Junior Counselor

Изнанка встретила их серыми тучами и надвигающейся грозой. Мэнсон любил такую погоду, в основном за то, что чувствовал необычайное удовольствие, когда холодные крупные капли быстро пропитывали его одежду и волосы. Он любил лежать, подставляя своё лицо стихии, и просто думать обо всём на свете. А ещё гром напоминал ему резкие биты любимой музыки. Освещение во время грозы всегда было мрачно-серым, холодным; яркие вспышки молний пронизывали чёрные густые облака, подсвечивая всё вокруг на короткие мгновения. Эдди не был художником, чтобы нарисовать любимое природное явление, он не был поэтом, чтобы описать в стихах всю эту красоту, но он был музыкантом. А в музыке можно было передать то затишье, когда лишь капли дребезжат по крыше, а затем громыхание, сопровождающее электрические разряды молний. Эдди улыбнулся, чувствуя, как первые капли бьют его по плечам. — Красота, — он вытянул руки вверх, ловя пару ледяных капель ладонями. — Эдди, — его окликнул Майк, который уже стоял под навесом и ждал, когда Нэнси откроет ключом дверь в главный домик лагеря. — Иду, — крикнул парень, снова запрокидывая голову, чтобы почувствовать, как ещё несколько дождевых капель касаются его. Заходить в дом не хотелось. Это был первый ливень этого лета, и Эдди хотел почувствовать его всем своим естеством. К сожалению, у них был плотный график на эту неделю, так что о подобных радостях стоило забыть. Мэнсон облизал губы и медленно прошёл к домику, дверь которого уже открыли. Вожатые рассыпались по небольшому помещению, включая свет и настраивая отопление. Эдди подошёл к Майку. — Интересно, чем мы будем заниматься сегодня? Снаружи оформлять ничего не получится из-за дождя, — он сцепил руки в замок за спиной и стал перекатываться с пятки на носок, оглядываясь. Нэнси болтала с девчонкой, вроде её звали Рори или как-то так. Она была вожатой в прошлые года. Но отряд, в который попадал Эдди с друзьями, всегда был под руководством Нэнси и Барбары, которая в это лето решила не приезжать, потому имён этих двух вожатых Мэнсон не считал нужным помнить. Хотя то, что парня звали Стив, он знал. Скорее потому, что все девочки лагеря всегда — буквально каждое лето — сохли по нему. Все эти выцарапанные на заборах «Стив Харингтон» в сердечках бесили Эдди с самого начала. Он просто не понимал, как можно настолько сильно быть помешанными на парне, который старше на несколько лет и не проявляет к вам особых знаков внимания. Мэнсон был уверен, что этот год будет таким же. Чем Стив привлекал добрую половину лагеря, Эдди не понимал, да и не интересовался особо. Главное, что к нему самому особо никто не лез. Когда старшие закончили с первоначальным подключением удобств, все сели за круглый стол по приказу Нэнси. — Итак, в этом году у нас есть новенькие, — Уилер окинула взглядом всех сидящих и движением руки попросила встать Майка и Эдди. — Майк Уилер, мой младший брат, и его друг Эдди Мэнсон. Они только закончили школу и пришли к нам на помощь вместо Барбары. — Приятно, — Эдди повернул голову на звук. Стив поднялся на ноги и протянул ему руку. — Я Стив Харингтон, если нужна будет помощь, обращайтесь. Эдди, поджав губы, посмотрел на предложенную ладонь, но, сдержанно хмыкнув, пожал её. Майк сделал то же самое. — Меня вы уже знаете, — Нэнси улыбнулась. — А это Робин Бакли. Она была вожатой в прошлые два лета, как и Стив, но вы особо с ней не сталкивались, вроде. «Робин! Вот как её звали. Точно!» — Эдди взглянул на девушку, что сказала примерно ту же речь, что и Стив: они готовы прийти на помощь и рады познакомиться, ага. Эдди сел на свой стул и облокотил голову на руки, уперев их локтями в столешницу. Он слушал Нэнси, что объясняла план их работы на эту неделю. Девушка раздала всем распечатанные списки дел и замолчала. Мэнсон взял свой лист и погрузился в изучение. Обязанности Нэнси уже распределила между ними, учитывая личностные особенности и распределяя нагрузку равномерно. В целом, Эдди всё устраивало. Ему предстояло обновить краску на ограждениях вместе со Стивом, распределить детей по отрядам вместе с Нэнси, провести ревизию спортивного инвентаря с Робин и встретить детей с Майком. Остальные дела были расписаны общим списком, видимо, подразумевая, что делать они будут их все вместе. Мэнсон чувствовал, что Нэнси поставила перед собой задачу сдружить их всех между собой. Он не был против, всё же, ему всё лето предстоит работать с этими ребятами, быть с ними в плохих или нейтральных отношениях — худшее, что может случиться. Остаток вечера они знакомились и обсуждали лагерь. Что нравилось Эдди и Майку во время поездок в лагерь в качестве подопечных. С какими трудностями ранее сталкивались уже опытные вожатые. Они даже разыграли несколько сцен для тренировки навыков убеждения или обычного общения с детьми. Эдди понял, что ему предстоит сложное лето, когда Нэнси попросила его убедить Робин поужинать. Мэнсон видел несколько раз ранее, как дети отказывались есть, но припомнить, что конкретно им говорили вожатые, он не мог. — Просто, блядь, поешь уже. Или сдохнешь от голода, — не выдержал он через несколько минут пустых убеждений, глядя на девушку, что старательно играла роль непослушного ребёнка. — Эдди, так нельзя, — Нэнси поджала губы. — Смотри, — Стив подошёл к нему. — Ты должен выяснить причину, почему она отказывается. Вдруг у неё болит живот? Робин подсмотрела в карточку и покачала головой. Эдди смерил взглядом Харингтона. — Ладно, тогда почему ты не хочешь есть? — голос парня стал более мягким, будто он говорил с маленьким ребёнком. Эдди это впечатлило, но он не был уверен, что смог бы так же. — Я не голодная, — Бакли показала Стиву язык, отставляя от себя пустую тарелку. — Но тогда ты уйдёшь на отбой голодной. Ночью столовая закрыта, и ничего, кроме куска хлеба и воды, я не смогу тебе предложить. Попробуй поесть хоть немного? Не обязательно есть всё или то, что тебе не нравится. Посмотри, что на тарелке вызывает у тебя аппетит, и поешь это, хорошо? Овощи можешь оставить. Но я бы советовал тебе хотя бы попробовать их. Наш повар просто невероятно готовит овощи, уверен, тебе понравится. Робин улыбнулась и сделала вид, что начинает есть. Эдди приподнял бровь. — И это работает? В плане… Неужели дети реально такие тупые и ведутся на эти манипуляции? — Иногда детям важно просто получить внимание к их проблеме, — поясняет Стив и садится на свой стул. — Бред… — Такова жизнь и детская психология, — говорит Нэнси, выбирая карточку со следующей ситуацией для другой пары вожатых.

***

Dio — Holy Diver Когда их первое собрание наконец закончилось, за окном всё ещё лил дождь, а время близилось к полуночи. Нэнси раздала всем ключи от их домиков и комнат вожатых в них, пожелав доброй ночи. Всего было два корпуса со спальнями, для двух отрядов. В каждом по две спальни для вожатых — женская и мужская. По отрядам они уже распределились, решив, что новеньких вожатых разделят так, чтобы они были под присмотром старших, хотя бы на первую смену. Таким образом получилось, что Майк был у первого отряда с Робин, а Эдди попал во второй отряд вместе со Стивом и Нэнси. Это был не худший расклад, хотя Мэнсон и не был рад, что их с Майком разлучили. Он хотя бы был с Нэнси, которую знал с детства, и со Стивом, который создавал впечатление неплохого напарника. Эдди не хотел сказать, что Робин ему не понравилась, но, возможно, он просто не почувствовал какой-то связи с ней во время этого вечера. Нэнси, накинув капюшон, быстро пробежала до домика со спальнями и скрылась за дверью. Майк с Робин тоже уже зашли в своё место жительства на ближайшие несколько месяцев. Эдди взглянул на Стива, что всё ещё стоял под навесом и смотрел, как в корпусе загорается свет. Мэнсон перевёл взгляд на небо и вздохнул. Он сжимал в руке ручки сумки с вещами, что сейчас казалась чересчур тяжёлой. Эдди раскрыл кулак, отчего его багаж шмякнулся на мокрые доски. Харингтон взглянул вниз и непонимающе уставился на парня. — Не знаю, как ты, а я обожаю дождь и не планирую идти спать прямо сейчас, — он вышел из-под навеса и запрокинул голову, высовывая язык, ловя капли дождя. — Что ты творишь? — Стив так и не вышел к нему под дождь, но и не спешил уходить. — Обожаю ливень, — Эдди посмотрел на старшего сквозь мокрую чёлку. Где-то вдали вспыхнула молния, оглушая громом через пару секунд. Это послужило спусковым крючком для Эдди. Он расхохотался, начиная кружить по полянке, прыгая по лужам и почти выкрикивая слова песни, что последнее время вечно звучала из его наушников: — Gotta get away, Holy Diver (Выбирайся отсюда, Святой ныряльщик). — Ты можешь простыть, а у нас всего неделя, чтобы подготовиться к приезду детей, — Стив поймал его за руку, когда Эдди остановился, чтобы упасть коленями в лужу, продолжая петь. — Ты скучный. И не заболею я, — новая молния осветила их лица. — Я так каждое лето делаю. Это мой ритуал.        — Сатанист херов, пошли в домик, тебе надо принять горячий душ и лечь спать. — Старик, — Мэнсон показал ему средний палец, но вернулся к навесу, забрал сумку с вещами и пошёл в сторону домика, продолжая шлёпать по лужам и напевать песню.

***

Утро следующего дня было солнечным, от вчерашнего ливня остались только лужи и мокрая земля. Эдди проснулся от пыхтящего Харингтона, с которым на ближайший месяц он застрял в одной комнате. Мэнсон повернул голову на бок: Стив отжимался посреди комнаты, шумно выдыхая воздух. — Эй, паровоз, куда ехать собрался? — хриплым ото сна голосом зовёт Эдди. Стив ещё несколько раз отжимается и садится на пол, облокачиваясь на свою кровать. — Доброе утро, — он улыбается, вытирает футболкой пот со лба и тянется за бутылкой воды, лежащей на кровати. — Ага, который вообще час? — Эдди хватает телефон с тумбочки, вглядываясь в цифры. — Пол седьмого?! Ты чего не спишь, Стив? — Мэнсон стонет, ложась обратно на подушку. — Тебе надо привыкать рано вставать. Завтрак у детей будет начинаться в семь утра. А к этому моменту ты должен быть уже готов, провести с ними зарядку и привести всех к столовой. По хорошему, надо вставать в полшестого. — Я в курсе, во сколько тут завтрак… — Эдди садится, потирая глаза. — Может, договоримся? Ты будешь водить их на завтраки, а я на ужинах буду следить за дисциплиной? — Нэнси не позволит тебе спать, прости, — Харингтон поднялся на ноги и пошёл к выходу. — О, кстати, Робин просила передать, что хочет сегодня разобраться с вашим общим заданием. Всё равно мы с тобой не сможем сейчас покрасить забор, ему надо просохнуть после дождя. Займёмся этим завтра? — Да, похуй, — Мэнсон махнул рукой, поднимаясь на ноги. — Постарайся не материться перед детьми, — Стив улыбнулся и вышел. Эдди удержал себя от колкости, что потный Стив явно намылился к Нэнси. Харингтон не казался ему каким-то противным качком, но его слишком правильные речи за эти полдня его порядком задолбали.

***

Робин уже ждёт его в домике, оборудованном под склад. Эдди дожёвывает свой завтрак, заходя внутрь, и морщится от пыли, что витает в воздухе. — Тут весь год не убирают? — Тут весь год никого нет. Кто, по-твоему, будет тут всё убирать? — Робин закатывает глаза и поворачивается к нему. — Ну, не знаю, разве в лесу не должны водиться эльфы или друиды? Могли бы их нанять следить за лагерем вне сезона, — он пытается пошутить, но, оглядываясь и понимая весь фронт работы, цокает. И как им найти нужные коробки? — Ты реально помешанный на этих чёртовых подземельях… Лучше найди выключатель, — Робин вытаскивает откуда-то грязный пипидастр. — Ты собираешься этой хуёвиной тут всё чистить? — Я просто стряхну пыль, чтобы найти нужные нам коробки, — Бакли вздыхает и начинает чихать. — И давай быстрее, пока я не подохла в этом пыльном аду. Эдди оборачивается, находит такой же чистый, как и всё вокруг, выключатель и щёлкает им. Старая лампочка начинает громко трещать, но с задачей освещения справляется неплохо. — Дорогая, — Мэнсон подходит к одной из полок, рисуя на слое пыли рожицу. — Это не просто пыль… Это вековая срань, хранящаяся тут годами. Она явно не могла скопиться тут меньше чем за год. Почему вы прошлым летом её не вымыли? — Вот ты и будешь вымывать эту вековую срань, — она протягивает парню розовую метелку, что от пыли и грязи казалась ему раньше серой. — Эй, — он принимает щётку, глядя вслед Робин, уходящей под аккомпанемент своих же чихов. — Нет, ну серьёзно, когда тут последний раз было чисто? В прошлом веке? Эдди быстро проходится щёткой по скотчу, налепленному на ближайшие коробки, чтобы отыскать подписи, что хранится внутри. Найдя около десяти коробок со спортивным инвентарём, он победно вскрикивает и выкидывает пипидастр подальше, вытирает руки о штанины и выносит по очереди все коробки на улицу. Ближе к обеду Эдди швырнул свою жилетку на траву и сел сверху. Солнце пекло, а пыль от коробок витала в воздухе. Они уже перебрали большую часть найденного, распределив всё по трём кучкам: инвентарь, который они могли бы использовать, тот, что вряд ли пригодится, и сломанные вещи. — Давай закончим после обеда? — Эдди взглянул на Робин, у которой последний час не переставая текли из носа сопли. Нэнси либо не знала об аллергии на пыль у Бакли, либо была за что-то очень зла на неё. Другого объяснения Мэнсон подобрать не мог. — Давай, — она села возле него. — Нам осталось только помыть всё и распределить между собой, чтобы у каждого отряда было всё нужное… Девушка снова чихнула, и Эдди вытащил из кармана последний бумажный платок, который у него был. Робин приняла салфетку и громко высморкалась. — Может, я всё перемою? Чтобы ты лишний раз всем этим не дышала? — Эдди знал, что она не согласится. Он предлагал ей уйти уже раз пять, но Бакли вцепилась в коробки так, будто Мэнсон собирался украсть весь инвентарь к себе и оставить первый отряд без него. «Мы должны работать вместе», — рычала она на парня, на что Эдди оставалось только поднять руки, раскрыв ладони. — Я не хочу, чтобы ты один тут возился. Я просто схожу в медпункт за таблетками. Викки как раз планировала приехать сегодня после обеда, — Робин улыбнулась, говоря о лагерной медсестре, и Эдди прищурился, глядя на неё. — Викки? — Бакли взглянула на него, и её губы растянулись ещё шире. — Да, моя девушка, — она сказала это с гордостью, вздёрнув подбородок. — Такая невероятно красивая и милая… — Ты её любишь, — скорее просто отметил, чем спросил, Эдди. — Она — лучшее, что случалось в моей жизни. Конечно, после мятного мороженого с шоколадной крошкой… — она мечтательно прикрывает глаза, облизываясь, а Эдди морщится. — Оно же на вкус как зубная паста, — высказывается Мэнсон. Робин покачивается и толкает его своим плечом. — Ты его хоть раз пробовал? — Нет, но уверен, что лучшее мороженое — шоколадное с орехами и маршмеллоу. — Не люблю зефир в мороженом, — кривит рот Бакли. — Да ну, — Эдди поворачивается к ней. — Разные текстуры — это же потрясно. Ты ешь что-то мягкое и холодное, но тут тебе попадается орех или хрустящее печенье… — Или склизкая зефирка? — Ты не понимаешь. Они же потрясные, когда замерзают, — Мэнсон вспоминает этот вкус и облизывается. Давно он не ел мороженого. — Примем тот факт, что мы два извращенца? — предлагает Робин. — Да, но ты больший, — Эдди вскакивает на ноги, когда Бакли пытается его ещё раз толкнуть. — Размокший зефир хуже мятного мороженого, — кричит она, пытаясь догнать убегающего в сторону столовой Мэнсона.

***

После обеда Эдди нехотя шёл в сторону склада. Робин убежала к своей медсестричке за антигистаминным, пообещав скоро вернуться. К слову, Нэнси весь обед извинялась перед девушкой, что поставила её на это задание. Видимо, Уилер и правда забыла про аллергию подруги. — Хэй, — Майк догнал его на развилке. — Как тебе тут? Майк выглядел отчасти воодушевлённым, но Эдди заметил, что глаза друга казались более потухшими, чем обычно. Уточнять он не стал. И так ясно как день, что Уилер скучает по своему загадочному книжному червяку. Эдди, пусть и не видел того парня, но искренне не понимал, как Майк мог так сильно по кому-то убиваться и даже не пытаться чего-то сделать. — Нормально, — Мэнсон закинул руки за голову, переплёл пальцы в замок и расслабленно положил на них голову, выставляя локти вперёд. — Ты знал, что Робин извращенка? — Ты про её отношения с Викки? — неловко уточнил Майк, шагая рядом. — Что? Нет! — Эдди склонил голову в сторону, чтобы видеть друга из-за мешающих обзору локтей. — Она ест мятное мороженое. — Оно же на вкус как паста, — морщится Уилер. — Я о том же! Они дошли до кучек с инвентарём. Эдди посмотрел на гору уже непригодных вещей. — Раз ты тут, помоги всё это отнести к выезду из лагеря. Нэнси говорила, что завтра утром приедет машина за мусором, и можно оставить всё у ворот. — Используешь меня как бесплатную рабочую силу? — Могу заспойлерить, что будет в новой компании, — Эдди начал складывать мусор в пустую коробку, угрожая. — Лучше прибавь мне пару сотен монет, а то Дастин достал уже говорить, что его бард богаче моего рыцаря. — Договорились, — Мэнсон улыбнулся. Вдвоём они быстро сложили всё по коробкам и отнесли к главным воротам. К тому моменту, как они вернулись, возле склада их уже ждала Робин. — Мальчики, — она помахала им рукой, в которой сжимала платок. Эдди с удовлетворением отметил, что нос девушки уже не был таким красным, а глаза не слезились. Однако губы явно были зацелованными. — Подлечили тебя? — Мэнсон хмыкнул, опуская взгляд на губы Робин. Бакли тронула их пальцами и уставилась на Эдди. — Завидуешь, Мэнсон? — Ой, было бы чему, — он цокает и садится на корточки возле инвентаря, вытягивая оттуда скакалку. — Погнали мыть? Быстрее закончим, может, в озере успеем искупаться. Майк притягивает к ним шланг для полива и уходит по своим делам. Эдди чуть ли не заставляет Робин просто встать и лить водой на мячики, скакалки, ракетки, эстафетные палочки и прочую дребедень, пока сам Мэнсон отмывает их от пыли и грязи. — Эдди, — Робин присаживается возле него, когда с мытьём оказывается покончено, и они приступают к распределению вещей по отрядам. — Могу я попросить тебя кое о чём? — Сначала скажи о чём, а потом я тебе скажу, можно ли, — отвечает он, не глядя в её сторону. — Нас со Стивом раскидали по отрядом, — начинает она. — И мы, конечно, будем встречаться на приёмах пищи и после отбоя, но ему всё равно будет тяжело с тобой, которого он почти не знает, и с Нэнси… — Да, я заметил как он на неё смотрит, — Эдди посмотрел на Бакли. — Чего ты хочешь? Чтобы я подставил ему своё крепкое мужское плечо для слёз? — Нет, просто будь рядом с ним, пожалуйста, — она прикусила губу, глядя на парня. — Не делай этот жалобный взгляд, боже, — он отвернулся, положив последний футбольный мяч в кучку первого отряда. — Поболтаю я с ним, так уж и быть. Я надеюсь, нам не надо ещё и мячи надувать? Пусть Майк этим занимается. А я для своего отряда надую. — Нэнси сказала только найти, помыть и разделить, про подготовку к использованию ничего сказано не было, — хохотнула Робин, которой, видимо, тоже не хотелось сейчас разбираться с надуванием дюжины мячей. — Покидаем в коробки и разнесём. А эту пыльную херь я сам уберу на склад, нечего тебе ещё раз туда заходить. — Заботливый какой, — она улыбнулась нахмуренным бровям Эдди и кивнула. — Спасибо, я пойду, встретимся на озере после ужина? — Да, до встречи.

***

На улице стемнело. Второй день подошёл к концу. Эдди, отбивая ритм на изголовье кровати, нашёптывал слова песни, играющей в наушниках. Они договорились с Робин и Майком встретиться у озера в одиннадцать ночи, чтобы спокойно посидеть возле воды или искупаться. Бакли попросила Эдди предложить Стиву пойти с ними, потому как на ужин парень не пришёл. В комнате Харингтона тоже не было, из-за чего Мэнсон просто валялся у себя, ожидая, когда тот вернётся и когда наступит время идти к озеру. Нэнси на их предложение вежливо отказалась, высказав желание выспаться. Эдди подозревал, что и Стив скажет нечто похожее, но Робин так настойчиво говорила предложить ему, что Мэнсон начал сомневаться. Стив не производил впечатление весёлого и безбашенного человека. За эти два дня и то недолгое общение с ним, Эдди показалось, что Стив Харингтон был занудным стариком: под дождём не бегай, рано просыпайся. Мэнсон знал, что раньше Стива считали королём школы, это ещё больше не вязалось с нынешним образом парня. Да, тот был симпатичным, спортивным, за волосами следил… Но отчего-то не складывалось у Эдди ощущения, что тот «король». Изменился из-за влюблённости в Нэнси? Это была хорошая мысль, но Эдди не видел до этого, чтобы любовь так меняла людей. Его мать и отец любили друг друга, но это не изменило тяги Алана к преступности. Любовь к сыну тоже не остановила его, особенно после смерти Элизабет. Другим примером любви в жизни Эдди были родители Майка. Но и те не были столь же отданны своим чувствам, как ему казалось. Тэдд будто всегда был таким, каким он был сейчас — уставший, почти ни в чём не заинтересованный, чаще игнорирующий или недовольный. Карен же казалась полной противоположностью мужа. Ни его скучность, ни её активность не повлияли друг на друга. Они просто научились жить вместе. Стив Харингтон, казалось, перекроил себя для Нэнси: правильные речи, правильное поведение и распорядок дня. Не слишком ли он из кожи вон лезет ради девушки, что уже занята? Наушники резко выдёргивают из его ушей, и Эдди недоумённо моргает, глядя на Стива, нависающего над ним. — Я звал тебя пять раз, — хмурится Харингтон, и Мэнсон виновато тянет губы в улыбке. — Извиняй, задумался, — он садится на кровать, прочищая горло. — Погнали в озере купаться? — Что? — Стив возвращает ему наушники. — Озеро. Пойдём? — Вдвоём? — хмурится Стив, и Эдди кажется, что Харингтон принял его предложение за приглашение на свидание или что-то вроде. — Нет, Робин и Майк тоже будут. — А, — Стив отходит к своей кровати и садится на неё. — Я вообще хотел предложить пройтись до столовой. В город ездил и не успел поужинать. — Можем дойти до столовой, а потом на озеро? Я купаться хочу, — Эдди поднимается, смотрит на часы на стене: до одиннадцати ещё час. — Да, давай, — Харингтон кивает. — А зачем катался в город? — Запасные кроссовки забыл взять. — Ты же на своей машине приехал сюда, да? — Ага, у меня BMW восемьдесят третьего года, — Стив звучал гордо и довольно, говоря о своём автомобиле. Эдди особо не разбирался в этом вопросе. — Восемьдесят третьего? Ей лет больше, чем тебе… — Это старая машина отца, я сам её восстанавливал, — ещё более воодушевлённо говорит Стив, когда они выходят на улицу. — Чего в механики не пошёл? — Детей люблю. Да и… — он замялся, и Эдди уже хотел спросить, не из-за Нэнси ли тот каждое лето сюда приезжает. — Хочу, чтобы машины остались хобби. Не уверен, что хочу всю жизнь вонять маслом. — Довольно мужественный запах, как по мне. — Только если ты чувствуешь его редко. На постоянке, думаю, ты начнёшь ненавидеть его всей душой. — Ну, — Эдди открывает дверь в столовую, пропуская Стива вперед. — Никогда не понимал этого желания каждого представителя мужского пола повозиться в движке… — А чем ты горишь? Они прошли до кухни, где Стив начал собирать сэндвичи с собой, параллельно жуя один из них. — Типа хобби? На гитаре играю, группу хочу собрать. — Стоило догадаться, — хмыкает Харингтон. Эдди принял бы это на свой счёт, но этот смешок звучит мягко и совсем не по-издевательски. — Ты вчера так скакал, выкрикивая все те штуки… — Люблю дождь, — пожал плечами Эдди. — И металл тоже люблю.

***

Asking Alexandria — Psycho (песня, играющая у Эдди в наушниках) Вода в озере была прохладной. Эдди, закатав штанины джинс до колен, брёл вдоль берега. В уши привычно были воткнуты наушники. Луна освещала всё вокруг, её свет отражался от поверхности воды. Мэнсон наклонился, чтобы намочить руки и протереть лицо. Хотелось искупаться, но на улице было достаточно прохладно, чтобы он отложил эту идею на будущее. Эдди обернулся. Робин болтала со Стивом, Майк что-то вставлял в их диалог и даже казался довольным времяпровождением. Мэнсон пнул воду, создавая брызги, искрящиеся в ночи. В ушах эхом отдавался бит, и Эдди наконец мог расслабиться. Мягкий песок под ногами нежно обволакивал ступни парня, неподвижно стоящего с запрокинутой головой и смотрящего в небо. Прохладный ночной ветер пробирался под свободную майку, что надел Эдди. Мимолётная мысль, что надо было взять что-то потеплее с собой, исчезла так же быстро, как и появилась. Какой вообще смысл обращать внимание на ощущения тела, когда внутри всё трепещет? Эдди буквально чувствовал, как его наполняет энергией. Это единение с природой его всегда вдохновляло, особенно если рядом была вода. Он не знает, когда всё это началось, но, видимо, оттуда и пошла его любовь к дождю, озёрам и рекам. Он не представлял себе, как сможет жить в душном городе без водоёма поблизости. Дядя однажды сказал, что Эдди надо жить в Атлантиде, ну, или хотя бы в Венеции. Может, Мэнсон просто был рыбой в прошлой жизни? Несколько песен сменяют друг друга, окончательно расслабляя парня. Когда тёплая ладонь касается его холодного плеча, Эдди не вздрагивает, ничего не говорит. Он лишь поворачивает голову в сторону того, кто нарушил его покой, и приподнимает уголок губ в полуулыбке. — Мы думаем пойти в первый корпус, посмотреть фильм. У Робин есть ноутбук. Ты с нами? — Майк, такой красивый в лунном свете, смотрит на него своими сонными глазами, и Эдди способен лишь кивнуть ему. — Ты весь холодный, почему не надел чего-то с длинным рукавом? — отчитывает его Уилер, когда они идут в сторону Робин и Стива. — Не знаю, — ему настолько спокойно сейчас, что по спине бежит странный холодок. Он не притворяется психом обычно, он есть псих, но спокойную свою сторону он показывает на людях редко. Либо ему стало настолько комфортно в обществе этих двоих, либо он очень устал. Эдди решает отбросить эту мысль на потом. Робин правда была комфортной, а со Стивом они не разговаривали последние часа два. Майк был ему как брат, так что с ним Эдди мог быть любым. Даже когда Мэнсон злился на Уилера и кричал на него, тот ни разу от него не отвернулся. Это вызывает у Эдди смешок. Майк оборачивается на него. — Эдди? — Ты такой милашка, знал? — Ведёшь себя странно, — Майк оглядывается на старших, те не обращают на них внимания, болтая о чём-то своём. — Ты курнул что ли, пока мы не видели? — Причём здесь травка? — Эдди цокает, но потом закатывает глаза и слабо кивает. — Может, пару тяжек? — Зачем ты вообще привёз эту дрянь в детский лагерь? — Чш, — Мэнсон прижимает палец к губам друга. — У меня всего один косяк. Вернее, уже половина. — Он хихикнул, отворачиваясь и всматриваясь под ноги в поисках своей обуви. Майк устало вздохнул, сел перед ним на корточки и помог обуть кеды, что оказались прямо перед ним.

***

Новое утро началось так же, как и прошлое — с пыхтящего Стива. Голова Эдди слабо пульсировала, напоминая о вчерашнем ночном приключении. Он вздохнул, протирая глаза. — Паровозик Стиви, который час? — Уже семь, — Харингтон заканчивает тренировку и подходит к окну, открывая шторы. Мэнсон понимает, что даже не обратил до этого внимания, что в комнате стоял приятный полумрак. — Ты в порядке? — А почему не должен быть? — Мэнсон не помнит, как вчера оказался в постели. Он стоял в озере, пока Майк не позвал его смотреть кино, а потом тот, вроде, догадался, что Эдди под кайфом… — Когда мы пошли смотреть фильм к Робин, Майк повёл тебя спать, сказал, что ты себя нехорошо чувствуешь. — А, — Эдди кивнул. — Да, уже всё хорошо. Больше Стив ничего не говорил, приняв его ответ. Мэнсон был ему благодарен за это. Приятная лёгкость, что наполняла его вчера, превратилась в тяжесть в теле и сухость во рту. Парень поднялся на ноги и побрёл в сторону душевых. Идеальное место, чтобы хлебнуть холодной воды и смыть с себя неприятное состояние. Эдди потёр глаза пальцами, стараясь проснуться окончательно, но получалось у него это с трудом. После завтрака им со Стивом вручили несколько вёдер краски и кисточки с валиками. Эдди покрутил в руке старую кисточку, заляпанную самыми разными цветами краски, и вздохнул — он же вожатый, а не штукатур-моляр, в самом деле. Стив рядом с ним выглядит тоже не особо довольным, но шёл более резво в сторону части ограждения, что им предстояло покрасить. — Не против, если я включу музыку? — Эдди наблюдал, как Стив открывает первое ведро краски, собираясь приступить к работе. — Давай, в тишине не так уж приятно работать, — Харингтон макнул кисть в противную зелёную краску. Time Bomb — Paul Bartolome (feat. Kellin Quinn) Эдди перемешал свой плейлист, не имея ни времени, ни желания подбирать подходящий под ситуацию трек. Из динамика полилась приятная, динамичная, но не сильно металлическая музыка. Мэнсон взял вторую кисть и макнул её в краску. Противная зелёная жижа, напоминающая ему цвет соплей, не впечатлила его. Эдди нравился зелёный цвет, но более глубокий, тёмный. Этот казался издевательством над всеми людьми, у которых есть зрение. — Кто выбрал этот дерьмовый цвет, — прошептал он, нанося первые мазки на железные прутья. — Тот же, кто решил, что красить стены в спальнях в светло-серый — самое лучшее, что можно сделать в детском летнем лагере. Они будто закос на психушку делали, — поддержал его Стив. Эдди не сдержал короткого смешка. Серые стены и правда ввергали в непонятное состояние. Вроде и красиво, и универсально, но чувство, что ты находишься в исправительном учреждении, а не в детском лагере, присутствовало слишком ощутимо.

***

Стив старается красить аккуратно, чтобы с кисти не капало на траву, он прокрашивает каждый кусочек забора, не оставляя мест, где бы просвечивался старый цвет. Эдди, в отличие от него, красил более небрежно. Поначалу он, конечно, старался не пачкать всё вокруг и наносить краску ровным слоем. Но спустя час работы, когда они продвинулись всего на пару метров, Мэнсон психанул. — Прекрати нежничать с этой железякой! Не девчонку на секс уламываешь, — Мэнсон агрессивно макнул кисточку в краску. — Я просто стараюсь сделать всё аккуратно. — Нахера? — Что? — Стив останавливается, непонимающе глядя на парня. Эдди закатывает глаза, вместе с этим разминая шею, поворачивая голову против часовой стрелки, резко поворачиваясь к Стиву и разводя руки в стороны, брызгая краской на землю. — Аккуратно? Этот забор уже ничто не спасёт, — он размашисто проводит кистью по железному пруту. — Тем более это уебанская краска. Просто давай быстрее с этим покончим.

***

Эдди кажется, что этот день хуже стать не может. Всё время они провели на улице, делая небольшие перерывы на приёмы пищи, и только к ночи закончили красить чёртов забор. Мэнсон швырнул пустое ведро от краски в мусорный бак. Туда же, после небольшого раздумья, он отправил и грязную кисть. — Робин предлагала собраться у нее. Хочешь с нами? — Стив выкидывает второе ведро и кисточку, даже без секундной заминки. — Погнали, — Эдди ёжится от скрипа, с которым закрывается крышка мусорного бака. В вожатской комнате Бакли тепло и уютно. Там уже сидят Майк и Нэнси, а ещё рыжая девчонка в персиковой блузке и длинной коричневой юбке. Мэнсон ждёт, пока их представят друг другу, пусть уже и догадывается, кто перед ним. — Это Викки, моя дама сердца, — широко улыбается Робин, притягивая девушку к себе за талию и чмокая в щёку, пока сама Викки заливается краской и слабо бьёт её по руке. — Приятно познакомиться, — Эдди делает слишком уж размашыстый поклон, случайно пиная отставленной ногой стоящего позади Стива. — Чёрт, Мэнсон, аккуратнее, — шипит Харингтон. — Не сахарный, не растаешь, — он закидывает руку на его плечи и подталкивает вперёд, чуть ли не усаживая его на край кровати. Стив порывается встать, чтобы пересесть ближе к Нэнси, но Эдди закидывает на его бёдра свою ногу и продолжает крепко обнимать. — Не стоит этого делать, Харингтон, — шепчет он в самое ухо парня, а потом откидывается назад, ложась на бёдра Майка, что сидел рядом. — Приветик. — Если ты снова… — Ни в коем случае! — Эдди перебивает его, не давая завершить компрометирующую фразу. Мэнсон переводит взгляд на Нэнси, сидящую на ковре возле кровати. Девушка слабо ему улыбается. За непринуждённым разговором о пройденном дне и жалобах Эдди на краску, забор и чистюлю Стива проходит несколько минут. Как раз столько времени требуется Робин, чтобы включить фильм, установить ноутбук на стуле посередине комнаты и сесть к Нэнси, утягивая за собой Викки. — Может. нам уступить прекрасным дамам кровать? — Эдди тыкает Робин в плечо, спрашивая это. — Я хочу остаться на полу, — отвечает Нэнси, остальные девушки с ней соглашаются. Мэнсон жмёт плечами и устраивается поудобнее, обнимая ноги Майка. — А что за фильм? — включается Стив. — Призрачный гонщик, — отвечает ему Майк. Эдди удовлетворённо урчит. Это не был его любимый фильм, но отрицать всю красоту горящей черепушки, этих цепей и невероятного байка он не мог. Сам сюжет казался ему больше скучным, чем интересным, но он мог простить это. Не всегда же смотреть фильм, что держит тебя в оцепенении до самого конца. — Это же старьё, — фыркает Стив, и Эдди пинает его. — Твоя тачка тоже старьё. — Справедливо, — Харингтон расслабляется, откидываясь назад, облокачиваясь на стену. Эдди старается не думать о том, что тот пялится на Нэнси. С Уилер их отношения нельзя было назвать чем-то очень родным. Однако Эдди, проведший в доме лучшего друга чуть ли не половину своей жизни, относился к ней как к родной сестре. А сестёр принято защищать от подобных типов. Не то чтобы Нэнси нуждалась в этом, но Эдди знал, что у той уже есть парень, и догадывался, что Стив тоже знает об этом. Но почему-то Харингтон всё равно не прекращал свои попытки вернуть себе расположение бывшей девушки. Он не казался Эдди каким-то мудаком или чем-то наподобие, скорее слишком отчаянным в своей влюблённости. Его было жаль.

***

Всю оставшуюся неделю они готовят программу мероприятий и прочие вещи. Эдди особо не участвует в этом, лишь делая то, что ему говорят. Несколько раз он предлагал варианты развлечений для детей, но после того, как Нэнси в третий раз, поджав губы, покачала головой, он перестал пытаться. За это время Эдди привык к пыхтящему по утрам Стиву и к его странной заботе. Пусть на первый взгляд Харингтон казался зацикленным на Нэнси, он всё ещё оставался хорошим другом для Робин и приятным соседом и собеседником для Эдди. Мэнсон не назвал бы их друзьями, но, возможно, к окончанию лета что-то из этого общения, да, выйдет. За день до приезда детей Мэнсон пришёл к Уилер в комнату. Окончательные списки подопечных им принесли утром, а значит, настало самое время для распределения детей по отрядам. Эдди не понимал, почему нельзя просто разделить детей на два, сказав, что первая половина идёт в первый, а вторая — во второй. Нэнси ему это объяснить тоже не смогла. Она что-то говорила про возраст, чтобы все могли найти друзей, про количество мальчиков и девочек, чтобы распределить тех по комнатам, и про наличие детей из одной среды (класса, школы или кружка). — Проанализируем их данные и грамотно распределим. — Окей, — вздохнул Эдди. Дальнейшую работу они распределили следующим образом: Нэнси изучала личные дела, а Эдди писал список детей по отрядам и по комнатам. Работа текла довольно быстро и легко, видимо, Уилер занималась этим не первый раз. — Так, Уильям Байерс, его в первый отряд, — она переложила тоненькое личное дело в стопку первого отряда. — Байерс? Это не родственник твоего парня? — А? — Нэнси отвлеклась от следующего ребёнка и слабо улыбнулась. — Да, это его младший брат. — Может, лучше вписать его в наш отряд? Тебя же он знает уже. Комфортнее будет… — Нет, — слишком резко перебила его девушка. — Ему надо уметь социализироваться. А со мной рядом у него это может не получиться. Эдди нахмурился, не понимая связи. Ведь мальчишка всё равно будет в этом лагере, да и почти все игры и мероприятия предполагали хотя бы минимальное взаимодействие с другими детьми. Уильям в любом случае бы с кем-то да подружился. Но спорить с Нэнси Эдди не рискнул. — Давай Макс в первый, а Дастина и Лукаса к нам, — размышляла она. — У нас как раз осталась одна свободная спальня на стороне мальчиков. — Может, лучше подселим Дастина или Лукаса к Уильяму? Раз ты так переживаешь за его социализацию, почему оставила его одного в комнате? — Эдди, я лучше знаю, что делать. Пожалуйста, просто впиши имена. Мэнсон заметил хитрую улыбку на губах Уилер. — Что ты задумала? — он отложил ручку и сложил руки ладонями вниз. — Ничего? — Я тебе не верю. — В таком случае, узнаешь позже, — она широко улыбнулась и встала из-за стола. — Вписывай имена и идём на ужин. Эдди покачал головой, но сделал так, как сказала ему девушка. Возможно, она и правда делала всё это из лучших побуждений. В любом случае, он узнает, что конкретно она замышляет. Главное, чтобы это знание пришло к нему не слишком поздно.

***

Утро следующего дня было полно суматохи и беготни. Нэнси ворвалась к ним в комнату ни свет ни заря, крича, что дети скоро приедут, а у них ничего не готово. Эдди, что только разлепил сонные глаза, смотрел на неё, будто говорила она на другом языке. Ни черта не понимая, он поплёлся умываться и завтракать. Стив шаркал ногами рядом. Обычно активный и бодрый Харингтон казался Эдди выжатым апельсином. Мэнсон усмехнулся, вспоминая, как вчера именно Стив предлагал подольше посидеть у Робин, потому что с приездом детей это станет практически невозможно. — Надо было вчера уйти вместе с Нэнси… — Ты сам виноват, — Эдди хлопнул его по плечу и побежал вперёд, заметив Майка, выходящего из своего корпуса. Завтракали они в спешке, заезд, что планировался на девять утра, сдвинулся на час вперёд. И теперь они действительно ничего не успевали. Благо, на Эдди и Майке была задача просто встретить детей и развести их по комнатам. Украшением столовой, расставлением табличек-указателей и развешиванием гирлянд занимались остальные вожатые и персонал лагеря. Когда желтый автобус, полный детей, въехал на территорию лагеря, Эдди услышал привычный галдёш детских голосов. За эту неделю в относительной тишине он от этого сильно отвык. Двери автобуса разъехались, и наружу высыпалась пара десятков детишек. — Так, — Эдди прочистил горло. — Все смотрим на меня! По очереди подходите ко мне, называйте свои имена, а я скажу вам номер отряда. Далее распределяетесь по группкам. Справа, за вожатым Майком, встаёт первый отряд. Слева, то есть за мной, второй. Всем всё ясно? — он говорил достаточно громко, но старался не кричать. Осматривая школьников, Эдди заметил среди них своих друзей, почему-то стоявших порознь. Макс что-то увлечённо рассказывала какому-то парню, что выглядел не очень-то удовлетворённым её вниманием. Лукас ревностно смотрел в их сторону, а Дастин активно мазал Эдди, показывая большой палец вверх. Дети начали по очереди подходить к ним и делать всё по инструкции. Либо Эдди был прирождённым лидером, либо они ещё не знали, как себя вести с новым вожатым. Мэнсон больше склонялся ко второму, но надеялся, что звание вожатого всё же прибавляет ему немного авторитета в их глазах. Макс подошла к ним, таща за руку брюнета. — Привет, Эдди, — она улыбнулась, повернулась к Майку. — Майк, — кивнула. — Привет, ты в первом отряде, а твой друг… — Эдди сделал паузу, ожидая ответа от парня. — Уилл Байерс, — отвечает тот, и в его глазах Эдди видит надежду. — О, ты тоже в первом отряде. Это Майк, ваш вожатый, вставайте за ним, — он поворачивается к Уилеру, как бы указывая, что вот, именно этот человек их главный на время пребывания в лагере, и видит ужасно бледное и потерянное лицо Майка. — Ты в норме? — голос Макс звучит взволнованно, так же, как звучал бы сейчас голос Эдди. — Ага, — пищит Майк и прижимает ко рту обе ладони. Ребята уходят за его спину, очередь двигается, последние, кто к ним подходят — Лукас и Дастин. Потому Эдди позволяет себе уделить немного внимания Майку. — Хэй, ты в норме? Болит что-то? — Это он, — шепчет Майк, с ужасом глядя на Эдди. Мэнсон непонимающе наклоняет голову. — Кто? — Читатель, — шипит Уилер. — Байерс? — Эдди проклинает себя за нотку иронии в голосе, но сдержать её не может. Друг выглядит забавно в своём кризисе. Позже он обязательно поддержит его, выслушает и даст совет, но сейчас, понимая всю ситуацию, осознавая, почему Нэнси поставила Уилла в отряд к Майку, ещё и так настоятельно… — Да… — Ну… Удачи, что ли? — он хлопает Майка по плечу. — Вы в моём отряде, ребят. — Нас разделили с Макс? — возмущается Лукас. — Все претензии к Нэнси, — Эдди поднял руки ладонями вперёд, а потом снова обратился к Майку. — Давай после отбоя я к тебе зайду и мы всё это обсудим? Хочешь? — Я убью Нэнси, — после кивка шепчет Уилер. Мэнсон поджимает губы. Возможно, из этой идеи старшей сестры что-то и выйдет, но жизнь её сладкой в ближайшие пару дней точно не будет…