Глаза в глаза
11 января 2026 г., 02:03
Примечания:
Давайте будем честны, эта пара вывезла всю вторую часть💕
Пб открыта, жду Ваших отзывов❤️
P. S. При прочтении рекомендую слушать “Lovesong” Adele
***
Гена сидел на кухне своего друга после бессонной ночи, и размышлял на тему того, куда им с Чебурашкой пойти в поисках нового ночлега, ведь оставаться в гостях у друга с его сумасшедшим попугаем не было никакого желания. — Тебе не ночлег надо искать, а дом возвращать! И ты прекрасно знаешь, кто тебе может с этим помочь. — Кто? — с недоумением поинтересовался Геннадий. Валера без слов поднялся со своего места, чтобы снять висящую на стене шляпу. — Нет, к ней я не пойду! — заключил Гена, наблюдая, как его друг пытается изобразить его новоиспеченную подругу — Римму Анатольевну. Хотя это было громко сказано, ведь после дня рождения Чебурашки они практически не виделись. Женщина не раз приглашала его к себе в гости, но тот всегда либо тактично отказывался, либо переносил эту встречу на более поздний срок, но по итогу так и не приходил. Гена не знал, обижается ли на это Римма, или просто не обращает внимание на невыполнение обещания, но он правда не мог поступить иначе. Или не хотел… Одна мысль о том, что ему придется провести с ней какое-то время наедине, будоражила мысли мужчины и заставляла сердце сделать кульбит. Он понял, что между ними что-то пробежало, еще тогда, на дне рождения Чебурашки. Когда она пришла к ним такая обезоруженная и ранимая. Когда она открылась ему и пообещала, что встанет на путь исправления. И он ей поверил. А она, в свою очередь, не обманула. Еще тогда Гена понял, что как раньше уже не будет. А сейчас он просто боялся признаться даже самому себе, в бушующих внутри чувствах. — И что я ей скажу? Здравствуйте, Римма Анатольевна, не могли бы Вы нас с Чебурашкой пустить к себе пожить, на неопределенный срок, ну по старой памяти. — Ты чем меня слушаешь, вообще? Я же сказал, что она поможет тебе не с ночлежкой, а с домом! — Ну не знаю… — Гена задумался. А почему он вообще ляпнул про этот переезд к женщине? Неужели он где-то в глубине души все-таки мечтал о том, чтобы жить с ней вместе, в одном доме… как семья. Но Геннадий поспешил отбросить эти мысли подальше. — Ну как знаешь, но учти, что кроме нее тебе больше никто не поможет, даже мэр!***
Слова друга так глубоко засели в мыслях Геннадия, что тот сам того не понимая, оказался дома у Риммы Анатольевны. Мужчина стоял на пороге и никак не решался зайти внутрь. Вокруг дома слонялись самые разные люди: аниматоры, дрессировщики, клоуны и даже рыцари в железных доспехах, а из окна второго этажа слышались недовольные крики избалованной внучки — Сонечки. Вся эта картина выглядела так гармонично, на территории этого дома, и была полностью в духе Риммы Анатольевны — до безумия заботливой бабушки, поэтому Гене казалось, что он совершенно не вписывается в ее картину мира. Что она даже глазом не моргнет, услышав про его проблемы, что уж говорить о каких-то глупых чувствах, которые были исключительно его личной проблемой, как считал Геннадий, и ей обо всем этом было знать не обязательно, даже о его внезапном визите. И вот Гена уже собрался развернуться и покинуть территорию ее шикарного дома, как почувствовал на своей руке крепкую хватку маленькой лапки Чебурашки. И тут мужчина вспомнил, что пришел сюда не только ради себя, но и ради этого чудного зверька. У него тоже должен быть свой дом. Действительно, не вечно же им склонятся по друзьям и знакомым. Это происходило крайне редко, но сейчас Гена понимал, что его друг Валера был абсолютно прав, поэтому наконец собравшись с мыслями, он все-таки переступил порог ее дома, одновременно с этим, стараясь загнать, не вовремя разбушевавшихся чувства, куда подальше. Внутри было народу не меньше, и все они ожидали своей очереди, чтобы Римма Анатольевна смогла их принять, посмотреть на их выступление пару минут, и отправить домой. По крайней мере, большую часть артистов настигнет именно такая участь. По лестнице бегал Ларион, суетящийся вокруг артистов, и боявшийся, что его начальнице опять никто не понравится. — Геннадий Петрович? — удивленно поинтересовался помощник, никак не ожидавший здесь и сейчас встретиться с этим, ненавистным ему, крокодилом, — а Вы что здесь делаете? — Мне нужно срочно встретиться с Риммой Анатольевной, — не желая распинаться перед одним из подчиненных, заключил мужчина. — Боюсь, что срочно не получится. У Риммы Анатольевны очень плотный график на сегодня, может быть я могу Вам чем-то помочь? — поинтересовался Ларион, который никак не хотел, чтобы его начальница виделась с ним. Ведь за последний год он слишко часто слушал недовольные монологи от Риммы Анатольевны о том, что она никак не может понять, почему Геннадий Петрович никогда не приходит к ней в гости, хотя она его приглашает при каждой их встрече, которые случаются к сожалению слишком редко. И Лариону, который терпеть не мог Гену крокодила, очень не нравилась такая озабоченность своей начальницы этим сомнительным человеком. — Нет, я буду разговаривать только с Риммой Анатольевной, — наотрез отказался Гена. — Ну ладно, я, конечно, сообщу ей, что Вы ожидаете внизу, но все равно придется подождать, ведь Римма Анатольевна сейчас на совещании, которое она не собирается бросать ради обычного посетителя, — бросив последнюю фразу, Ларион поспешил подняться наверх, чтобы оставить Геннадия обдумывать его слова. Конечно, он не собирался рассказывать Римме о визите гостя, которого она так ждала, в надежде на то, что долгое ожидание так изнурит Геннадия, что тот сам покинет этот дом, так и не дождавшись появления хозяйки. Но, внезапно раздавшийся снизу звук разбитой вазы, разрушил все его планы. Решив, что это кто-то из артистов разбил что-то очень ценное, Римма Анатольевна быстро поднялась со своего места и направилась в хол. Увиденное повергло женщину в шок. Она никак не ожидал увидеть в своем доме этого мужчину, который уже долгое время не выходил у нее из головы. Женщина так растерялась, что и думать забыла о разбитой вазе за миллион, и о том, что ее внучка сейчас сидела вокруг осколков этой самой вазы и могла поранится. Все ее мысли были забиты Геннадием. Спускаясь по лестнице, она перебрала все варианты того, почему он вдруг так внезапно оказался в ее доме. Чебурашка узнал о приезде Сони и решил ее навестить? Или может быть Геннадий просто по ней соскучился и решил все-таки воспользоваться приглашением в гости? А может у него что-то случилось и ему срочно нужна ее помощь? И как бы женщине не хотелось верить во второй вариант, она все равно больше склонялась к третьему. — Геннадий Петрович, у Вас что-то случилось? — с ходу начала свой допрос, — Вы не так часто заходите ко мне. Точнее ни разу, — обида за этот самый факт все-таки проскочила на ружу и дала мужчине понять, что все эти приглашения с ее стороны — это были не пустые слова, она действительно его ждала. И от этой мысли сердце Геннадия забилось с такой силой, что ему показалось, будто оно вот-вот выскочит из груди и приземлится прямо в руки этой шикарной женщины. — Да, случилось, мне нужна Ваша помощь, — и рассказал он ей обо всем практически на одном дыхании, и про дом, и про парк аттракционов и про не законной проживание на земле, которая как оказалось ему не принадлежит. — Хорошо, я помогу Вам, но у меня есть одно условие — Вы с Чебурашкой придете на день рождения к Сонечке, — до конца не понимая, чье это было по большей степени желание, Сонечки или ее собственное, — Можете и Таню взять, и Гришу, и этого, как его… — Толика, — поспешил подсказать Гена. — Да, точно Толика. — Хорошо, мы будем, но что же ей дарить? — всерьез задался вопросом Геннадий, понимая, что благодаря бабушке у девочки есть буквально все. — А это не важно, ей все равно ничего не понравится.***
На удивление Геннадия, дом ему был возвращен намного раньше, чем он того ожидал. Не успел мужчина покинуть территорию дома Риммы Анатольевны, как она окликнула его с собственного балкона и сообщила о том, что вопрос решен и мужчина может спокойно вернуться домой. Геннадий не знал, как ему благодарить эту прекрасную женщину, но для себя решил, что обязательно подумает об этом на досуге.***
Геннадий Петрович, одетый в свой любимый парадно-выходной костюм, нервно озирался по сторонам, не веря, что такой шикарный праздник действительно был устроен в честь дня рождения избалованной Сонечки. Хозяйки мероприятия и ее внучки еще не было на торжестве, но Гена уже не мог дождаться момента встречи с Риммой Анатольевной. Ему безумно хотелось взглянуть на ее наряд, который она наверняка брала на заказ специально для этого мероприятия, и который она вероятнее всего никогда больше не наденет. Геннадий настолько сильно погрузился в свои мысли, целиком и полностью наполненные Риммой, что не сразу заметил, как отполированный до блеска автомобиль, с красноречивыми номерами «ШПК» въехал на территорию парка, в котором и проходил весь праздник. Сначала из салона появилась внучка — Сонечка в шикарном наряде, а уже следом появилась и ее бабушка, образ который сильно был похож на образ внучки. Невольно Гена засмотрелся на нее. Римма выглядела потрясающе, впрочем как и всегда. К своему внешнему виду женщина всегда относилась очень трепетно, и Геннадий это видел. Она вызывал в нем восхищение и еще одно чувство. Давно забытое…***
Чувство настольгии накрыло Гену в тот момент, когда его взгляд задержался на ларьке со сладкой ватой. Он вспомнил, как они с Любой гуляли по парку и соревновались в поедании сладкой ваты на скорость. Эти воспоминания грели его душу даже спустя долгие годы. Но его возвращение в прошлое было прервано мягким женским голосом. — Геннадий Петрович, не стесняйтесь, здесь все бесплатно, — и протянула ему сладкую вату на палочке. — Я не… — хотел было оправдаться, но не стал, внезапно вспомнив о более важном вопросе, — Кстати, спасибо Вам, за помощь с домом. — Вот видите, ко мне надо просто заходить почаще, — мягко улыбаясь, женщина приобняла его за плечо, направляя в сторону других столиков, наполненных самыми разными вкусностями.***
Гена был безумно зол на Чебурашку, ведь мало того, что он сорвал праздник, так еще и Римма благодаря всему этому переполоху угодила прямо в бассейн с шоколадом. Этот факт выводил Геннадия больше всего. Оказавшись в своем доме, он предложил Римме принять ванную, но та отказалась, ссылаясь на то, что у нее с собой даже сменной одежды нет, поэтому мужчина просто предоставил ей чистое полотенце. — Значит надо идти в горы, раз других зацепок нет, — неожиданно вмешалась в рассуждение Геннадия Римма. — Да, это зацепка, — размахивая в вилками в разные стороны, заключил «Робинзон Крузо». — А вдруг моя Сонечка упадет со скалы, вытирая ладошки полотенцем, причитала Римма — Это все Ваш ушастик виноват, — недовольно буркнула она. — А с чего это Вы решили, что это именно он их повел, — тоже возмущенно поинтересовался мужчина, — может это Ваша Соня. — Ну, конечно, моя Соня, — саркастически передразнила она Геннадия. — Ваша Соня, да, как раз таки больше и не кому, — не отставал от нее крокодил. — А мой Гришка он тоже тот еще авантюрист, как что-нибудь отчебучит, — вмешался в их перепалку Толик. — Так, идем в горы. Я домой. А если я домой без Гришки приду, Таня же волноваться будет, — запаниковал он. — Что же делать-то? У меня паническая атака и все такое. Это ромашка? — и не дождавшись ответа, он начал засовывать все содержимое банки себе в рот. Ларион, находящийся позади Риммы Анатольевны прыснул в голос. — Что смешного? Дети пропали, а ты ржешь, — сразу приструнила его начальница. — Значит так, нужно идти их спасать, и паникеры нам в горах не нужны! — последняя фраза была адресована уже Толику. — Идем в горы. Толя ты домой к Тане, — решил взять ситуацию в свои руки Гена. — А детей мы найдем. Обещаю, — а эта фраза была адресована уже Римме. Не смотря на небольшие разногласия между ними, мужчине все равно хотелось успокоить ее и вселить веру в то, что все будет хорошо. Ведь он прекрасно понимал, что она сейчас чувствует.***
Заскочив домой, Римма постаралась как можно скорее принять душ и привести себя в более или менее человеческий вид, а чтобы не терять время, женщина с порога приказал своей прислуге собрать все необходимые вещи для похода, а так же сказала, чтобы самим тоже собирались, ведь они идут с ней. Тем временем Гена, уже полностью готовый, ожидал ее внизу. Он бродил по гостиной и рассматривал портреты женщины, развешенные по комнате. На секунду в голову закралась мысль о том, что не помешало бы и ему повесить у себя дома похожую картину, но он тут же отогнал от себя эту мысль. Это было бы странно, наверное. Наверное…***
Римма и Гена, в сопровождении свиты из слуг, уже не первый час слонялись по горам. На своем пути они находили разные зацепки, которые говорили им о том, что они сейчас на правильном пути. Это были шкурки от мандаринов, фантики от конфет и поломанные ветви деревьев. Римма шла чуть позади Гены, и не смотря на жуткую усталость, каждый раз, когда мужчина на нее оборачивался она делала вид, что чувствует себя прекрасно. Не хотелось падать в грязь лицом перед ним. Но вот уже начало темнеть и женщина заявила всем о том, что пора устроить привал. Она совершенно не горела желанием лазить по горам всю ночь, но чтобы на это время не прекращать поиски по ее приказу в лес было направлено более 150-ти спасателей. Конечно, Гене эта идея не понравилась, он считал, что им нужно продолжить поиски, но никто его не поддержал, ведь все были уставшие и поэтому мужчине ничего не оставалось, как подчиниться и тоже начать обустраивать лагерь. Буквально минут через 20 на поляне уже стояли палатки и был разбит ресторан, вернее его подобие. — Я нам на ужин червей наловил, — откуда ни возьмись появился дворник с баночкой наполовину наполненной дождевыми червями. — Хи-хи-хи, с соусом песто это будет настоящий деликатес, — издевался Ларион. — вот возьмите вилочку к Вашим макаронам. — Сейчас где-то в лесу находится моя внучка, в голоде и холоде, а ты ржешь, — Римма выскочила из своей палатки словно фурия, сразу заткнув рот своему помощнику. — И мой внук тоже, и Чебурашка тоже, — перебил ее Гена. — Да, но просто моя Сонечка не привыкла к таким условиям, — женщина говорила уже мягко. Во-первых она совсем не желала с ним ругаться. А во-вторых Римма прекрасно видела каких усилий ему стоило то, чтобы пойти ей на встречу и временно прервать поиски. — Именно поэтому Вы и притащили сюда целый ресторан, — он подколол ее, но не желая при этом сделать больно. Просто у них сейчас была такая игра. И Римма его в этой игре поддерживала. — А что же Вы прикажите червей есть? — хмыкнула женщина и не дожидаясь от него ответа приступила к еде.***
Гена сидел на надувном кресле и наблюдал за тем, как слуги бегают вокруг Риммы будто верные песики. Эта картина заставляла его улыбаться и чувствовать себя недовольным одновременно. Но вот один из подчиненных, который только что растирал ковры по всей поляне, вытащил из своего огромного рюкзака две пары мягких тапочек. Одни он сразу отнес Римме Анатольевне и та не колебавшись ни минуты надела их, а вторые предназначались ему — Гене. Увидев, как перед ним опустилась пара плюшевых тапок он окончательно вскипел. — Римма Анатольевна, можно Вас на пару слов, — мужчина быстро подскочил со своего места и дожидался, когда она сделает тоже самое. — Да, конечно, Геннадий Петрович, — она аккуратно поставила чашку со своим чаем на стол и направилась за ним. — Что за цирк Вы здесь устроили? — заведя женщину за большой дуб, где не было никого из проворных подчиненных, сразу начал задавать вопросы Гена. — Зачем Вам в лесу ресторан, ковры, надувные диваны и мягкие тапочки?! — Вообще-то, я и для Вас старалась тоже! — недовольно вскрикнула Римма, — чтобы Вы не ели, в этом чертовом лесу, червяков и не спали на холодной земле. — А кто Вас просил обо мне заботиться? Я взрослый мужчина, сам как-нибудь разберусь! — не отступал Гена, — И вообще, пока мы здесь прохлаждаемся, где-то там в лесу наши внуки и Чебурашка. — Я же уже сказала, что лес прочесывают более 150-ти человек, и если им пока не удалось никакого найти, то у нас и подавно нет шансов! — Конечно, у нас нет шансов, мы же на месте сидим, чаи гоняем, — никак не унимался Геннадий. — Знаете, что, — окончательно разозленная Римма, давала ему понять, что она тоже не собирается уступать, — если Вам не терпится, то Вы можете отправиться следом за ними! Давайте, скатертью дорога! — Ну и пойду, — буркнул крокодил, направившись в сторону леса. Он был настолько зол, что не взял с собой даже собственный походный рюкзак, который продолжал мирно покоится рядом с палаткой Риммы. — Стой, упрямый крокодил! — неожиданно даже для самой себя вскрикнула Римма, — не хватало нам еще тебя потом по всему лесу искать. — А за меня не переживай, выйду как-нибудь, — не сдавал позиций Геннадий. — Еще чего, — она бросилась вслед за ним, чтобы не дать мужчине уйти, — все вместе пойдем, когда солнце встанет, — Римма схватила мужчину за рукав, не давая ему уйти. — Вам то какое до меня дело? Вы сами только что сказали, что бы я шел на все четыре стороны! — А такое, — смазанный поцелуй коснулся мужских губ. Римма Анатольевна сама не успела понять, что на нее нашло в тот момент, но факт останется фактом — она его поцеловала, и ничего уже с этим не сделаешь. Пусть этот поцелуй был смазанным и быстрым, но Геннадий явно успел понять, что это был именно он — поцелуй от Риммы Анатольевны. Лицо женщины мгновенно побогравело, и она поспешила отдернуть руку, которая все это время держала мужчину за рукав. Осознав, что Римма начала давать заднюю, Гена быстро обхватил ее лицо своими большими ладонями, и прижался к ее пухлым от природы губам своими. Им Казалось, что время остановилось. Пара продолжала терзать губы друг друга, боясь, что это всего лишь сон или мираж, который вот-вот может исчезнуть. Но это был не сон, они действительно стояли посреди леса, прячась от лишних глаз за стволом огромного дуба, и целовались. Когда воздуха в легких перестало хватать, поцелуй пришлось разорвать, и осознав, что именно только что произошло, женщина поспешила выпутаться из цепких рук мужчины и направиться обратно в сторону лагеря. — Римма, — Геннадий среагировал практически мгновенно и успел схватить женскую ладошку, пока та не затерялась среди своей прислуги. — Может мы это как-то обсудим? — Ген, давай потом. Сейчас не лучшее время, — заключила женщина, даже не поднимая на своего собеседника глаз. — Ладно, давай попозже, — Гена стоял и просто наблюдал за тем, как нежная ручка выскальзывает из его хватки, и миниатюрная женская фигура скрывается вдали, даже ни разу на него не обернувшись, — но мы все равно вернемся к этому разговору, — заключил он так, чтобы Римма этого уже не услышала.***
Вечером того дня Римма сразу скрылась в своей палатке, поэтому пересеклись они с Геной только уже утром следующего дня. Оба делали вид, что вчера между ними ничего не произошло. Поэтому после завтрака, все молча продолжили поиски. Весь путь Римма держалась немного позади Гены и постоянно бросала на него беглые взгляды. Он чувствовал это, но так ни разу и не обернулся на нее. Побоялся. Спускаясь с очередного холма, вся делегация вышла к реке. На берегу колыхался надувной матрас — вчерашняя пропажа. Гена сразу подумал о том, что ночь Римме наверно пришлось провести на жесткой и холодной земле и ему стало ее искренне жаль, не смотря на то, что сам он ночевал точно так же. Но ведь Римма Анатольевна не была к такому привыкшей и у нее наверняка к утру разболелась спина. Но сам не понимая почему, он вместо слов сожаления решил ее подколоть. — О, Ваше ложе Римма Анатольевна, — но увидев ее недовольный взгляд из-под опущенных очков, Геннадий тут же притих. И тут внезапно где- то поблизости послышался громкий крик. Это была Сонечка. Римма сразу же поняла, что дети в большой опасности и их нужно было срочно спасать. — Это там, — указал в сторону реки Ларион. — Ну чего смотрите, надо их срочно спасать, — тут же засуетилась женщина, подгоняя своих подчиненных. — Так, сохраняйте спокойствие, Римма Анатольевна, все будет хорошо, — Геннадию безумно хотелось прижать ее к себе и успокоить, но он воздержался лишь поддерживающими словами. — Эй вы, привязывайте быстро веревку к матрасу, пора уже вытащить их из этого леса. Но подчиненные были не его, а Риммы, поэтому они и с места не тронулись после его слов. — Что стоите и смотрите? Быстро делайте то, что он Вам говорит! Или Вы хотите, чтобы с ними что-то случилось там?! — женщина завелась не на шутку и начала кричать на свою прислугу. А те, в свою очередь, испугавшись гнева начальницы сразу же бросились к веревкам.***
И вот наконец дети оказались на берегу. Римма сразу же бросилась к своей внучке с пледом, чтобы согреть ее и уберечь от простуды. Гена злился. Злился на Чебурашку за то, что тот потащил их всех в этот чертов поход. Злился на самого себя за то, что не смог уберечь его от этого. Но он нисколько не злился на Римму Анатольевну. Гена просто не мог на нее злиться, ведь ему хватало буквально одного взгляда на нее, чтобы сердце начинало трепетать. Этим он сейчас и воспользовался. Одного взгляда стало достаточно для того, чтобы успокоиться. — Возвращаемся, — буркнул Геннадий, подхватывая Чебурашку на руку. — А ты, если еще раз сбежишь… — он не закончил, а лишь пригрозил ему пальцем. — Прости, — и тут он почувствовал, как Гена тяжело вздохнув, погладил его по макушке. Больше не злится.***
Гена ворвался на территорию собственного дома в тот момент, когда пожар охватывал его с неистовой силой. Где-то позади Римма Анатольевна ругалась со своим подчиненным, но сквозь эти крики он услышал голос Сонечки: — Чебурашка внутри, а они нас туда не пускают! Именно эти слова стали для него призывом к действию. Гена быстро прыгнул за руль и поехал прямо на всех этих людей в черных костюмах, разгоняя их в разные стороны. Прорвавшись сквозь охрану, Гена быстро бросился в дом, направляясь на поиски Чебурашки. Оглядевшись по сторонам, Гена сразу понял, что зверек прячется в своем домике и бросился к нему. Но языки пламени наступали на них со всех сторон, поэтому покинуть дом к сожалению не удалось. Тогда Гена принял решение спрятаться в ванной. Он бросил в щель между дверью и полом мокрую тряпку, чтобы огонь не проник к ним внутрь. — Прости меня, Гена. Я понял, почему ты всегда меня ругал. Ты знал, что такое может произойти и поэтому волновался за меня, — грустно начал Чебурашка. — Гена, мы умрем, да? — Это не важной, мой родной, — Гена нежно поглаживал зверька, находящегося у него на руках. — Ты знаешь, моя Люба говорила, что мы должны цените каждый час, каждую минут, каждую секунду жизни. Каждое мгновение, когда мы счастливы. — Гена, я сейчас счастлив. Раздался оглушительный треск обгорающих досок. На улице вскрикнула Таня. Где-то поблизости раздался приближающийся звук сирены пожарной машины. Оставалось потерпеть еще чуть-чуть. Еще чуть-чуть и их спасут. Еще чуть-чуть, еще немножко… Пожар с трудом, но все же потушили. Дом наполовину обвалился, поэтому пройти внутрь было проблематично. Спасатели раскидали доски, которыми завалило проход и наконец направились внутрь, а за ними следом прошли Римма, Валера и Таня с Толиком. — Пап! Папа! — звала Таня, надеясь, что он отзовется, но вокруг стоял гробовая тишина. Никто не отвечал. — Папочка! — продолжала звать девушка. Наконец раздался чей-то сдавленный кашель. Он исходил из-под чугунной ванны. Все сразу с облегчением вздохнули, поняв, что это были они. Спасатели приподняли ванну, помогая Гене и Чебурашке выбраться наружу. Таня и Валера сразу повисли у Геннадия на шее, обнимая его крепко- крепко. Таня плакала. Римма же стояла немного поодаль, облокачивались на колонну. Ей было немного дурно. Вся эта ситуация заставила ее так сильно нервничать, что сейчас страх отступал немного болезненно. Из ее глаз тоненькой дорожкой скатилась слеза. Все хорошо, что хорошо кончается.***
Спустя несколько месяцев
Гена докрашивал последнюю перилу в то время, как его верные друзья во главе с дочерью накрывали на стол, в ожидании последних гостей. — Поздравляю с новосельем, дружище, — на пороге дома появился Валера с большой, накрытой какой-то цветастой тканью, клеткой в руках. — Хочу подарить тебе противопожарную сигнализацию. Мужчина скинул тряпку, а под ней обнаружился попугай. Он сидел молча пока к его клетке не поднесли зажженную зажигалку и тут птичка во все горло заорала: — Пожар! Пожар! Пожар! — Спасибо, не надо, — тут же отрезал Гена, представляя что будет происходить у него дома, когда Чебурашка начнет «общаться» с этой «сигнализацией». — У себя установи. — Не прокатило, — досадно заключил Валера, немного расстроившись. — Не прокатило! Не прокатило! — тут же стал повторять за ним попугайчик, будто подкалывал. — С новосельем, друг, — тут уже появился дворник, державший в руках ярко красный огнетушитель. — Очень оригинально, спасибо, — и подхватив подарок, Гена быстро поставил его к трем похожим огнетушителям, которые ему преподнесли такие же креативные друзья. — Эх, надо было желтый брать, — расстроившись пробубнил себе под нос Робинзон. — Всем привет, — и вот наконец Гена увидел ее. Римма выглядела как всегда безупречно, а рядом с ней шагала ее внучка, — Как и обещала, бумаги на аренду земли. Теперь это Ваш дом на 99 лет. — Хах, на полжизни тебе хватит, — ухмыльнулся Валера, наблюдая, как женщина протягивает его другу бумаги. — Римма Анатольевна, я даже не знаю, как Вас благодарить, — немного смущенно протянул Гена, принимая из женских рук документы. Вы приходите к нам, когда захотите, наш дом — Ваш дом. — А мы и будем приходить, — тут уже затараторила Сонечка, — ну мы же переехали. Бабушка для того, чтобы Вам эти бумажки подарить свой дом продала, а остальное Ларион забрал. Кстати мы тут такую классную квартирку присмотрели и я у папы на все лето отпросилась, чтобы быть с бабушкой. — Бу-бу-бу- бу, — передразнила ее Римма, понимая, что ее секрет был окончательно и бесповоротно раскрыт. — Вы продали свой дом? — удивление разлилось на лице мужчины. Получив от нее кивок, он продолжил. — Но зачем? — Счастье за деньги не купишь, — просто ответила Римма, глядя на Гену глазами полными нежности. — Может быть Вам тогда пока у нас пожить? Хотите мы Вам отдельную комнату выделим, у нас этих комнат… одна, — все тут же разразились заразительным смехом и наконец стали усаживаться за стол, чтобы начать праздник.***
Гена открыл дверь и увидел на пороге своего дома ее — Римму Анатольевну, женщину, при одном взгляде на которую у него начинало колотиться сердце и терялся весь словарный запас, превращая его речь при этом, в речь влюбленного мальчишки. Внешний вид Риммы был как всегда безупречен, и на это Геннадий сразу обратил внимание. На лице мгновенно появилась улыбка, а глаза по-особенному засияли. И тут Гена неожиданно поймал себя на мысли, что подобного наряда он у нее раньше не видел, и тогда он немного задумался о том, сколько же у нее все-таки различных предметов гардероба. И сразу, будто ответом на этот вопрос, перед его взглядом всплыла следующая картина: на лужайке, перед домом, покоилась целая гора из чемоданов женщины, наполненных ее вещами. — Я не надолго, — послышался нежный голосок. Раздался тяжелый вздох Геннадия, после чего он продолжил: — Ну проходите, располагайтесь, — мужчина осторожно расположил руку между женских лопаток, чтобы направить ее в сторону дома, и придержав перед Риммой дверь, они вместе направились внутрь дома. — Благодарю.***
На удивление Риммы Анатольевны, внутри дома она чувствовала себя более чем комфортно. Вовремя сборки чемоданов, женщина успела очень сильно себя накрутить, переживая, что первое время ей будет тяжело освоиться в новых условиях, но все оказалось куда легче, чем она думала. — Здравствуйте, Римма Анатольевна, — послышался тоненький голос Чебурашки откуда-то сверху. Женщина подняла голову вверх, туда, откуда донесся голос, и увидела зверька, качающегося на люстре. — Привет, Чебурашка, — радостно улыбнувшись, она помахала ему рукой. — А ну слезай немедленно, — тут же пригрозил ему Гена, — не видишь что ли, у нас гостья. Римма Анатольевна теперь будет жить с нами. — Ух ты, здорово, — и после этих слов Чебурашка с грохотом упал на пол, но к его счастью, люстра осталась качаться на своем месте, и не повалилась вслед за ним, — ой, чебурахнулся. — Давай помогу, — Римма протянула ему руку, слегка хихикая от выходки пушистика. — Спасибо, — поблагодарил он, наконец поднявшись на ноги. — Римма Анатольевна, — пойдемте я Вам Вашу комнату покажу, — Гена аккуратно обхватил женский локоть и повел ее в сторону комнаты. Геннадий ничего не мог с собой поделать, ему все время хотелось касаться ее нежной кожи и чувствовать прекрасный аромат ее духов, поэтому пока была такая возможность, он всеми силами цеплялся за нее. — Да, конечно, пойдемте, — ни секунды не колебавшись, она направилась за ним следом. Оказавшись внутри, Гена быстро щелкнул выключателем, представляя женщине ее личные апартаменты. — Вот это Ваша комната, Римма Анатольевна, но правда мне еще надо подумать над тем, куда деть все Ваши многочисленные чемоданы и наряды, — ухмыльнувшись, заключил он. — Ну с этим, мы как-нибудь разберемся, — подмигнув Геннадию, женщина начала осматривать свою комнату, — И, да, кстати, можно просто Римма. — Тогда я тоже, просто Гена, — широко улыбаясь, проговорил мужчина. — Договорились. И спасибо, — она сдала небольшую паузу, но заметив замешательство в глазах Гены, продолжила — за комнату. — Да, пустяки, мне наоборот даже приятно, что между нашим домом и квартирой, Вы выбрали именно нас, — осознав, что взболтнул лишнего, он поспешил удалится. — Ну я пойду, располагайтесь. И да, кстати, — уже на выходе вспомнил он, — моя комната напротив, — и после этих слов Геннадий окончательно покинул комнату, оставив женщину наедине со своими мыслями.***
Небольшую комнатку, которая раньше (до пожара) хранила в себе инструменты, старую мебель и прочие не нужные вещи, было решено выделить под женские наряды, ведь они никоим образом не смогли поместиться в шкаф, находящийся в комнате Риммы Анатольевны, даже не смотря на то, что он был достаточно вместительным. Сама же женщины достаточно быстро привыкла к новым условиям, поэтому спустя уже пару дней, этот дом стал ощущаться для нее как свой родной дом, в котором она прожила полжизни. И не смотря на все переживания, соседство с Геннадием никак не не смущало, наоборот, при каждом их пересечении на кухне или во дворе дома, сердце начинало стучать быстрее, но это не доставляло дискомфорта, а лишь дарило чувство тепла и нежности. Так произошло и сейчас. Римма расположилась на кухне, желая приготовить что-нибудь вкусненькое на ужин, ведь все прошлые дни вопросом еды занимался исключительно Гена, а женщина хотела им показать, что не смотря на достаточно длительное использование услуг личного шеф-повара, она тоже достаточно не плохо готовит. Поэтому пока Гена отправился на обход дендрария, а Чебурашка играл в саду, женщина решила заняться приготовлением ужина. Не смотря на длительное отсутствие практики, женские руки прекрасно все помнили, и ужин обещал быть очень вкусным. Основное блюдо и соус для него были приготовлены достаточно быстро, поэтому Римма тут же принялась за нарезку овощей для салата. Движения ее рук были плавными и расслабленными, поэтому вернувшийся немного раньше, чем планировал, Гена, застыл на пороге собственного дома. Она стояла к нему спиной, но это не мешало ему любоваться ее плавными движениями. Геннадий был не в силах совладать с собой, поэтому приблизившись, как можно тише, к женщине, он аккуратно положил свои руки поверх ее, продолжая нарезку овощей, но уже в четыре руки. Женщина вздрогнула, но не обернулась. Она сразу поняла, кто именно за ней стоит, поэтому ее сердце в мгновение сделало кульбит. Но она постаралась продолжить так, как будто мужское дыхание не обжигало сейчас ее затылок, а мощная мужская грудь, не прижималась к ее хрупкой женской спине. — Не знал, что ты готовишь, — голос был с легкой хрипотцой, что вызывало сотни мурашек у Риммы. — Ну я не только командовать умею, — фыркнула женщина, слегка закусывая губу. — Да, еще ты прекрасно поешь, — не смог не подметить то, как она пару минут назад напевала себе что-то под нос. — Ах ты, — она повернула свою голову в его сторону, но прикосновение не разорвала, — и давно ты тут стоишь? — Не очень, — они уже ничего не резали, но женская ладошка продолжала сжимать рукоятку ножа, а мужские руки никак не хотели отпускать ее рук. — Врешь, — завороженная омутом его глаз, она выдохнула это на одном дыхании. — Не-а, — чуть тише протянул Геннадий и его губы наконец накрыли женские. Он соскучился по ней. С того их поцелуя в лесу прошло достаточно времени, а они так это и не обсудили, поэтому их отношения никак не двигались с мертвой точки. Гена терзал женские губы, давая ей понять, как сильно он по ним соскучился. Нож со звоном опустился на столешницу, после чего Римма, не разрывая поцелуй, обернулась в мужских объятиях, и сразу же ее спина оказалась прижатой к кухонной столешнице. Мужские руки по-хозяйски переместились на изящную талию, а женские ладошки, в свою очередь, зарылись в мужские пряди, пальчиками перебирая их. Мгновение, второе, третье. Никто не собирался разрывать этот сладостный поцелуй, но тут послышался звук духовки, оповещающий о том, что мясо было готово. Недовольно простонав прямо Гене в губы, Римма все-таки отстранилась от мужчины, понимая, что иначе они сегодня останутся без ужина. Секунда глаза в глаза, и она отходит от него, чтобы вытащить мясо из духовки, пока то не сгорело. Достав и опустив противень на плиту, женщина обернулась, но Гены в доме уже не было. Он решил, что ему надо проветриться и хорошенько обдумать все только что произошедшее.***
Геннадий Петрович сидел на заднем дворе дома и что-то бездумно колотил. Со стороны казалось, что он мастерит что-то важное, но на деле мужчина просто скалачивал между собой различные доски. Голова его была забита их поцелуем. Вернее двумя поцелуями. Тогда в лесу она первая проявила инициативу и поцеловала его, пусть это и выглядело так, как будто произошло случайно, но он все равно тогда поддержал этот порыв, просто потому что был не в силах себя сдерживать. Гена давно ловил себя на мысли, что он не равнодушен к Римме, а при такой близости его чувства намного сильнее обострились. Сегодня же он проявил эту самую инициативу. Он вновь не смог совладать с собой, но и она была не против. Могла ли Римма чувствовать к нему что-то подобное или это просто недостаток мужского внимания так на нее влиял? Этот вопрос никак не давал покоя мужчине. Хотя, что он нес? Какой еще к черту, недостаток внимания? Римма безумно привлекательная и обаятельная женщина и наверняка вокруг нее всегда множество разных мужчин, которые превосходят его, Геннадия, по всем параметрам. Тогда зачем он ей, она ведь может заполучить любого, понравившегося ей мужчину… Но внутренние самотерзания мужчины прервал робкий голосок у него за спиной: — Ген, пойдем ужинать… Все готово, — Римма стояла на небольшом расстоянии и не решалась подойти, но и не отстранялась окончательно. Женщина боялась давить на Гену, ей хотелось понять, что он обо всем этом думает, и что он, в конце концов, к ней чувствует. — Да, пойдем, — мужчина поднялся со своего места, но тоже старался держаться чуть поодаль, боясь вновь не совладать с собой. Ужинали они в беседке около дома, ведь пока на улице была теплая погода, надо было этим пользоваться и больше времени проводить на свежем воздухе. Взрослые ели молча. Каждый был погружен в собственные мысли. Чебурашка по-началу пытался их разговорить, но поняв, что это бесполезно и они его совсем не слушают, продолжил есть молча, слегка покачиваясь на стуле. Одно неверное движение, и вот он уже чебурахнулся с этого чертового стула прямо на пол. — Ой, — раздался из-под стола тихий голос зверька. — Чебурашка! — вскрикнули в один голос оба взрослых. — Сильно ударился? — тут же поинтересовалась Римма Анатольевна, наблюдая, как Гена помогает пушистику подняться. — Нет, все хорошо, спасибо, — благодарность была адресована Геннадию, который помог ему вновь сесть на стул. — Сколько раз я тебе говорил, не качайся на стуле, — Гена не ругал Чебурашку. Его недовольство было вызвано лишь переживанием за своего друга. — Извини, — зверек взглянул в свою тарелку и довольно заключил, — спасибо, Римма Анатольевна, было очень вкусно, — и собрав за собой грязную посуду, понес ее в дом. — И, правда, очень вкусно, спасибо, — тихо поблагодарил Гена, наконец посмотрев женщине прямо в глаза. — Спасибо, я старалась, — так же тихо ответила Римма, слегка смущаясь от такой похвалы. — Слушайте, а может мы сегодня все вместе фильм посмотрим, проведем время вместе, как Вам? — слега переживая, предложила она, боясь, что он откажется и опять сбежит от нее. — Отличная идея, давайте, — поддержал эту идею Гена, продолжая наблюдать да ней. — Правда? Ну я тогда пока со стола уберу, а Вы фильм выберите, — и она поднялась со своего места, чтобы собрать грязную посуду. — Я помогу, — и не дожидаясь отказа от помощи с ее стороны, понес всю грязную посуду, что она успела собрать, в дом.***
Фильм выбирали долго. Хотелось посмотреть, что-то веселое, но при этом что-то домашнее и уютное. На удивление взрослых, Чебурашка тоже сразу поддержал эту идею, хотя они думали, что такому не усидчивому зверьку, будет тяжело просидеть столько времени на одном месте. Чебурашка сразу занял свое место на кресле, находясь при этом чуть в стороне от взрослых. Гена и Римма же, в свою очередь, разместились на диване, облокотившись на его противоположные стороны. Фильм оказался на удивление всех очень интересным и захватывающим, так что оторваться было практически невозможно. Но на моменте, когда главный герой признавался в любви своей второй половинке, Гена не смог сдержаться, бросая заинтересованные взгляды в сторону Риммы. Та же не смотрела в его сторону, но чувствовала на себе этот прожигающий взгляд. Геннадий наконец понял, что именно он мужчина и он должен делать к ней шаги, а она всего лишь женщина, которая хочет, чтобы ее сердца добивались. Поэтому не долго думая, поддавшись воле собственных чувств, Гена наконец собрал всю свою волю в кулак и наклонится в сторону женщины. Его большая, грубая ладонь обхватила нежную женскую и без слов, аккуратно потянула ее на себя. Римма тут же обернулась и без лишних вопросов, поддалась напору мужчины. В следующее мгновение они уже лежали рядом, прижимаясь к друг другу. Рука Геннадия мирно подглаживала тонкую талию, а подбородок Риммы и ее правая ладонь, в свою очередь, покоялись на мужской груди. Подобная картина обоим казалась абсолютно правильной и гармоничной. Никто не проронил ни слова. Никто не задал никакого вопроса. Они чувствовали друг друга и без этого. Чувствовали, что так было нужно, что так было правильно. Они просто наслаждались моментом, наслаждались друг другом. Фильм уже не казался таким интересным, Чебурашка, как они и ожидали, ушел спать, не досмотрев и до середины, поэтому сейчас мысли обоих были заняты только близостью их тел. В душе Риммы наступило полное успокоение, поэтому глаза стали смыкаться сами собой, не дождавшись конца фильма. И в конце концов она все-таки уснула в объятиях этого крокодила. Ощутив на своей груди медленное и размеренное дыхание, Гена понял, что Римма уснула. Ему ни в коем случае не хотелось ее тревожить, поэтому он лишь довольно ухмыльнулся и тоже прикрыл глаза, попутно выключая телевизор. И вот уже сон накрыл их обоих.***
Утро подкралось незаметно. Солнце уже поднялось, поэтому его лучи без особого труда пробивались сквозь неплотно завешенные шторы и падали прямо на лица двух мирно спящих***
День проходил тихо и размерено. Сначала все семейство дружно позавтракало, после чего Чебурашка заявил, что сегодня он пойдет в гости к Грише и останется там с ночевкой. Никто из взрослых не был против, поэтому зверек тут же побежал собираться, ведь с минуты на минуту должен был придти Гриша с родителями, чтобы его забрать. Когда Таня с Толиком наконец пришли, Гриша тут же убежал в дом, чтобы помочь Чебурашке в сборах, а его родители, в свою очередь, прошли в беседку, где в это время пили чай Римма с Геной. Поздоровавшись с гостями, новоиспеченная хозяйка этого дома быстро направилась внутрь, чтобы принести им кружки под чай. — Привет, пап, — Таня подошла к отцу и крепко его обняла. — Привет, Танюш. Ну как вы, как дела? — тут же поинтересовался Геннадий, переживая за дочь, — как дочка, не капризничает? — Ты знаешь, к нашему удивлению, практически нет, очень спокойный ребенок, — присаживаясь рядом с отцом, произнесла девушка. — Ну и замечательно, — Гена на секунду задумался, а после продолжил. — Слушай, а это вообще удобно, ну что Чебурашка сегодня у вас останется. У вас же ребенок маленький, да и за Гришкой присмотр нужен, а если они вдвоем будут, так это вообще… — Ничего не вообще, — Таня не дала ему продолжить, — пап, не переживай, все хорошо будет. Я за Любой присмотрю, Толик за ребятами, мы справимся, не переживай так. — Ну не знаю, — продолжал сомневаться крокодил. — А вы тут пока время вместе проведете, пообщаетесь, узнаете друг друга получше, — заговорщически произнесла Таня, довольно улыбаясь. — Ты о чем? — удивленный словами дочери, спросил Гена. Но ответить она ему не успела, так как на пороге беседки появилась Римма с двумя чашками для гостей.***
Еще немного посидев, гости все-таки ушли, прихватив с собой и Чебурашку. Вслед за ними дом покинул и сам Геннадий. Ему нужно было сходить на работу, но он обещал, что ненадолго и скоро вернется. Оставшись в доме одна, Римма решила вновь заняться готовкой, но сегодня она планировала приготовить не просто ужин, а романтический ужин при свечах. Поэтому решив не терять ни минуты, она быстро приступила к приготовлению пищи.***
Все уже было готово, стол накрыт и за сервирован. Предполагая, что Гена должен скоро вернуться, женщина направилась в свою комнату, чтобы переодеться в какое-нибудь вечернее платье. Она стояла перед своим шкафом и перебирала самые разные наряды. Не хотелось прямо сильно наряжаться, но и ужинать просто в домашнем халате тоже не хотелось. И наконец на глаза женщине попалось одно очень симпатичное платье. Оно было бордового цвета, имело глубокое декольте и сидел идеально по фигуре, поэтому женщина решила остановить свой выбор именно на нем. Взглянув напоследок на себя в зеркало, женщина наконец покинула свою спальню. В коридоре Римма сразу налетела на Геннадия, который видимо направлялся в собственную спальню. — Ой, прости, я тебя не заметила, — чуть-чуть потупившись, извинилась она. — Ты прекрасно, выглядишь, — мужской взор сразу зацепился за внешний вид собеседницы. Она всегда выглядела потрясающе, но сегодня это было как-то по-особенному. — Спасибо, — немного смущенно, ответила она. — Ты снова приготовила ужин, — Гена медленно приближался к женской фигуре, но та и не пыталась отступать. — Спасибо. Это очень приятно, когда о тебе заботятся. Она ничего не ответила. Просто не успела, ведь уже в следующую секунду ее губы были накрыты мужскими. Этот поцелуй не вызывал ни у кого из этой пары сомнений насчет того, что же между ними будет дальше. Они уже для себя все решили. Теперь они больше не будут прятаться по углам, находясь в статусе непонятно кого друг для друга. Теперь они пара. Мужские руки уже по-хозяйски расположились на женской талии, притягивая Римму к себе как можно ближе. Ее нежные ручки обвили Генину шею, давая ему понять, что она чувствует к нему тоже самое, что и он к ней. Это дало абсолютную свободу мужским действиям. Одна из его рук продолжала лежать на талии, а вторая тем временем, поползла ниже, на поясницу. От такого напора женщина тихо простонала прямо мужчине в губы. Он попятился в свою комнату, толкая дверь в неё прямо собственной спиной. Все стены рухнули. Нежная женская кожа соприкоснулась с немного жёсткими простынями, но сейчас ее это мало волновало. Платье полетело в сторону, а следом оправилась и мужская рубашка. Руки, губы, дыхание — всё смешалось между ними. На секунду он оторвался от её губ и заглянул в бездонные глаза, полные страсти и желания. Её приоткрытые пухлые губы манили его, и он не мог устоять перед искушением. Он вновь прильнул к ним, и этот поцелуй стал ещё более властным и чувственным. Оторвавшись от мужских губ, Римма подняла голову вверх, открывая Гене доступ к своей нежной шее. Он незамедлительно воспользоваться этим приглашением, и его губы начали спускаться ниже, оставляя за собой дорожку из нежных поцелуев. С каждой новой лаской она ощущала, как в её теле нарастает желание. Он нежно поцеловал ее острую ключицу, а затем продолжил свой путь вниз, исследуя все новые и новые участки прекрасного тела. С каждым движением его рук она чувствовала, как её сердце начинает биться быстрее, а дыхание становится прерывистым. Рванные движения отзываются гулким стуком сердец в ушах. Мешающее одеяло падает на пол, а деревянная кровать тихо скрипит под давлением двух тел. Их стоны смешиваются со шлепком тел, разрывая тишину комнаты. Его руки скользят вдоль позвоночника, от чего Римма невольно вздрагивает, чем подстёгивает себя к финальной точке. Женское тело, вместе с мужским, вздрагивает несколько раз, прежде чем обмякнуть в нежных объятиях.***
— Я, конечно, уже не такой голодный, но твое творение отведаю с удовольствием, — легонько поглаживая ее по плечу, вымолвил мужчина. — Давай, еще немного полежим, а уже потом пойдем, — обессиленная женская фигура, лишь слегка поерзала на месте. — Договорились, любимая, — но женщина не успела как-либо прокомментировать то, как он только что ее назвал, потому что губы ее уже были захвачены страстным поцелуем.
Примечания:
Спасибо, за прочтение, пишите свое мнение, по поводу работы, в комментариях❤️
