Сахар

Люцифер был нежным. В всех смыслах: его кожа словно плавилась под прикосновениями, взгляд таял даже при самых жарких ссорах, а его крылья… ох, его крылья, абсолютно все, и те, что украшали овал пустой головушки. Вы не подумайте, Аластор не был влюблен в этого глупого, самонадеянного падшего ангела, вовсе нет! Он уважал его, восхищался силой, но влюблённостью его язык бы не повернулся это назвать. Он все ещё считал его жалким, саморазрушительным идиотом. Даже вопреки тому, что и Рози, и сам Люцифер называли это противное щекочущее изнутри чувство именно этим глупым словом. Просто это создание убивает его одним своим существованием, он уверен. А в аргумент чаще всего приводили один факт. Он не брезговал удовлетворять чужие сексуальные желания и спокойно говорил о своих. Может, они и не были связаны с половыми органами объекта, но, возможно, и только возможно, были вызваны другими факторами! Может быть этими трепещущими крыльями обрамляющие кругловатое лицо… Или сильными, но мягкими бёдрами, которые сжимали талию радио-демона в тиски, пока он толкался все глубже. Или звонким голосом, который выкрикивал его имя, все громче и громче, грозясь раскрыть их маленький секрет всему отелю. Руками, которые разрывали простыни, когда дьявол потеряв контроль извивался в кульминации на постели. — Ал, ты с мной? — Что-то коснулось щеки, немного сфокусировавшись демон разглядел тёмную ладонь, так ярко контрастирующую с остальной, за исключением голеней, бледной кожей, — коридорный вновь заблудился в своих мыслях? Хитрая ухмылка освещала лицо дъявола, отражаясь в узких зрачках красных глаз. Аластор лишь фыркнул и перехватив запястье толкнулся сильнее, наблюдая как пальцы на руке разошлись в напряжении. — И не мечтай, Лю, покоя тебе не видать, — темп ускоряется и радио-демон, кажется, никогда не признается в том, что очарован видом перед собою. Крылья трепещут, светлые волосы растрепались спадая на бледное лицо, а веки крепко зажмурены. Пот скатывается по всему лицу и телу, придавая им влажный блеск, укусы рассыпаны по всему периметру торса, что несомненно только украшает. Аластор ухватывает своего ангела крепче за бедро, оставляя гематомы, которые окрасятся в различные оттенки жёлтого, заставляя кожу светиться ярче: он определённо будет любоваться ими завтра, с утра, когда Люцифер будет сонным и у него не будет сил и желания язвить. Заставляет вытянуть схваченую руку ещё сильнее, подтягивая её к паху, где виднеются блондинистые волосы. Комнату наполняют влажные шлепки и уши Аластора непроизвольно навостряются, заставляя его прислушиваться к стонам и мокрым звукам. Его Высочество наслаждается, утопает в наслаждении, а его взгляд постепенно мутнеет. Радио-демон не может поверить, что доводит короля Ада до такого состояния; не может поверить и в то, что его самого до такого состояния это нелепое создания доводило не раз. — А-Ал! Я… Скоро, — Люцифер улыбается, взгляд совершенно замылен похотью и он явно не жалеет ни о чем, — надею-ю-юсь… ты тоже… — О да, Ваше Низейшество, я то… Тоже… — Дыхание сбилось, Аластор уже на пределе, каким бы низменными ему не казались такого рода потехи, нужды брали свое, а он и не против. Кульминация подобралась вполне себе заметно, подгибая копыта и заставляя бедра сойтись в судороге, вместе с пальцами на руках. Он откидывает голову назад, игнорируя прилипшие к лицу волосы, пока его ангел точно так же заходится в оргазме. Они стонут в унисон, так же и ослабевая вместе, отпуская чужие конечности и когда демон падает на существо снизу, его обнимают большими крыльями, прижимая к себе ближе. — Что это было, коридорный? Ты буквально схватил меня своими противными щупальцами и притащил сюда, устроив сначала драку, а потом… Это? — Люцифер перебирает чужие, вьющиеся волосы, мягко улыбаясь, в голосе ни капли упрёка, лёгкое раздражение, но и то, лишь от непонимания ситуации. — Просто, захотелось. — Аластор не расскажет, что это было из-за «милого» монолога Рози, которая решила, что он вполне себе идиот, который не может разобраться в своих чувствах! — Я, к слову, все ещё не влюблен в тебя. — Ага, и вышел ты за меня чисто из выгоды, я помню, Бэмби, — Король Ада выглядит таким расслабленым и безразличным, накручивая чужие локоны на пальцы, что Аластор даже не знает что чувствовать по этому поводу. В груди лишь жмёт какое-то неприятное ощущение самообмана. Резкая неприязнь от слишком слащавой близости берет верх и он плавно, чтобы не навредить ангелу, отталкивает, медленно приподнимаясь, оставляя контакт только в коленях и голенях, садится. — Да, возможно. — Уже возможно? — Пошли выпьем кофе, я ещё не разобрал документы за прошлый месяц по поводу убытков в том твоём парке, — Аластор не верит, он буквально разбирается в документах этого глупого, самовлюбленного и чертовски слабого гуся, потому что тот не смог сделать это в одиночку, разобрав только документы за два года. — Пошли, Бэмби. Тебе, как обычно, с цианидом? — На этот раз можешь с сахаром. Белая смерть идеально подходит под эту ситуацию.