Часть 1
10 января 2026 г., 20:42
Бар был почти пуст. Слишком рано для тех, кто приходит забыться после работы, и слишком поздно для тех, кто ещё верит, что алкоголь — это развлечение, а не необходимость.
Лора сидела у дальнего столика, спиной к стене. Привычка. После похорон Пита она вообще делала всё по привычке, не задумываясь. Чёрное платье, тёмные волосы собраны в хвост, перед ней — уже не первый стакан. Виски жёг горло, но боль внутри была сильнее.
Она потеряла Йена.
Потом потеряла Пита.
Порядок был важен, даже если от него ничего не менялось.
Йен ушёл тихо — без почестей, без флага, без строя. Пит — как положено: форма, оружейный салют, тяжёлые взгляды сослуживцев.
Лора налила себе ещё. Рука не дрожала. Слёзы закончились где-то между моргом и кладбищем.
Дверь бара открылась, впуская холод и шум улицы. Лора не сразу подняла взгляд — звук шагов был слишком знакомым. Тяжёлые, уверенные, без суеты. Такие шаги не теряются даже в шуме города.
Хенно.
Он был в форме. Не парадной — рабочей. Как будто похороны были не концом, а очередным пунктом в графике. Он прошёл мимо, не заметив её, сел за стойку и коротко сказал бармену:
— Виски.
Голос ровный. Чужой.
Лора горько усмехнулась. Мир может рушиться, города — гореть, но Красная Команда выполнит обязательный ритуал. После похорон своих братьев по оружию они пойдут напиваться в бар. Даже если от команды остался один человек.
Сейчас из Красной Команды остался только Хенно.
Все остальные — мёртвые.
Пит.
Малыш Джейми.
Рики.
Она снова усмехнулась, но на этот раз внутри что-то хрустнуло. Она потеряла двоих. Хенно — троих. И это только в этот раз. А сколько имён он похоронил за всю службу? Скольких помнил? Скольких перестал помнить, чтобы не сойти с ума?
Он сидел, слегка ссутулившись, локти на стойке, стакан с виски неподвижен. Не пил сразу. Смотрел куда-то перед собой, как будто там, на потёртом зеркале за баром, можно было увидеть тех, кто ушёл.
И именно в этот момент Лору пронзила мысль — холодная, резкая, чужая, но слишком логичная, чтобы от неё отмахнуться.
А если это он?
Если Йена убил Хенно.
Мысль была кощунственной. Почти предательской. Но она возникла и не уходила.
Для Хенно Пит был братом. Не по уставу — по крови, по выживанию, по тем моментам, когда прикрываешь спину, не задавая вопросов. Ради Пита он был готов на всё. Абсолютно на всё.
Лора вспомнила больничный коридор. Запах антисептика. Сумку с деньгами, которую Хенно принёс — слишком тяжёлую, слишком вовремя. Вспомнила его руки. Сбитые костяшки. Тогда она не спросила. Не захотела знать.
А ведь мог.
Если бы он узнал про неё и Йена. Если бы решил, что Йен — угроза. Для команды. Для Пита. Для порядка, который Хенно всегда держал железной рукой.
В Красной Команде он был богом. Не по званию — по факту. Именно он был для них командиром, даже если формально командовал кто-то другой. Он принимал решения. Он ставил точки.
Лора посмотрела на его спину. Широкую, напряжённую, будто на неё всё ещё давил вес бронежилета и чужих жизней. Если бы он был убийцей, он сидел бы точно так же. И если бы он был невиновен — тоже.
Она допила виски до дна, резко поставила стакан на стол. Звук получился слишком громким, но Хенно не обернулся.
Лора встала, прошла к стойке, остановилась рядом, не глядя на него. Бармен вопросительно посмотрел, но она покачала головой.
— За тебя, Пит, — сказала она тихо, но чётко.
— За тебя, Йен.
Пауза.
— За Красную Команду.
Она подняла воображаемый тост, не чокаясь ни с кем. Хенно наконец повернул голову. Их взгляды встретились. В его глазах не было оправданий. Не было вины. Только усталость, в которой можно было утонуть.
Он молча поднял стакан.
И этого было достаточно.
