Танец на твоих строках

Поэт обеспокоенно осматривал аудиторию. Он искал. Искал того единственного человека, который отдал ему листочек со своим чувствами к его работе. Рядом с ним сидели другие поэты, им всё несли и несли множество записок. Куча людей столпилась по обе стороны. А он все продолжал искать. Ужасная память на лица. Он совершенно не помнил, как выглядит тот человек. Это был парень, с приятным голосом, который произнес лишь два слова «это вам» и быстро исчез. Слова в записке чуть ли не заставили расплакаться. Слишком мило, слишком приятно. Одна записка, лишь она одна могла заменить кучу других. Поэт был уверен, незнакомец все ещё находился в этой аудитории и возможно смотрел на него. Но поэт не видел. И лицо его становилось очень опечаленным. Как глупо. Прекрасная память на всё кроме лиц. Подал бы этот человек голос и… Нет, ведущий вновь начал что-то говорить, задавая вопросы и прочее-прочее-прочее. Авторам надо было отвечать. Поэт, и до этого отвечавший смущённо и запутанно, стал ещё больше рассеянным. Его глаза все ещё метались по комнате в надежде встретиться взглядом с тем единственным человеком, ведь в его руках было только две записки: от друга, который всегда его поддерживал и от этого незнакомца. И кто-нибудь может сказать или указать на того человека, который ему эту записку отдал?! Как прикажете его искать? Хорошо, есть метод отсеивания. Поэт знал сторону, куда этот человек направился. Ряды располагались по его правую руку. Один, два… Дальше сидели девушки. Прекрасно. Два ряда и в каждом по 15 человек. Он хотел себе поалполодировать. Примерно с пятидесяти человек, число сократилось до тридцати. Поэт решил пойти другим путём, начал искать своего друга, тот сидел в самом конце, они наконец встретились глазами. Автор сделал привычный жест: поправил тонкие очки указательным пальцем, проведя им же рядом с линзой, словно обводя скулу, а после по линии челюсти уходил вниз. Движение было быстрым, никто бы и не заметил в этом что-то необычное. Человек просто элегантно поправил очки. Но одни глаза в аудитории прекрасно умели читать знаки. «Мне нужно найти человека.» Друг поэта сложил руки на груди и одной рукой взялся за свой подбородок, показывая задумчивое выражение для других, а после он слегка наклонил голову влево: «Какого?» Автор положил правую руку поверх записок, которые держал: «Человека, который отдал записку.» Парень самодовольно улыбнулся, приподняв бровь, он находился всё в той же позе, а после его правая рука спустилась к левой ключице и в лёгком поклоне он склонил голову, тем самым показывая, что это он тот самый человек, который отдал записку, и он очень признателен за то, что такой невероятный автор его искал. Конечно же, это была просто шутка, друг его прекрасно понял, но не поиздеваться над поэтом не мог. Автор зло сощурил глаза, но сразу же вернул бесстрастное выражение лица и чуть приподнял уголки губ, про себя обзывая этого наглеца всеми неласковыми словами, которые знал. Его друг, вдоволь насмеявшись, вновь скрестил руки у груди и одобрительно покивал, что можно было принять за согласие со словами ведущего, но этот кивок предназначался автору, а после парень сложил два пальца вместе, задумчиво постукивая по виску, говоря: «Хорошо-хорошо, успокойся, , я найду тебе этого человека.» Или же, возможно, уже нашёл. Просто загадочное молчание ляжет на его губы и также мягко спадёт и раскроется перед поэтом через некоторое время, когда тот не будет этого ожидать. Долгожданный конец. Поэт удерживал себя от того, чтобы резко не выбежать из удушающей аудитории, он не понимал такие официальные мероприятия, проводимые в маленьких комнатушках, кто-то может и считает, что это сплочает людей и пропитывает каждого каплей творческого духа, но нет. Все взгляды душат, дыхание людей плотным слоем покрывает тело, превращаясь в липкий пот, самому глаза деть некуда, а когда язык уже не хочет шевелится, ведущий задаёт странные вопросы. Из мыслей его наконец выводит похлопывания по плечу: — Ты слишком волновался, Риан. — Демиан? — поэт странно смотрит на него, возможно, ещё не совсем очнувшись, — очень видно было? — Неа, вряд ли кто-то заметил. Не думал я, что ты придешь сюда, чтобы найти партнёра, — плечи парня затряслись в тихом смехе, — умеешь удивлять. Ай! Я же забочусь о тебе, одному с ума сойти можно. — Тебя хватает, и вообще ты сам один. О себе побеспокойся, — Лириан убрал руку друга с плеч, ускоряя шаг. Кажется, он хотел быстрее оказаться дома, желательно на мягкой поверхности. Зачем назначать эту встречу в 9? Все ведь знают, что поток мыслей идёт ночью, неужели не все? Писателю их жаль, но больше жаль себя. — Мне тоже тебя хватает. Риан, ну, Риан! Я ведь тебя вожу, не обижай своего личного водителя, поедешь ведь на метро. — Вот и поеду, — угроза должна была сработать, но уверенность Риана явно была сильнее, пока не разбилась об одну деталь. — Ты не знаешь, где живёшь… Ну… В метро точно не разберешься, ты не ездил на нём никогда! Риан, я приготовлю тебе поесть, — после таких слов, он даже не заметил как врезался в спину друга, а после чуть его не уронил на плитку. Только размазать это красивое лицо по земле и осталась. Лириан после этого точно больше из дома не выйдет. — Чёрт, Деми, я тебе прощу всё это, если ты будешь готовить мне неделю, — обреченно вздыхает писатель, просто повиснув на руках друга. Да, он признаётся, что ненавидит эти странные мероприятия, где он был явно чужим, где из него будто бы вытягивали все соки, да даже если его умолять будут, он больше не придёт на такие сомнительные встречи… Может если только там будет Он. Писатель хорошенько подумает. Именно тогда всё пошло не так, как планировал Демиан. Их привычный уклад жизнь начал немного преобразовываться. Он замечал эти внезапные лёгкие улыбки, а после болезненное выражение лица, будто бы в голове кто-то пережимал ткани, мешая что-то вспомнить. Лириан был вдохновлён, такое уже случалось, но в этот раз это ощущалось по-другому. И вновь сидя на маленькой кухне, глаза Дэмиана корябались, когда видели, что тело его друга плавнее стало двигаться под музыку, когда он готовил, Лириан входил в транс, не замечая этого. — И почему ты так любишь эту штуку? — безлико спрашивал он, смотря в ту сторону, откуда лилас музыка. Ему становилось спокойнее, когда Риан сбивался и выходил из своих мыслей, парень точно знал, что в это время тот точно думал не о своих работах. — Ты это про радио? Оно всегда играло в доме родителей с детства, я привык к нему, поэтому забрал его с собой. После этого его друг становился прежним, более контролируемым и предсказуемым. Кушая недосоленный омлет, Дэмиан вспоминал последние события, вновь и вновь возвращаясь к тому мероприятию. Он и сам начал сбиваться, ещё и глаз задергался. Его пальцы стукнули три раза по столу, и Лириан поднял взгляд, те же пальцы уже несколько раз прошлись вдоль правой брови."О чём думаешь?» — Тот человек. Ты обещал, что найдешь его для меня, — спокойно ответил писатель, после чего Дэмиан еле удержался от того, чтобы не нахмурить брови. Прошла неделя. Как он надеялся, что его друг убрал ненужное из головы. — А, да, я забыл. Попросил у организаторов список гостей, надо проверить почту, — кивнул парень, вот момент, когда он точно пожалел, что согласился уговорить Риана выйти в свет. — Забыл? Стареешь что ли? — на эту колкость легче было не отвечать, Дэмиан понимал, что сейчас валился на каждом шагу. Они знали друг друга уже 10 лет, почти пол жизни, поймать на лжи было очень легко, поэтому каждый из них чаще не отвечал, если нужно было что-то скрыть, а другой просто не допрашивал. Это была странная молчаливая договоренность, в их жизни многое было так, они слишком хорошо читали друг друга. Почему-то вновь всё пошло не так. — Что с этим человеком не так? Он мой конкурент? Интересные сейчас способы воздействовать на соперников, — всё шутки, Дэмиан даже смог на это улыбнуться, только вот его диафрагму кто-то решил в этот раз удержать на месте, о, он чуть не подал голоса от боли, потому что не смог нормально вздохнуть. Его друг неизбежно менялся. В этом было что-то большее, чем «вдохновлён». — Из издательства звонили, хотели взять у тебя ининтервью. Ты для них ценный писатель, который работает с ними долгое время. Я отказал, — перевести тему было же хорошей идеей, правда, этот случай не стоил упоминания, все заботы об этом лежали на Дэмиане, он знал, что его друг ответил бы. Только сейчас на лице Лириана промелькнуло другое выражение, а губы точно двинулись, чтобы произнести «а если бы…» Парень напрягся, вот опять, но разве мог он потерять связь с Рианом? Их глаза встретились, Дэмиан быстро вытянул вперёд указательный палец ладонью вверх, это было так несвойственно ему, он ведь общался мягко, без резкостей. Писатель поднял вверх мизинец и безымянный пальцы, остальные были прижаты большим пальцем. «Ты хотел пойти?» «Нет, всё в порядке.» И писатель дернулся. Каждый раз это работало так забавно, Лириан был невнимательным, плохо замечал меняющейся состояние даже своего друга, но вот на его тело это переносилось. И сейчас хорошо было бы задать вопрос Дэмиану, почему тот нервничал, конечно же, он не последует. Вдох, выдох. Никогда он не думал, что теперь нужно прояснять это: — Тогда говори мне, если хочешь на что-нибудь такое пойти, я ведь всегда смогу тебя сопроводить. — Ты сделал правильно, у меня нет причин туда ходить, в них нет смысла, — ответил писатель. Сейчас они допьют этот гребанный чай и всё станет как прежде, только держать бы руки и мимику под контролем. «Но ведь сейчас причина появилась.» — Я просто много думаю, успокойся уже, — он стал чувствовать или Дэмиан стал очевидным даже для него? Парень определенно возненавидит этот вечер. Скажи мне, чего ты желаешь? Останься со мной, Посиди здесь недолго И скажи, что скоро всё будет вновь хорошо. Лириан сложил ладони внутренней стороной к друг другу горизонтально перед грудью одна поверх другой. Парень просто махнул рукой, уходя в гостиную «Я приготовлю постель.» «Я сам.» Хорошо, они все ещё чувствуют, когда нужно остаться вместе, это ведь ещё значит, что он его не потерял, что он ещё нужен своему другу? Поправляя подушку, Дэмиани заметил разбросанные по столу листки, исписанные полностью. Лириан оживал в этих строках, воображение легко могло подсказать как именно тот сидел во время их написания, ему удавалось понаблюдать за работой друга. В этот момент он становился другими людьми, читать которых Дэмиан так свободно не мог. Палец цепляется за карандаш, лежащий рядом со спинкой кресла, точно, позавчера этого всего не было, но ведь пока он вдохновлён, всё хорошо, пока писатель столько работает и чувствует себя прекрасно, волноваться сильно не стоит. *** Это была небольшая квартирка, в которой при всём желании можно было сойти с ума. В ней было всегда что-то приятное, многим хотелось остаться здесь из-за уюта, коего не всегда ощущал сам хозяин, только по дождливым вечерам и ранним утрам, днём ничего не было, он мог это утверждать, ведь множество раз бывал здесь в разные часы по своему долгу писателя, соответственно эксперимент проводился не единожды, это ведь подтверждало его достоверность. К чему же всё? В каждом углу скопилось куча исписанных листов, Лириан писал на ноутбуке, но поток его мыслей лучше мазался по бумаге, к тому же её не нужно было заряжать или ждать пока пройдёт загрузка, ему легче было носить с собой дощечку под бумагу или просто расположиться на полу. Только вот сам хозяин комнаты порой хотел сбежать от её стен в более маленькое пространство, сам Лириан часто задавался вопросом почему сбегает сюда, это пространство ничем не лучше, а всё равно было спокойнее, всё равно писалось легче, и время он не замечал, только сказывалась это на нём плохо. Писатель правда забылся настолько, что уже сутки не отвечал на сообщения от друга. Раздался стук в ванную, и приглушённый голос устало проник сквозь дерево: — Эй, ты там жить собрался? Что ж, вы за люди такие. Я уже понял, что там лучше пишется, но если ты сидишь на холодном полу, то я тебя отпинаю. — Я не сижу… — парень быстро ищет полотенце и подкладывает себе под задницу и ноги и только после этого подползает к двери, открывая её. Вошедший сразу же хватает того за голень и восклицает: — Вот и что с тобой делать? — Хотя бы не убивать, мне не на кого оставить все свои незаконченные писанины. — Да что ж… — парень опускается на колени перед ним и страдальчески вздыхает, хватаясь за голову, — когда ты ел? А спал? Он не торопился отвечать. И произносит слова осторожно, будто бы ступая по минному полю, и нет надежды пройти хотя бы треть пути: — Спал вчера пару часов. Ел… Утром. Точно ел. — Чай? — Чай. — Ты… Хотя бы видел время? Я скажу. 7 утра. Ты не ел нормально больше суток. И совершенно не спал. Всё обнимаешься с бумагами и карандашом, черт тебя… — Дэмиан смотрит на того, кого точно теряет. Хотелось смеяться от того, что тот, кого он с такой заботой вылепливал последние года, следя за его образом жизни, пытаясь выводить на прогулку в приятные дни и говорить о любых неудобствах, и устранять их, так грубо решили оживить. Впервые, Дэмиан собирался передать всё управление судьбе и сжечь все графики, планы и своё влияние на жизнь друга. Это больше не играет роли, когда тот незнакомец смог лишь за несколько секунд полностью овладеть разумом писателя. — Я вдохновлён… Им… Его голосом и силуэтом. Ты его видел, но не хочешь о нём говорить. Почему? — Потому что навёл о нём справки. — Это плохой человек? Но он наверное красив и приятен, — и каждый кусочек какого-то пропавшего образа пытался сшиться в голове, но это только причиняло боль. — Красив. Если бы ты знал. Почему именно этот человек, мать вашу… Я покажу тебе его, — «молю, никогда не запоминай это лицо», — если тебе станет легче, — а в голове билось «не станет, возьми всё в свои руки.» Перед глазами мигала красная лапочка, когда Дэмиан видел своего друга вновь погруженного в транс, вновь утопленного в мысли не о своём творчестве. Всё в том человеке лживо, весь облик словно некрасивая жёлтая кожа, под которой лишь гной. Только он освоил лучшие техники визажа, потому что даже эта уродская кожа пышит молодостью и не запятнана грязью! Так почему же именно им Лириан так увлечён?