Исцеление

У убийц в особняке стояла редкая тишина. Дом будто ещё спал, укутанный тенью и приглушённым светом ламп. Ноли и Кулкид уже были на ногах. Кулкид нервно поправлял рукава, будто собирался в долгое путешествие, а Ноли спокойно проверял всё необходимое — его движения были уверенными, но в глазах читалась тревога. 1х выглянул из коридора, махнул Ноли рукой на удачу и тихо прошептал: — Вернитесь целыми. Затем он вернулся в комнату к Строителю и Шедлетскому, где их гнездо из одеял всё ещё напоминало странный, но тёплый островок безопасности. Строитель уже не спал, а Шедлетский полусонно пошевелил крыльями, будто укрывая их всех от мира. Тем временем Ноли и Кулкид спустились к двери подвала. Тёмный проход выглядел так, словно сам дом не хотел, чтобы туда заходили. Но они всё равно шагнули вперёд. У выживших всё было иначе. Эллиот держал в руках огромный резальщик пиццы, похожий на пилу — металл тихо звенел, когда он двигался. Рядом с ним стояли Джейн Доу, Вироника, Таф, Дуссекар и Севен. Воздух вокруг портала дрожал, словно пространство сопротивлялось их перемещению. Когда они телепортировались, Эллиот сразу оказался рядом с Севеном — почти вплотную. Он не выпускал его из поля зрения, будто боялся, что тот исчезнет в следующую секунду. Севен заметил это, но ничего не сказал. Только бросил короткий взгляд, в котором было и раздражение, и усталость, и что-то ещё — скрытая благодарность. — Не отходи от меня, — тихо сказал Эллиот, сжимая рукоять резальщика. — Я не позволю никому тебя забрать. Разрушенная пиццерия выглядела как призрак прошлого: обугленные стены, перевёрнутые столы, обрывки вывесок, скрипящие на ветру. Воздух пах пеплом и старым тестом, словно само место помнило всё, что здесь происходило. Эллиот шёл впереди, внимательно осматривая руины. И вдруг его взгляд зацепился за знакомую фигуру. Ноли стоял у обвалившейся стойки, спокойный, слишком спокойный для этого хаоса. — Нет… — прошептал Эллиот. В следующий момент Ноли поднял руку. Воздух вокруг Севена исказился, будто его тело начало превращаться в пепел и снова собираться. Кальцинация прошла мгновенно — Севен даже не успел закричать. Его веки дрогнули, и он обмяк, теряя сознание. Ноли подхватил его на руки и шагнул назад, будто всё это было заранее продуманным сценарием. — СЕВЕН! — Эллиот рванул вперёд. Он даже не понял, как в его руках оказался огромный резальщик-пила. Металл взвыл, когда он побежал, перепрыгивая через обломки, разбрасывая кирпичи и доски. Его лицо было перекошено яростью и страхом. Кулкид тем временем гулял по району с Вироникой, словно это был обычный день. Они обсуждали какие-то мелочи, он смеялся, показывал ей странные фокусы, а она удивлялась и хлопала в ладоши. Но внезапно Кулкид услышал звук. Гул пилы. Крик Эллиота. Он повернул голову и увидел, как Ноли уносит Севена на руках, а за ним, словно безумный, мчится Эллиот с огромным лезвием. Кулкид застыл. Его улыбка исчезла, руки задрожали. — Д-дядя Ноли…? — прошептал он, не понимая, что происходит. Он впервые увидел Эллиота таким. Не спокойного, не странного, а настоящего — опасного, отчаянного, готового на всё. Ноли на мгновение остановился, почувствовав знакомое присутствие. Он повернул голову — и увидел Кулкида, стоящего у развалин, с широко раскрытыми глазами. Их взгляды встретились. — Кулкид… — тихо произнёс Ноли. Он щёлкнул пальцами, и рядом с ним раскрылся небольшой, нестабильный портал — словно трещина в воздухе. Аккуратно, почти бережно, Ноли передал спящего Севена Кулкиду на руки. — Держи его. И… не вмешивайся, — прошептал он. Кулкид прижал Севена к себе, как ребёнка, и молча кивнул, хотя внутри у него всё дрожало. В тот же миг раздался рёв металла. — НОЛИ!!! — голос Эллиота был сорван, почти звериный. Он мчался через руины, размахивая огромной пилой. Его глаза были расширены, дыхание сбилось, движения стали резкими и хаотичными. Он прыгнул вперёд и резко взмахнул оружием. Лезвие задело плечо Ноли. Тот отшатнулся, на тёмной ткани проступило красное пятно, кровь медленно потекла вниз. Ноли даже не поморщился. Только тихо выдохнул. — Ты потерял контроль… — сказал он спокойно, словно наблюдая за экспериментом. Эллиот бросился снова, но в этот момент мир вокруг него исказился. В воздухе появилось сразу несколько Ноли — десятки, сотни. Они стояли, шли, смотрели на него с одинаковым спокойствием. — Что… — Эллиот заскрежетал зубами. — Где ты?! Он метался между клонами, размахивая пилой, разрезая воздух. Клоны исчезали, рассыпались дымом, но тут же появлялись новые. Ноли тем временем медленно изменял свой облик. Его силуэт стал другим, черты лица смягчились, волосы и форма тела начали напоминать Севена. Если бы не отсутствие демонического хвостика и красных глаз, его можно было бы принять за него. Он подошёл ближе, оставаясь в тени иллюзий. — Эллиот… — произнёс он голосом, почти копирующим Севена. — Это я. Эллиот резко замер. Пила в его руках дрожала. — …Севен? — хрипло прошептал он, и в его голосе впервые прозвучало не безумие, а страх. Эллиот хотел что-то сказать, но не успел. Ноли шагнул вперёд и внезапно обнял его, крепко, почти по-настоящему. Иллюзии вокруг начали таять, клоны исчезли, оставив их одних среди руин. — Ты обезумел, Эллиот, — тихо сказал Ноли, не разжимая рук. — Ты бы разрушил всё вокруг, лишь бы дотянуться до него. Эллиот сжал пальцы на рукояти пилы, потом медленно опустил её. Его голос был хриплым: — Ради Севена… я сделаю всё. Он дал мне смысл жить. Когда я был пустым — он был рядом. И я… я не позволю никому его забрать. Он говорил почти с отчаянием, словно признание вырывалось из него само. Вся их странная история — постоянные конфликты, борьба, напряжение — давно превратилась в нечто большее, чем просто союз. В привязанность, которую он не умел называть. И в этот момент Ноли почувствовал, как в его ладонь впивается что-то острое. Небольшой нож, скрытый в пальцах Эллиота. — Ты никогда не заменишь Севена, — прошептал Эллиот, глядя ему в глаза. — Никогда. Ноли не отстранился. Наоборот — он обнял его ещё крепче и наклонился к его уху. — Я и не пытался, — спокойно ответил он. — Ты слишком хорошо его любишь, чтобы его можно было заменить. Эллиот замер. Его рука дрогнула, и давление ножа ослабло. Ноли медленно отпустил Эллиота, но не отошёл далеко. Его голос стал мягче, почти отстранённым, словно он говорил о чём-то вечном и далёком. — Я всего лишь безликое божество, — сказал он тихо. — Мне интересно наблюдать за судьбами смертных. Твоей. Севена. Кулкида. Он посмотрел в сторону, где исчез портал, и добавил: — Вы для меня дороги. Каждый по-своему. Эллиот стоял, опустив голову. Адреналин ушёл, и усталость навалилась всей тяжестью. Пила в его руках показалась вдруг слишком тяжёлой, как и все мысли, что он держал внутри. Он сделал шаг вперёд и, не говоря ни слова, позволил Ноли обнять себя. Ноли не удивился. Он просто поддержал его, как будто это было самым естественным поступком. Когда они дошли до Кулкида и остальных выживших, Ноли уже выглядел снова собранным и спокойным. Кулкид сидел на обломке стены и болтал ногами, а Вероника и Таф переговаривались неподалёку. — Нам пора возвращаться, — спокойно сказал Ноли. Он поднял на руки спящего Севена, аккуратно придерживая его голову, словно тот был чем-то хрупким. Кулкид встал и без слов пошёл рядом, поглядывая на Эллиота с лёгким беспокойством. Портал уже начинал открываться, и воздух вокруг дрожал, как перед грозой. Когда они шагнули к нему, Кулкид тихо спросил: — Дядя Ноли… Папа будет в порядке? Ноли взглянул на спящего Севена и на Эллиота, идущего рядом, и ответил: — Да. Он ещё многое должен прожить. Севен медленно пришёл в себя. Его веки дрогнули, и он увидел над собой высокий потолок, залитый мягким фиолетовым светом. По нему были развешаны светильники в форме звёзд, а в центре висела большая лампа, похожая на перевёрнутый полумесяц. Комната была огромной, с полками, странными механизмами, книгами и колбами, мерцающими тихим светом. Эллиот тоже очнулся, но резко дёрнулся и услышал звон металла. Его руки и одна нога были прикованы цепью к массивной колонне. — Серьёзно?! — возмутился он. — Это что ещё за номер?! Где-то под потолком, на подвешенной декоративной луне, сидел Ноли и покачивался, как ребёнок на качелях. Увидев, что они проснулись, он спрыгнул вниз и приземлился почти бесшумно. В тот же миг вспыхнуло пламя, и рядом появился Кулкид. Он тут же бросился к Севену, присев рядом и тормоша его за плечо. — Пап, ты в порядке? — быстро спросил он, в глазах было видно беспокойство. Севен приподнялся на локтях и слабо улыбнулся. — Да… вроде да, — тихо ответил он. — Голова немного кружится. Ноли подошёл ближе, внимательно осматривая их обоих, как врач, проверяющий пациентов. Его взгляд был спокойным, но настороженным. — Рад, что вы проснулись, — сказал он. Эллиот дернул цепь ещё раз. — А меня зачем приковали?! — резко спросил он. — Я что, преступник? Ноли посмотрел на него без злости, но и без улыбки. — Пока да, — честно ответил он. — Ты был нестабилен. Ты мог навредить себе, Севену или другим. Я не уверен в твоих действиях, поэтому ты будешь привязанным. Временно. Эллиот сжал зубы, но ничего не ответил. Он знал, что в словах Ноли есть правда, и это злило его ещё больше. Кулкид прижался к Севену, обняв его за плечо. — Он правда ничего плохого не сделает, — тихо сказал он, глядя на Ноли. — Эллиот просто… слишком переживает. Ноли кивнул, но цепь не исчезла. — Я знаю, — ответил он. — Именно поэтому он здесь, а не в другом месте. Ноли наклонился ближе, и его длинный язык медленно скользнул по воздуху, как у змеи. Он провёл им по щеке Эллиота, затем по щеке Севена, будто проверяя их состояние каким-то странным, своим способом. Кулкид резко отвернулся, нахмурившись. — Фу… дядя Ноли, это странно, — пробормотал он. Эллиот дёрнулся, но быстро взял себя в руки. — Мог бы просто спросить, как мы себя чувствуем, — недовольно сказал он. Ноли лишь усмехнулся. — Это тоже способ узнать, здоровы ли вы и в порядке, — спокойно ответил он и отступил на шаг. Севен только вздохнул и прикрыл глаза, стараясь не реагировать. В это время в тренировочном зале особняка Гость и Слэшер работали как слаженная команда. Гость бил манекены кулаками, отрабатывая удары, а Слэшер резал их ножом, точно и аккуратно. Они двигались почти синхронно, прикрывая друг друга. В какой-то момент один из механических манекенов резко дёрнулся и «набросился» на Слэшера. Гость мгновенно отреагировал: отбил его ударом и подхватил Слэшера, когда тот почти потерял равновесие. Слэшер кивнул ему в знак благодарности, и тренировка вскоре закончилась. Он сел на скамью, достал блокнот и написал: «Мне понравилось. С тобой я чувствую себя хорошо.» Гость прочитал, улыбнулся и, не раздумывая, осторожно снял с него маску. Он наклонился и мягко поцеловал Слэшера в лоб. Слэшер слегка покраснел, опустил взгляд и аккуратно закрыл блокнот. Но по его расслабленной позе было видно — рядом с Гостем он чувствовал себя безопасно.