Где письма встречаются с водопадами

      На своих рассказах Майк накопил достаточно денег, чтобы наконец купить кемпер. Не предел мечтаний: подержанный, ржавый фургон с выцветшей синей краской, изношенными сиденьями и небольшой вмятиной на боку, но этого было достаточно. Он украсил его фотографиями, расклеив их по стенам: Хоукинс, его друзья, моменты с Элевен. Повсюду висели карты, испещренные пометками. Каждое фото и записка напоминали ему, ради чего он в пути. Хотя в глубине души и понимал: он просто гонится за эхом.       Первой остановкой был Ниагарский водопад. Туристы теснились у края, фотографировались, восторженно кричали. Майк почувствовал проблеск надежды, пусть и небольшой. Он бродил среди толп, вглядываясь в лица, хотя и знал — она не стала бы прятаться там, где так много людей. Он шел вдоль перил, слушая рев воды, подставляя лицо ветру и мелким брызгам. Это место было действительно красивым. Просто невероятным — величественный водопад, острый обрыв, зелень вокруг. От такого вида перехватывало дыхание. Уилер даже набросал короткую заметку для Эл в своем дневнике, пытаясь запечатлеть это чувство, но страница казалась ничтожной по сравнению с мощью стихии. Он ее не нашел.       Затем был водопад Сноквалми, окруженный тихими лесами и вечным шумом воды, падающей с камней. Людей здесь было меньше. Майк на мгновение шагнул за густые заросли в попытке побыть наедине со своими мыслями. Надежда, которую он испытывал у Ниагары, медленно гасла, сменяясь навязчивым вопросом: «А это вообще реально?» Тем не менее, он продолжал бродить по тропам, записывая в дневник все, что мог, отказываясь признать, что теряет веру. Он ее не нашел.       Водопад Малтнома был следующим — с отвесными скалами и уединенной тропой. Майк почувствовал всю тяжесть тишины. Ни туристов, ни смеха — только вода и он. Он снова и снова всматривался в поток, ища знак, хоть что-нибудь, но ничего не появлялось. Мимо прошли две девушки, они фотографировались и болтали. Майк вежливо улыбнулся, бросил короткую фразу, но чувствовал себя призраком в этом пейзаже. Он ее не нашел.       После первых остановок начался длинный список. Дни сливались воедино, каждый водопад был новой надеждой, которая медленно ускользала сквозь пальцы.       • День 515 — Шошони-Фолс, Айдахо (не нашел ее).       • День 516 — Брайдалвейл, Йосемити (не нашел ее).       • День 518 — Хелен-Хант-Фолс, Колорадо (не нашел ее).       • День 520 — Брайдалвейл, Прово, Юта (не нашел ее).       • День 522 — Фолл-Крик-Фолс, Теннесси (не нашел ее).       • День 523 — Камберленд-Фолс, Кентукки (не нашел ее).       • День 525 — Руби-Фолс, Чаттануга, Теннесси (не нашел ее).       • День 527 — Уоткинс-Глен, Нью-Йорк (не нашел ее).       • День 530 — Таганнок-Фолс, Нью-Йорк (не нашел ее).       Каждый день он пытался сосредоточиться на воде, тумане, деревьях, скалах — на чем угодно, лишь бы отвлечься от боли в груди. Иногда он писал ей письма — короткие заметки о том, что видел и что чувствовал, но даже эти строки казались крошечными по сравнению с бесконечной дистанцией между ними.       С течением времени искра надежды, которая вела его от Ниагары до Сноквалми, окончательно погасла. Водопады, которые он представлял как возможные убежища для нее, превратились просто в воду, камни и деревья. Дневник заполнялся страницами, но слова выглядели пустыми. Они все больше походили на записки, брошенные в бутылках в бесконечный океан.       У последнего водопада в этой цепочке его решимость дала трещину. Поиски поглотили его без остатка, а вера, которая так долго была его двигателем, почти исчезла. Он припарковал фургон, посмотрел на пустую тропу, тянущуюся впереди, и впервые ощутил настоящий, тяжелое бремя капитуляции.       Путешествие Майка провело его через всю страну, мимо ревущих потоков и тихих ручьев, сквозь туман и солнечный свет, но девушка, которую он искал, оставалась лишь призраком в каждой бегущей реке. И впервые он задался вопросом: может быть, пришло время прекратить поиски?       Но Майк не опускал руки. Ни один из водопадов, которые он посетил, не подал знака о ее присутствии, но эта идея все еще жила в его сознании. И все же после месяцев странствий он начал чувствовать себя бесполезным. Каждый день, прожитый без нее, давил на него все сильнее, а физическое и эмоциональное истощение копилось. Впервые Майк признал: ему нужен перерыв. Место, где можно остановиться, привести в порядок свою жизнь и набраться сил, прежде чем продолжать поиски.       Так он и оказался в Массачусетсе. Небольшая квартира с видом на парк и тихую реку стала его убежищем. Она не была роскошной, но вполне устраивала: он мог сидеть за столом, открывать блокнот и писать. Сначала стены были пустыми, но мало-помалу он начал заполнять их картами, фотографиями водопадов, заметками и воспоминаниями о Хоукинсе. Каждая деталь напоминала ему, ради чего он здесь, и о ней.       В это время его навещали друзья и семья. И хотя рядом с ними ему казалось, что все снова в порядке, пустота, оставленная Элевен, никуда не исчезала. Она проявлялась даже в самые неожиданные моменты: в книге, напомнившей о ее смехе; в песне, которая бы ей понравилась; в жесте, который чем-то вызывал ее образ. Он пытался двигаться вперед, но бывали дни, когда он чувствовал себя в ловушке того вакуума, что остался после нее.       И все же прогресс был. Майк вернулся к писательству с большей регулярностью и дисциплиной. Каждая история, записанная в его блокнот, помогала ему справиться с грустью и вновь обрести свой собственный голос. Его книги, вдохновленные странными приключениями и фантастическими местами, начали получать признание; люди читали их и обсуждали. Впервые он почувствовал, что какая-то часть его самого может продолжать жить и созидать, даже если Эл нет рядом.       В Массачусетсе прошло почти два года. Майк вырос как писатель и как личность; он чувствовал себя сильнее, осознавал свою способность строить собственный путь, хотя отсутствие Элевен все еще причиняло боль. Это была тихая боль, ноющая, своего рода тень, которая преследовала его в повседневной жизни, но больше не парализовала полностью.       Понимая, что нельзя вечно стоять на паузе, Майк начал задумываться о следующем этапе своей жизни — этапе, на котором он не только продолжит поиски, но и построит нечто более стабильное. Он знал, что пришло время взять на себя новую ответственность и создать дом, который стал бы опорой для его жизни и карьеры.       Он отошел от окна и направился к своему столу. Глядя на разложенные перед ним карты и тетради, он почувствовал, что настало время облечь в слова все, о чем он думал и что планировал. Сев за стол, он приготовил блокнот, чтобы написать Элевен так, будто она могла прочитать его мысли напрямую.       «Дорогая Эл,       Сегодня тысяча двести семьдесят шестой день с твоего ухода.       Не знаю, зачем я продолжаю считать дни, но, думаю, это помогает мне не забывать, что все, что у нас было, — реально. Я писал тебе вчера, и вот я снова здесь сегодня. Вчера я был в Нью-Йорке по делам издательства и воспользовался случаем, чтобы навестить Уилла и Джонатана. У них все в порядке. Уилл кажется более спокойным, будто он наконец нашел свое место. А Джонатан все еще снимает фильмы, многие из которых вдохновлены всем тем, через что мы прошли. У них пока не так много зрителей, но они хороши. Я знаю, когда-нибудь их оценят.       Вернувшись из той поездки, я осознал то, чего долгое время избегал: я застрял. Боялся сделать шаг, чтобы не отдаляться от тебя. Не по твоей вине, а по своей собственной. Я слишком долго стоял на месте и не знал, как двигаться дальше.       В последнее время я много думаю. О взрослении. О том, что делать со своей жизнью. И, кажется, у меня есть представление.       Я подумываю об удочерении маленькой девочки. Знаю, это не сможет полностью заполнить пустоту, которую ты оставила, — ничто и никогда не сможет. Но я думаю, это поможет. Хочу сделать что-то хорошее, что-то важное. Дать второй шанс тому, у кого его, возможно, никогда не было — как у тебя. Мне кажется, это сделает меня чуть ближе к тебе. Поможет перестать чувствовать, что жизнь — это лишь бесконечная череда потерь.       Я еще не выбрал имя. На это нужно время. Но обещаю: оно будет в твою честь, так или иначе.       Это будет непросто. Знаю, я всегда буду думать о тебе. Но, возможно, это мой единственный способ двигаться вперед, не оставляя тебя позади.       Я скучаю по тебе.       Я тебя люблю.       — Майк».