Сын Ишаны

Вся арена скандировала чье-то имя. - Палавиан! – кричали они. Видимо, здесь оно имело большую популярность, нежели за пределами этого места. Тот человек, чье имя было на устах каждого, с надменным видом восседал на самопровозглашенном троне. Глаза с большей долей высокомерия и меньшей презрения оглядывают присутствующую публику. Его правая рука медленно поднялась и вся арена стихла. - Друзья мои! – начал он свою речь, - Спасибо всем за ваше присутствие. Один факт того, что вы все здесь уже греет мою душу и радует глаз. Как некоторые уже знают, сегодня отмечается ежегодный праздник Богини кровопролитий – Ишаны. Так не будем же заставлять нашу госпожу долго ждать и отпразднуем этот день кровью! – вскричал он под конец и тысячи зрителей взбудоражились пуще прежнего. Лица каждого скрылись под масками. Все как один черны и залиты кляксами крови под свой манер. И лишь прорези для глаз могли уличить их принадлежность к человеческой расе. Однако и среди всех этих черных масок были те, кто весьма отличались от всех остальных. - «Раслер, прием. Как слышно?» - едва слышимо, почти шепотом заговорила одна из масок. - «Проверка связи... Капитан все работает. Остальные?» - получил он ответ. - «Эйла тут.» - «Вэя на связи.» - «Отлично. Приступаем к операции,» - маска слилась с толпой и растворилась в тени. - «Стой, кэп. А название?» - «Сейчас не самое лучшее время для этого, Раслер.» - «Ой, да лааадно, давай. У тебя это лучше всех получается.» - «Мне тоже интересно!» - в разговор вклинился женский голосок. -«Ох, ладно. Отряд, приступаем к миссии “Багровый закат”!» Вдруг вся арена погрузилась во тьму. В центре появилась большие голографические экраны, направленные на все стороны. Сама сцена опустилась вниз, чтобы зрителям было удобнее смотреть. - Итак, дамы и господа. Начинаем… - в голосе Палавиана чувствовалась некая сладость и страсть, которая пришлась по вкусу зрителям. Весь свет озарил нижнюю сцену, на которой появилось около сотни людей. Они были слегка озадачены, но, тем не менее, продолжили делать то, что и до этого. Оргия не остановилась даже под аккомпанемент взбудораженных голосов тысяч присутствующих и безумно красивой музыки. Окруженные тьмой и находясь в центре всеобщего внимания, они придались утехам уже с большей страстью. Музыка все играла, заводя их сознания в глубины удовольствий, а стоны, делая все громче. Но вдруг по краям стен нижней сцены открылось множество округлых дверей. Из тьмы быстро выскочили маленькие тени, разглядеть которых было практически невозможно. Их становилось все больше и больше, но те почему-то лишь кружили вокруг этих юношей и девушек, не показывая себя свету. Все пребывали в экстазе, они с безумной похотью в глазах смотрели друг на друга, ласкали и гладили. Даже принадлежность к разным расам никак не останавливала их. Вдруг музыка переменила свой ритм и заиграла по-иному. Более страстно и более пугающе. Свет, что покрывал всех участников в нижней сцене теперь сузился на четверть, погружая оставшихся с краю во тьму. Музыка резко стихла. Сцену оглушили внезапные крики, которые на секунду перебили стоны тех, кто находились в центре. Но лишь на секунду, и музыка заиграла снова. Так же мелодично, но уже быстрее набирая свой прежний ритм. И только подходила очередная кульминация, как свет снова сузился. Музыка резко оборвалась, не доиграв последних нот, но их заменили очередные дикие вопли, которые так же быстро утонули в заново начавшейся музыке и стонах. В центре осталась уже половина от всех участников. Но складывалось ощущение, будто их вообще не беспокоило то, что происходило вокруг. Важно лишь то, что происходит сейчас. А прямо сейчас их сердца утопают в страсти и похоти. Еще одна кульминация и свет уже потух полностью, но музыка в этот раз не остановилась. Зрители с трепетом в своих сердцах ждали развязки происходящего. А когда свет снова озарил сцену, вся арена возбужденно закричала имя Богини кровопролитий. - Ишана! – кричали они, глядя на практические изглоданные трупы несчастных, которым не посчастливилось оказаться с краю сцены. Но ближе к центру плоть на трупах частично сохранялась, что даже можно было разглядеть внутренние органы. Они застыли в тех позах, в которых находились в момент своей смерти. Ну а крови было много. Она ручьями стекала к самому центру, где все еще были выжившие. Ближе к центру так же и оставались те, кого лишь покусали или оторвали часть плоти, но при этом оставили в живых. А уж счастливчики в эпицентре просто искупались в крови. И те, казалось, были только рады этому. - «Твою мать…» - произнес кто-то из масок. - «Мда. Фанатизм до добра не доведет.» - «Не отвлекаемся. Продолжаем операцию» - А-ха-ха-ха. Зрелище достойно для глаз Богини Ишаны. Ну а эти звуки, услада для ушей, да и только, – зазвучал голос Палавиана. И даже участники на сцене отвлеклись на него, и пришли в себя. Однако сознание все еще пребывало в полувозбужденном состоянии, так что они до конца не поняли происходящего. - Внемлите грешники! Богиня Ишана дарует вам последний шанс. Омойте кровью сердца свои и пролейте кровь врагов своих. И тогда она примет вас! – как только он закончил, сверху на сцену начали падать мечи. В точь рядом с каждым выжившим. Те, кто до конца не оклемались все ещё сидели с полузакрытыми глазами и с застывшей улыбкой на лице. Ну а те же кто, смогли прийти в себя, быстро схватили мечи. Интересно было то, что никто из присутствующих не запаниковал, а просто принял происходящее, как есть, идя с ним под руку. Заиграла музыка. Выжившие напряглись. Они уже видели, как скользили маленькие тени по краям платформы, и как сверкали их красные глазки. Они начали отступать назад, ближе к центру. Все израненные, голые и полностью в крови, со стальной решимостью держали в руках мечи. Глаза некоторых из них горели страстью и желали продолжения. Нашлись же и те, чья психика попросту не выдержала такого зрелища. Круг света всё сужался, а музыка набирала свою ритмичность. Руки многих дрожали, кто-то пытался спрятаться среди трупов, кто-то просто сидел, так и не отойдя от шока. Музыка достигался кульминации и свет потух. Однако тут же включился. В этот раз он мигал. Что бы зрители мог ли частично видеть то, что происходило. Крики и вопли снова смешались с музыкой. Порою проскальзывал редкий визг убитого существа. Свет мигал все чаще, криков становилось все меньше. И все будто бы шло к концу, осталось продержаться всего пару секунд и этот кошмар закончится. Но огни погасли, так же как и надежды в их сердцах. Трибуны затихли, ожидая предстоящую картину. Но музыка все еще продолжала играть. Значит еще есть выжившие. И вдруг посреди тьмы появились маленькие искры, едва заметные с трибун. В самом центре будто загорелся огонек. И сколько бы теней не пыталось его перекрыть, он не потухал, до тех самых пор, пока музыка не стихла. Загорелся свет. Воцарилась гробовая тишина посреди трибун. - «Раслер, видишь это?» - «Еще бы такое не видеть!» В центре был обугленный круг, посреди которого стоял юноша, руки и ноги которого были в массивных кандалах. Складывалось ощущение, будто они весят даже больше, чес сам этот мальчишка. Но с виду и правда, лишь мальчишка лет шестнадцати не больше. Взъерошенные черные волосы, худощавое тело с отсутствующей плотью в некоторых местах. И ярко горящие зеленые глаза. Но зрителей привлеки не его горящие жизнью глаза и не изнеможённое тело, а руки, что полыхали огнем. Помимо этого, сзади красовалось странное ярко-зеленое кольцо, которое опоясывало всю его спину. Будто что-то вживили прямо под плоть. Кровь медленно начала стекаться к его ногам. - Где я? – вдруг, придя в себя, спросил он. Но ответом была лишь тишина. Вокруг была лишь тьма и пугающая тишина. Зрители смотрели в трепетном ожидании. Все думали, что это лишь часть задуманного шоу. - Че происходит!? – истерично закричал он в пустоту. И шоу продолжилось. Круг света снова сузился до размеров, в который вмещался лишь один человек. Напуганный, мальчишка стоял в центре без возможности шевельнуться. Вокруг мелькали красные глаза. Много красных глаз. Казалось, он был в безопасности, но существа начали проявлять себя внезапными и проворными прыжками прямиком к нему. Клыками, цепляясь за плоть и пытаясь оторвать хоть кусочек. Но мальчишка тут же схватывал их и отрывал от себя вместе с плотью, попутно сжигая мелких тварей. Те неприятно визжали и растекались в руке. Теперь твари пытались прыжками сбить его в тень, туда, где свет не смог бы их достать. Но юноша вовремя перехватывал их и сжигал в руке. Круг на его спине вдруг загорелся желтым, а огонь на одной из рук потух. Да и твари, видимо, просто игрались со своей жертвой, потому что секунду спустя на него набросилось сразу несколько, и с легкостью смогли столкнуть того к краю. Тело мальчишки полностью скрылось во тьме вместе с его огнем. И немногие заметили, как с его рук спали оковы. Всё снова стихло. - «Нас провели!» - вдруг зазвучал женский голос. - «В смысле?» Послышался множественный визг существ, а из тьмы появилась когтистая и костлявая рука без какой-либо плоти, в которой дрыгалось мелкое существо в жалких попытках спастись от кары. Во тьме же ярко загорелось красное кольцо. Мальчишка снова показался в свету, чем удивил многих зрителей. Однако от него можно было сказать мало что осталось. Но в тот же миг он начал пожирать тварь, которую держал в руках. Тело его начало разрастаться плотью, голые кости покрывались мышцами и кожей, и на этом не останавливалось. Теперь он сам больше походил на какое-то существо. Трансформация произошла медленно и мучительно для него. И теперь на сцене стоял уже не изнеможенный мальчишка, а сущность, которую даже сложно было описать. Двухметрового роста с практически белоснежной кожей, половина головы, начиная с носа и заканчивая затылком, закрыта подобием шлема под цвет тела с заостренными шипами позади. Вся задняя часть тела усеяна шипами, на которые натыкались мелкие твари. И когти, лезвие которого, судя по всему, предназначено для рубки всего живого. - Возрадуйтесь, друзья мои, ибо вы можете лицезреть воплощение одного из сыновей Богини Ишаны! Нижняя сцена начала подниматься пока не достигла одного уровня с трибунами. Зажегся свет во всей арене. Вся кровь, которая стекла к центру, теперь словно дождь прошлась по всем трибунам под восторженные крики зрителей. - Омой свое сердце кровью, сын мой! – тихо и страстно произнес Палавиан. Барьер, что отделял арену от трибун, исчез. Снова заиграла музыка, и свет снова начал свою борьбу с темнотой за право на существование. Оркестр криков и воплей начал свою игру.