Сквозь помехи

Утро в Германии выдалось на редкость ясным. Жизнь за окном кипела: по улицам тянулся гул автомобилей, отовсюду доносились обрывки разговоров и бодрый смех прохожих, спешащих по своим делам. Кто-то торопился на работу, кто-то — на дополнительные занятия, а кто-то просто наслаждался прогулкой с питомцем. Но главная героиня этой истории не спешила разделять общий энтузиазм. Эмили всегда была не прочь поспать до обеда, а так как летние каникулы неумолимо подходили к концу, она решила использовать последние свободные дни, чтобы выспаться «впрок». Солнечные лучи настырно пробивались сквозь занавески в её уютную комнату. Свет падал на нежно-бежевые обои и мягкий ворс пушистого ковра, в котором, казалось, можно было утонуть. В углу стоял массивный шкаф с аккуратно сложенными вещами, рядом — рабочий стол, заставленный книгами, в центре которого возвышался компьютер. Но сердцем комнаты была большая двухспальная кровать. Именно там, зарывшись в мягкие одеяла, спала Эмили Роуз. Эми была очаровательной розовой ежихой девятнадцати лет. Её густые иголки, больше похожие на шелковистые волосы, спускались чуть ниже плеч. Ухоженное лицо и аккуратные черты выдавали в ней девушку, которая привыкла следить за собой, а её фигуре типа «песочные часы» могла позавидовать любая модель. Несмотря на средний рост, Эми обладала той яркой внешностью, которая невольно притягивала взгляды. На часах, стоявших на тумбочке, застыли цифры 11:27. Обычно в это время Эмили видела уже десятый сон, но в этот раз тишину прервал нежный голос матери. — Эмили, милая, просыпайся, — ласково позвала женщина, заходя в комнату. — Уже почти полдень. Мать подошла к окну и решительным жестом раздвинула шторы. Ослепительный свет мгновенно заполнил всё пространство. — Ну ма-а-ам, — простонала Эми, натягивая подушку на голову. — Еще пару минуточек... Закрой шторы, свет глаза режет. — Никаких «пару минут», Эми. Ты с ума сошла столько спать? Так и всю жизнь проспишь, — женщина с улыбкой подошла к кровати и отобрала у дочери её «убежище». Девушка неохотно открыла глаза. Перед ней стояла мама — Эми была её точной копией, из-за чего их нередко путали знакомые. Ежиха потянулась, чувствуя приятную сладость в мышцах, а затем недовольно взглянула на родительницу. — Мам, у меня заслуженные каникулы. Которые, между прочим, заканчиваются. Я имею полное право выспаться за весь будущий учебный год! — Не спорю, — мягко ответила мама. — Но мне нужно, чтобы ты спустилась на кухню. У нас с отцом к тебе серьезный разговор, так что не задерживайся. Ждем тебя внизу. С этими словами она вышла, плотно прикрыв за собой дверь. Эми вздохнула: она поняла, что уйти от разговора не получится. Зевнув, она все же заставила себя встать и подошла к зеркалу. Вид «взрыва на макаронной фабрике» вместо прически её ужаснул. — Боже, что у меня с волосами? Срочно в душ, — пробормотала она. Спустя тридцать минут Эми вышла из ванной, благоухая цветочным гелем. Она тщательно высушила и уложила иголки, чтобы они лежали идеальными волнами. Заглянув в шкаф, она выбрала облегающий белый топ и черные спортивные шорты, которые выгодно подчеркивали её безупречную фигуру. Улыбнувшись своему отражению, девушка наконец направилась на кухню. * На первом этаже царил умопомрачительный аромат свежесваренного кофе и теплых круассанов. Родители уже сидели за столом, заканчивая завтрак. — Эми, доброе утро, — раздался густой голос отца. — Присаживайся, поешь. — Доброе утро, пап, — Эми опустилась на стул и принялась за еду. После пары глотков ароматного кофе и кусочка круассана её утреннее недовольство окончательно испарилось. Она с любопытством посмотрела на родителей. — Так о чем вы хотели поговорить? Из-за чего такая спешка с пробуждением? Отец отставил чашку и серьезно посмотрел на дочь. Затем он переглянулся с женой, словно ища поддержки, и снова перевел взгляд на Эми. — Эмили, мы с мамой приняли важное решение, — начал он. — Ты закончила одиннадцатый класс с отличием, и мы очень тобой гордимся. Твой красный аттестат — это большой труд. Помнишь Марию, свою двоюродную сестру? — Пап, ну что за вопросы? — Эми нетерпеливо перебила отца. — Конечно, я помню свою сестру. Мы с Марией на связи чуть ли не каждый день, постоянно на созвоне. Давайте ближе к делу: что вы с мамой решили? — Мы решили, что ты переедешь к ней и будешь поступать в тот же университет, где учится она, — мягко, но уверенно произнесла мать. — Вуз престижный, и с твоим красным аттестатом ты гарантированно пройдешь на бюджет. Новость обрушилась на Эми, как ледяной душ. Сказать, что она была в шоке — значит не сказать ничего. Девушка всегда знала, что её упорство и бесконечные пятерки в дневнике принесут плоды, но она и представить не могла, что наградой за одиннадцать лет стараний станет переезд из Германии в Россию. Лишь одна мысль о том, что она снова увидит Марию, немного смягчала удар. Но как же всё остальное? Как же её привычная жизнь? — Мам, пап... вы сейчас серьезно? — Эми всё еще надеялась, что это какая-то затянувшаяся шутка. — Более чем, дорогая. — Но как же мои друзья? А Скордж?! — голос Эми сорвался, в нем закипело возмущение. — Вы понимаете, что я не могу просто взять и бросить здесь всё? Всех, кто мне дорог! — Милая, послушай, — мать подошла ближе, пытаясь поймать взгляд дочери и успокоить её. — Это всего лишь на время учебы. Четыре года пролетят незаметно. Ты сможешь приезжать на каждые летние каникулы, видеться с друзьями и Скорджем. Мы очень хотим дать тебе лучшее образование, но пойми: мы просто не потянем престижный университет здесь, в Германии. В России перед тобой откроется гораздо больше возможностей. Это решение далось нам непросто, но так будет лучше для твоего будущего. Эми готова была сорваться на крик еще минуту назад, но тихий, рассудительный тон матери подействовал как холодный компресс. Гнев медленно сменялся горьким принятием. Она действительно безумно скучала по Марии — их разлука длилась слишком долго. К тому же, в глубине души Эми понимала: родители правы. Она не зря «пахала» все эти годы, чтобы в итоге сдаться из-за страха перемен. Их семья жила в достатке, но без излишеств, и образование такого уровня было действительно тяжелой финансовой ношей. — И когда... когда я вылетаю? — Эми тяжело выдохнула, сдаваясь. — Мария уже знает, что я буду жить у неё? Отец, до этого хранивший молчание, тепло улыбнулся. В его глазах читалось облегчение. — Да, Мария знает. У тебя есть неделя, чтобы собрать вещи и попрощаться со всеми. Спасибо, доченька, что услышала нас. Мы ценим это.