Запретная молитва ведьме.

Зима в тот год выдалась свирепее чем обычно, словно само небо решило покарать землю за людские пороки. Ким Хонджун, молодой чтец из монастыря с копной рыжих волос, которые постоянно привлекали к себе внимание, пробирался сквозь огромные сугробы. Месяц назад его перевели из церкви в монастырь что стоял на окраине деревни, рядом с густым и темным лесом, в котором по легенде живет "Черная Фурия". Так местные жители прозвали ведьму что проживала в этой ледяной пустыне, даже сами селяне боялись лишний раз заходить в лес чтобы нарубить древесины. Уже вечерело, поэтому Ким, старался добраться до монастыря как можно скорее. Но лес шептал молитвы, он был словно голодный зверь. Хонджун сбился с тропы, когда метель ослепила его. Ноги замерзли настолько, что он перестал их чувствовать. Молодой чтец прижимал к себе небольшой блокнот в кожанном переплёте. Было у двадцатилетнего чтеца одно хобби, о котором мало кто знал, или мог догадываться. Он любил рисовать. Рисовать лес, природу и животных, и именно по этой причине он оказался в лесу один. Юноша поднял голову вверх, как только услышал треск откуда-то сверху. Это была ветка которая отяжелела от изобилия снега на ней, от холода он не смог среагировать достаточно быстро, да и огромные сугробы по колено мешали нормальному передвижению, и снег упав с ветви, приземлился точно на голову парню заставляя его упасть. Метель усилилась, и именно в этот момент, когда пальцы рук не могли даже шевелиться Хонджун подумал что тут он и встретит свой конец. —"Господи, неужели это конец? " – Принеслось в голове рыжеволосого когда снег уже засыпал его тело на половину. И вдруг ветер стих. В нос ударил лёгкий запах каких-то трав с ноткой жжёной бумагой, прямо над чтецом раздался нежный и тихий смех. Ким подумал что это сама смерть смеется над ним, но смех прекратился, и сам голос обратился к нему: —Для священнослужителя, ты слишком легко оделся, "Рыжик". – раздался тихий, но все такой же приятный голос. Хонджун поднял голову, и перед собой увидел мужчину, чья красота казалось преступлением. Черные как воронье крыло волосы чуть выше плеч контрастировали с бледной, почти фарфоровой кожей человека напротив. На нем была накидка из тяжелого меха, а в руках он держал фонарь, внутри которого дрожало не пламя, а сгусток сиреневого света. —Ты...ты кто? Ведьма?! – прохрипел Хонджун пытаясь подняться, чтобы спастись бегством. На его жалкие попытки вырваться из сугроба, человек напротив вновь рассмеялся и хитро улыбнувшись произнес: —Я – твой единственный шанс не превратиться в ледяную статую к утру, – мужчина протянул ему руку. Пальцы которой были длинными и изящными, а на одном из них сверкал черный камень. Хонджун знал, церковные книги и его наставники предупреждали о лесных духах и ведьмах, что заманивают праведников в свои логова. Но тепло, исходящее от незнакомца было слишком заманчивым. Как только их ладони соприкоснулись, по телу Кима прошла волна жара, от которой его сердце пропустило удар. Сонхва – так звали "ведьму", привел его в небольшую хижину, стоящую в глуши этой ледяной пустыни, спрятанную в корнях старого, но огромного дуба. Мужчина усадил чтеца у камина, помогая стащить с ног насквозь мокрые сапоги. Внутри хижины было жарко, пахло дымом и травами. На полках стояли различные склянки, банки с отварами и засушенными травами. Теперь парень точно понял, юноша невероятной красоты, что стоял перед ним.. Действительно был колдуном. —Моя вера не позволяет мне.. – начал было Хонджун, но Сонхва перебил его: —Твоя "вера", не согреет твои кости, – он сказал это мягко, после протягивая ему чашку с отваром. —Пей, это простой настой из хвои. Ким с недоверием посмотрел на парня и не осмелился принимать что-то из рук колдуна. —Я не приму, вдруг ты меня отравишь? – с некой осторожностью произнес священнослужитель. На что колдун рассмеялся и настойчиво вручил чашу в руки Хонджуна. —Ты не хочешь пить настой, потому что я могу тебя отравить.. Но тем не менее пошел со мной в "ведьмино логово"?, – после этого Сонхва очаровательно улыбнулся и продолжил: —А ты правда чудной! И цвет волос у тебя такой.. Необычный. Будь ты женщиной, горел бы на костре. Хонджун напрягся, он не раз слышал эту фразу от его братьев из церкви. И когда-то его даже считали чадом ведьмы, но его взяла под опеку сама церковь и воспитала его как прилежного раба Божьего, доказав что он не работает на злые силы. —Не сравнивай меня с ведьмами. Я служу Господу, и я совершенно чист перед ним! А в лес я хочу чтобы.. – он осекся. Действительно, зачем ему, рыжеволосому святоше бегать в тайне в лес? —Чтобы рисовать. – утвердительно сказал Сонхва все так же мягко улыбаясь и смотря прямо в глаза рыжеволосого. —Откуда ты знаешь? —Я вижу всё, что происходит в моем лесу. Я давно наблюдал за тобой. Мне было любопытно, что тут, в этой ледяной пустыне ищет служитель церкви. Уж было думал кто-то снова открыл охоту на ведьм. – поделился колдун беря в руки блокнот в кожанном переплёте, начиная листать страницы рассматривая красивые рисунки углем что нарисовал Ким. —У тебя определенно талант, что же ты тогда забыл в церкви? – он перевел на того хитрый взгляд, Сонхва улыбнулся вновь когда поймал на себе испуганный, и одновременно изумленный взгляд чтеца. Хонджун покраснел и отвел взгляд, ему было приятно что его работы похвалили, ибо обычно он слышал от наставника лишь о том, что это все ерунда, и что лучше бы он рисовал Бога. —Так ты Ведьма. – это был не вопрос, а признание. —Да. – Сонхва склонил голову в бок. —А ты, святой, что только что ступил в мой круг. В ту ночь метель бушевала снаружи, но внутри хижины время словно остановилось. Хонджун рассказывал о небесах, а Сонхва – о шепоте земли. На секунду Ким подумал о том, что эта "ведьма" на редкость болтливая, не казался ему таким страшным монстром, коим их описывали в книгах и легендах. И так пролетела ночь. Когда на рассвете небо стало нежно-розовым, Хонджун собрался уходить. У порога он обернулся. —Даже не будешь меня держать? —Нет, – вновь улыбнулся колдун. —И ты не боишься что я расскажу кому-нибудь о тебе? И что не приведу сюда инквизиторов, чтобы поймать тебя? – настороженно спросил Ким. На это Сонхва лишь тепло посмеялся. —Ты не станешь. – утвердительно ответил колдун, словно уже наперед знал об этом, и подошел ближе, на что Хонджун сделал несколько шагов назад, упираясь спиной в дверь. Его пугало что колдун, так просто отпустил его, и совсем ничего не потребовал взамен за спасение. Чтец чувствовал нутром какой-то подвох, но парень перед ним был настолько красив, что в какой-то степени внушал какое-то чувство спокойствия и доверия. —Я вернусь. —Знаю, – беззаботно улыбнулся Сонхва, в его улыбке было больше божественного, чем во всех иконах, что Хонджун видел в жизни. Ким уходил в деревню, в кармане сжимая блокнот с рисунками что прошлой ночью хвалил колдун.