Секрет царицы

- Вашество, - Кира склонилась к своей родственнице. – Ты мне лучше объясни, что делать с тем, что во мне проснулось? Я, знаешь ли, не хочу чтобы продолжался этот кошмар, когда я себя не контролирую, зато контролирую толпу лаборантов! - Скажи спасибо своей покойной матери. С самого начала пичкала тебя зельями, чтоб не заработало семейное проклятие, как она это называла, - царица протянула руку и подхватила Киру за подбородок. – Самый лучший способ – несколько раз подвергнуть бедных лаборантов пыткам красотой и родовой магией, а потом, возможно, научишься ее контролировать. - Другой способ нужен, - Кира отстранилась, откидываясь на спинку. – Я не могу подвергать подчиненных опасности и выдерживать столько внимания. - Кира! Шемаханская ты или нет?! – Древняя ведьма недовольно хмыкнула и ткнула мундштуком в Ивана Степановича. – Ваша вина, между прочим! - Моя?! – Он в ответ удивленно снял очки. - Да. Не втюхались бы в мою Киру, давно бы сила в норму пришла. - А перед этим все НУИНУ стало бы гнездом разврата. Вот уж нет, - Кира сложила руки на груди. - Так ты, ежели помнишь, что делала, как могла не контролировать себя, хотя бы немного?! - Немного и контролировала, - потупив взор произнесла Кира. – Подпустила к себе только одного. Киврин смущенно надел обратно очки, опустив голову. - Ага. И он тебя и вырубил. Нужен тот, кто подвластен твоим силам. Как по мановению палочки дверь открылась. Донельзя смущенный Сатанеев принес папку. Он активно ею прикрывал лицо. - Товарищ Шемаханская! Работу вот закончил, сдаю. - Апполон Митрофанович, что-то папка тонковатая, - на лице Киры значилось «только не он». – Вы идите обратно, дополните. Сатанеев нахмурился, недовольно посмотрел на директора и вновь замер, смотря ей прямо в глаза. Перед ним была та прекрасная картина, где Шемаханская возлежала на столе. На том самом, который сейчас был за ее спиной. Подойдя ближе, Сатанеев потянулся было снова целовать руки, но что-то пошло не так. Медленно опустившись на колено, он сжал в объятия ее ноги. А затем неспешно стал подниматься вверх, скользя щекой по бедру. Он прижал Киру к краю столешницы и замер. Иван Степанович напрягся, но его за плечи удержали когтистые пальцы. - Моя царица, когда же вы меня накормите, да спать уложите? – Кира отшатнулась от зама. Сатанеев внезапно вскочил, придвинулся к ее шее, обнюхивая. - Что же вы творите, прелестница… Кира прикрыла глаза, представляя, что это далеко не Сатанеев. А затем шокированно распахнула веки и вцепилась в плечи Апполона Митрофановича, отталкивая его. Киврин, вместе с Жаном, оттащили Сатанеева от Киры. - Все, больше никаких экспериментов! – Иван Степанович бросился к Кире и прижал к своей груди. - Кира, ты высосала из него слишком много, он так умом тронется. Я же сказала, не переусердствуй над одним несчастным, - царица вытащила из сумочки маленькую баночку. - Моя царица! Я всегда мечтал попробовать вас на вкус! Божественно! Это превосходно! - Ты пила зелье? Почему не сказала? Ты же абсолютно окостеневшая была, реакции никакой. Дура, - в сердцах выкрикнула древняя ведьма, смотря на то, как Кира закрывает шею, протянула флакон. – Возьми элексир из яблочек, смажь и все пройдет. - Не нужны мне никакие элексиры! Я собой быть хочу! - Да как можно быть собой, отвергая родную сильную кровь?! Сгоришь! – Царица насильно стала смазывать повреждение, удерживая правнучку за плечо. Кира бросила взгляд на ошалелый ответный от Сатанеева. - Вашество, помогай. Перемани на себя. - Эн нет. Ты его первая околдовала. Только тебе и будет подчиняться. Хочешь ты этого или нет. Иначе обратится обожание в еще большую ненависть. Киврин осмотрел рану Киры – большой синяк разливался по длинной белой шее. - Больше никаких Сатанеевых. - Она права, Ваня… во всем права. - А я против! - А кто ты такой, что твое мнение должно интересовать? – Царица вырубила пострадавшего Сатанеева одним щелчком пальцев. - Отбросьте вашу эту чепуху. Магия – древняя магия – не шутки и наукой не изучаема. С ней нужно дружить. Затем она махнула рукой, и в ящике директорского стола взорвались склянки. - Хватит пить эту отраву, Карин. - Я Кира… - Ты – дура. - Перестаньте, в конце-то концов, - Иван Степанович погладил Киру по спине. – Ей и так тяжело, а вы еще давите на нее. Ведьма выдохнула и нерешительно похлопала правнучку по плечу. - Кира, душа моя, обещай, что не будешь больше травить себя. Сейчас перемучаетесь, потом будете вспоминать и шутить. Но то, что творит твоя скачущая сила с человеком – ненормально. Кира кивнула и слабо улыбнулась. - С завтрашнего дня буду принимать реже и меньше. - Вот, это мазать на этот кошмар, - царица протянула Киврину флакон. – Сама она опять забудет. Только! Главное, ты в это место ее не целуй. Нельзя, чтобы это лекарство тебе в рот попало, Иван. Понял? Киврин рассеянно кивнул, обнимая Киру все крепче.

***

Днем перед праздником Кира планировала спокойно поработать, но даже подумать не могла, что ей это не удастся. Ее прабабка заявилась со своим Жаном, который был нагружен брендовыми заморскими пакетами и кульками. И кабинет Киры превратился в бутик с подиумом. Не буквально, конечно, но именно так она себя и чувствовала под взглядом Царицы. - Посмотри, как тебе идет, а? Она приобняла Киру за плечи и посмотрела вместе с ней в зеркало. - Все равно, чувствую себя не в своей тарелке… - Дорогая моя, тебя просто не научили везде чувствовать себя уверенно. Кира провела рукой по платью, ткань, полностью расшитая пайетками, сверкала в свете ламп, струясь до пола. - Ивашке твоему зато понравится, - как бы невзначай бросила царица. - Вашество, если быть до конца честной, то твой Жан… тот же Ивашка. Это же буквально… - Много ты понимаешь, Кира, разницу между русским Ивашкой и французским Жаном, - Царица резко оборвала правнучку. – У него богатая семья. А твой Ивашка… - Бабуля… Зато он не поддается моей магии. Замечательный человек… Нежно меня любит. Царица закатила глаза. - Вот, еще туфли эти примерь. Кира взяла обувь и повертела в руках. - Каблук уж очень большой, вашество. - Ноги визуально удлиняет, - царица снова ткнула туфли в руки правнучке. – Красиво! - Я стараюсь не надевать больше своего обычного… - мялась Кира. - Ты, чего это, боишься, что Ивашка твой сбежит? Не нравились бы высокие женщины - даже бы не подошел к тебе. Кира ощутила, будто краснеет. Туфли на тонком каблуке выглядели словно были из чистого серебра, украшенные полосой из камней. - Давай надевай. - Не солидно как-то, такие дорогие. - Кира. Это праздник, а не работа. Разочек можно. Я уеду, опять влезешь в свои эти невзрачные костюмы и дурацкие дешевые туфли. Вздохнув, Кира наклонилась и надела выданную обувь. - Может есть что попроще, в плане платья? - Да, - царица даже спорить не стала, пожав плечами. – Натуральный шелк, декольте, юбка твоей любимой длины. Она извлекла красивого фиолетового цвета наряд. - Натуральный шелк?! Я… - На свои научные зарплаты вы с Иваном тебе на такое платье никогда не наскребете. Пользуйся, пока прабабка добрая. - Да и носить это все здесь негде… - Дома порадуешь обездоленного. Где еще на такую ведьму посмотрит? - В каком смысле? На других ведьм пусть не смотрит! – Возмутилась Кира. - Моя девочка, сразу видно, - царица посмеялась и отставила пакеты в дальний угол кабинета. – Дома остальное померишь. А то уже идет благоверный. В кабинет постучали: - Кира Анатольевна, там все заждались, - прозвучал голос Ивана Степановича. – Ты ведь открываешь. - Я не готова… Царица молча открыла Ивану дверь, а сама покинула кабинет. Киврин обомлел, увидев глубину выреза на спине Киры, ткань висела качелью, а с плеч свисали мягкие шелковые отрезы. Кира обернулась и смущенно опустила глаза. - Перебор, я знаю. Мне нужно сменить платье на менее вызывающий наряд. Иван просто стоят с открытым ртом. Он незаметно наложил чары на дверь и подошел ближе. - Ты чего? Ваня, перестань, - Кира потрогала на себе платье. – Пугаешь меня. - Кира, ты выглядишь как греческая богиня. - А должна – как директор НИИ. - Кому должна? - Ваня… Сам знаешь, кому должна. Киврин поймал проходящую мимо него ведьму за талию и одним движением помог платью соскользнуть с женских плеч на пол. - Иван Степанович, я хоть и ведьма, но далеко не из романа Булгакова, чтоб на Бал голой приходить, - Кира платье даже удерживать не стала, перешагнула и вздрогнула, когда поняла, что Киврин, наоборот, поднес ей заранее подготовленное фиолетовое платье и хочет помочь одеться. Уже немного раззадоренная, Кира недовольно втянула воздух носом. Она ожидала, что ее заместитель просто воспользуется ситуацией. Но, до мозга костей воспитанный Иван лишь помог надеть другое платье – более строгое и только по середину икр – и принялся застегивать на Кире океан маленьких пуговичек. Шелк на теле чувствовался приятно. - Фиолетовое тебе тоже к лицу, - закончив, Иван придирчиво осмотрел внешний вид Киры, отметив, что ее новые серебряные туфли сюда идеально подходят. – И туфли просто потрясающие. Чтоб через полчаса тебя на руках носить. - Дурак… Не дождешься.