Don't you want someone crazy like me, babe?

      Поздний субботний вечер. Женщина, одетая в бордовое атласное платье, которое с горем пополам прикрывало бёдра, с короткими зелёными волосами и изящной, почти хищной стрижкой, расслабленно сидела на высоком барном стуле, лениво закинув ногу на ногу. Белый пиджак-блейзер небрежно свисал со спинки, рукавом почти задевая пол. Лола медленно крутила в пальцах холодный стакан, рассеянно наблюдая, как в голубой жидкости лениво тают прозрачные кубики льда. «Синяя лагуна» была приторно сладкой, почти десертной — алкоголь в ней терялся, растворяясь во вкусе. На фоне приглушённо тянулось что-то вязкое и мягкое, вроде джаза или соула, но музыка совсем не цепляла, проходя мимо сознания, как фоновый шум. Всё вокруг сливалось в одно раздражающе ровное гудение. Хотя мысли всё равно никуда не девались. Музыка никогда её по-настоящему не интересовала. Вот актёрское мастерство — совсем другое дело. Уже в седьмой раз за вечер она вежливо, но с отчётливой холодной твёрдостью отказывала очередному поклоннику. Лола с едва скрываемым раздражением откинулась на спинку стула и медленно, протяжно выдохнула. Неужели именно сегодня в этом чёртовом городе внезапно закончились все женщины? Почему, чёрт возьми, кроме назойливых, пьяных мужчин, к ней за весь вечер так и не подошла ни одна? Боги. Какой унизительно неприятный факт для её израненной, упрямо одинокой души. Словно её мысли кто-то прочитал, совсем рядом раздался низкий, мягкий смешок, аккуратно выдёргивая её из водоворота раздумий. — Я весь вечер наблюдала за тобой, миледи, — лениво протянула незнакомка, устраиваясь на соседнем стуле. — Белль, — коротко представилась она. Лола подняла взгляд и неторопливо окинула женщину оценивающим взглядом с ног до головы. Острые, выразительные черты лица и тёплые карие глаза с лёгким прищуром действительно притягивали внимание — в них было что-то хищное и завораживающее. Может быть, этот вечер всё-таки не так уж и безнадёжен. Белль была одета в белую атласную рубашку с глубоким вырезом, который едва-едва прикрывал грудь, словно нарочно дразня взгляд. — Столько мужчин сегодня к тебе подходило, — продолжила она, ласково усмехаясь. — И всем ты отказывала, посылая их на все четыре стороны, — Она повернулась к подоспевшему бармену и, небрежно оперевшись локтем о стойку, заказала ещё две «Синие лагуны». Когда тот удалился, Белль с лёгкой полуулыбкой вновь повернулась к Лоле. — Так в чём же причина, миледи? Почему такая изящная женщина всё ещё остаётся одна? А это… уже могло быть интересно. — Мне не нужны игры, — твёрдо ответила Лола, нарочито делая медленный, выверенный глоток напитка и не поднимая на собеседницу прямого взгляда. — Я здесь не за знакомствами. Тем более — одноразовыми. — А кто сказал, что я предлагаю именно это? — Белль наклонилась чуть ближе, невесомо скользнув рукой по её колену. От неё потянуло мягким ароматом — ваниль с табаком, кажется. — Я всего лишь хочу составить компанию красивой женщине. Чтобы она не грустила так заметно. Тебе это не к лицу, милая, — Она пожала плечами, откидываясь на спинку стула, и неспешно сделала глоток своей синей лагуны. Лола едва заметно улыбнулась одними краешками губ. — Красивых женщин здесь много, — произнесла она, и это, впрочем, было правдой лишь отчасти. — Но меня заинтересовала конкретно ты, — тут же парировала Белль, не сводя с неё пристального взгляда. Лола театрально вздохнула, закатывая глаза, но прогонять её, разумеется, не стала. Такой джекпот на дороге не валяется. Да и что-то в этом её тоне, в этой спокойной, уверенной манере — без малейшей наглости — было по-своему чертовски притягательным. Они говорили обо всём и ни о чём одновременно — о театре и любимых фильмах, о случайных, почти нелепых историях из жизни, о том, как Лола терпеть не может съёмки ранним утром из-за необходимости подниматься в совершенно нечеловеческое время, и о том, как Белль ненавидит ливни, потому что те вечно и безжалостно срывают её задания. Чем дольше они сидели вот так — утопая в непринуждённых разговорах, лениво склоняясь друг к другу и медленно потягивая один коктейль за другим, — тем отчётливее Лола начинала осознавать, какими сладкими и почти вызывающе манящими выглядят губы собеседницы. В этом было что-то тревожащее и притягательное одновременно, от чего внутри приятно стягивалось. Когда бар начал постепенно пустеть и шум растворялся в полумраке, Лола вдруг наклонилась к Белль ближе, почти касаясь её плечом, и тихо, с едва заметной улыбкой предложила: — Пойдём ко мне. Нам нужно место поуютнее. Белль изящно выгнула бровь, изучая её внимательным, цепким взглядом, но уже через мгновение всё же кивнула. — А я думала, тебя не интересуют знакомства, — лукаво усмехнулась она, чуть растягивая слова. — Давай ты просто заткнёшься, — фыркнула Лола, закатывая глаза. Она небрежно бросила на стол купюру и, уже поднимаясь со стула, на секунду обернулась, проверяя, идёт ли Белль следом. Квартира Лолы оказалась просторной и удивительно тихой — с высокими потолками, тёплым, рассеянным светом торшеров и огромным панорамным окном, в котором переливался огнями ночной город. Лола оставила приглушённое, уютное освещение и, включив на фоне тянущуюся мелодию без слов, не торопясь налила им по бокалу вина. Затем с глухим, мягким стуком поставила бокалы на тумбочку возле кровати в спальне. Белль в это время неспешно расхаживала по квартире, внимательно и с интересом оглядываясь. Проходя вдоль здоровенных полок, уставленных фигурками, книгами и декоративными растениями, она остановилась и задумчиво коснулась пальцами корешка книги с тёмно-бордовой обложкой. — Любишь читать? — Люблю. Дарк-романы, — Лола подошла ближе, скрестив руки и лениво опираясь плечом о стеллаж. — А ты? — Времени не хватает, — мягко усмехнулась Белль, перелистывая несколько страниц. После чего аккуратно поставила книгу обратно на полку. Лола всё-таки не удержалась и осторожно, почти проверяя на ощупь, провела бледным указательным пальцем по заметному шраму над её бровью.  — Откуда это? — тихо спросила она. — Ножевое, — Белль на мгновение прикрыла глаза, когда Лола невесомо скользнула пальцем по её скуле, медленно поглаживая. — Но это не важно. — Это часть тебя, — спокойно возразила Лола. В ответ Белль серебристо рассмеялась. Она перехватила Лолу за запястье и мягко, но уверенно притянула к себе. Их губы встретились в медленном, осторожном, почти исследовательском поцелуе — без спешки и с паузами. Лола почувствовала, как гладкий атлас рубашки Белль скользит под её ладонями, когда она начала неторопливо расстёгивать пуговицы одну за другой, ощущая под пальцами тепло тела. — Ты уверена? — прошептала Белль, когда рубашка соскользнула с её плеч. — Да, — Лола кивнула, чувствуя, как в солнечном сплетении разливается тёплое, приятное напряжение. Она наклонилась вперёд, медленно и бережно, будто пробуя на вкус каждое движение, и осторожно поцеловала сначала шрам, затем веснушку на плече, затем мягкую, тёплую грудь, задерживаясь губами. — Ты так медленно всё делаешь, — прошептала Белль, но в её голосе не было и тени нетерпения — только тихое восхищение и мягкая улыбка. — Потому что ты этого заслуживаешь, — ответила Лола и снова неторопливо провела губами по её груди. Белль вздохнула и, чуть отстранившись, принялась за молнию на платье Лолы. Бордовый атлас послушно скользнул вниз, холодя кожу, обнажил плечи и ключицы, а затем бесшумно упал на пол. Они стояли друг напротив друга в одном лишь нижнем белье, и Белль провела ладонями по талии Лолы, мягко притягивая её ближе. Она осторожно коснулась губами её ключицы, задержалась там на мгновение и шёпотом добавила: — Ты даже красивее, чем я думала. — Я так чертовски хочу тебя, — прошептала Лола, прижимаясь к ней теснее и касаясь губами уголка её рта, едва заметно, дразняще. Они добрались до огромной кровати, не переставая целоваться ни на мгновение. Лола скользнула руками по спине Белль, чувствуя под ладонями каждый изгиб, каждую напряжённую и тут же расслабляющуюся линию её тела. Белль отвечала тем же — её пальцы медленно, изучающе скользили по коже Лолы, будто запоминая её на ощупь. — Ты такая горячая, — прошептала Белль, касаясь губами чувствительной кожи под ухом. Лола задержала дыхание, когда прохладные пальцы Белль легли на её бёдра, задержались там, заставляя сердце биться быстрее. Они не спешили. Их тела двигались в одном ритме с музыкой, растворяясь в ней. Каждая ласка была вопросом, каждый вздох — честным ответом. Лола провела губами по соскам, груди, животу Белль, медленно спускаясь ниже, и Белль сладко застонала, запуская длинные пальцы в её волосы, направляя, но не торопя. — Не останавливайся… — прошептала она почти беззвучно. Когда они наконец соединились, их движения остались такими же медленными и синхронными. Белль лежала на спине, а Лола склонилась над ней, их тела двигались вместе, будто давно знали этот ритм. Они целовались, шептали друг другу слова, смеялись, когда что-то получалось особенно хорошо, и снова возвращались к прикосновениям. — Ты даже не представляешь, как давно я этого хотела, — призналась Лола, когда Белль коснулась её в самом чувствительном месте. — Я тоже, — ответила Белль, целуя её в губы. Они достигли пика вместе — резко, одновременно, с дрожью в теле, — а потом просто лежали, переплетясь, обнявшись, прислушиваясь к тишине и к дыханию друг друга, наслаждаясь близостью, которая не требовала слов. Позже они вышли на балкон — в одном лишь нижнем белье, тесно прижавшись друг к другу, будто всё ещё не до конца насытились теплом. Холодный ночной воздух мягко, почти игриво щипал кожу, всё ещё горящую и чувствительную после каждого прикосновения. Белль закурила сигарету, привычным движением поднеся её к губам, и выпустила тонкую струю дыма в тёмное небо, где мерцали редкие огни города. — Теперь я знаю, что ты не такая уж и недоступная, — усмехнулась Белль, искоса глядя на Лолу. Лола негромко рассмеялась, уткнувшись щекой в её плечо и крепче прижимаясь.  — Дура. — Прогресс, — Белль мягко поцеловала её в макушку, задержав губы в волосах.— Ты меня хотя бы не прогоняешь.