My Red Flame

      Панорамный вид на серую гряду зиостских скал.       Напольное освещение на двадцать процентов. Тёплый свет ламп создавал контрастный уют промозглому пейзажу за транспаристилом — словно языки живого пламени лизали стены, не позволяя внешнему холоду просочиться внутрь. Не имитация, а вполне современная система климат-контроля внутри старого родового имения Тёмного лорда.       Глубокая ночь в спальных покоях.       Вечно занятой советник навестил свою законную супругу. Второй раз за стандартное полугодие. Щедрее обычного. Обычно леди, запертая им в старой столице Империи, довольствовалась более редкими визитами.       Уставший от многочасового выполнения супружеских обязанностей — ситх спал. Точнее впал в сытую и довольную дрёму.       Удобно устроившись на шёлке подушек, завернулся в одеяло и, подложив ладони под левую родовитую щёку, лежал на боку, согреваемый объятием не менее довольной и уставшей женщины.       Чистокровная прижималась грудью к его спине и какое-то время мирно посапывала в мужскую шею.       Проснулась.       Поцеловала в самую верхнюю кожную складочку над позвонком. Затем в плечо.       Отстранилась. Совсем немного. Только чтобы дать пространство ладоням и нежно загладила сухой рельеф мышц по всей бордовой спине.       Наклонилась ближе, чтобы куснуть за лопатку. Совсем не больно. Только подала знак, что долгий сон — скучное занятие.       Очень приятно зачесала коготком по всей коже. Обрывистые и витиеватые движения пальца напоминали нанесение символов. Чем бы то ни было… — Продолжай, дорогая, — вырвалось тихое прошение вслух о желанной ласке: — Даже если это приворотное проклятие.       Последние слова были лишними. Леди остановилась. Лорд представил себе выражение её красивого лица — острые бровки свелись в негодовании. Сощурила хищные глаза… Вот-вот бросится укусить.       В лопатку. В этот раз в другую. И более ощутимо. — Ай… — вскрикнул, не изменяя положения, он всё ещё надеялся, что сладкое почёсывание вновь повторится.       Повторилось, после необычного заявления над ушком: — Пишу письмо! — Мне?       О, это чудесное ощущение плавных и резких царапок не просто повторилось — стало интенсивнее. Но теперь она зачитывала начертания: — Здравствуй, Дарт Ваурон. — Здравствуй, леди Шесмет.       Чистокровный прикрыл глаза и от переживания неги стал издавать нечто несвойственное. Урчал как домашний нексу под рукой доброй хозяйки. — Пишет тебе… Нет. Подожди… — коготок остановился на одном месте, повторяя троеточия, а затем стёр их одним щекотным росчерком по выступающему ребру: — Ты не должен был говорить «леди Шесмет». Это письмо от анонимного посланника. Тебе! Начнём сначала… Здравствуй, Дарт Ваурон! — Здравствуй, моя жёнушка!       Предательски вырвалось на выдохе от ощущения, что вернулось к его телу обратно, но также быстро вновь остановлено на одной фразе.       Кажется, он становится зависимым.       Хотелось ещё и ещё. Но парадокс — эта приятная пытка развязывала язык. А нужно было просто помолчать и пусть милая повествует адресату что угодно от кого угодно. — Ваурон. — Ммм? — Ты не знаешь, кто тебе пишет. Просто слушай, что написано дальше, хорошо?       Слово «хорошо», она так хорошо заводила кругами в районе сердца! Но что поделать — ситх млел и хотел сказать своей женщине, что она неповторима в каждой своей затее. И потому всегда он узнает её одну из тысячи. Миллиона. Миллиарда. И больше. — Я узнаю тебя по голочастоте. — Послание а.н.о.н.и.м.н.о.е. — Сила… Великая… — блаженно реагируя на каждый чувственный тык в очень чувственные точки, был согласен на всё. — Анонимные послания приходят со скрытой частоты или ложной.       Чтобы указать ему на очевидное, успокаивающе прошлась всей ладонью в мягком поглаживании. Ваурон не мог не указать на существенный момент, противоречащий её задумке, чтобы вот так случайно жёнушка не вздумала и в самом деле сыграть с ним в «анонимность».       С ним — ладно. С кем-то… Вдруг. Не хотел, чтобы она попала в неловкое положение. К сожалению, с его леди такое могло случиться запросто. Иногда она вела себя безрассудно, как ведут себя дети, лишённые чувства самосохранения.       Его маленькая, но уже очень взрослая глупышка. — Ты не умеешь так делать, Шесмет. — Но я могу заплатить тому, кто умеет. — Я вижу все твои кредитные операции. — Хах! Я могу заплатить драгоценностями! — Знаю каждый свой подарок… Буду оскорблён. Очень. Сильно. — А я заплачу не твоим подарком, Тёмный лорд…       Коварно зарылась в волосы на голове, изображая не то паука, не то морского краба, протестуя откуда-то сзади. Коленом остро упиралась в бедро. Левый бок уже значительно отлёжан и хотелось повернуться. Но можно ещё чуточку вашей милости, госпожа? Жена, словно слыша эту мольбу, продлила эйфорию от массажа головы. — Чьим же? — Брошью из чисского белого янтаря. К примеру. — Так!       Громко цокнув, оборачивается. Резко. Укладывает жену на лопатки.       В глазах ситха вспыхнула ревность. Не притворная. Что точно ему никогда не доводилось изображать, так это её. И эти ощущения ему не нравились. Прерывал молниеносно. Хищник, готовый к прыжку, чтобы прорвать клыками горло противника.       Соперника.       Шесмет знала, что лучше никогда и никого не подставлять. Уже был опыт. Не хотела гибели неповинных молодых людей, волей случая оказавшихся в поле зрения. Муж ликвидировал возможность проявления взаимной симпатии жёстко. Безжалостно. — Нет, Ваурон. Не надо… Я пошутила! Это шутка. Не трогай мальчика! Ничего мне тот агент в путешествии не дарил! Ладно? Не надо.       Занервничала. Тяжело сглотнула и, облизав губы, потянулась руками к его щекам. Обхватила под скуловыми наростами, стараясь вернуться к предыдущему настрою. Помотала грозную чистокровную голову, нависшую над ней, как порой леди и впрямь могут нежиться с ручными нексу. — Допустим. — Да, допустим!..       Вспышка напряжения ослабла, когда леди воспользовавшись Силой, столкнула его с себя на простыню. Налегла на него и в такой позиции затеяла «писать письмо» коготком на мужской груди. — …допустим тебе приходит послание. Анонимное! «Здравствуй, Дарт Ваурон»… Ну давай, подыграй мне! Ты же любишь играться… обычно. — На самом деле не очень, Шесмет, — от проявленной ревности вот так легко в пару фраз, не отвлечься: — Но… Ладно. Здравствуй, анонимная посланница! — Ты специально? — Что не так в этот раз? — Ты не знаешь, что это посланница. Просто обезличенный анонимус!

///Здравствуй, Дарт Ваурон.

Обнимемся при встрече.

Удачного тебе дня.///

Кто бы мог прислать такое? О ком бы ты подумал в первую очередь? — О, дорогая! — Ваурон расцвёл в улыбке и прикрыл тёмные веки, насмешливо разглядывая супругу, извечно напоминающую ему о том, что в собственном союзе он гость нечастый, и ей мало этих редких встреч. Но так и быть, он согласился подыграть: — Подумал бы, что Дарт Мортис приглашает на следующий ход шахматной партии. — Ты любишь шахматы? — Шахматы любят меня. — Ваурон… Я серьёзно! — Серьёзно… — ситх прижал изящное женское тело к себе, загладив обеими руками роскошную копну рубиновых волос, в которую зарывался по локти, чтобы обнять льнущую к нему: — Серьёзно подумал бы, что Серевин перебрал виски и предался тоске по своему старику. — Ты бы и мыслью не принял это за издевательство… или угрозу врага? — Враги не присылают письма, Шесмет. Они присылают ассасинов.       Немного побыв в примирительной тишине, решил вернуться к теме, оставшейся не разрешённой. Недосказанность в союзе ему претила. В первую очередь, потому что станет причиной нервоза подозрений. Яд подозрений может повлечь за собой ряд нервных, а стало быть, и неверных действий. Лучше поднять всё неизвестное, сделать известным, раз уже потянули за красную ниточку. — Милая… И всё-таки, откуда ты знаешь о чисском… белом… янтаре, м?       Насторожилась, но пока осталась лежать на мужской груди. — Узнала в том путешествии на Коперо, которое разрешил мне кто? Ты. С кем? С чиссом. Ничего противозаконного. — Да. Но на Коперо его не добывают. Более того, дорогая… Места добычи чисского янтаря ревностно охраняются Правящими семьями. Для них он дороже, чем для нас ауродий или кайбер-кристаллы. О нём не распространяются даже внутри Пространства, не говоря уже о нелегальной туристке, вроде моей ненаглядной…       Шесмет вздохнула, понимая, к чему всё идёт. Рассказать придётся. — Я хотела подняться на вершину скалы под названием «Звезда». С обычным спортивным снаряжением. Вот захотелось, дорогой! Чисс много рассказывал о красоте обзора с той точки — шёл первым. Зачем-то сказал, что в Доминации владение Силой считается болезнью. Синяя душа — потёмки. Не скинул меня вниз во славу своей Синдикуры — пусть живёт. Я устала, не добравшись до пика. Доволен? Да. Устала. Решила, что лучше вернуться на землю. Чисс помог спуститься и подарил утешительный приз — брошь из янтаря в виде звезды. Красивая… показать?       Вдруг взгляд Тёмного лорда упоительно ушёл вверх и он по памяти… наизусть стал выразительно «читать» письмо, оставленное агентом своей повелительнице.       Леди нашла эту записку в каюте, когда они держали путь обратно на Зиост. Маленькое, разрешённое мужем, путешествие окончилось необычным знаком внимания от приставленного в сопровождение.       Конверт лежал под синей бархатной коробочкой, в которой тогда так скромно, и ни на что не надеясь, был преподнесён дар. — «Здравствуйте, миледи…» — Здравствуй, Зиар`ан`томо — грустно отозвалась изобличенная, поднявшись с груди супруга, замерла рядом, глядя на него сверху вниз.       Ваурон вдохновенно продолжил, наблюдая за выражением золотистых глаз: — «Двенадцатиконечная звезда — высшая награда моей Семьи. Я не был ей кровным родственником. Эту брошь даровал мне сам патриарх после того, как я спас жизнь его первой наследнице в экспедиционном переходе по горному ледяному массиву Ксиллы. Сегодня вы повторили мой подвиг. Удержались на весу сами и спасли жизнь лишённому сознания. Мне посчастливилось встретить женщину, обладающую высшими качествами Красного пламени. Эта награда по праву ваша. В благодарность, на прощание и на память. Ваш Арант.»       Взгляд жены был рассеян, пока она слушала известные строки.       Вспоминала, как пришлось держаться за хрупкий уступ в пяти метрах от пика над пропастью. Одновременно удерживала хваткой Силы агента, застывшего в последнем полёте.       Он засмотрелся на её восторг восхождения и не заметил, как в голову прилетела порода, сорванная ветром. Та лишила его сознания, и страхующее сцепление оказалось бесполезным — чисс полетел вниз так стремительно, что Шесмет не сразу сообразила о причине случившегося.       Но она успела. И она справилась. К несчастью, сильно ударенные, спасённые от верной гибели, чиссы, имеют склонность влюбляться в того, кого увидят первым, приходя в себя. Или банально в знак благодарности за второй шанс дышать воздухом и служить… Империи. — Всегда знал, что моя супруга хороша во всём. И в горном спорте… — Я хороша в навыках Силы! … С тобой совсем нельзя поиграться просто так, да?       Ей не нужен был ответ. Леди пыталась уползти, чтобы встать с постели, но запуталась в одеяле. Тёмный лорд всё знал. Он всегда всё знал. И она знала, что он знал, но иногда это выводило из себя.       Почему нельзя было просто сказать: «Шесмет! Не смущайся и не бойся. Но я знаю, что ты спасла агента, который был обязан не подвергать тебя опасности. Не оставлять одну. И да… так уж вышло, что я в курсе, что значит для чиссов признание о встрече с Красным пламенем. Любовь случается. Но ты благоразумная супруга Тёмного лорда… Ты же не подавала ему надежды на взаимность?..»       Нет. Ваурон обязательно сделает так, чтобы она почувствовала себя настигнутой. И даже виноватой. «Нет, дорогой! Твоя ревность — твоя проблема. Навещай меня чаще — не буду сочувствовать безнадёжно влюблённым юнцам. Тьма! Да это награда — единственное хорошее событие в его жизни! И, кажется, была единственным активом по утрате имперского жалования и кое-чьих гонораров за сопровождение леди в незаконном посещении чисских миров. Бедный мальчик.» — Тебе — можно. Добросердечная спасительница. Моя.       Голос лорда вывел из досадного потока бурно нахлынувших чувств. — Настроение упало!       Он настойчиво тянул за краешек одеяла, не позволяя сбежать. Вернул супругу обратно в горячую близость тел: — А у меня поднялось… — Ваурон, прекрати! — На этой вершине ты будешь одарена мириадами звёзд… — Ваурон!!!