на шпагате. Ран любил Риндо больше жизни. Но он не мог быть ему кем-то большим, чем просто брат. Он боялся, что из-за этого потеряет его, и скрывал свои чувства. Он мог только наблюдать за ним и заботиться о нём. К сожалению, он не мог уже подойти в любой момент и обнять Риндо, так как делал это лет десять назад — потому что это выглядело бы странно. От этого было больно... Девушка, которая шла с ним в спальню, была красивая, но в голове Рана был только Риндо. А ещё этот ублюдок Санзу. Ран уже устал говорить ему, чтобы тот не приближался к Риндо. Но этот отмороженный псих никогда не слушает. А ещё бесит то, что Риндо никак на это не реагирует и просто позволяет такое в свою сторону... Они зашли в спальню, и Ран закрыл дверь, но не на замок, так как в любой момент мог понадобиться кому-то… Риндо… если бы тот только ответил на его чувства… если бы он просто сказал Рану о том, что ему не нравится, как старший спит с девушками, которых даже не запоминает, он бы прекратил… нет, он бы вспомнил каждую и, убив её, преподнёс бы к ногам брата... Он направился к маленькому бару и налил себе виски, в то время как девушка сняла с себя короткое платье, оставаясь в одном белье. Она забрала бокал у него с рук и поставила на тумбу. Она слегка подтолкнула его к кровати, и тот сел. Девушка умостилась у него на бёдрах и стала покрывать поцелуями шею, так как Ран не давал себя целовать в губы. Почему? Всё просто: эти девушки на одну ночь не заслуживают этого. Вот и получается, что за всю жизнь он никогда не целовался, да, занимался сексом, но поцелуи — это что-то личное. Целовать можно только тех, кого любишь… и это Риндо. — Ммм, Ран, ты такой горячий, — она начала растёгивать его рубашку. Он просто смотрел на неё. А Риндо так бы расстёгивал его рубашку, как и она? Тряслись бы его руки? Или он бы не мучался и просто разорвал бы её? — Ран, ммм, я хочу тебя, ты не представляешь, насколько сильно, — она нежно говорила ему на ухо и прикусывала мочку. За дверью послышался какой-то шорох. Девушка уловила это и взяла ладонями лицо Рана. Она всё ёрзала на нём и никак не могла посидеть спокойно. — Ммм, Ран, ты уже такой твёрдый, — она качнула бёдрами, потираясь о его возбуждение. Он протянул руку и погрузил пальцы в её волосы, вспоминая, как часто делал так в восемнадцать лет, когда у Риндо болела голова или просто чтобы, потрогать его волосы. Но у неё они были не такими приятными, от этого становилось противно, и Ран схватил её за волосы, от чего девушка пискнула. Она начала его раздражать. — Ран, что ты… — не успела она договорить, как Ран скинул её с себя, и девушка полетела на пол. Как-никак, он из верхушки Бонтена и не проявляет жалость к людям… ну только к одному человеку… — Убирайся отсюда, — он прохрустел пару раз шеей. — Ран, но почему? Я могу удовлетворить тебя! У тебя же встал! — она выглядела жалко. От чего Ран хотел бы на месте её прибить. Он снова схватил её за волосы и придвинул ближе её голову, чтобы смотреть в упор. — А кто тебе сказал, что у меня встал на тебя? — тут же он получил звонкую пощёчину. В любой другой момент он бы убил её за это, но сейчас попусту не было желания этого делать. Девушка встала, подобрала платье и начала одевать его. На телефон Рана пришло сообщение, и девушка рефлекторно посмотрела на тумбочку. Экран телефона загорелся, а на обоях был спящий на диване младший Хайтани. — Хах, теперь понятно, почему ты такой ублюдок, — девушка выбежала из спальни. На телефон пришло ещё пару сообщений, а после этого он вибрировал, оповещая о том, что на него звонят, и Ран направился к тумбе. Это был Санзу, и Ран начал снова злиться, но всё же ответил. — Что тебе надо? — недовольно начал Хайтани. — Ццц, Ран, чего сразу злишься? Я хотел сообщить тебе, что твой ненаглядный братец только что уехал. Прости, если помешал, — договорил Санзу и сбросил трубку. Ран постоял ещё немного и направился к выходу из клуба. Он не хотел оставлять Риндо одного, и как-никак, он выпил хоть и немного, но надо убедиться в том, что младший в целости и сохранности добрался домой.

***

Ран быстро доехал. Он зашёл в их дом, не снимая обуви, и направился в комнату брата, но там было пусто. В доме не горел свет, и Ран как-то не задумывался о том, чтобы включить его. Зайдя в гостиную, он увидел Риндо, сидящего на диване в полной темноте, только луна освещала его прекрасные черты лица, и от этого становилось спокойней. Риндо не смотрел на него, и вот от этого снова становилось тревожней. Ран медленно подошёл к дивану и сел на колени напротив Риндо. Тот отвёл взгляд куда-то в окно. Ран боялся что-то сказать, будто бы был виновен во всём. Они сидели молча. Ран тихо положил голову на колени брата и прикрыл глаза. Он не хотел, чтобы Риндо обижался на него. И почему он злится? — Зачем ты приехал? — хриплым голосом, тем, который выдавал, что недавно младший плакал, спросил Риндо, от чего по телу Рана пробежались мурашки. — Я приехал домой… к тебе, — Ран сел ровно. — Ты хочешь, чтобы я уехал? — Бросил ту швабру и приехал? Откуда узнал, что я вообще уехал? — Риндо слегка потряхивало. — Один невыносимый наркоман тебя сдал, — Ран положил руку на колено Риндо. — А та, как ты сказал, швабра была не в моём вкусе. — Ха, да? Я думал, тебе нравятся стервозные блондинки, — Риндо всё так же смотрел в окно, или же скорее в пустоту. — Не так… — Да, ему нравился один блондин, точнее тот, который теперь с фиолетовыми волосами. — А как тогда? — в голосе Риндо было недовольство, и он наконец-то посмотрел на брата. — Рин, почему ты уехал? — Ран мог предположить, но он боялся тешить себя надеждами. — Не важно, я устал, много работы было сегодня и как-то настроения не было, — врал ему Риндо. — Рин… ты… — не успел Ран договорить, как его перебил брат. — Нет, — он встал с дивана, и Ран пропустил его. Риндо направился к себе в комнату, и было слышно, как он закрыл дверь на замок. Ран остался наедине со своими мыслями. И что нет? Он ведь даже не дал договорить? А что, собственно, хотел спросить Ран? Может, Рин… а ты случайно не ревнуешь меня? Или Рин… а может, ты как и я влюблён в брата? Да бред! Быть такого не может, ему просто это показалось, совсем уже крыша едет. Скорее всего, он и в правду устал, Майки завалил их работой, и поэтому оба вымотались. Не стоит питать себя надеждами.

***

На следующее утро, проснувшись, Ран не услышал привычного ему копошения на кухне или в гостиной. На кухне было тихо, в гостиной не было Риндо, который каждое утро упражнялся в шпагате, а на журнальном столике не стоял приготовленный кофе. Из-за этого Ран стал переживать. Ран направился в комнату брата, и не успев коснуться ручки, дверь резко открылась, и из комнаты вышел сонный Риндо, в то время как Ран был перепуган, будто бы призрака увидел. Они стояли достаточно близко, так как оба не ожидали увидеть друг друга, открыв дверь. Риндо был без очков. Ран хотел задушить его в объятиях, но младший явно был всё ещё не в настроении. Постояв так ещё с полминуты, Риндо обошёл брата и направился на кухню, а Ран пошёл за ним. — Рин… — Ран стоял в дверном проёме, а Риндо стоял к нему спиной и, включая чайник, насыпал кофе в чашку. — Я проспал… сейчас сделаю тебе коф… — не успел он договорить, как по сторонам от него оказались руки Рана на столешнице, и старший положил голову ему на плечо, утыкаясь носом в изгибы шеи. От такого Риндо стало тяжелее дышать, голова пошла кругом, а лицо стремительно краснело. И к чему это делать? Он решил пытать его? — Рин, — нежно позвал его старший, — ты злишься на меня? Но почему? Риндо чувствовал тёплое дыхание на своей шее. Зачем Ран с ним так поступает? — Не злюсь я… — он был в надежде, что старшего этот ответ устроит и он оставит его в покое, но Ран только сильнее прижался к нему. — Рин, не ври мне, — он обвил руками талию младшего, и Риндо был готов умереть прямо в этот момент. — Я же знаю тебя… — шептал он. — Ран, я… — Риндо слегка опрокинул голову назад, он был готов признаться прямо сейчас и пусть будет, что будет, но так не вовремя раздался звонок в дверь. — Чёрт, — прошипел Ран и, отстранившись от брата, пошёл встречать непрошеного гостя, ну или же убивать. Конечно, это был Санзу. Риндо слышал, как Ран посыпал его матом, а тот, как всегда, пытался вывести его ещё сильнее. Риндо медленно спустился на корточки, прикрыв лицо руками, он будто бы горел. И что это только что было вообще? Разве так делают братья? Конечно же нет! Может, Риндо просто сходит с ума? Точно так и есть. — Хэй, малыш, ты чего тут? — на кухню зашёл Санзу, от чего Риндо резко встал, и голова ещё больше пошла кругом. — Эй, эй, настолько рад меня видеть, что чуть ли не падаешь в обморок? А малыш? — Санзу придержал его за руку. — Санзу, руки! — Ран стоял в дверном проёме. — Ццц, Ран, сходи-ка погуляй, а я тут с Риндо побуду, — Санзу придвинулся к младшему, но в голову ему прилетел тапок. — Ауч! Ты совсем с ума сошёл? Злишься так, будто бы я вам тут помешал! — Убирайся, пока в тебя не полетело что-то тяжелее тапка, — Ран пошёл к себе в комнату. — Я, между прочим, тут по приказу Майки! — крикнул он ему в след. — Ну и чтобы увидеть тебя, малыш, — уже тише сказал он Риндо. Риндо лишь закатил глаза и продолжил делать кофе для Рана. — Надо зачистить пару клубов. Они решили, что смогут наебать нас, прикинь! — он забрал чашку из рук Риндо и сделал пару глотков. — Фу, что за дрянь, — он отдал её обратно, и Риндо стоял в шоке и на грани, чтобы не прибить этого козла. — Ну так что? — доносилось уже из ванны. — Да нечего, этим придуркам не обойти проверки от Хаджиме. — Разве он сейчас не с Сейшу? — наконец-то в разговор вмешался Риндо. — Угу, но это не мешает ему копаться в бумагах, — ответил ему Санзу. — Рин, ты едешь? — в кухню вернулся Ран, уже готовый выезжать. На поясе у него была кабура с пистолетом. Риндо кивнул, пытаясь не задерживаться взглядом на брате, и пошёл собираться, пока брат с придурком чуть не поубивали друг друга, оставшись одни на кухне.

***

С того дня, как пришёл Санзу с приказом от Майки, прошло уже пять дней, и они разобрались со всеми поручениями. Но вот с того момента они, так и не поговорили нормально больше. На это попросту не было времени, и помимо этого Риндо предпочёл избегать старшего. И Ран решил поговорить с ним после того, как всё уладят в Бонтене. Вот они едут снова в свой клуб. Нет, не для того, чтобы Ран смог зависнуть с какой-то девушкой, а потому что сегодня клуб закрыт, и там собрались верхушки Бонтена. Они часто так делали после каких-то заданий. Не зря в клубе отведён отдельный этаж для этого. Но что-то не давало покоя Риндо. Будто бы они что-то упустили. Вот только Ран был расслаблен. На душе было неспокойно. — Ран… давай не поедем, — Риндо впервые за пять дней заговорил первым, от чего Ран даже вздрогнул. — Почему? Ты не хочешь ехать? — он мельком посмотрел на брата. — Не то чтобы не хотел, просто плохое предчувствие, — слегка тревожно говорил Риндо. — Плохое предчувствие? — Ран перевёл взгляд на дорогу. — Угу, будто бы мы что-то упустили… — он замялся на мгновение. — …и это выйдет нам боком. — Эй, мы не могли ничего упустить. Мы зачистили все клубы, которые нам назвал Хаджиме, — начал его успокаивать старший. — Тем более я рядом, всё будет хорошо, — он протянулся и взял руку Риндо в свою, а другой вёл машину. — Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось. — Ран, но всё же… — Риндо посмотрел на их руки. — Всё будет хорошо, я обещаю тебе, — он сильнее сжал руку брата, но Риндо был не против. — Давай поговорим, как вернёмся домой? Не убегай от меня. — Я не убегал, — запротестовал Риндо. — Убегал! Ты всю неделю от меня скрывался, — сказал Ран. — Прошу тебя, мне есть что сказать, — его голос стал тише и слегка дрогнул, ведь он и сам боялся этого момента. — Ладно, как скажешь, — прошипел Риндо. — Мне тоже есть что сказать. Всю оставшуюся дорогу они ехали так, держась за руки, и обоих это устраивало. Доехали они вполне спокойно, если не учитывать, что Санзу звонил пару раз, спрашивая, где их носит. Когда надо было выходить из машины, Риндо ещё раз посмотрел на руки, и ему не хотелось никуда идти: он хотел бы продлить этот момент как можно дольше. Поникший взгляд Риндо не ускользнул от внимания Рана, и, не задумываясь, он поднёс руку Риндо к своему лицу и положил на щёку, накрывая своей. — Рин, я обещаю, что ничего не случится, не переживай, — его взгляд был нежным, так он смотрел только на Риндо, а на других — так, будто бы собирается их убить. — Ты веришь мне? — Угу, — только так и смог ответить Риндо.

***

В зоне для Бонтена уже был Санзу, который о чём-то спорил с Такеоми. То и не удивительно — они постоянно были как кот с собакой. Какучо что-то делал себе за барной стойкой; при таких встречах они часто не только закрывали клуб, но и отзывали всех работников, кроме пары охранников на входе, ибо лишние уши им не нужны, и доверие они питали не ко всем. Поэтому Какучо был что-то типа бармена. А напротив спорящих братьев сидел Коконой, и не один, а со своим Сейшу. Вот его Хайтани уж точно не ожидали увидеть, и доверия он тоже не вызывал, по крайней мере у Рана, а вот Риндо никогда не имел ничего против Сейшу. — Ну наконец-то вы пришли, — Санзу, забыв про Такеоми, направился к обоим Хайтани, разводя руки. Ран уже закипал от злости, только увидев этого придурка, и сразу ничего не сказав, направился к Какучо к барной стойке. — Малыш, что он такой хмурый? — он прижал Риндо в объятия, и тот попытался вырваться. — Ццц, придурок, — и всё же у него получилось отцепить от себя Санзу, и он направился к Хаджиме и старому знакомому. — Да что с вами такое? — трагично проговорил Санзу. — У вас недотрах что ли? — на слова Харучиё братья никак не отреагировали. — Так и знал. — Приветик, — Коконой обратился к Риндо, на что тот безмолвно кивнул. — Как прошло задание? — Ты не мог сразу нам на них доложить? Нам пришлось зачистить одиннадцать клубов за пять дней, — недовольно предъявил Риндо.— я посмотрю, вы снова сошлись? — Риндо обратил внимание на то, как Коконой приобнял Сейшу одной рукой. — Угу, этому придурку понадобилось девять лет, — наконец-то заговорил Сейшу, вызывая улыбку на лице Риндо. В общем, Риндо рад был встретить его снова, потому что в отличие от всех остальных он был ему куда приятнее. — Давно не виделись, — Риндо подтянул к себе стакан с виски. — Да, рад встрече, — улыбнулся ему в ответ Сейшу. — Эй, я так начну ревновать! — Хаджиме недовольно посмотрел на обоих парней, от чего те слегка рассмеялись. — Не валяй дурака, — Сейшу слегка толкнул его локтём. Хаджиме притянул его в поцелуй, и Риндо отвёл взгляд, смотря на брата у барной стойки. Тот был в компании Какучо, Такеоми и надоедливого придурка. В красных лучах подсветки Ран был идеален. Риндо нравилось, как выглядел Ран в клубе или на заданиях: его вид внушал страх, но Риндо знал, что рядом с ним безопаснее всего. В общем, Ран нравился ему любым — таким, каким он был в восемнадцать, и таким, как сейчас. Он любил его… — Ты так на нём дарку протрёшь, — Хаджиме снова говорил с Риндо, перестав сосаться со своим парнем. — То, что сказал Санзу… — Ты слушаешь всех больных наркоманов? — Риндо приподнял одну бровь. — Нет, но я знаю, что этот наркоман видит всех насквозь, — утвердил Хаджиме, и Риндо понял, что ему уже не отвертеться. — Да и не только он наблюдательный. — Не неси чепуху, он мой брат, — ну почему все такие проницательные, думал Риндо. — Риндо, ты уверен в своих утверждениях? — на этот раз свою судьбу решил испытать Сейшу. Да, он уверен в том, что Ран видит в нём только брата… — Да, — он залпом допил виски, и знакомые решили больше не донимать его этим разговором. Спустя минут тридцать, вторая компания с барной стойки присоединилась к ним. Ран сел возле брата, завёл руку за его спину и положил на спинку дивана. От такого жеста стало комфортнее, но тревога и плохое предчувствие никуда не исчезли, наоборот, только усилились, и это сводило с ума. Риндо не любил это чувство. — Рин, ты как? — Ран говорил ему на ухо, чтобы не отвлекать всю компанию. — Ран, тебе не, кажется, что мы все слишком расслабились? — Риндо повернулся к брату, и теперь их лица были слишком близко, но это сейчас не имело значения. — Не пей много, — он обратил взгляд на стакан в руках Рана и потом снова вернулся к его лицу. — Ты обещал мне, что перестанешь зря себя накручивать, — Ран склонил голову на бок. — Ладно, ты прав, я, пожалуй, схожу подышу свежим воздухом, — он встал с дивана. — Пойти с тобой? — предложил Ран, но Риндо лишь отрицательно помотал головой и ушёл. Все затихли, наблюдали за ним. — Что это с ним? — спросил Санзу. — Не ваше дело, — Ран всё же стал переживать за брата.

***

Риндо поднялся на первый этаж и хотел уже выйти на улицу, как услышал какой-то шорох с этажа с ВИП-комнатами. Как на зло, он забыл сегодня свой пистолет в машине. Его интуиция говорила о том, что стоит вернуться ко всем и хотя бы пойти не одному, но Риндо проигнорировал её и стал подниматься по лестнице. Зайдя в первые три ВИП-комнаты, он никого не обнаружил и думал уже уходить, сослав всё на тревожность, но с последней ВИП-номера послышались шаги, и Риндо направился туда. Зайдя, он увидел двух незнакомых ему парней, а на диване сидел никто иной, как Шион Мадарама. Он злобно оскалился, и на Риндо кинулись те два парня. В это время вся компания, не подозревая о неладном, продолжала пить и общаться. Хаджиме был уже пьян, точно так же как и Какучо, который что-то пытался объяснить Такеоми, но у него, честно говоря, это не очень получалось, ибо он уже не мог ясно сформулировать свои мысли. Санзу, на удивление, был почти трезв и даже не накуренный. Он крутил в руках пустой стакан. — Что-то, малыш Риндо, долго, — устало заметил Харучиё. — Он пошёл подышать свежим воздухом, — сказал ему Ран. И хотел было Санзу ещё что-то сказать, как послышались выстрелы, от чего даже пьяный Хаджиме еле как открыл глаза. — Что это? — протараторил Какучо. — Это же выстрелы? — заметил Такеоми. — Так, Сейшу, бери Хаджиме и Какучо и отведи их в подсобку, — приказал ему Ран. — Чёрт, да кто ж посмел испортить вечер? — недовольно начал Санзу, доставая винтовку и пару магазинов, закреплённых под диваном. Ран и Такеоми достали пистолеты из своих кабур. И Ран вспомнил, что младший не взял с собой оружие и, несмотря на свою тревожность, оставил его в машине. Но не успел сдвинуться с места, как в комнату ворвалось людей пять, и началась перестрелка. Парни скрылись за диваном. — Чёрт, да кто посмел сюда ринуться! — завопил Санзу. И теперь Ран осознал, что не стоило игнорировать слова Риндо. Он переживал за брата и хотел побыстрее найти его, но они оказались в ловушке. — Ран, я прикрою, — говорил ему Такеоми. — Мы справимся здесь сами, а ты иди ищи Риндо. Ран благодарно кивнул ему и, пока непрошеные гости перезаряжали магазин, а кто-то тягался с Санзу на тему, кто лучше стреляет, он быстро перебежал из-за дивана к барной стойке, попутно убивая одного стрелка, и направился в другую сторону к лифту. Достав ключ-карту и приложив её, он дождался лифта и поднялся на второй этаж. Его сразу встретили три парня, но не успели они что-то осознать, как он застрелил каждого и двинулся туда, откуда доносился шум. Смысла идти тихо уже не было, так как кто бы там ни был, уже услышал выстрелы и точно ждал его. Ран влетел в комнату, направляя пистолет на парня, стоявшего посередине комнаты, но на него тут же прицелились два парня, стоявших по бокам. Ран не увидел их с самого начала. Картина, разворачивавшаяся перед ним, выбивала кислород с лёгких: в центре комнаты стоял Мадарама, а у его ног, в разбитом стеклянном столе, лежал Риндо, весь в крови и осколках. — Воу, ты тоже тут? — Мадарама слизывал с кастета кровь, это была его привычка ещё со старых времён. И это явно была кровь Риндо. — Вы что, связь ловите? Почему ты так быстро пришёл? Я хотел ещё немного повеселиться, — он наступил на грудную клетку Риндо, сильнее вдавливая его в осколки. Ран хотел было ринуться к нему, но один из парней выстрелил, попадая рядом с Риндо. — Неа, не двигайся, если не хочешь, чтобы он умер, — сказал он. — Не трожь его, ублюдок! — зарычал Ран, на что Шион только сильнее надавил на Риндо, и тот еле как смог вцепиться ему в ногу окровавленными руками, а из рта хлынула кровь. — Риндо… — Опусти пистолет, пока прошу, по-хорошему, — Мадарама смотрел на него. Ран бросил оружие себе под ноги. — Нет, нет, дальше! — указал Шион. Ран пнул пистолет подальше. — Отпусти его! — Ран поднял руки. — Можешь просить что угодно, только отпусти его! — Ха, с чего бы? — Мадарама сел на корточки рядом с Риндо и провёл пальцами по его лицу, а после поднеся их ко рту, слизывая кровь. Ран не мог на это смотреть. Если бы появился случай, он бы уже убил этого ублюдка, но он не успевал даже сделать шаг, как его застрелят верные псы Шиона. — Знаешь, Риндо всё так же хорош в драках, но, видишь ли, он был никто против вооружённых людей, — он указал на ногу Риндо, в которой было пару огнестрельных ранений. — Хоть всё так же быстрый. Он всё ещё практикует шпагат? Жаль, что я этого не увидел. Риндо тяжело дышал, точнее, тяжело хватал воздух ртом. На глазах Рана стала скапливаться влага. — Что тебе нужно? Проси, что хочешь! — затараторил Ран. С нижних этажей затихли выстрелы, и Мадарама кинул взгляд на своих шавок. — Идите, проверти, — стоило ему это сказать, как те сразу побежали в коридор. — Что ж, было прикольно наблюдать за тобой, Ран, но пора сворачивать всё это, — он отвёл взгляд от Рана и прицелился на Риндо. И это был последний шанс для Рана. Он бросился к пистолету, но не успев его подхватить, как Мадарама пустил пару пуль в сердце Риндо. У Рана перехватило дыхание. Но когда Мадарама направил пистолет на него, Ран был быстрей, и теперь уже Шион повалился на пол. Ран быстро подбежал к Риндо, падая перед ним на колени в осколки стола. С глаз катились слёзы. Он притянул его к себе за плечи и слегка потряхивал. — Рин, нет, ты не можешь вот так умереть! — он сильнее сжимал пальцы на плечах брата. — Риндо! Сука, да не может вот так всё быть! — он наклонился лицом к волосам брата, пусть они и были все в крови. — Риндо! Ты не можешь меня бросить! — Ран не сдерживал слёз, пожалуй, это впервые, когда он так плакал. — Рин, нет же, ты обещал мне, что мы поговорим! Риндо! — он сжал его тело в крепких объятиях. — Рин, я же люблю тебя! Ты не можешь меня бросить! Я обещал защищать тебя... Я обещал, что всё будет хорошо... но это всё из-за меня... Рин, я должен был послушать тебя!... Я же не смогу без тебя... — он оставил невесомый поцелуй на губах брата. — Я люблю тебя… — почему он признался только тогда, когда он уже умер…

***

Часто дыша, Ран открыл глаза. Голова всё ещё гудела, и казалось, что слёзы всё ещё были на его лице. Руки его сильно дрожали, и Ран готов поклясться, что он видел призрачные следы крови. Он вёл машину, а рядом сидел Риндо, явно не понимая такого поведения брата. Ран не мог нормально сконцентрироваться на дороге, поэтому он съехал с дороги. Риндо всё ещё молчал, но в его глазах была тревога. Остановившись, он уткнулся лбом в руль, и в его голове был настоящий хаос. Что это было? Сон? Да какой к чёрту сон — он сейчас ехал за рулём. Он точно помнит, как Мадарама убил Риндо… Это будто бы отпечаталось на подкорке мозга, и он не сможет это забыть, как бы не хотел. Может быть, Ран сходит с ума и это злая шутка его мозга? А может, Санзу накачал его наркотой? Глаза начали шептать, и голова стала жутко болеть. Ран вышел из машины и погрузил пальцы в волосы. Нет, это точно не могли быть галлюцинации и никакой сон. Что же тогда? Не может же он переместиться во времени, как какой-то герой манги. Бред, такого не может быть! А может, он умер, и ему всё мерещится? Риндо поспешил выйти из машины и быстро подошёл к брату, касаясь его плечей. — Ран, что случилось? Тебе плохо? — голос его слегка дрожал. Ран посмотрел на брата, всё держась руками за волосы. Он еле как смог успокоить дыхание, но всё ещё был готов сорваться в истерику. тРиндо стоял перед ним в целости и сохранности, хоть Ран всё ещё чувствовал запах крови и ту злость на Шиона Мадараму. Не удержавшись, Ран притянул брата в объятия, прижимая его голову к своему плечу. Младший слегка удивился, но не стал возражать и просто обнял брата в ответ. С глаз скатилась слеза. — Что случилось? — тихо спрашивал его Риндо, на что Ран не отвечал. — Ран, ты меня пугаешь… — Рин, я… я не позволю тебе причинить боль… — Ран сжал его сильнее. — Я знаю, — Риндо отстранился от него и посмотрел ему в лицо. — Мы можем не ехать сегодня в клуб. — Клуб? — теперь это место Ран не мог нормально воспринимать. — Ну да, мы собирались там посидеть с Санзу и… — Риндо отвёл взгляд. — Ты попросил его подыскать тебе девушку. Точно этим часто занимался Харучиё, так как делать ему было почти нечего. — Нет, давай поедем. — Ран, но ты… — Это просто усталость, всё хорошо, — врал он. Не было хорошо, но и брата не хотелось пугать. — Хорошо, только скажи, если станет хуже, — Риндо направился обратно к машине.

***

Всю дорогу до клуба Рана окутало чувство дежавю, и это явно было связано с тем, что он видел, ну или же прожил. Он не до конца был уверен в своих догадках. Они припарковались, и Риндо хотел было выходить из машины, но Ран схватил его за руку, останавливая, на что тот удивлённо посмотрел. — Пистолет, не оставляй его в машине… — Ран отпустил его руку. — …это плохая привычка. — Но… — Нет, Рин. А вдруг что-то произойдёт? Вдруг ты не вывезешь в драке против вооружённых? — Он смотрел на брата с мольбой о том, чтобы он не расслаблялся. — Рин, клуб не всегда может быть безопасным местом. — Но ты же всегда рядом… — от этих слов сердце Рана пропустило удар. — Ладно, не злись, я возьму его с собой. — Риндо достал пистолет вместе с кабурой из бордочка и повесил на пояс. — Всё? Теперь пойдём? — Да, ты иди, я сейчас догоню, — Риндо, послушав брата, ушёл внутрь. А Ран, откинувшись на сиденье, достал пачку сигарет, открыл её и закурил одну. Он посмотрел в телефон, на который пришло сообщение от Риндо о том, чтобы тот не задерживался, и обратил внимание на дату: двенадцатое мая, ровно неделя до того, как всё произошло. Ран закрыл глаза: он не мог поверить в то, что каким-то образом вернулся на неделю назад. Ну вот, не верил он во всё подобное. — Чёрт, что ж это такое… — он потёр лицо рукой и, затушив сигарету, вышел из машины, направляясь к входу, возле которого стояли два охранника. И где были эти два придурка, когда в клуб ворвались? Или может, они предатели? Ран остановился возле них, от чего те переглянулись, но, посмотрев немного, он всё же зашёл внутрь. Даже если они предатели, не надо, чтобы они думали, что их раскрыли. Он набрал одного из своих подчинённых, которому мог доверять, и приказал проследить за этими двумя. Пройдя в коридор с вип-комнатами, Ран задержал взгляд на самой дальней комнате, прежде чем войти в ту, в которой его ждали. — Ну тогда мы могли бы и сами неплохо развлечься, — Ран сразу обратил внимание на то, что этот наркоман снова липнет к его брату и точно убедился в том, что снова проживает эту неделю. — Уверяю тебя, малыш, тебе понравится, — его снова это вывело, и он хлопнул дверью, как и в прошлый раз. Все сразу посмотрели на него, и девушка, которая сидела с краю, сразу подошла к нему и повисла на шее. Рану захотелось оттолкнуть её, так как она и тогда его знатно бесила. — Убирайся, — как можно спокойнее сказал Ран, убирая с себя руки девушки. — Что? — она была в недоумении, точно так же, как и Санзу с Риндо, но вот второму это нравилось. — Я сказал, что ты свободна, — он посмотрел на неё. — Как только он мог искать в них замену Риндо? — Проваливай. — Эй, Ран, ты чего? — позвал его Санзу. — Девчушка хорошая и, тем более, в твоём вкусе. — На это заявление Риндо стал мрачнее, и Ран это заметил. — Если ты сейчас не заткнёшься, я выбью тебе все зубы, — Ран оскалился на Харучиё, а после посмотрел на девушку, и та, подобрав сумочку, выбежала из вип-комнаты. Ран сел рядом с Риндо, и теперь тот смотрел на него так, будто перед ним сидела мечта всей его жизни (в общем-то так и было). — Малыш, ты чего так на него смотришь? Сейчас дырку на нём протрёшь, — Санзу толкнул его локтем в бок, а когда тот встретился взглядом с Раном, то стремительно начал краснеть. Благо в свете фиолетовой подсветки этого не было видно, но он сразу отвернулся в сторону Санзу, проклиная его десятки раз и обещая себе, что когда-то убьёт этого придурка. — Малыш, можешь смотреть на меня так же? — Санзу приподнял его лицо за подбородок. — Какой к чёрту я тебе, малыш? — прошипел Риндо. — Ну самый очаровательный, — Санзу придвинулся ближе. — Ты ничего не перепутал? — Риндо был готов вцепиться ему в глотку. — Санзу, не свалить бы тебе нахер? — вмешался Ран. — С чего бы? Ран, может, ты позволишь мне разложить твоего младшенького прямо на этом столе? — снова, как и в прошлый раз, Санзу говорит об этом, даже несмотря на то, что всё складывается по-другому. — Санзу, не перегибай палку, — Риндо уже устал от того, что Харучиё постоянно пытается вывести Рана из себя, и у него это и вправду скоро получилось бы. — Ладно, понял-понял, не злись, только… — Санзу поднял руки в примирительном жесте. Оставшийся вечер прошёл вполне спокойно, и Санзу больше не выкидывал ничего подобного.

***

— Ран… — он слышал нежный голос. — Ран, просыпайся, у тебя спина будет болеть. — Он приоткрыл глаза, а перед ним стоял Риндо и слегка потряхивал за плечо. Ран вчера вечером уснул, сидя на диване в зале между их спальнями в клубе. Он долго думал, что ему теперь делать и как искать Мадараму, но, видимо, от усталости и выпитого алкоголя вырубился прямо там. Риндо был склонен слегка вперёд и опирался рукой о спинку дивана рядом с головой Рана. Он был достаточно близко, и Ран хотел бы одним движением повалить его на этот диван, но он держал себя в руках и не отрываясь смотрел в глаза младшего, не моргая. Он был прекрасен, и Ран хотел бы остаться в этом моменте на всю жизнь. Скользнув взглядом на губы Риндо, которые сейчас были искусаны в кровь, что говорило о том, что младшего что-то тревожит, Ран захотел поцеловать его. — Тебе делать кофе или ты пойдёшь спать ещё? — Риндо не отстранился. — Спать, — тихо проговорил старший хриплым от сна голосом. — Тогда я пойду поупражняюсь. — И хотел Риндо выпрямиться и отойти от дивана, как Ран поддался вперёд и притянул его рядом с собой на диван. — Эй, ты чего? — слегка испугано спросил младший. — Кошмары, кошмары снятся. Поспи со мной, — придумал глупую отговорку Ран и улёгся на диван, завлекая с собой Риндо. Тот был мягко говоря шокирован, и Ран в объятиях лишь придвинул его ближе к себе. Риндо лежал к нему спиной, а Ран уткнулся лицом ему в волосы. По телу Риндо побежали мурашки, и он боялся пошевелиться. — Ран, ты… — его голос слегка дрожал. — Ммм? — …Да ладно, забей, — он слегка расслабился и ближе придвинулся к брату. И всё бы ничего, и это утро могло бы быть самым лучшим в жизни Рана (и Риндо тоже), но вот только в двери настойчиво постучали, требуя их открыть, и Ран даже не сомневался, кто это. — Ран, надо открыть двери, — он попытался встать, но Ран ему не позволил. — Это Санзу, его здесь не ждали, — устало говорил Ран. Стуки в дверь прекратились, но это было ненадолго, так как они возобновились с новой силой, и теперь он в голос требовал открыть ему дверь. — Ран, он её выбьет такими темпами, — Риндо перестал сопротивляться. — Блять, — прошипел Ран на ухо Риндо. — Кто этого козла звал? — Он встал с дивана и направился к двери. — Как всегда, не кстати. — Он открыл дверь и сразу вцепился в рубашку Санзу, затягивая его в зал и прижимая к двери. — Сука, если это что-то не важное и тебе просто нечего делать, то молись, чтобы я не убил тебя прямо здесь! — Постой, не горячись, я пришёл с заданием, — Ран отпустил его и пошёл обратно к дивану, где остался Риндо, но тот уже сидел. — Что там у тебя? — Ран плюхнулся на диван. — В общем, Хаджиме дал список клубов, в которых были мутные махинации, и сказал проверить их и по необходимости устранить, — он сел на кресло напротив и протянул список Рану. В общем, Ран и так помнил все клубы, так как уже держал этот список в руках, и он решил прислушаться к тому, что говорил Риндо тогда, до происшествия. — Это всё? — на его вопрос Санзу лишь кратко кивнул. — Скажи ему ещё раз всё перепроверить и… — он кинул бумаги на столик. — Пускай выяснит, связаны ли эти клубы с Мадарамой. — От его слов лицо Санзу стало мрачнее. Он, как и многие из них, ненавидел Шиона, а также сам видел, как Ран убил того три года назад, но как оказалось, недавно он умер, но не на смерть. — С Мадарамой? — переспросил Риндо. — Да, надо найти его. — Ран понимал, что это звучит как бред, особенно для тех, кто видел, как Ран пустил пять пуль в него, но он не мог теперь упустить его. — Ран, тебе память изменяет? — Санзу округлил глаза. — Или ты забыл, как сам его застрелил? — Да, придурок прав, — подтвердил Риндо, на что Санзу хотел возмутиться, почему он придурок, но не стал. — Ну значит, не умер он! — громче сказал Ран. — Не спрашивайте, я всё равно не смогу вам это объяснить, по крайней мере сейчас. Но я уверяю вас, что этот ублюдок ещё живой. — Теперь я не уверен, кто из нас двоих употребляет, — Санзу сначала показал на себя, потом на Рана. — Но мне кажется, что это ты. — Если он жив, то мы должны как можно быстрее его устранить, — Ран откинулся на спинку дивана.

***

По прошествии пяти дней они зачистили все клубы из списка. Хаджиме проверил всё ещё раз, и да, Мадарама и впрямь был связан с парой представителей оттуда, а Санзу, проверив камеры из зачищенных им клубов, действительно заметил похожего на Мадараму парня, который мелькал в парочке крупных точек. Но за всё это время у них так и не получилось выследить этого ублюдка, и его местонахождение осталось засекреченным. Санзу стал раздражительным, когда слова Рана о том, что этот придурок жив, подтвердились. Также об этом доложили Майки, и тот тоже не остался в стороне. Но Ран знал, что завтра они встретятся, и в этот раз он не позволит ему убить Риндо. Вечером они сидели дома. Риндо уговорил его отложить ненадолго все свои задания и немного отдохнуть. Риндо предложил посмотреть какой-то фильм, и с трудом ему удалось убедить Рана. Фильм шёл почти три часа, и за это время Риндо уже начинал засыпать. Выключив телевизор, Ран подхватил младшего одной рукой под спину, а другой под колени и понёс в его спальню. Риндо, на удивление, не сопротивлялся и не возмущался, хоть сердце бешено колотилось, а просто тихо смотрел на лицо брата, который нёс его. Всё же Риндо уже был на грани того, чтобы не вырубиться, и взгляд плохо фокусировался, да ещё и без очков, которые он по-прежнему носил, но теперь только дома, а за его пределами обходился линзами — выходило так себе, и со стороны он выглядел забавно. Опустив его на кровать, Ран укрыл его одеялом и собрался уходить, но рука Риндо впилась ему в предплечье. Тот сонными глазами смотрел на него, бросив попытки сфокусировать взгляд. — Останься со мной, — шепотом попросил младший. — У меня плохое предчувствие… И Ран больше не хотел игнорировать тревожность брата и, обойдя кровать с другой стороны, лёг рядом. Риндо повернулся к нему и прижался обнимая. — Всё хорошо, — тихо говорил Ран, поглаживая его по голове. — Я рядом… — Я знаю… но… — Риндо запнулся. — Я переживаю не за себя, а за тебя. Вдруг что-то случится. Сердце Рана обливалось кровью от того, что младший беспокоился о нём, а не о себе. — Рин, пообещай, что завтра не будешь пропадать из моего поля зрения… — говорил Ран, погружая пальцы в его волосы. — Почему? — Обещай! — Ран был настойчив. — Хорошо, а ты обещай, что с тобой никогда ничего не случится, — в ответ потребовал Риндо. — Я постараюсь, — он поцеловал его в макушку. — И ещё нам нужно будет поговорить, но это после завтрашнего дня. — О чём? — Риндо не смутился, так как он был на грани сна. — Узнаешь позже, — он переместил руку на талию младшего. — А сейчас спи.

***

Но поговорить снова не выйдет… Ран ошибся. Казалось бы, он с Риндо расправился с Мадарамой и его двумя верными псами, но, расслабившись, он совершенно забыл о том, что тогда, когда всё было в первый раз, он убил пару парней в коридоре, когда шёл к випке, а сейчас, когда они шли вместе с Риндо, то опередили их. И вот пришли эти два ублюдка и застрелили Риндо. Нет, они должны были убить Рана, но Риндо заслонил его собой и теперь истекал кровью. А Ран снова сжимал его за плечи, и с глаз не прекращали идти слёзы. После этого Ран снова вернулся на неделю назад, но и в этот раз ничего не увеличилось в успехе, и потом тоже, и так повторялось раз семь. Каждый раз Риндо умирал по-разному, а в последний раз вообще умер Ран. Он даже пробовал не ехать с Риндо в тот день в клуб, но Мадарама пришёл даже в их дом, а ничего не подозревающий Риндо пошёл открывать дверь, из-за чего сразу словил пулю. А ещё Ран так и не смог поговорить с братом ни в одиной временой линии. Он не смог признаться ему…

***

Он снова открывает глаза и снова едет за рулём, а рядом с ним Риндо. Ран уже привычно сворачивает с дороги и смотрит на брата. Тот, разумеется, ничего не понимает и просто ждёт, когда брат всё объяснит. — Рин… давай не будем ехать туда, — Ран уже устал. Устал от того, что, только придя в клуб, к нему начнёт лезть та девка; устал от попыток Санзу вывести его из себя — в позапрошлый раз он даже врезал ему; он устал от всего. — Что-то случилось? — Давай просто поедем домой, — он прикрыл глаза. — Я объясню тебе всё завтра, но давай поедем домой. — Окей, только давай я поведу машину, — на это предложение он получил согласие, и, поменявшись местами с братом, повёз их домой. Перед этим он написал Санзу то, что их не будет. У того было много вопросов, но он не получил на них ответов. Дома он лёг спать вместе с Риндо, снова сославшись на то, что его мучают кошмары. Отчасти так и было, вот только его мучала реальность. Риндо не задавал лишних вопросов, а просто лёг вместе с братом, что-то шепча ему о том, чтобы тот не перетруждался и был аккуратнее.

***

Ран проснулся позже Риндо и, не обнаружив его в постели, поспешил на кухню. Собственно, в которой и находился брат, готовя ему кофе. Ран стоял в дверном проёме, наблюдая за ним, и не хотел отвлекать. — Чёрт! — испуганно проговорил Риндо, когда, повернувшись, увидел Рана. — Ты что, привидение? Зачем так пугать? — он схватился за сердце. — Прости, я не хотел, — Ран улыбнулся ему, хоть это было и трудно. Он сел за стол и начал пить кофе. — Как спалось? — спрашивал брат, садясь напротив. — Прекрасно, — прошептал старший. — Кошмары не мучили? — Неа, — он поставил чашку на стол. — Ран… дело не в кошмарах? — спросил Риндо, от чего Ран выгнул одну бровь, а улыбка пропала. — Ран, что-то случилось? — Нет, что ты, всё хорошо, — он попытался снова натянуть улыбку, но не вышло. — Ран, не ври, — Риндо стал серьёзнее. — Ты пообещал объяснить мне сегодня то, почему ты себя так повёл. — Рин, да забей ты… — Говори! — Риндо слегка повысил голос. — Ты всё равно не поверишь, — он покручивал чашку в руках, не поднимая взгляда на брата. — Это звучит как бред какого-то умалишённого. — Почему ты уверен в том, что я не поверю? — Риндо был недоволен тем, что брат ему не доверяет. — Потому что я бы сам себе не поверил! — он закрыл лицо ладонями. — Риндо, это правдой звучит хуже, чем то, что несёт обдолбанный Санзу… — Эй, — Риндо коснулся его предплечья, протянувшись через стол. — Ран, расскажи мне. Я обещаю: что бы это ни было — я поверю тебе. Ран убрал руки от лица и коснулся одной из рук Риндо, протянутой ему. — Что если я скажу тебе, что я застрял в ебучей временной петле? — начал Ран, и Риндо не перебивал его, а просто слушал. — У меня есть всего неделя, чтобы всё исправить… неделя до того, как ты снова умрёшь… — глаза покрыла пелена, и Ран поспешил её сморгнуть, а Риндо сильнее сжал его руку, безмолвно говоря, что он рядом. — Рин… я больше не могу смотреть, как ты умираешь… — он склонил голову, и по его щекам снова текли слёзы. Он почувствовал, как Риндо убрал свою руку, и боялся поднять взгляд. Но Риндо лишь обошёл стол и, подойдя к брату, обнял его. — Ран… в это тяжело поверить… но я верю. Верю тебе, — он запинался, ему тоже было страшно. — Ран, но я рядом… если захочешь позже, можешь рассказать мне подробности… и мы могли бы вместе это предотвратить. — Рин, прости, я не хотел тебя нагружать… — Ты не нагружаешь. Если тебе тяжело, то я обязан тебя поддержать и помочь… — он отстранился и, обхватив лицо брата ладонями, приподнял его, чтобы посмотреть ему в глаза. — Ран, я никогда не брошу тебя, так же как и ты не бросаешь меня… — Рин… я обещаю, я спасу тебя… даже если мне придётся ещё сотню раз проходить это… — Угу, — теперь и в глазах Риндо блестели слёзы. — К слову, сейчас придёт Санзу, — сказал ему Ран. — Он тебе звонил? — Риндо сел обратно напротив Рана. — Нет. Он каждый раз приходит на второй день и говорит о том, что Хаджиме обнаружил странную деятельность в клубах. — Вот как… это связано с… — Риндо замолчал на пару секунд. — С моей смертью? — Да. Как я выяснил, с ними был связан никто иной как Мадарама, — Ран сделал глоток кофе. — Мадарама? Шион? Но он ведь мёртв, — Риндо был удивлён. — Видимо, не настолько, чтобы не явиться к нам в клуб. — Меня убьёт Мадарама? — В основном да, это был он, но пару раз — две его верные шавки… — Ран отвёл взгляд. — А в последний раз убили меня… — Ублюдок, — Риндо был зол. — Я пробовал не идти с тобой в клуб в один из разов… но он пришёл и сюда. — Значит, мы по-любому должны быть там, — Риндо встал из-за стола и стал расхаживать по кухне. — Рин… прости… я не должен был говорить… — В смысле? Хоть я и не помню ничего о временной петле, но я не могу позволить тебе самому сходить с ума. Через час, как и всегда, пришёл Санзу, докладывая о задании и снова выводя Рана из себя, а Риндо всё время витал в своих мыслях.

***

На третий день Ран отправил своих людей на зачистку клубов, так как он выяснил всё, что ему надо в прошлые разы, и ему осталось только ждать восемнадцатое число. Ран надеялся, что это последний раз, когда он проживает эту злополучную неделю. Ему стало чуточку проще, когда он рассказал всё как есть Риндо, и тот поверил, хоть и теперь летал в облаках, думая об этом. Но то что Ран не сказал ни в одной из временных линий, это то, что он любит его. И почему-то сейчас, глядя на Риндо, который, как всегда, сонно делает ему кофе, желание сказать об этом зашкаливало до небес. Было страшно: Ран боялся совершить ошибку, боялся, что Риндо отвергнет его, боялся испортить с ним отношения. Но ведь если это не последнее его перемещение во времени, то бояться нечего: Риндо ничего не вспомнит, а Ран в случае отказа учтёт на будущее, что этого больше ненадо делать. Но как ему это сделать? Просто сказать о том, что любит, или лучше прижать его к стене? Нет, Ран же не какой-то псих, не хотелось бы напугать Риндо. — Рин, могли бы мы поговорить? — всё же решил сделать всё более мирным способом. — Мм, да? О чём? — Риндо повернулся, глядя на него, и облокотился на столешницу. — Ты придумал что-то касательно предстоящего события? Всё же, не удержавшись, Ран подошёл к нему достаточно близко, но не прикасаясь. Риндо выглядел заинтересованным. Его глаза пробежались по Рану. Ран упёрся одной рукой об столешницу за спиной Риндо, от чего тот слегка округлил глаза. Хоть по младшему не было видно, но он сильно нервничал и еле как смотрел в глаза брату; в его голове явно правили бесы. Риндо бы хотел, чтобы Ран прижал его этими крепкими и сильными руками к любой вертикальной поверхности, забрался ими под футболку или сжал шею, чтобы целовал и трогал так, как не принято родственникам… но это лишь мечты. Риндо отвёл взгляд, иначе он рисковал натворить чего не стоит. — Говори, я слушаю, — Риндо переживал, что его голос в любой момент может дрогнуть, тем самым выдавая его с потрохами. — Посмотри на меня, — голос Рана был тихим и нежным. — Что? Зачем? — ха — и всё же его голос подвёл его. — Посмотри, иначе я и в этот раз не смогу сказать, — он коснулся его подбородка и повернул к себе. Глаза Риндо стали бегать по его лицу, лишь бы не встречаться с ним взглядом, а после он вовсе попытался их расфокусировать, от чего на лице Рана появилась лёгкая улыбка. — Успокойся и просто выслушай, — он смотрел ему в глаза, хоть это и давалось ему с большим трудом. — Прошу тебя, просто выслушай. После того как я закончу, ты можешь меня ударить, можешь послать или вообще начать ненавидеть… но прошу только не уходи. — Его голос был низким и хриплым, будто бы его кто-то ударил под дых. — Рин, просто дай мне шанс всё сказать… Обещаю, если тебе это не понравится, если ты будешь злиться, то как только начнётся эта грёбаная неделя заново, как только я снова вернусь, я даже не посмею думать о том, чтобы снова сказать тебе это… — Его пальцы сильнее сжимали край столешницы, а Риндо и вовсе старался как можно меньше моргать, от чего глаза начинали слезиться. — Знаешь, я проживаю эту неделю уже не в первый раз, и каждый, каждый грёбанный раз ты умираешь… снова и снова, и я не могу ничего с этим сделать… но я обещаю, что больше этого не произойдёт. Пусть лучше это буду я… — Ран выдыхает так резко, будто провалился в холодную воду, и прикрывает глаза, но не надолго. — Я каждый раз обещаю поговорить с тобой, но чёрт, это никогда не происходит. Ты умираешь. А я… остаюсь. — Он снова посмотрел на брата, который, как он и просил, слушал его, не перебивая. — Нет, Риндо… я молчу об этом гораздо, гораздо больше, лет десять? Нет, скорее всего, ещё больше… — он усмехается коротко и с болью. — Рин, я помню, как мы присоединились к поднебесью… пожалуй, в тот момент я и осознал, что чувствую к тебе что-то большее, чем братскую любовь… — Ран не выдержал и опустил взгляд в пол, а Риндо не мог поверить в сказанное, но молчал, давая договорить до конца. — Ты был тогда прекрасен. Я был готов смотреть на тебя часами… в общем, с того времени ничего не изменилось. — Его плечи стали более напряжёнными, и Риндо хотел бы прикоснуться к ним, чтобы брат хоть немного расслабился, но он боялся. — Рин, я знаю, мы братья. Это отвратительно… я знаю. И всё, что я чувствую к тебе, это запретно… это грех… это то, что не могут чувствовать нормальные люди, то, что нужно пресекать на корню. — Он начал подрагивать. — Ты… можешь возненавидеть меня, сказать, что я грязный и что перешёл черту, которую никогда не должен был переходить… Рин, и ты будешь прав… я и вправду заслужил этого. — Он снова поднимает глаза, и с них текут слёзы. — Рин, но я не могу, не могу больше молчать. Не после того, как каждый раз вижу твою смерть… Рин… я люблю тебя… не как брата. Не так, как должен, и далеко не так, как позволено… — Он выглядит так, будто весь мир рухнул, будто внутри него всё сломалось. — Если ты скажешь, что я мерзавец, то я приму это. Если скажешь, что ненавидишь, то я тоже это приму… но только прошу, не уходи от меня. Риндо молчал, пока Ран говорил. Стоял будто врос в пол, и если он пошевелится, то весь мир рухнет. Он не мог нормально дышать: короткие вдохи и длинные выдохи. А глаза… глаза всё время были прикованы к Рану, как тот и просил, хоть и сам не выдерживал этого. Он был внимательным, тревожным, слишком внимательным, чтобы быть равнодушным. Когда Ран закончил, тишина стала давить. Риндо проводит ладонью по своему лицу — резким жестом, будто пытается сбросить все эти годы страданий и сомнений. Внутри него хаос. — Ты идиот… ты даже не представляешь, на сколько… — он быстро проговаривает. — …но я не лучше… Ран, теперь выслушай меня. — Он хотел прикоснуться к нему, но боялся. — Ран, у меня нет никого, кто был бы настолько дорог, как ты… ты единственный родной человек, и тот, ради кого я готов даже умереть… Ран, я тоже молчал, долго… очень долго. Я не надеялся на то, что ты хоть когда-то посмотришь на меня не как на брата, — его руки дрожали, но он положил свои ладони ему на лицо. — …я боялся, что если признаюсь, то испорчу то, что у нас было… я не хотел тебя терять… и ты не представляешь, сколько раз я пытался тебе признаться, было много, очень много попыток, но видя каждый раз, как ты целуешься с теми девушками, с которыми так часто зависал, я терял хоть какую-то надежду… Мне было больно очень… знаешь, как сильно я хотел их убить? Знаешь, как сильно я хотел быть на их месте? Я хотел, чтобы ты также целовал меня и больше никого… — Губы пересохли, поэтому он быстрей их облизал и продолжил дальше. — Ран, то, что мы чувствуем, и вправду неправильно, но разве мы когда-то делали что-то как нормальные люди? Наши руки по локоть в крови… Ран, но мне плевать на установленные рамки, — он усмехнулся. — Мне плевать на всё, пока ты со мной… — Рин… — он не успел сказать что-то, как Ран приблизился к нему и коснулся своими губами к его. Поцелуй был нежный, почти невесомый, что не укладывалось с характером Риндо. Ран не мог поверить в то, что его больные чувства взаимны и что они потратили так много времени, когда могли признаться куда раньше. Риндо отстранился, заглядывая в глаза брата. В его глазах была нежность, с которой он не смотрел ни на кого больше, в них не было агрессии, которой он одаривал подчинённых, ненависти, предназначенной для девушек, с которыми спал Ран, не раздражения, которое было для Харучиё, в них была любовь и забота. И Ран не удержался и, вжимая его сильнее, вцепился в его губы, и на этот раз поцелуй был глубокий и страстный, от которого голова начинала идти кругом. Теперь же руки Риндо дрожали не от страха, а от переполняющих его эмоций. Тело горело, а ноги подгибались, из-за чего стоять было трудно. Ран то кусал его губы, то снова становился нежнее, то снова углублял поцелуй, и это сводило Риндо с ума. Ран прервал поцелуй, но только потому что воздуха уже не хватало обоим. — Насколько… насколько далеко ты готов зайти? — Ран говорил ему почти в губы и сбивчиво дышал. — Ха, мы и так потеряли слишком много времени, — Риндо облизал нижнюю губу, также тяжело дыша, как и брат. — Я больше не хочу ждать… Ран понял его и сразу подхватил под бёдра. Риндо обхватил его шею руками и обвил талию ногами, а Ран стал засыпать его шею поцелуями, оставляя следы от засосов и укусов. Риндо слегка откинул голову назад, позволяя оставить как можно больше меток. — Ммм, Ран, — он погрузил пальцы в волосы брата на затылке. Прижав Риндо сильнее к себе и развернувшись, он понёс его к столу и уложил на горизонтальную поверхность. — Прям здесь? — Риндо приподнялся на локтях. — Угу, захотелось чего-то необычного, — он подошёл к полке, висевшей на стене, и достал аптечку. Возвращаясь к столу, он взял с неё упаковку презервативов и тюбик с смазкой. Риндо был немного шокирован, что у них в аптечке на кухне были такие вещи, и приподнял одну бровь, смотря на брата и требуя объяснений. — Ты водил домой кого-то? И почему это на кухне? — в голосе было недовольство. — Не говори, что ты занимался этим с шлюхами на нашей кухне! Ран склонился к брату и хотел его поцеловать, но тот не позволил, дожидаясь ответа, от чего Ран пропустил смешок. — Никого я не водил домой, не переживай, ты так… — он проник рукой под футболку Риндо. — А что тогда? — В глубине души я всё же надеялся, что у нас что-то может получиться, — он стянул с него футболку. — И, как видишь, так и произошло, — он припал губами к его грудной клетке. — Ты серьёзно, ах… — Угу, а ещё не раз дрочил на тебя, — он посмотрел ему в глаза. — И представлял тебя на месте тех девушек… Но давай поговорим об этом позже… — Он начал снимать штаны вместе с нижним бельём Риндо и, отправив их вслед за футболкой на пол, прикоснулся к возбуждению Риндо, от чего тот схватил воздух ртом. — Стой, ах… как-то нечестно, что ты всё ещё одетый… Ран остановился и поспешил снять с себя все вещи, взяв тюбик, выдавил прохладный лубрикант себе на пальцы и снова, склонившись над братом, он развёл его ноги в стороны и медленно ввёл один палец. Риндо прогнулся в спине, и Ран припал губами к его соскам. Он двигал пальцем круговыми движениями, и когда стало легче, ввёл второй палец, растягивая на манере ножниц и задевая чувствительную точку, от чего с губ Риндо сорвались стоны, а руки обвили спину Рана. Через какое-то время, когда два пальца уже свободно двигались, Ран ввёл третий, каждый раз задевая простату. — Ах… Ран, хватит… я готов, ахх… — Тебе может быть больно… — он продолжал растягивать его. — Ран, ах! Прошу тебя… Ран всё же послушал его, так как сам уже не мог сдерживаться. Выпрямившись, он взял презерватив из упаковки и хотел его открыть, но Риндо остановил его. — Стой! — он слегка приподнялся. — Давай без него… не хочу, чтобы что-то мешало полностью чувствовать тебя. Ран отбросил невскрытую упаковку обратно и, закинув одну ногу Риндо себе на плечо, медленно вошёл в него, срывая с него стон. Сначала он ввёл головку, потом вошёл наполовину, давая Риндо привыкнуть к ощущениям, и чтобы отвлечь того от дискомфорта, коснулся его члена, проводя по всему основанию, создавая контраст ощущений. — Как ты? — прорычал он. — Ахх, можешь двигаться, — Риндо поддался бёдрами вперёд, насаживаясь на всю длину. Ран снова перехватил инициативу и стал двигаться, наращивая темп и не забывая в это время в такт своих движений стимулировать младшего спереди, от чего у того чуть ли искры из глаз не летели. Он двигался сильнее, каждый раз проходясь по простате. — Аах… Ран… быстрей… мм, — Риндо двигался бёдрами на встречу, царапая спину Рана. Толчки стали грубее, и оба были на пределе. Ощущая это, Ран ускорил движения руки на чужой эрекции. — Ран, я скоро… — Риндо сильнее сжался, и через пару грубых толчков, прогнувшись в спине и содрогаясь всем телом, он кончил себе на живот, и Ран сразу после него прорычал и излился внутрь. — Ах… чёрт… — дыхание Рана было сбито. Он склонился ближе и поцеловал Риндо, после чего вышел из него и протянулся к салфеткам, стирая сперму Риндо с его живота. — Это было великолепно… — Риндо посмотрел на брата. — Ты прекрасен…

***

Они лежали в спальне Рана. Риндо умостился головой на его груди, а Ран гладил того по спине. — Я люблю тебя, — прервал тишину Риндо. — И я тебя... безумно сильно, — Ран поцеловал его в макушку. — Ха, я не забыл то, что ты спал со всеми подряд! — Риндо резко сел, смотря на брата. — Прости меня, я не думал, что мы сможем быть вместе и что ты ответишь на мои чувства, — Ран коснулся его предплечья. — А сам как будто не спал с... — Ран запнулся, вспоминая, что ни разу не видел, чтобы Риндо зависал с девушками. — Стой, стой... — теперь и Ран сел. — ...ты был девственником? Риндо покрылся краской и отвернулся от брата. — Рин... — Да... я, в отличие от некоторых, был верен своей любви, хоть и не было надежд... — Чёрт... Рин, я не любил ни одну из них, — он повалил его обратно на кровать, нависая над ним. — Я даже не помню их... Рин, не злись, я чувствую себя виноватым... — он нежно поцеловал младшего. — Ладно, ты прощён, но если я увижу ещё хоть одну чёртову блондинку рядом с тобой — я за себя не ручаюсь. — Не бойся, такого не произойдёт, — Ран лёг рядом, обнимая брата. — К слову, почему блондинки? — Риндо ненавидел теперь всех блондинок в мире. — Да ещё и стервы... я был готов их придушить, смотрели так, будто бы не были на одну ночь... — он закатил глаза. — Всё просто: блондинки — потому что напоминали тебя в твои семнадцать, когда ты ещё не покрасился в фиолетовый. А стервы — потому что ты не был мягким... — Что? — Риндо был удивлён. — То есть они напоминали тебе меня? — Угу, так было легче... чего такой удивлённый? — Да потому что всё это время я думал, что они были похожи на Эмму... — Риндо закрыл лицо ладонями. — Что? — теперь Ран был удивлён и смотрел на брата. — Да, я думал, что она тебе симпатизировала. — Тебя огрели по голове тогда? И видимо, сильно! — Ран убрал руки брата от его лица, чтобы видеть его. — Как ты к этому пришёл? Мы видились пару раз... — Да не знаю я... не думал же я, что ты видишь в них меня!

***

Это и в правду мог быть самый лучший из прожитых Раном циклов, и всё было хорошо — безумно хорошо. Но снова, снова он не смог спасти Риндо. Нет, всё было хорошо: они убили Мадараму и его верных псов, Ран и в правду поверил, что это конец и больше ничего не будет мешать ему жить спокойно вместе с Риндо. Но они слишком рано расслабились, и Ран не заметил, как к нему с ножом нёсся один из людей Мадарамы. Раньше всё заканчивалось до его прихода, и он не мог знать, что это был не конец, так же как и не смог остановить Риндо, который решил пожертвовать собой и подставился под нож. В это же время к ним подоспел Санзу, который уже разобрался со всеми внизу, и застрелил того ублюдка, но вот только Риндо уже истекал кровью, и явно были задеты жизненно важные органы. Он упал на колени, держась за рану, из которой текло слишком много крови, и Ран тут же спустился вместе с ним, держа за плечи. — Рин... нет, нет... только не в этот раз... — он снял с себя рубашку и прижимал к животу брата, пытаясь хоть как-то остановить кровь, но её было слишком много. — Нет, Рин, только не когда всё было настолько хорошо... — Ран... прости... — он прикоснулся окровавленной ладонью к щеке брата. — ...пообещай, что в следующем... кх... — со рта хлынула кровь — в следующем цикле расскажешь мне всё... как и в этом... всё... — Риндо склонился, упираясь лбом в плечо старшего, и тот только прижал его сильнее.

***

Снова. Всё снова начинается заново: машина, Риндо, снова Ран съезжает с дороги, снова выходит из машины, но в этот раз с его глаз текут слёзы — он не может их сдерживать. Последний цикл закончился больнее предыдущих, и Ран больше так не мог. Он устал от этого, ничего не изменится, всё идёт не так, как он хочет. Он больше так не может... он просто хочет умереть. тКак и в прошлых циклах, Риндо вышел из машины и подошёл к брату... — Ран... — Рин, прости. Прости, я позже всё объясню... — он повернулся к брату, но тот сразу прижал его к машине. — Рин... — Ран явно не ожидал этого и точно не помнил такого из прошлых циклов. Риндо приблизился к старшему и утянул его в поцелуй, от чего Ран перестал понимать вообще всё происходящее. Отстранившись, на лице Рана был шок, и он потерял дар речи. — Чего? Не сделал бы я так — то пришлось бы ждать, пока ты прижмёшь меня к столешнице послезавтра? — Риндо говорил уверенно. — Как ты?... — На этот раз я помню прошлый цикл... — он слегка улыбнулся. — Ты серьёзно? — Ран не мог в это поверить. — Нет, к гадалке ходил, — Риндо посмеялся с того, в каком недоумении брат. — Я серьёзно. — И после этого Ран утянул его в страстный поцелуй. И, может, это будет лучший из прожитых им циклов...

***

Ран бросил еле стоящего Мадараму в сторону, и тот приземлился прямо на стеклянный стол, разбивая его в дребезги и загоняя стекло в тело. Риндо пристрелил тех парней, что находились в коридоре, и верных шавок Шиона. И теперь, стоя в стороне и наблюдая, как брат исполняет свою месть — да и того парня, который убил его в последнем цикле, Риндо тоже убил, Санзу стоял рядом. Ран подошёл медленно, не спеша, пока Шион пытался встать, но из-за острой боли у него это не выходило. Ран наступил и с силой надавил на его грудную клетку. Со рта Мадарамы хлынула кровь, и он стал задыхаться. Ран сильнее надавливал, ломая ему рёбра... — Ты, ублюдок, посмел тронуть моё? — Ран ударил его ногой по лицу и потом присел на корточки рядом с ним, дулом пистолета поворачивая его окровавленное лицо, которое сейчас походило на фарш. — На этот раз я обещаю, что ты сдохнешь навсегда. Он выпустил пару пуль ему в голову. — Я не позволю забирать то, что принадлежит мне, — прошипел он.