Побеждая себя.

За затонированным стеклом мелькают деревья и знаки, но рассмотреть их - задача из ряда невозможных.

***

Машина едет на огромной скорости. Отец Натаниэля никогда не отличался сдержанным темпераметром, тем более, сейчас он сгорал от желания побыстрее избавиться от сына. Испытывая судьбу, Нат кинул быстрый взгляд на отца. Хмурый взгляд, пальцы, постукивающие по рулю. Видимо, присутствие ребёнка настолько напрягло старшего Веснински, что он решил сплавить его на три недели за город. Сейчас не лучшее время для риска, что Натан прекрасно понимает. А сын - это риск. Хотя, Натаниэль не был согласен с этим. Неужели он похож на самоубийцу, что бы что-то вякать, пока отец не в настроении? Вернув взгляд к окну, младший заметил одну забавную деталь: Сколько полицейских машин проехало мимо, хотя они едут на встречу тачке с затонированными стёклами. Менты остановили бы каждого, но на них просто забивали. И правильно делали. Вообще, сейчас Натаниэль думает о чём угодно, кроме этой поездки. Хоть о сумках, которых было на удивление много. Целых три. Он ожидал, что поедет с одной. Но перед тем, как направиться по маршруту, Мэри, мать Ната, уговорила мужа заехать в магазин. Так что, около семидесяти процентов одежды и всяких вещей были куплены буквально час назад. Хотя, сын убеждал мать, что ему с головой хватит и этих вещей, но та была неприклонна. За время трехчасовой поездки родители даже поговорили с ним. Правда, разговор был односторонним. Натан почти выплевывал слова, сжимая руль. Он не доверял Натаниэлю, поэтому раз в десять минут, всё агрессивнее и агрессивнее, Веснински повторял одно и то же: "Поменьше открывай рот. Узнаю, что что-то скрываешь или наоборот разбалтываешь - отравишься на другой отдых, но уже навсегда". Мэри же с глубоким выдохом перефразировала слова мужа. Но когда уловила, что эти выдохи начинают его бесить, перестала. Просто монотонным голосом твердила: "Не говори ничего о нашей семье. Ни о том, что происходит дома, ни о том, чем мы занимаемся". И заканчивая монолог, она поворачивалась к сыну, что бы увидеть молчаливый кивок и развернуться обратно. Последние тридцать минут они ехали в тишине. Почувствовав облегчение, когда машина остановилась, Натаниэль поспешил ухватить все сумки за раз и быстро вылезти из машины. Он бы так и побежал к воротам санатория, но отец остановил его коротким "Стоять." Замерев, Нат медленно вернулся. Он не видел выражения лица отца из-за тонировки на стёклах, но мог уловить настроение этого человека по одному его тону. - К счастью, на время твоего отпуска ты больше не мой сын. Надеюсь, твой маленький мозг сможет запомнить, что пока срок не закончится, ты - не Веснински, а Нил Джостен. Документы, справки, всё сделано на это имя. Так что, не оговорись там. - приглушенно отчеканил Натан и даже не попрощавшись рванул с точки. Такой резкости Натаниэль не удивился, и был даже рад, что неприятный разговор закончился быстро, учитывая, что он в нем даже не участвовал.

***

Снег хрустел под ногами, пока уже Нил Джостен шёл в сторону главного корпуса. Еле-еле середина ноября, а здесь, на окраине, уже снега по колено. Тропинки видно не было, поэтому он сам проложил себе маршрут и следовал ему, осматривая окрестности. С его ракурса было видно, что здание состоит из четырёх этажей. Бледно-желтые, чуть потрескавшиеся стены смотрелись неуместно. Слишком много окон, декоративных досок..Перебор. Территория санатория была окружена чёрным высоким забором. Между железными прутьями была натянута сетка. Не совсем похоже на лечебный центр. Единственное, что показалось Джостену действительно лечебным здесь - воздух. Чистый, лёгкий, аж голова кругом пошла. Всё из-за большого количества деревьев. В основном сосен и пихт. Пышные, они возвышались над зданием, устремляясь ввысь. Где-то вдали, под одним из таких деревьев Нил приметил несколько столов с приставленными к ним стульями. Дальше, в глубине - деревянная беседка. Было там что-то ещё, что он не смог разглядеть. А шарахаться по территории места, в котором ты ещё не зарегистрирован - не очень, поэтому, устроив секундую передышку, Джостен закрыл глаза, сделал вдох-выдох и вцепившись в холодную ручку двери зашёл внутрь.

***

В глаза ударил жёлтый свет. Его было настолько много, что Нилу пришлось проморгаться, прежде чем переступить порог. Небольшая заминка сделалась поводом для чьего-то интереса. Через пару секунд к нему подошла женщина в белом халате. Щуплая, низенькая, с серьёзным выражением лица она выглядела забавно. Указав на две свободные лавочки напротив друг друга она удалилась, явно довольная собой. "Помогла так помогла" - подумал про себя Джостен и прошёл к одной из лавочек. Тапочки он нашёл со второй попытки и переодел обувь. Боковым зрением заметив охранника за большой стойкой, Нил сделал пометку в голове, скинул с себя куртку, взял её вместе с ботинками в одну руку, сумки в другую, и нагруженный двинулся вперёд. Своеобразную прихожую из которой Нил только что вышел и большое фойе разделяло подобие арки. Сначала было даже не понятно, куда тут девать верхнюю одежду. Покрутив головой, он немного понял обстановку: Фойе было огромным, на полу была выложена большая белая плитка. Если снаружи стены санатория были бледно-жёлтыми, то внутри бирюзовыми. Слева был длинный коридор, а чуть правее расположилась большая лестница из такой же плитки. Ещё правее, уже на другой стене был ещё один коридор. Далее куча панорамных окон и третий коридор. Прямо перед ним, в паре метров стояло несколько столов, составленных в виде одного длинного. По одну сторону, напротив каждого маленького стола стояло два стула. На другой стороне, напротив каждого такого стола стояло по одному столу. На них раселись врачи и прочий персонал. Всего в ряду их сидело человек 6. Подойдя ближе, Нил сел напротив первой женщины. Таких как он было много, все приезжие регистрировали документы. Правда, они были с родителями. А Нилу нужно выкручиваться. Как они на него смотрели, когда парень оправдывался, говоря, что его родители слишком спешили и не могли пройти регистрацию вместе с ним.

***

Первых четырёх человек пройти было легче лёгкого. Обычные вопросы, по типу "Какая у тебя средняя температура тела? Когда в последний раз болел? Какое у тебя зрение? Какие жалобы, помимо диагноза?". А свой "диагноз" Нил узнал только сейчас. Он передал врачихе папку с документами, после чего она, приговаривая в слух, записала его: "Проллапс митрального клапана..". Что это значит - Нил в душе не чаял. Но решив, что клапаны - это что-то связанное с сердцем, придумал себе жалобы, соответствующие своим догадкам. Пятая женщина спросила с него адрес проживания и кем работают родители. И про адрес, и про работу, он, естественно, соврал. А вот шестая никак не хотела его отпускать. Ей нужна была справка с привиками, которой у Джостена не было. Пообещав, что он попросит её у матери в электронном виде, Нил наконец-то получил помощь с тем, где найти раздевалку. Она находилась справа от входа в здание. Быстро разобравшись, где находятся вещи его отряда, оставил свою верхнюю одежду там, подобрал сумки и поплелся по лестнице на последний четвёртый этаж. Там находился его пятый отряд. Туда входили все ребята с пятнадцати лет и до восемнадцати включительно. Со своими шестнадцатью Нил был золотой серединой. Поднимаясь по лестнице он решал, какую личность примерить. Эти три недели пройдут очень интересно. Он может придумать себе любую историю, любой характер..весь подъем наверх уже не Натаниэль провел в размышлениях.

***

Не удивительно, что с этим магазином и наставлениями Нил Джостен опоздал. Время близилось к середине дня, а он только тут, в то время, как по словам воспитателя, все давно сидят по палатам. Отряд представлял собой длинный коридор, по правой стене которого разбросаны двери, ведущие в палаты. С правого конца коридора - небольшой уголок дежурной медсестры, рядом - тележка, на которой стояло что-то накрытое полотенцем. Около этого поста - дверь в туалет. С левого конца коридора - игровая комната. Как объяснила воспитательница пятого отряда, Бэтси Добсон, именно в этой комнате они будут проводить практически всё своё свободное время. Оказалось, что с контролем здесь всё строго. Всё исключительно по режиму, который огласят чуть позже. Бэтси выглядела приятной женщиной, но слишком мягкой для воспитателя старшего отряда. Оттеснив эти мысли, Нил решил не зацикливаться на этом и спросил, в какую палату ему идти. Всего комнат на этажа было 8, но Добсон сообщила ему, что в этом заезде людей меньше, чем ожидалось. Скорее всего, это связано с предверием Нового Года. Палаты нумировались в порядке с 311 до 319. В каждой комнате по четыре человека. Первые две, под номерами 311 и 312 заняли девушки. А далее 4 комнаты были в распоряжении парней. Две остались пустовать. Воспитательница направила Нила в палату под номером 313. Поблагодарив Бэтси, Джостен направился в указанном направление.

Осталось определиться, кем он будет в этот раз.