И отголоски фраз Звучат, — нас обручат!

Лололошка считал, что, будучи практически всесильным мироходцем, было наглостью, что он всё ещё страдал такой отвратительной вещью как похмелье. В этот раз, как и всегда впрочем, инициатором пьянки оказался Вальд. Что ж, главный эксперт в алкоголе отказов не слушал, а напитки порой такие мешал, что лишь один вид, словно прямиком из сказки, привлекал его выпить. Впрочем, одно дело — похмелье, совсем другое — проблемы с отсутствием некоторых эпизодов из пьянки. Ло недовольно зашипел, пытаясь перевернуться, но наглая рука остановила его попытку. Он тяжело вздохнул, поворачиваясь. А ну да, конечно, Харрис, кто ж ещё? С ним в одной постели, обычный понедельник. — Отпусти меня, — возмутился Ло, отпихивая чужое лицо от своего плеча. Не то чтобы он возражал как-либо по этому поводу, однако головная боль слишком сильно напоминала о себе, чтобы ничего с этим не делать. — Джон, мать твою. — Обойдёшься, — получил он бурчание в ответ. Лололошка задохнулся возмущениями, но что именно ответить, не знал. Лишь попытался избавиться от прилипалы уже двумя руками. — Пиздец, — выругался Ло, рассматривая руку. На безымянном пальце призывно блестело кольцо. Он неуверенно, со второй попытки, дотянулся до чужой руки. — И у тебя тоже. — Ты меня там обзываешь? За похмелье можешь ругаться с Вальдхаром. Это твой дружок вчера такое бухло притащил, — ответил Джон, не открывая глаз. — Да какое похмелье...тьфу! Оно тоже, но меня больше волнуют обручальные кольца на наших пальцах. Харрис лениво открыл глаза, выглядя совсем не удивлённо, даже после того, как Ло буквально впихнул ему их руки с кольцами на пальцах. — Ты не помнишь, что ли? — вяло поинтересовался Джон, протяжно зевая. — Это же ты предложил, а я не смог отказать. — Я?! — истерично вскрикнул Лололошка, но сразу же поморщился: от крика голова болела ещё больше. Такими темпами и умереть от болевого шока можно или нельзя? — Если я не помню, значит, не было. — Но я-то помню, — спокойно парировал Харрис, аккуратно надавливая пальцами на чужую макушку. — Давай, без истерик, поспим ещё немного. Лололошка закатил глаза, давая уложить свою голову на грудь напротив. Впрочем, возражать не было смысла. Конечно, он хотел сходить за таблеткой от головы, но шокирующая информация истратила последние силы, которые должны были быть потрачены на собственное спасение. — Ты обязан пересказать мне всё, — уже больше за гранью сна, чем яви неразборчиво заявил Лололошка. — Обязательно.

ԅ۝۝۝ԅ

— Так нельзя, — заявила Окетра, стуча кулаком по столу. Райя от неожиданности вздрогнула, чуть не уронив планшет из рук. Джодах рядом недовольно засопел, видно, уже зная, о чём пойдёт речь. — Мне напомнить, какими словами ты его покрывала совсем недавно, а? Когда мы пытались вытащить Ло из чужой реальности, — поинтересовался Ави, наливая себе очередную кружку кофе. Ангел смерти Ангелом смерти, а некоторые напитки казались ему незаменимыми. Окетра отмахнулась, снова стуча кулаком по столу. — На это нельзя просто вот так смотреть, — повторила она. — Они же мучаются, только дурак не увидел искру между ними. Райя хмыкнула. — В каком-то смысле она у них всегда была, не так ли? — весело ответила она. Окетра тяжело вздохнула. — Это тоже, но я вам про любовную искру, — упрямо. — Я считаю, что они больше ведут себя как братья, — спокойно возразила Абер. — Не больше, не меньше. — Ты просто не понимаешь. — У меня есть Кэлхун, что-то да в любви я понимаю. Окетра качнула головой. Это другое, совсем другое. Она же не просто так их всех собрала! Точнее, они-то и просто здесь собирались, потому что быстро привязались друг к другу за время поисков. Скрепя сердце, стоило признать, что даже надоедливый Харрис стал частью их компании, хоть и первоначально вынужденно. Всё ещё они работали ради одного дела. По правде говоря, все они заметили изменения в отношениях Ло и Джона: эти долгие взгляды, «случайные» прикосновения, тихие разговоры между собой, как они легко могли понять друг друга, не говоря ни слова, словно были знакомы всю жизнь. Окетра видела, как страдал Лололошка, как влюблённо он иногда смотрел, как бывало вздыхал, как переживал, если Харрис посмел задержаться. Ответ на вопрос лежал на поверхности, но только недавно был признан как верный, потому что до этого казался инородным, нереальным, тем, что произойти никак не должно было. — Вот ты, Джодах, — вдруг уверенно заявила Окетра, разворачиваясь в сторону названного. — У тебя, как у мужчины, встречающегося с мужчиной, больше схожести в ситуации Лололошки, не так ли? Твоё мнение какое? Любят ли они друг друга и не могут один признаться другому, или это я с ума сошла? Ави раздражающе долго отпивал из своей кружки, намеренно громко сербая. Его фиолетовые глаза выражали ничего, кроме усталости, с самого начала разговора. Вчера они обсудили достаточно, чтобы сегодня утром насладиться завтраком и солнцем, а не чтобы вести очередные беседы по этому поводу. — Во-первых, с уверенностью заявлять, что Смотрящий – мужчина, глупо, — начал он, со стуком ставя кружку на стол. — Он не человек, чтобы делать такой вывод. Во-вторых, я считаю, что нам незачем лезть туда, куда не надо. Окетра выругалась, закрывая ладонями лицо. Её окружали одни интеллигенты! Просто невозможно! Как с такой компанией строить хоть какие-то планы? Сидеть и ждать, пока там, возможно, всё решится, а если нет? Кто его знает, что ещё может такого произойти дальше? Какая ещё угроза должна появиться, чтобы остальные поняли, что своё счастье нужно ловить здесь и сейчас, чтобы не жалеть о нём, умирая в муках? — А твои глаза? — вспомнила Окетра, оживлённо выпрямляясь на стуле. — Ничего не говорят? — Я не буду этого делать, — категорично заявил Джодах. Окетра отмахнулась, здесь пытаться не было смысла. — Нет с вами, никакая помощь не выйдет, — недовольно заявила она. — Я, в отличие от некоторых, не отказываюсь, — возразила Райя, крутя ручку между пальцами. — Просто будет и вправду неловко, если мы начнём их сводить, когда они в этом не нуждаются. Может, у них платонические отношения, откуда ты знаешь? В таком необходимо удостовериться. Окетра прожигала её взглядом, а-ля «только слепой этого не заметил». Джодах предусмотрительно молчал, наслаждаясь напитком и видом из окна. — Боюсь, если ты ищешь союзников в своём деле, тебе стоит поискать в другом месте, — закончила Райя. — Союзников? — удивлённо поинтересовался Лололошка, входя в комнату. Джодах, бедный, аж напитком своим подавился. — Эй, всё хорошо? Что-то случилось? — он беспокойно похлопал по спине Ави, стараясь помочь ему облегчить страдания. — Это его сердце бунтует, вынуждая организм отказаться от сотой кружки за день, — излишне весело пояснил Харрис, появляясь рядом. — Он Ангел смерти, кофе не может так на него влиять, — мгновенно вступил в спор Ло. — А ещё на определённый процент птица, которым кофе в любом виде вреден. Представь, как глупо считать себя всезнающим, чтобы в итоге умереть от остановки сердца из-за лишней кружки кофе. Лололошка с сомнением обернулся, буравя взглядом Джодаха. Птичье здесь определённо на лицо, но, судя по всему, за всё время напиток ему ещё пока не навредил, серьёзно то есть. — Если ты мне скажешь, что он слишком живо выглядит для существа, у которого остановилось сердце, то самостоятельно отправишься в свой Архей. Лололошка недовольно цокнул, давно забыв, зачем они первоначально пришли сюда. В любом случае их никто не останавливал. Ло театрально опустил очки, старательно угрожая взглядом. — А потом будешь ныть Эграссе, потому что не сможешь найти, в каком именно баре мы остались с Вальдом? Это уже не первый раз происходит. Джон примирительно потрепал его по волосам, словно несмышлёного ребёнка. — Это называется забота, — излишне мягко пояснил он. — Ты отвратителен в этом, у меня лучше выходит, — сразу же возразил Ло, но отступать не стал: спокойно дал потрогать свои волосы. — Скажи мне это в следующий раз, когда я буду обрабатывать твои раны после очередной передряги. Ведь добрая душа Лололошки снова кого-то там пожалела. Ло отмахнулся, вспоминая про остальных в комнате. — Райя, дорогая, у меня такая идея появилась, мне нужно мнение со стороны. Просто Эграсса не силён в этой сфере, — сразу же загорелся он, оборачиваясь к Абер. Такими темпами они могли спорить вечно, а пришли-то по делу, не просто так в гости. — О, конечно, дорогой. Что там у тебя? Окетра прожигала их очень внимательным взглядом. По её мнению, из братского у них не было ничего. Ладно, максимум схожесть во внешности, и то совсем по другой причине. Ей нужны были союзники, но не с этого мира, а может, даже и не с этой реальности.

ԅ۝۝۝ԅ

Дилан считал наглостью, что ему всё ещё что-то могло понадобиться от этого Харриса. Конечно, Лололошка хорошо отзывался о нём, утверждая, что за их совместное приключение Джон вполне смог измениться, да и, может, никогда таким плохим не был. Дилан в любом случае верил с натяжкой и приличной. Ему кое-что нужно было для их проекта с Солусом: доступ к информации, которая находится у Джона. Он всё ещё считал глупостью, что они просто самостоятельно не разобрались с системой, не парясь по поводу того, чтобы устроить всё официально. Солус, понятное дело, сам идти и просить у Джона не собирался, оставаясь немного сбоку, словно не у дел, хотя сам первым и предложил, а потом и уговорил пойти. Самостоятельность — высший уровень, просто. Милая девушка улыбнулась ему при входе. Дилан не стал задерживать своё внимание на бейджике с её именем, потому что пришёл с конкретной целью. — Мистер Харрис у себя? — как можно вежливее спросил он, потому что в один из случаев, которые какого-то чёрта всё ещё происходили, его чуть не выгнали, посчитав, что он каким-то образом хотел навредить Джону. Не то чтобы это было слишком далёким утверждением от правды, но всё ещё недостаточно близко, ведь в тот момент он не собирался ничего делать. Возможно, чуть позже. Девушка что-то посмотрела на своем ноутбуке, задумчиво кивая. На её лице появилась какая-то тень сомнения, хотя ответ оказался положительным. — Да, в кабинете. Дилан прищурился, но комментировать не стал. Может, у Джона настроение плохое, и он, как обычно, обозвал всех и каждого. Заходить внутрь — как подписать себе приговор, но Дилан делает это, разумеется, игнорируя все те настойчивые просьбы стучаться перед тем, как войти. Лёгкое раздражение, которое Харрис пытался скрыть, выглядело достаточно забавным, чтобы повторять это снова и снова, словно забывая такую простую просьбу из одного предложения. В кабинете царил полумрак. Единственный источник света: лампа на столе. Лицо за столом выглядело загадочно, словно окутанное тайной, да настолько непривычно, что Дилан не сразу смог узнать сидящего. Первая мысль: Джон, заснувший на своём рабочем месте, которого будет очень забавно разбудить (его ещё кто-то любезно пледом укрыл). Вторая: — Лололошка? — прошептал он, делая осторожные шаги внутрь. Друг среагировал только, когда рука автоматона настойчиво потрясла его за плечо, не переставая звать по имени. — Чего? Я же сказал, что обиде...О, — Ло быстро моргнул, привыкая к освещению. Его волосы спутались, очки остались рядом лежать на столе, поэтому Дилану предстала прекрасная картина голубых глаз, которые смотрели на него с дымкой недавнего сна. — Дилан, не ждал. Что-то случилось? Названный недовольно цокнул языком, опираясь бедром о стол. Это, наверное, впервые в жизни, когда чужой стол выглядит так небрежно: некоторые бумаги рассыпались по всему периметру, а парочка смята, ручки в органайзере перемешаны с карандашами, словно кто-то устроил маленький бунт. — Чувак, я искал твою неудачную копию, но наткнулся на тебя, — пояснил он наконец. Ло медленно кивнул, всё ещё слабо обрабатывая информацию, словно не мог сопоставить очевидные вещи. Для уверенности за первым кивком последовал ещё один. — С чего ты решил, что Джон здесь? — наконец смог сформулировать свой вопрос он. Дилан поднял брови, выглядя сбитым с толку. — Чувак, ты меня спрашиваешь, почему я решил, что найду Харриса в его же кабинете? Мне эта на первом этаже сказала, что он у себя, — он усмехнулся, чуть меняя позу. — По-видимому, она у вас тут новенькая, да? Ещё путает тебя и твоё альтер-эго. Лололошка выглядел в крайней степени растерянным, но Дилан списывал всё это на то, что тот ещё какой-то частью своего мозга находится во сне, а не здесь, в реальности, вместе с ним. На самом деле, видеть своего друга за этим столом приятно, намного лучше. Правда, если Харрис не объявится, то Солус чуть позже отправит его на второй круг, пока они не получат желаемого. — Похоже на то, — излишне рассеянно для ситуации выдал Ло, крутя в руках очки. По какой-то причине надевать их не хотелось. — Слушай, Джон не сказал, когда вернётся. Так что лучше приди завтра, а? У него тут встречи в основном с клиентами будут, а те часто опаздывают, проскочишь между кем-нибудь и всё, делов-то. — Ага, — Дилан уходить не спешил, вздыхая. — Просто не понимаю, как вас можно спутать, вы совершенно разные. Что тогда, когда ты только-только попал в эту реальность, что сейчас. Ло хмыкнул, подпирая рукой подбородок. Без очков он выглядел даже как-то по-домашнему, непривычно открыто для всей ситуации. — Понимаешь, когда я сюда попал, точнее, когда мы сбежали с острова, было вполне логичным, что меня принимали за него. Наша внешность одинакова, никто не мог подумать, что у Джона есть, ну, если так можно выразиться, «брат-близнец». — Ты ходил во всем голубом, и явно был намного добрее Харриса. — Дилан, — Ло чувствовал, что сейчас уснёт, вести диалоги в состоянии, когда ты недавно перешёл из одной реальности в другую, было крайне тяжело. Вероятно, стоило прислушаться к советам спать больше четырёх часов, потому что: «Лололошка, недотёпа ты такая, от недостатка сна в теории умереть тоже можно, даже если ты Первый». — Они просто думали, что я решил поменять цвет в одежде, а некоторые считают, что с возрастом люди добреют. Чем старше, тем терпимее, но не всегда так. К чему в целом этот диалог? Я сомневаюсь, что ты сам никогда не доходил до такой цепочки рассуждений. Дилан выпрямился, скрещивая руки на груди. Конечно, он пришёл сюда не только по той причине, чтобы выполнить прихоть Солуса, было ещё кое-что. Возможно, автоматоны не шибко разбираются в отношениях, особенно любовных, хотя, по его мнению, у него всего хватало, но всё же. Лололошка и Джон определённо сблизились, да ещё как. Когда Ло только вернулся с этого своего конца времени, Харрис за ним чуть ли не по пятам ходил, словно проверяя, настоящий тот или нет. Дилану нравилось шутить на эту тему, конечно, больше ему нравилось, что, как оказалось, с Ло они с Ричардом попрощались не навсегда, и всё ещё могли общаться, хоть и не постоянно. Серьезно, того глядишь этот гений что-нибудь придумает, как бы отвращение к нему не играло в Дилане главную роль. В любом случае, это всё выглядело подозрительно, да ещё как. Прошло достаточно времени, Джон заметно поубавил свой пыл, но теперь появилось что-то новое, незнакомое. Эти их постоянные прикосновения, то объятия, то просто слишком рядом сядут, то Ло спокойно будет сидеть, не обращая внимания на спящего Джона, который решил, что его плечо — самая лучшая подушка в мире. Дилан однажды видел, как Лололошка без задней мысли закинул свои ноги на Харриса, словно на подставку, а потом продолжил спокойно с ним болтать. Эти двое стали ближе, но намного больше, чем друзья. Дилан — друг Ло, он прекрасно знает, как тот себя ведёт, поэтому видеть такую картину было странно. Может быть, они не знакомы множество столетий, как с тем же Эграсселем, про которого ему рассказывали, но он всё ещё считает, что понимает в этом достаточно. —...лан? Дилан! — настойчиво позвал его Лололошка, толкая в плечо. — Эй, всё хорошо? Ты чего? — Да, все в порядке, — рассеяно выдал он. Нет, дело надо иметь с Харрисом, это не будет так неловко, а наглая манера речи предаст уверенности. Ло же сейчас ему тут душевный разговор устроит. — Просто давно не общались. — О, — Лололошка неловко почесал затылок. — Похоже на то. Но мы тут будем где-то неделю, можем погулять. Когда тебе удобно? — Я так не помню, — поспешно выдал Дилан, отходя к выходу. — Давай посмотрю, там спишемся. — Лололошка хотел ещё что-то добавить, но он уже закрыл дверь злосчастного кабинета. «Мы тут будем...» — ясно всё. Дилан устало провел рукой по лицу, вздыхая, ему всё же нужна помощь. И так, пора бы с этим разобраться.

ԅ۝۝۝ԅ

Эграссель не был ярым трезвенником, тем более святым ангелом. В любом случае, это не мешало другим часто его так называть или просто сравнивать, что по большей части нервировало. Но он слишком добр, чтобы отказать или грубо возразить, для этого у него были друзья. В такие моменты Эграсса ощущал себя принцем, которого ревностно охраняют, не давая никому даже лишний раз рядом с ним подышать. В какой-то степени ему нравилась новая версия его друга, Ло, которая была лояльнее к остальным, не то чтобы зубки пропали, скорее больше не выпирали. В последнее время Ло настойчиво звал их всех собраться. Время, как обычно, появилось далеко не сразу. Эграссель ещё понять пытался, откуда такая любовь не к своей реальности. Конечно, у них уже такое было, но Лололошка от других миров не отказывался, охотно гулял то туда, то сюда со своим «лучшим другом» (ну, уж Эграссе-то точно известно, что дружбой здесь не пахнет уже не первый месяц). В этот раз звёзды над Археем сошлись достаточно благоприятно, а может, Лололошка уже колдовать стал, потому что Эграсса уже непозволительно долго переносил их встречи. Последний раз его дорогой друг самолично к нему заявился с прицепом в виде яркого Джона, с которым, впрочем, ему нравилось и вправду было о чем поговорить. А потом ещё тот случай... — О, величайший Эграссель, почтил нас своим присутствием, — весело заявил Вальдхар, отвесив самый неумелый поклон в мире, на который был способен. Эграсса отмахнулся, но рассмеялся, давая себя обнять. — Я тоже рад тебя видеть. — Да-да, слушай, у нас тут важный план, — уверенно заявил Вальдхар, потянув его вперед. Эграссель старательно пытался разглядеть незнакомую обстановку, но чувствовал себя все еще немного потерянным после всего. Его уши были достаточно чувствительны, чтобы приходилось сдерживаться и не хмуриться от громкости звуков. Как же в таком шуме живут? А он думал, у них на ярмарке существ много, а тут все рекорды бьются. — План, — рассеянно сказал он, не особо осознавая, задаёт ли вопрос или утверждает, мол, хорошо расслышал в этой шумихе. — Я знаю, ты очень проницательный, — слова Вальдхара больше походили на успокоение. Эграссель медленно моргал, пытаясь привыкнуть к свету в новой комнате. Его любезно усадили на мягкий диванчик. Хэнфорт — невероятно шумный город, пугающий своими габаритами. Впрочем, друзья отсюда у Ло были такими добрыми, что в пору было ревновать. — Мы сошлись во мнении, что ты, Эграсса, достаточно близок с Ло, чтобы нам в кое в чем помочь, — вторил с другой стороны Гуах. Эльф медленно кивнул, замечая в комнате еще два человека: милую Окетру и серьёзного Дилана (точнее одного человека и автоматона, но это все еще слишком непривычно). — Их любовные переглядки невозможны! — тут же сорвалась Окетра, стоило ему остановить на ней свой взгляд. — Они ходят вокруг да около, и никто первого шага сделать не может. Эграссель медленно моргнул, пытаясь осмыслить происходящее. Мир все еще казался слишком жидким, совсем нереальным, да ещё вдобавок этот тон у окружающих его людей (и не только людей). — С Харрисом говорить смысла нет, — продолжил рядом Дилан, выглядя не столько раздраженным ситуацией, как его соседка справа по дивану, сколько обеспокоенным. — Это ходячая энциклопедия скорее нервы всем окружающим помотает, чем сможет признать собственную влюблённость. Солус, между прочим, со мной согласен. — И тогда остаётся только помочь Лололошке, — щелкнув пальцами, заявила Туилин. Эграссель даже её сразу не заметил, хотя та сидела на кресле чуть сбоку от него. — И потому что мы его больше любим, — невзначай заметил Вальдхар. — Эграсса, мы знаем, ты можешь нам помочь. Мы должны убедить Ло, что все уже заметили его любовь к этому Харрису. Ты у нас самый эмаптичный, — заявил Гуах'ткш'кхтар, мягко хлопая его по плечу, словно успокаивая. — Но мы всегда можем тебе помочь, — приложив руки у рта, словно желая сказать это шёпотом, но на деле, конечно же, тон не понижая, сказал ему Вальдхар. Эграссель плотно сжал губы в линию, не зная, с чего бы стоило начать. Наверняка очень глупо было бы помогать Лололошке с любовными делами, когда он уже слушал от того историю о первом поцелуе с Джоном, когда он уже давал ему советы о том, что будет лучше подарить на первое свидание, и, естественно, крайне неразумно после того, как он уже побывал свидетелем на их свадьбе. Абсурдность ситуации аккуратно граничила со смехом, который обещал сорваться с чуть приоткрытых губ. Разумеется, по законам жанра никто в комнате не смог правильно расшифровать его реакцию. — Не переживай ты так. Вы же с Ло огонь, воду и медные трубы прошли, — удар Гуаха по плечу оказался намного сильнее, чем Эграссель ожидал. Добило его действие Вальдхара: тот резво его поднял, словно их разница в росте не была приличной, а его вес был чуть больше диванной подушки. Голова и так казалась тяжёлой, а сейчас еще и закружилась вдобавок. — Он идёт, идёт, — вдруг нервно заявил Дилан, указывая пальцем куда-то в сторону. — Нужно поговорить с Ло, пока Харрис не пришел. — Да, мы прижмем этого Джона, никто не посмеет обижать нашего друга, — твёрдо с оттенком злости заявил Вальдхар, да настолько близко, что эльф был уверен: еще чуть-чуть, и оглохнет здесь. Эграсса желал что-то возразить, даже издал протестующий звук, но, конечно же, его никто не слушал. Поэтому Туилин на пару с Вальдхаром, вытолкнули его в коридор. И кто-то из них дружелюбно заявил ему перед тем, как закрыть дверь за спиной: — Если что, зови, мы тебе поможем. Кажется, чужой план был слишком непродуманным и спонтанным, чтобы хоть как-то сработать. Или они ждали появления своего «объекта» намного позже. Эграссель хрипло выдохнул, прижимаясь спиной к двери. Он прикрыл глаза, пытаясь убедить себя, что это намного больше, чем просто глупые сны, которые часто ему снятся, стоит поменять кровать на жёсткий стол, заваленный бумагами. — Эграсса! Всё хорошо? Ты такой бледный, будто сейчас в обморок свалишься, — тёплая рука обхватила его плечо, а вторая обвилась вокруг талии, удерживая его в вертикальном положении. — Всё хорошо, Ло, — медленно заявил эльф, хлопая друга по рукам, чтобы тот его отпустил. — Просто немного душно, давно я в другие реальности не ходил. Сам знаешь, как оно бывает, правда? Лололошка возмутился себе под нос, говоря что-то про безответственных учёных, которые окружали его слишком часто в последнее время. — Знаю, — всё же заявил он, но рук убирать не спешил. — Ты почему здесь? Вальд тебя не нашёл? Я же сказал ему, чтобы он тебе помог. Представь, он в этой реальности получше моего разбирается, ни в какие ворота уже. С Джоном ещё недавно поругался, я правда так и не понял, какая цель у всего этого безобразия была. Эграссель устало улыбнулся. — А я представляю. Я, между прочим, главный участник плана, содержание которого так, правда, и не узнал. — Плана? — удивился Лололошка. Эграсса кивнул, но слишком резко. Он поморщился, тяжело сглатывая. Что ж такое с ним в последнее время? Неужто его прогулок по выходным не хватает? — Тихо-тихо, садись, — настойчиво заявил Лололошка, обрубая все возражения одним своим взором. — Садись, всё в порядке с ним. И это я ещё авантюрист, которому стоило один раз подумать о своей безопасности, как все сразу в подмену быстрее бы поверили? Да? Эграссель беззвучно засмеялся. Он не любил, когда его друзья беспокоились о нем, тем более злились на него, но Ло можно было, ему всё можно — он у него особенный. Поэтому он дал себя осторожно усадить, опираться головой о стену было чуть проще, чем о дверь. Лололошка методично расслабил завязки на его одежде и расстегнул пуговицы, чтобы ничто не мешало дышать. — Ты разнервничался или чего? — удивился Лололошка, присаживаясь рядом. Из-под очков глаз видно не было, но Эграсса прекрасно чувствовал этот внимательный взгляд. Стоит ему поплохеть хоть чуть-чуть, и это сразу заметят. – Да нет же, просто очень рад тебя видеть? — он поморщился, понимая, что даже для него это звучит слишком фальшиво. — Ладно, возможно, просто наткнулся на новое открытие. Я полагаю, что пропустил парочку обязательных прогулок в пользу науки. Лололошка недовольно цокнул языком, окидывая его осуждающим взглядом. — Прекрати, — вяло защищался Эграссель, для убедительности толкая собеседника в плечо. — Между прочим, ты не помнишь, а я — да, как мы тебя с Гуах'ткш'кхтаром откачивали после твоего очередного проекта. Довести себя до такого состояния нужно было умудриться, а у тебя с завидной регуляностью выходило. Ло снова цокнул языком. — Ты не видел, но я закатил глаза. — Эй, это моя фраза, дорогуша, — весело заявил Джон. Эграссель чуть ли не подпрыгнул. Харрис с интересом выглядывал из-за чужого плеча, улыбаясь от уха до уха. — Не выглядишь расстроенным, — заметил между тем Ло. — Гениев всегда копируют, этого неизбежать. — Без тебя обойдёмся. Мы, если ты вдруг не заметил, обсуждаем мою бывшую безответственность. — Бывшую? — удивился Джон. — То есть сейчас у тебя ее нет. — Нет. — Есть. — Да кого ты обманываешь? Мы с Эграссой на такое не ведёмся. — Это ты себя обманываешь, Лололошка. Таким слепым ещё родиться надо было. — Сам такой, — сказал Лололошка, показывая язык. — Повзрослей. — После тебя, умник, — деловито заявил Ло, поправляя одним движением пальцев чужие очки, словно это могло придать ему дополнительных очков к победе. Харрис на такое действие поморщился, самостоятельно поправляя собственный аксессуар на носу. — Назови мне случай, когда я совершал что-то очень безответственное на твоей памяти. Джон шумно выдохнул. — Пьяный потащил меня в ЗАГС? Я полагаю, очень безответственно выйти замуж за меня вечером, чтобы следующим утром заявлять, что раз ты не помнишь, этого не было. Тебе бы стоило не находить себе собутыльника, который променял тебя на первую юбку. Дверь с грохотом ударилась о стену, оповещая их о свидетелях разговора. — Вы женаты?! — истерично вскрикнул Вальдхар, так активно размахивая руками, что Джону пришлось сделать шаг назад. Из проёма двери выглянула неудивлённая Туилин, за ней столпились остальные. — Я говорила тебе, они уже давно встречаются, — довольно заявила она. — Это было очевидно. — Ты мне ничего не сказал! — никого не слушая, продолжил Вальдхар, направив всю свою бурю эмоций на Лололошку и рядом сидящего Эграсселя. Эльф поморщился, прикрывая глаза. Вместо головокружения он заработал головную боль, которая, казалось, только хуже. — Если бы вы дали мне вставить хоть слово, я бы сразу заявил, что они уже давно встречаются, а ещё вдобавок расписались, — устало оправдался он. Впрочем, своей вины здесь не видя абсолютно. — Лололошка, а я тебе говорил, что они не догадаются, — поучительным тоном сказал Харрис, осторожно оттаскивая поражённого Вальда, чтобы тот никому не навредил. — Не догадаемся? — удивился Дилан, выглядывая с другой стороны. — Ага, наша добрая душа верила, что нет смысла рассказывать остальным о наших отношениях, потому что его прекрасные и понимающие друзья уже давно поняли, что мы с ним встречаемся. Это же очевидно, — пояснил Джон, приторно улыбаясь. Лололошка вздохнул, прикрывая рукой лицо. — Я думал, это логично. Простите, правда, вы все так часто понимали и помогали мне, мы столько прошли. Я был уверен, что мои чувства настолько открыты, что любой сможет сопоставить. — Тебе просто стоило послушать меня. — Ой, — сразу перешёл из раскаявшегося в своём проступке вида в недовольный Лололошка. Точно, они с Джоном ещё не успели сегодня о чём-то поскандалить, день мог пойти насмарку. — Не надо тут мне, тебя слушать — себя не уважать. — «Себя не уважать»? Да ты бы уже сто раз помер, если бы не моя благотворительность. — Это наглость обзывать заботу обо мне благотворительностью. Ни один уважающий себя супруг другому своему супругу так не скажет. Джон, казалось, воздухом поперхнулся на такой упрёк. Эграссель чувствовал, что ещё чуть-чуть, и нервно захихикает на это всё. Дилан, следящий за происходящим над его головой, собственной улыбки вместе с остальными не скрывал. — И что дальше? На развод подашь? — Харрис сделал достаточно беспечный вид, окидывая своего собеседника мимолётным взглядом. — Захочу и подам. Я в абьюзивных отношениях состоять не собираюсь, — стараясь скопировать манеру, ответил Лололошка. Для уверенности пришлось встать, чтобы над ним никто не возвышался, так сразу казалось, что он проиграл в этом по сути своей глупом споре. — Так это я в нашем браке абьюзер, а не ты, которого днём с огнём не сыщешь? — Зачем тебе меня искать? Эграссель почувствовал мягкий тычок в плечо. Дилан кинул красноречивый взгляд себе за спину, мол, не будем мешать молодожёнам. Эграсса был солидарен с этим мнением, осторожно продвигаясь в сторону комнаты. Там был диван, где он сможет спокойно прийти в себя после всего, пара часов здорового сна легко поднимут его на ноги, чтобы потом вспомнить всё с улыбкой. — Потому что никто не сможет мне с уверенностью заявить, что где бы ты ни был, ты в безопасности. Лололошка, я должен собственными глазами убедиться в твоей живости. — Это потому что ты деньги на похороны тратить не хочешь. — В этом нет смысла, любой из твоих друзей скинулся бы мне и помог в этом деле. — Так значит, ты меня уже хоронишь? — О, Время, что за глупость, конечно же, нет!

ԅ۝۝۝ԅ

Эграссель облегчённо упал на диван, прикрывая глаза. — В своё оправдание могу заявить, что всё снимал. — Снимал? Эграсса, золотце, мы сможем посмотреть, как они расписались? — довольно заявил Вальд, судя по звукам, садясь где-то рядом с ним. — И ещё три раза поругались, — вставила Туилин. — Четыре, дорогая, как минимум четыре. Существовала возможность, что через час Дилан найдёт голубков целующимся, но сейчас его беспокоила только мысль о том, что эльф оказался большим другом для Лололошки, чем он. Или, вероятнее всего, он не так хорошо разбирался в отношениях, как старался себя уверить в этом.